Петя снова подслушивает у двери, затем его сменяет Игорь.

ИГОРЬ. Дай, я тоже послушаю. (Отстраняет Петю от двери. Говорит остальным.) С родительского собрания передает наш спецкор, Йети.

ПЕТЯ (в «микрофон», передразнивая Наталию Петровну). Нужна ли нам форма? Нужна ли нам дисциплина? Тихо я сказала! Слушать меня, сидеть ровно, выглядеть одинаково! Как ученик почувствует разницу между двором, где он гуляет, и серьёзным учебным заведением!? Форма должна стать образцом стиля, которого они будут придерживаться всю жизнь.

ВИКА. О нет, только не это!!!

ПЕТЯ (с «микрофоном» подходит к Игорю). Что же говорят родители? Игорь, вам слово! Что удалось узнать?

ИГОРЬ. Они на нашей стороне! (Изображает родителей). Форму нужно шить на заказ. Это дорого. Школа вполне может ограничиться обычными требованиями к внешнему виду учеников: белый верх – черный низ.

ВИКА. Не смешите меня, эта грубая безвкусная клетка — это дорого?

СТАС. Ну а чё, кстати, спортивки типа стопудов дешевле.

ИГОРЬ (изображает родителей). Можно обойтись и ограничениями, вроде запрета мини-юбок и голых животов.

ПЕТЯ. Но разве это не ущемляет мои права? Требую мини-юбки!

ДАША. Сам носить будешь?

МАША. А по башке?

ВАЛЛИ. Не печалься, Йети, не бывает сражений без потерь!

МАША, ДАША И ВИКА. Сейчас мы вам устроим потери!!!

Девочки начинают гоняться по коридору за мальчиками с криками. В этот момент распахивается дверь, выходят Наталья Петровна, Олег Дмитриевич и Виолетта Алексеевна.

НАТАЛЬЯ ПЕТРОВНА. Видите, что бывает, когда даешь им свободу самовыражения?

ОЛЕГ ДМИТРИЕВИЧ. Они всего лишь дети. Не будьте к ним так строги.

ВИОЛЕТТААЛЕКСЕЕВНА. Восьмой «А», may I have your attention, please. Обратите сюда внимание, пожалуйста.

Все замирают.

НАТАЛЬЯ ПЕТРОВНА. После совещания с Вашими родителями мы решили обратиться к администрации школы с просьбой внести изменения в устав, разрешающие вам приходить на занятия, как в форме, так и в строгом деловом костюме. Белый верх – черный низ. Это не значит, что вы сможете являться, в чем вам вздумается. Девочкам не разрешаются откровенные наряды, короткие юбки, открытые животы. Мальчикам запрещается носить джинсы, а также спортивные штаны. Кроме физкультуры, естественно.

Последние слова Натальи Петровны тонут в громогласном «Ура!». Все обнимают и благодарят Валли.

СТАС. Так я не понял, спортивках всё равно нельзя? Ну вот блин…

Занавес.

Вторая четверть.

Урок первый. Английский.

Суббота. Первый урок. Английский. Учитель опаздывает.

ПЕТЯ. А может, она не придёт?

ВИКА. Я была в учительской. Она опаздывает.

ИГОРЬ. Те, кто учится по субботам, обязательно должны попасть в рай.

ПЕТЯ. И почему у моих предков суббота — выходной, а у меня – нет?

СТАС. Не справедливо, точняк.

ВИТАЛЯ. Теперь субботы тоже отменим, как форму?

МАША. Кто за отмену учебы в субботу? Айда домой!

ПЕТЯ. И не задавать уроки на выходные!

ВИТАЛЯ (Валли). Ну, народный герой, забацай новую волну протестов?

ВАЛЛИ. Не, я спать хочу. Ты начинай.

ВИТАЛЯ. Всё, теперь баиньки? Я у мамы паинька?

Входит запыхавшаяся Виолетта Алексеевна.

ВИОЛЕТТА АЛЕСЕЕВНА. Sorry, I’m late, class. Извините, ребята, что заставила вас ждать.

ВИТАЛЯ. Ничего, некоторые тут пока вздремнули.

ВИОЛЕТТА АЛЕСЕЕВНА. Тогда, чтобы всех взбодрить, давайте проверим домашнее задание. Так, Петя. Что у тебя получилось? Упражнение 85. Exercise number eighty five.

ПЕТЯ. Виолетта Алексеевна, а у меня её больше нет.

