20. Театр в жизни и на сцене: эстетизация стиля

Театр – самый древний вид искусства.

Возникновение и дальнейшее развитие театрального искусства происходило параллельно практически во всех древних культурах.

Европейский театр обязан своим происхождением древнегреческому сценическому искусству, которое всецело было посвящено прославлению бога Дионисия. По праздникам в честь этого божества устраивались настоящие соревнования между драматургами, которые демонстрировали друг другу свое мастерство. Стоит отметить, что современный театр не может похвастаться таким же количеством зрительской аудитории. Древние сценические представления собирали публику в десять тысяч человек. Театр был самым любимым, а иногда и единственным способом развлечься. В основном, все спектакли отличались зрелищностью, грандиозностью и торжественностью.

В Средневековье театр все так же пользовался большой популярностью и востребованностью. Можно сказать, что его общественное положение практически не изменилось. Театральное средневековое действо разделилось на две отрасли. Первая – площадной театр, который своим существованиям был обязан бродячим актерским труппам, колесившим по городам и собиравшим толпы народа на городских рынках и площадях. В таких представлениях участвовали, в основном, трубадуры и жонглеры. Спектакли на площадях высмеивали феодалов, церковных представителей и других знатных недобросовестных персон. 

Что касается второй разновидности театра, то к ней были более благосклонны представители церкви и знатные особи. Мистерии – это своеобразная трактовка евангельских сюжетов на сцене. Организовывались подобные представления в церкви чаще всего во время празднования Пасхи.

21. Новоевропейское мышление и образ жизни. Человек как стиль и образ действия

Новоевропейское мышление «зацепляется» на две основные проблемы. Первая из них ставит мышление под вопрос. Здесь следует говорить о решающем влиянии Декарта, который открывает новые перспективы для философии сознания. Мышление становиться проблемой; не факт мышления, а то — как, механизм мышления. Там, где речь идет о мышлении «вообще» — там не может возникнуть проблемы, ибо мы все находим себя так или иначе мыслящими. Но мышление становиться проблемой тогда, когда в нем начинает предугадываться некоторая структура, от которой мы можем поставить вопрос о наличии законов, по которым эта структура выстраивается. Вторая проблема. Декарт заостряет вопрос о возможности априорной метафизики, или — о возможности метафизики как аподиктической науки, и построении проекта такой науки, а потому его изыскания направляются на открытие области достоверного, и ключевым аргументом является довод о том, что вопрос задается кем-то, спрашивает всегда кто-то, а, следовательно, если мы ищем возможность аподиктического философствования, то мы должны в первую очередь поставить под вопрос ситуацию спрашивающего. Круг замкнулся.

Вспомним, что именно тесная связь сознания и мышления составляет основу концепции мышления у Декарта: «Под словом мышление я понимаю все то, что совершается в нас осознано. Таким образом, не только понимать, хотеть, воображать, но также и чувствовать есть то же самое, что мыслить».. Процедура сомнения, проделываемая Декартом, направлена на отыскание несомненного, которое заключается в самодостоверности собственного существования. Основным моментом является тот, что «быть» приравнивается к мысли, мыслящей самое себя — все, что я воспринимаю, может быть сомнительным, но то, что я воспринимаю воспринимаемое — это несомненно. То есть осознание и есть мышление, или мышление есть как осознание чего-то. Сомнение выступает своего рода «пропуском» в сферу очевидных данностей сознания, или модусов мышления, но «внутри» этой сферы сомнение не имеет преимущества перед другими модусами — чувством, желанием, воображением и т. д.