Глава 1 ощущения
Нет ничего в разуме, чего не было бы раньше в ощущениях.
Философы‑сенсуалисты XVIII века
1.1. Понятие и функции ощущений
Простейшим психическим процессом, с помощью которого мы получаем информацию из внешнего мира, является ощущение. Однако простейшим его называют только по сравнению с более сложными познавательными процессами. В действительности ощущение – важный и сложный процесс познания мира.
Ощущение – отражение отдельного чувственного качества или недифференцированное впечатление от окружающего при непосредственном воздействии раздражителя на органы чувств. Результатом процесса ощущения является сенсорный образ.
Каков механизм возникновения сенсорного образа? Для того чтобы вовремя реагировать на изменения в окружающем мире, в процессе эволюции у живых организмов развились группы специализированных клеток – рецепторов (от лат. reciere – получать), чувствительных к различным воздействиям со стороны внутренней и внешней среды.
Отдельные свойства предметов и явлений, воздействующих на наши органы чувств, называются раздражителями, процесс воздействия – раздражением, а нервный процесс, возникший в результате раздражения, – возбуждением.
Каждый орган чувств (глаз, ухо, чувствительные клетки кожи, вкусовые сосочки языка) специализирован на приеме и переработке различных специфических внешних воздействий. Основная часть каждого органа чувств – окончания чувствующего нерва – рецепторы. Они превращают энергию внешнего раздражителя в нервный импульс. Воздействие, способное возбудить рецептор, называется стимулом.
Возникший в рецепторе нервный импульс по центростремительным, афферентным (от лат. afferens – приносящий) нервным путям попадает в соответствующие участки мозга. Рецепторы, восходящие (афферентные) нервные пути и соответствующие участки в коре головного мозга – три составные части анализатора (рис. 1).
Рис. 1. Функциональная схема анализатора
Для возникновения ощущения необходима работа анализатора в целом. Следовательно, нельзя сказать, что зрительные ощущения возникают в глазу. Только анализ нервного импульса, поступающего от глаза в соответствующие участки коры головного мозга (затылочная часть), приводит к возникновению зрительного ощущения. На пути от рецепторов к коре мозга импульсы проходят через различные мозговые структуры, где они получают первичную переработку (рис. 2).
Деятельность анализаторов условно‑рефлекторна: мозг, получая обратный сигнал о деятельности рецептора, непрерывно регулирует его работу. Сформированный в коре головного мозга нервный импульс, распространяясь по центробежным, эфферентным (от лат. efferens – выносящий) нервным путям, воздействует на двигательные механизмы органа чувств и вызывает соответствующую настройку чувствительности рецептора.
Рис. 2. Схема строения анализаторов
1–7 рецепторы (зрительный, слуховой, кожный, обонятельный, вкусовой, двигательного аппарата, внутренних органов); I – область спинного и продолговатого мозга; А – центростремительные (афферентные) волокна; II – зрительные бугры (таламус), где нервные импульсы переходят на нейрон, идущий к коре мозга; III – кора мозга
Таким образом, ощущение – это не одноактное пассивное отражение того или иного свойства, а активный процесс, сложнейшая деятельность анализаторов, имеющая определенную структуру. У каждого вида ощущений свой нейрофизиологический механизм, свой анализатор.
Органы чувств связаны с органами движения. Так, в процессе зрительных ощущений глаз совершает непрерывные движения, как бы ощупывая предмет. Неподвижный глаз практически слеп. Деятельность различных анализаторов взаимосвязана. Совокупная деятельность всех анализаторов называется сенсорной сферой психики человека.
Если сигнал обусловлен стимулом, угрожающим вызвать повреждение организма, или же адресован вегетативной нервной системе, то весьма вероятно, что он сразу же вызовет рефлекторную реакцию, исходящую от спинного мозга или другого низшего центра, и это произойдет раньше, чем мы осознаем данное воздействие. Наша рука отдергивается при ожоге от сигареты, зрачок сужается при ярком свете, слюнные железы начинают выделять слюну, если в рот положить леденец, и все это происходит до того, как наш головной мозг расшифрует сигнал и отдаст соответствующее распоряжение (рис. 3). Выживание организма часто зависит от коротких нервных цепей, составляющих рефлекторную дугу.