ВИОЛЕТТА АЛЕСЕЕВНА. Кого?

ПЕТЯ. Домашки. My homework is no-no.

ВИОЛЕТТААЛЕСЕЕВНА. And what might have happened to it?

ПЕТЯ. Что с ним случилось? Я… я потерял его в драке с парнем, который не соглашался с тем, что вы лучший учитель в школе.

ВИОЛЕТТА АЛЕКСЕЕВНА (улыбается). Ладно. Первый урок в субботу это всегда тяжело. Давайте забудем про упражнение.

ПЕТЯ. Я знал, что дрался не за зря!

ВИОЛЕТТА АЛЕСЕЕВНА. Let us talk about fighting. Давайте сегодня поговорим о борьбе. Один из ваших одноклассников написал песню, которую я бы хотела с вами обсудить. Валентин, ты не против?

ВАЛЛИ (всё ещё сонно). Whatever. Я рад.

ВИОЛЕТТА АЛЕСЕЕВНА. Она называется «I’m against». Для начала давайте прочитаем и переведем первый куплет. Вика, вот текст, читай по-английски, а переводить будет… Стас.

ВИКА. I’m against your stupid gods

Coming out of your TV

And I’m against your iPads

You never gonna get me.

СТАС. Я против ваших… Виолетта Алексеевна, а как переводится stupid?

ИГОРЬ. Тупой!

СТАС. Сам тупой!

ИГОРЬ. Да нет же, так и переводится – «тупой».

ВИОЛЕТТА АЛЕСЕЕВНА. Хорошо. Спасибо, Стас. Дальше будет переводить Маша.

МАША (Даше). Переводи!

ДАША (шепотом). Я против ваших глупых богов, которые выходят из вашего телевизора. Я против ваших планшетных компьютеров...

МАША Я против глупых богов, которые живут в телевизоре. Я против торшерных компьютеров.

ИГОРЬ. Торшерных? Ну ты чё не видела, планшетник от Apple с покусанным яблоком, как телефон у Вики?

МАША. Ну вас всех. Пусть Игорь дальше переводит.

ВИОЛЕТТА АЛЕСЕЕВНА. OK, who can tell me другими словами, против кого выступает герой песни?

ВИТАЛЯ. Против прогресса.

ВИОЛЕТТААЛЕСЕЕВНА. In English, please.

ВИТАЛЯ. He is against progress. И чего переводить, если слова одинаковые?

ВИОЛЕТТА АЛЕСЕЕВНА. Только кажется, что одинаковые. И –r произносить надо правильно. Ещё какие-то мнения? Маша, you?

МАША (Даше). Help! (Учителю.) Нууу…. Against Интернет. Он ведь тоже не переводится?

ИГОРЬ. Каков негодяй!

ДАША (Маше). Против потребительского общества.

МАША. И против попечительского общества. (Даше.) Это как попечительский совет, что ли?

ВИОЛЕТТА АЛЕСЕЕВНА. Отвечала бы сама, Маша, зачем повторяешь за подругой? Потребительское, а не попечительское. Молодец, Даша. Потребительское общество — это система, в которой главная ценность — это деньги, а главное удовольствие — бесконечные покупки. Но идём дальше. Теперь припев. Читает Виталя, переводит Игорь.

ВИТАЛЯ (напевает). I against all odds

Will go towards

The freedom.

ИГОРЬ. «Я несмотря ни на что буду идти к свободе».

ВИОЛЕТТА АЛЕСЕЕВНА. Good job. Молодцы, мальчики. Мы разобрались с горем пополам с тем, против чего протестует герой, но ради чего он это делает?

ПЕТЯ. Ради оценки по инглишу?

ИГОРЬ. А что, так и есть!

ВИТАЛЯ. По уму — ради нашей группы. Да вот на деле может статься, что и просто так. Ни за что. Только против.

ВАЛЛИ (просыпаясь). А ты-то за что?

ВИОЛЕТТААЛЕСЕЕВНА. Speak English please.

ВАЛЛИ. What’s you problem?

ВИТАЛЯ. Моя проблема? Это твоя проблема — с тех пор как вместо клечатых все напялили чёрные пиджаки, кое-кто в конец зарвался!

ВАЛЛИ. Какое отношение это имеет к моей песне?

ВИТАЛЯ. Ах, ТВОЕЙ, песне, а что же мы, вся группа — тут уже ни при чем?

