27.Политические репрессии ссср в 1930 – е гг.

В 1929—1932 гт. были осуществлены кредитная, налоговая и тарифная реформы, которые в итоге серьезно ограничивали сферу товарно-денежных отношений. Реформы начала 30-х гг. приводят к ограничению экономических стимулов деятельности предприятий и усилению административно-принудительных мер. Вследствие общей ориентации экономики на приоритетное развитие тяжелой индустрии за счет накоплений в самой промышленности и ограничения потребления населения происходит возврат «главкизма». Для того чтобы решить нараставшую проблему текучести кадров и закрепить рабочих на предприятиях, летом 1931 г. Сталин призвал покончить с уравниловкой в заработной плате. В итоге квалифицированные рабочие стали получать в 4—8 раз больше неквалифицированных. В марте 1939 г. на XVIII съезде ВКП(б) был одобрен третий пятилетний план (1938—1942). План вновь предусматривал первоочередное развитие тяжелой промышленности, машиностроения, энергетики, металлургии, химической индустрии. В третьем пятилетнем плане была продолжена линия на милитаризацию страны. Предусматривалось ускорение развития оборонной промышленности, создание крупных государственных резервов по топливу, электроэнергии, строительство предприятий-дублеров на Урале, в Поволжье, Сибири. В годы третьей пятилетки изменения в хозяйственном механизме идут по нескольким направлениям. Репрессии 1937—1938 гг. негативно сказались на выполнении плановых заданий. Поэтому была предпринята попытка использовать меры материального и морального стимулирования работников.

С первых дней революции террор стал важнейшим средством выживания советской системы. Ленинское понимание «диктатуры пролетариата» как власти, опирающейся непосредственно на насилие, не связанное никакими законами, с неизбежностью предполагало «якобинскую беспощадность» в расчистке страны от наследия старого общества. По весьма приблизительным подсчетам, только в РСФСР с 1923 по 1953 г., т. е. в пределах жизни одного поколения, общими судебными органами было осуждено за различные преступления 39,1 миллиона человек, или каждый третий дееспособный гражданин. Переход к политике индустриализации не случайно совпал с массовым походом на «классового врага». Сотни тысяч заключенных, содержавшихся в исправительно-трудовых колониях (ИТК), обеспечивали фактически бесплатно стройки, рудники, шахты, фабрики и даже целые крупные комбинаты рабочей силой. В строительстве Беломоро-Балтийского канала участвовало свыше 100 тысяч заключенных, в результате чего стоимость строительства была снижена в четыре раза по сравнению с первоначальными расчетами. Силами заключенных был сооружен и канал Москва—Волга. Проводимая в 1929—1932 гг. насильственная коллективизация вызвала новый всплеск государственного террора. В этот период число осужденных по РСФСР только общими судами в среднем за год составляло 1,1—1,2 миллиона человек. Репрессии сверху дополнялись массовым доносительством снизу. Чтобы направить «ярость масс», недовольных результатами проводимой в стране экономической политики, на «вредителей» из числа буржуазных специалистов, а заодно приструнить бывших оппозиционеров и колеблющихся членов Политбюро, в конце 20 — начале 30-х гг. по указанию Сталина был сфабрикован ряд дел, на основании которых проведены открытые, «показательные» процессы. Главным в этих сфальсифицированных ОГПУ процессах «о вредительстве» было массовое «признание» подсудимых в своих «преступлениях». Первым в 1928 г. прошел процесс над группой специалистов в Донбассе («Шахтинское дело»), якобы поставивших перед собой цель дезорганизовать и разрушить каменноугольную промышленность этого района. На скамье подсудимых оказались 50 советских инженеров и техников и три немецких консультанта, работавших в угольной промышленности. Их обвинили в умышленной порче машин, затоплении шахт, поджогах производственных сооружений. Шахтинское дело стало своеобразным полигоном для отработки последующих подобных акций. Начало новому этапу карательной политики власти было положено в мае 1929 г. постановлением Политбюро ЦК ВКП(б) «Об использовании труда уголовных арестантов». В том же году в советском законодательстве появляется термин «исправительно-трудовой лагерь», а исправленным уголовным законодательством предусматривалось новое наказание: лишение свободы в исправительно-трудовых лагерях в отдаленных местностях СССР, на срок от трех до десяти лет. Численность заключенных в лагерях начинает быстро расти: со 180 тысяч в середине 1930 г. до 510 тысяч к началу 1934 г. С 1929 г. лагеря переводят на самоокупаемость. С конца 1932 г. силами заключенных началось строительство канала Волга—Москва и Байкало-Амурской магистрали. В последующие годы. Всего с 1930 по 1953 г. в бараках лагерей и колоний побывало около 18 миллионов человек, из них пятая часть — по политическим мотивам. 786 тысяч из них было приговорено к расстрелу. Волна террора особенно быстро нарастала после трагедии, разыгравшейся в Ленинграде 1 декабря 1934 г. Л.В. Николаевым был убит первый секретарь Ленинградского горкома и обкома партии, член Политбюро С.М. Киров. Генсек использует покушение для расправы со всеми оставшимися политическими противниками. По уголовному делу об убийстве Кирова было проведено пять процессов. Зиновьев «за разжигание террористических настроений» получил 10 лет тюремного заключения. К 1936—1937 гг. положение Сталина настолько укрепилось, что он решается на грандиозный судебный процесс уже по делу «объединенного троцкистско-зиновьевского центра» и другие «московские процессы». В марте 1938 г. состоялся самый крупный политический процесс 30-х гг. по делу так называемого «правотроцкистского блока». На скамье подсудимых оказались сразу три члена ленинского состава Политбюро — Бухарин, Рыков, Крестинский, бывший первый секретарь ЦК КП Узбекистана Икрамов, целый ряд бывших членов ЦК и ответственных работников различных наркоматов. Главным обвинителем на этом процессе вновь выступал генеральный прокурор СССР А.Я. Вышинский. Военная коллегия Верховного Суда приговорила Бухарина, Рыкова и большинство других подсудимых к смертной казни. Чтобы окончательно стабилизировать режим, Сталину нужно было разделить и противопоставить общество, разрушить подспудно сохранявшиеся остатки гражданских структур, решительно выкорчевать всякое инакомыслие, независимые группы интересов. Несомненно, давая «добро» на массовую «чистку», Сталин и его окружение рассчитывали устранить всякую возможность возникновения в стране в связи с опасностью надвигающейся войны «пятой колонны». Однако пик массовых репрессий пришелся на 1937 г., когда наркомом внутренних дел стал Н.И. Ежов. По некоторым данным, под его непосредственным руководством были расстреляны около 700 тысяч человек и брошены в тюрьмы и лагеря около 3 миллионов. Большой террор достиг целей, которые большей частью интуитивно возлагались на него сталинским руководством. На руководящие посты выдвинулось более 500 тысяч новых работников, произошло перераспределение власти из рук старой гвардии в руки сталинских выдвиженцев, безгранично преданных своему вождю. Вместе с тем массовые репрессии пагубно сказались на жизни советского общества и прежде всего на экономике и обороноспособности страны.