Сигнал продолжает свой путь по спинному мозгу, а затем идет по двум различным путям: один путь ведет к коре головного мозга через таламус, а другой, более диффузный, проходит через фильтр ретикулярной формации, которая поддерживает кору в бодрствующем состоянии и решает, достаточно ли важен сигнал, переданный прямым путем, чтобы его расшифровкой занялась кора. Если стимул будет сочтен важным, начнется сложный процесс, который приведет к его восприятию сознанием. Это повлечет за собой изменение активности многих тысяч нейронов коры, которые должны будут структурировать и организовать сенсорный сигнал, чтобы придать ему смысл.
Рис. 3. Последствия укуса комара
Сигнал от рецептора 1 отправляется к спинному мозгу 2 , и включившаяся рефлекторная дуга может вызвать отдергивание руки 3. Сигнал тем временем идет дальше к головному мозгу 4 , направляясь по прямому пути в таламус и кору 5 и по непрямому пути к ретикулярной формации 6. Последняя активирует кору 7 и побуждает ее обратить внимание на сигнал, о наличии которого она только что узнала. Внимание к сигналу проявляется в движениях головы и глаз 8, что ведет к опознанию раздражителя 9 , а затем к программированию реакции другой руки с целью прогнать нежеланного гостя 10
Прежде всего внимание коры мозга к стимулу повлечет за собой серию движений глаз, головы или туловища. Это позволит более глубоко и детально ознакомиться с информацией, идущей от первоисточника данного сигнала, а также, возможно, подключить другие органы чувств.
Ощущения не только несут информацию об отдельных свойствах явлений и предметов (информационная функция), но и выполняют активизирующую мозг функцию.
Известный русский врач С.П. Боткин (1832–1889) описал редкий случай, когда больная потеряла все виды чувствительности, кроме зрения одним глазом и осязания на небольшом участке руки. Когда больная закрывала глаз и никто не прикасался к ее руке, она засыпала, так как терялась связь с внешним миром.
Этот случай и эксперименты по сенсорной изоляции убедительно доказывают огромное значение процесса ощущения в организации работы нашего сознания.
Как показывают наблюдения, недостаток притока раздражителей приводит к своеобразному переживанию, получившему название сенсорного голода. Сенсорный голод возникает из‑за недостатка впечатлений от реальной действительности. И.М. Сеченов отмечал, что одним из необходимых условий нормальной психической деятельности человека является известный минимум раздражителей, поступающих в мозг от органов чувств.
Запросы практики (авиации, подводного плавания, космонавтики) вызвали к жизни многочисленные экспериментальные исследования на животных и людях с целью всесторонне изучить влияние ограничения раздражителей на психическое состояние человека.
Экспериментальные исследования в этой области начал проводить на людях Д.О. Хебб в 1940‑х годах, а на животных – И.П. Павлов еще раньше, в начале века, в знаменитой «башне молчания». Систематическое изучение сенсорной недостаточности в интересах авиации и космонавтики началось в 50‑х годах. Один из самых известных в научном мире экспериментов по сенсорной изоляции – это эксперимент, произведенный в Университете Мак‑Гилла в 1956 г.
Ученые предложили добровольцам за денежное вознаграждение пробыть как можно дольше в специально устроенной изолированной камере. Все, что от них требовалось, это лежать на маленькой кровати. Благодаря использованию специальных очков глаза воспринимали только рассеянный свет. Слуховые раздражители маскировались беспрерывным шумом работающих кондиционера и вентилятора. Испытуемых кормили, поили, и они по мере необходимости могли заниматься своим туалетом, но в остальное время должны были оставаться максимально неподвижными. Большинство из них в начале эксперимента были уверены, что это легкий способ заработать и отдохнуть. Так и было в первые часы изоляции. Но когда тело отдохнуло, лишь немногие испытуемые были способны продолжать жить в этих условиях больше 2–3 дней. Только небольшая группа выдержала несколько дольше, а максимальное время не превысило 6 дней.