ВИОЛЕТТА АЛЕСЕЕВНА. Calm down, успокойтесь, мальчики. Хорошо, сегодня не будем больше про песню. Запишите, к понедельнику все должны написать небольшое сочинение на тему: «What I would like to change in life and why?». Игорь, переведи.

ИГОРЬ. Что бы вы хотели изменить в жизни и почему.

ВИОЛЕТТА АЛЕСЕЕВНА. Всё понятно?

Раздается хмурое «Yes». Звенит звонок. Толкаясь, все выходят из класса.

Первая Перемена.

В коридоре все, кроме Стаса, Валли и Витали.

ДАША. Когда я смотрю на количество домашней работы, мне хочется только одного — поплакать.

МАША. Задают столько, что можно с ума сойти! Если делать все, то не успеешь погулять!

ПЕТЯ. Агась. А если не делать — двояк влепят.

МАША. Не хочу быть ни двоечницей, ни ботаном! Что делать? Помогите, у меня паника!

ИГОРЬ. Я собираюсь написать книгу «Как выйти из сети и взяться за учебу».

ВИКА. Это будет хит продаж.

ПЕТЯ. В жанре научной фантастики, агась.

ИГОРЬ. Вот-вот, не ешь после шести, вовремя ложись спать, решай задачки по физике. Я что, супер герой?

Выбегает Стас.

СТАС. Чуваки, у кого-нибудь есть галстук? Для дела надо! Срочно.

ПЕТЯ. И зачем ТЕБЕ галстук понадобился?

ИГОРЬ. Да уж, я смотрю, все у нас соблюдают деловой стиль в одежде.

ПЕТЯ. Ну, я сначала планирую пойти на учебу при полном параде, но с утра моя лень говорит: "Вот джинсы, вот свитер. Иди так".

СТАС. Ребят, хорош трепаться. Есть галстук?

ВИКА. У Олега Дмитриевича точно есть. Сходи к нему.

СТАС. О, шикарно! Спасибо!

Стас уходит.

ПЕТЯ. Виталь, а дай списать домашку по русишу?

ВИТАЛЯ. Отстань холоп, не для тебя царь старался.

МАША. Ох, сейчас начнется… Опять: «Вы как разоделись? Что за внешний вид? Вы пришли в клуб или в класс…»

ДАША. Да она просто никак не простит, что мы её победили, Валли вообще только и делает, что отчитывается.

ВИТАЛЯ. А вы пораскиньте мозгами – может, проще ходить в клетке, чем в клетку к этой разъяренной твари?

ИГОРЬ. Вот она, цена свободы.

ПЕТЯ. А мне пофиг! Она меня уже и так на второй год оставляет.

ВИТАЛЯ. Вот и сидите на попе ровно теперь.

ДАША. Ты сам-то, я поглажу, обратно в клетку не переодеваешься.

ВИТАЛЯ. А вот и переоденусь!

ИГОРЬ. Ну-ну, если рискнёшь, я два дня ВКонтакт выходить не буду!

ПЕТЯ. Так мы тебе и поверили!

Звенит звонок.

Урок второй. Русский.

Все стоят около парт, между рядами ходит Наталия Петровна.

НАТАЛИЯ ПЕТРОВНА. (Пете) Так. Это что за рубашка? Ты на Гавайях?

ПЕТЯ. Ничего так не красит парня, как наикрутейшая рубашка на нём.

НАТАЛИЯ ПЕТРОВНА. А ну-ка, надень свой свитер. И что бы я этой рубашки больше не видела!

ИГОРЬ. Поверьте, НатальПетровна. Свитер Вам тоже не понравится. Лучше рубашка.

НАТАЛИЯ ПЕТРОВНА. Надевай! А ты помолчи, Игорь.

ПЕТЯ. Вы сами попросили.

На свитере большими буквами написано FUCK YOU. Весь класс смеется.

НАТАЛИЯ ПЕТРОВНА. Это ещё что такое? Дневник на стол!

Входит Стас, в спортивном костюме и галстуке, тихонько встает на свое место.

НАТАЛИЯ ПЕТРОВНА. Так, ещё один. Стас, ты опять в спортивной форме на уроке? Ещё и имеешь наглость опоздать.

СТАС. Не, я типа в деловом костюме. Во – галстук.

НАТАЛИЯ ПЕТРОВНА. Давай сюда дневник.

СТАС. Не, ну чё я типа опять сделал?

