1.Основные проблемы техники и естествознания XVII в.

Развитие мануфактурной промышленности достигло в середине XVII в. высокого уровня. Водяная мельница, одна из первых машин, претерпела ряд существенных усовершенствований: сложные комбинации верхнебойных, среднебойных и нижнебойных колес, ременных передач от водяного двигателя к фабрике обеспечивали бесперебойное функционирование последней во все времена года. Изобретение доменного процесса, автоматических часов (без ежедневной регулировки), печатного станка, мельницы-мешалки для перемалывания тряпок в бумажной мануфактуре, механизмов для дробления руды в металлургии — все эти достижения ставили на очередь дня введение машин в производство.

К. Маркс видел в таком пока еще единичном введении машин важные предпосылки развития технической мысли, развития точных наук и прежде всего математики и механики: «Очень важную роль сыграло спорадическое применение машин в XVII столетии, так как оно дало великим математикам того времени практические опорные пункты и стимулы для создания современной механики».

Аналитическая геометрия Декарта, результат введения элемента диалектики в математику (переменной величины), дифференциальное и интегральное исчисление, элементы дифференциальной геометрии (Гюйгенс)—все это развивалось в трудах ученых, прославивших свои имена крупными открытиями в области механики. Теория флюксий Ньютона носила четко выраженный кинематический характер. В методы геометрии все более проникают идеи механики: кривая рассматривается в это время как результат сложного движения точки; поверхность — как результат перемещения кривой. В движении кулачковых и других механизмов, все шире внедряющихся в технику, усматриваются более сложные траектории, чем известные в средние века или античности (прямолинейные отрезки и дуги окружностей).

В чисто механических задачах появляется множество разрозненных методов, индивидуальных приемов решения, которые необходимо сравнить, объединить, осмыслить. Появляется настоятельная общественная потребность создания сводных обобщающих трактатов по механике. Уже после сочинений Декарта механика стала претендовать на господствующую роль в естественных науках: все явления неживой природы и некоторые биологические процессы сводились к чисто механическим движениям частиц того или иного рода.

Механика стала связующим звеном между математическими методами, с одной стороны, и все еще слабо расчлененной натурфилософией— с другой. От механики и математики ждали в XVII в. рациональных рекомендаций, оценок, реконструкций тех ремесел и промышленности, развитие которых через столетие переросло в промышленный переворот. Не случайно в наказах основателей Академии наук отмечается ведущая роль механико-математических дисциплин. От академии наук «требовали совершенствования познаний о натуральных объектах, а также всех полезных искусств, мануфактур, механической практики, машин и изобретений».

Великая проблема планетных движений со времени Коперника— Кеплера не переставала быть в центре внимания ученых. Еще Кеплер высказал идею о притяжении, исходящем от Солнца к планетам. Магнетизм, открытый В. Гильбертом, показал возможность притяжения тел на расстоянии. Технической предпосылкой точного математического описания движения небесных тел оставалась проблема определения долгот. Великие морские державы— Англия, Голландия, Испания, даже Франция — дорого заплатили бы за эффективное решение этой проблемы. Для оказания помощи в этом деле были созданы финансируемые монархами научные учреждения: Королевская обсерватория в Париже в 1672 г. и Королевская обсерватория в Гринвиче в 1675 г. Английский парламент в начале XVII в. установил премию за эффективный метод определения долготы с точностью до полградуса. Таковы причины, обусловившие чрезвычайную актуальность поиска законов движения тел солнечной системы в XVII в.