Вначале большинство старалось сконцентрироваться на своих личных проблемах, но вскоре испытуемые стали замечать, что их разум уходит в сторону от этого. Очень скоро они потеряли представление о времени, затем наступили долгие периоды, когда они вообще не были способны мыслить. Чтобы избавиться от монотонности, испытуемые с удовольствием соглашались слушать детские рассказы и даже начинали требовать, чтобы им давали их слушать еще и еще. Более 80 % испытуемых утверждали, что они были жертвами зрительных галлюцинаций: стенки ходили ходуном, пол вращался, углы округлялись, цвета становились такими яркими, что на них невозможно было смотреть. Один испытуемый даже говорил, что «видел» процессию белок, дефилирующих решительным шагом с мешками на плечах. Что же касается тела, то казалось, что оно раздваивается, дух (сознание) отделяется и летает по камере, глядя на свою материальную оболочку, лежащую на постели.
Испытуемых подвергали психологическим тестам до, во время и после их пребывания в состоянии сенсорной изоляции. Почти все показали посредственные результаты во время эксперимента. Многие стали неспособны решить простые задачи на умозаключение или проделать легкие математические расчеты, а у многих наблюдались расстройства памяти. Однако через некоторое время после выхода из камеры испытуемые вновь приобретали свои обычные умственные способности. У исследователей не оставалось сомнения, что отсутствие ощущений из внешней среды тормозит или искажает работу сознания.
Очень интересны эксперименты по сенсорной изоляции, которые были проведены в имитаторах космических кораблей. В обычных условиях жизни на Земле перед глазами человека сменяются сотни и тысячи различных картин природы и творений его собственных рук. На органы слуха постоянно действуют всевозможные звуки, создавая разноголосый акустический фон. Рецепторы кожи воспринимают изменения температуры.
В межпланетном полете космонавты месяцами будут видеть в иллюминаторы лишь яркие немигающие звезды на черном бездонном небе и ослепительный диск незаходящего солнца. Не будет ни дня, ни ночи, ни зимы, ни лета, к которым так привыкли люди на нашей планете.
«В космическом полете, – пишет А.Г. Николаев, – нам не хватало земных, привычных человеку звуков и явлений. Там не было слышно шумов, характерных для города или села, шумов леса и ветра, пения лесных птиц, не было и аромата прекрасных цветов, и земли, воды и леса. Не было нам ни жарко, ни холодно. Не ощущали мы ни ветра, ни дождя, нет там ни вьюги, ни снега. По земным привычным звукам, явлениям и ароматам мы поистине сильно скучали. Иногда все это земное чувствовали, слышали и видели во сне».
Начиная уже с первых полетов на Луну члены экипажей космических кораблей «Аполлон» жаловались на однообразие впечатлений на «перегоне» Земля – Луна. Когда выключаются маршевые двигатели корабля, космонавты попадают в царство безмолвия.
В связи с тем, что сенсорная изоляция не экспериментально созданное, а реальное явление для космонавтов, летчиков, полярников, необходимо было тщательно изучить влияние сенсорного голода на психику.
Во время экспериментов по сенсорной изоляции у людей наблюдались необычные психические состояния. Один из летчиков во время 30‑часового эксперимента по имитации космического полета «увидел» телевизор, плавающий в состоянии невесомости, а среди приборов пульта управления – какие‑то незнакомые лица. Однако он пытался справиться с этими нарушениями восприятия, стараясь отклонить взгляд в сторону от телевизора и приборов.
Одного из пилотов охватил панический ужас. Когда «полет» подходил к концу, на его глазах приборная доска стала «таять и капать на пол». Третий пилот во время эксперимента стал жаловаться на боль в глазах из‑за расплывчатого изображения на экране телевизора, хотя экран был совершенно пуст, а после 22‑часового пребывания в имитаторе космического корабля он стал кричать: «Очень жарко в кабине! Уберите телевизор! Он стал коричневым! Выключите его быстрее, становится жарко, как в аду!» Попытки экспериментатора убедить испытуемого, что его беспокойство необоснованно (телевизор работает нормально), были тщетны. Испытуемый был удален из имитатора в крайне возбужденном состоянии. По выходе из тренажера он сказал, что ему в конце опыта также казалось, что стены над ним начали смыкаться.
Необходимо отметить, что в начале эксперимента подобные патологические состояния сознания можно легко убрать. Они носят обратимый характер. При значительных сроках сенсорной депривации сознание может быть значительно искажено – возникают нервно‑психические заболевания (неврозы и психозы). Необходимо отметить, что в экспериментах по сенсорной изоляции все испытуемые отмечают дискомфорт, однако не у всех наступает изменение сознания.
Подобные эксперименты ярко доказывают роль ощущений в функционировании нашего сознания.