НАТАЛИЯ ПЕТРОВНА (пишет в дневнике). Вот потом и узнаешь, хоть что-то в жизни прочитать придется.

ВИКА. А можно нам уже сесть? Уже 10 минут прошло.

НАТАЛИЯ ПЕТРОВНА. Хорошо, Вика, давай посмотрим на тебя. Это что за брюки? Блестят ярче ламп на потолке? Кто тебе сказал, что это деловой стиль?

ВИКА. Это Dolce Gabbana! У них одеваются все успешные бизнесмены.

НАТАЛИЯ ПЕТРОВНА. Да мне всё равно, габана или с базара, одежда не должна отвлекать от учебного процесса.

ИГОРЬ. Конечно. Поэтому вместо русского у нас «модный приговор».

НАТАЛИЯ ПЕТРОВНА. А я вас перемену не пушу. Вы отнимаете время от урока!

ВАЛЛИ. Но это же на самом деле Вы его отнимаете…

НАТАЛИЯ ПЕТРОВНА. Ты что-то сказал, Валентин? Это ты, кстати, виноват в этом безобразии! Теперь вот, пожалуйста, пожинай плоды.

ВИТАЛЯ. Вот, ну а я что я говорил?

НАТАЛИЯ ПЕТРОВНА. Разговорчики! Всем садиться. Мы будем повторять это до тех пор, пока вы не поймете, что в школу нельзя одеваться, как на дискотеку. Я обязана научить вас тому, что в жизни есть не только права, но и обязанности.

В тишине все садятся, но тут у Вики с характерным звуком рвутся брюки. Взрыв хохота. Вика убегает. За ней кидается Стас.

Вторая перемена.

Урок ещё идёт. Вика плачет в коридоре.

СТАС. Ну ты типа чего?

ВИКА. Уйди, не смотри на меня!

СТАС. Забей ты на всех.

ВИКА. Как я теперь домой пойду?

СТАС. Ну, типа, зашить можно. Сходи к трудовичке.

ВИКА. Я не сдвинусь с этого места до конца времен. Во всяком случае, пока одежда не приклеится ко мне.

СТАС. Это, типа, очень долго…

ВИКА. Я полная неудачница. Я могу спокойно отключить свой айфон на неделю, этого никто не заметит.

СТАС. Давай я тебе позвоню? Тока айфона у меня типа нет. Но если тебе можно звонить только с айфона, я попрошу батю…

ВИКА. Болван! Можно мне звонить. Только номер мой никто не спрашивает. Потому что я толстуха, видишь, даже брюки не налезают. А знаешь, сколько они стоили?

СТАС. Да ну чё ты! Вот они с тебя падают ваще.

ВИКА. Да, дурачок! Потому что порвались! У тебя ремень есть?

СТАС. Блин, надо было в брюках идти. У спортивок ремня типа нет. О, слушай, возьми мой галстук. То есть не мой, но возьми.

Вика всхлипывает несколько раз, потом сдается, берет галстук.

ВИКА. Отвернись.

Когда Стас поворачивается обратно, Вики уже нет. Стас пожимает плечами. Звенит звонок. Никто не выходит, тишина. Наконец раздается крик «Всех к директору, на концерт никого не пущу» из класса выходят остальные.

ПЕТЯ. Ну, чего герой, пригорюнился? Где твоя подруга?

СТАС. Ушла.

ИГОРЬ. Погоди, а где же галстук?

СТАС. И он ушел.

МАША. Нашел с кем водиться! Завёл богатую подружку?

СТАС. Чё вы на неё гоните? Она типа нормальная.

МАША. В таких-то штанах?

СТАС. А чё, нормальные штаны. Красивые.

МАША (толкает Дашу, чтобы та присоединилась). Мы с тобой не разговариваем.

СТАС. А чё я сделал-то? Дуры вы, да ещё и злые!

ДАША. Вы все так думаете?

ИГОРЬ. Что вы дуры? А то как же!

МАША. Нет! Что эти ужасные брюки – нормальные? Правильно?

ДАША (вздыхает). Какая в общем, разница…

ВАЛЛИ. Нормальные брюки. И потом, Вика не пытается казаться кем-то другим. Это честнее, чем ваши попытки закосить под неформалок.

ПЕТЯ. Агась, наряды у вас - умора. (Отвлекается.) О, зацени, Стасян, что у меня есть – твой дневник.

СТАС. Йети! Отдай!

Стас хочет забрать дневник, Петя не отдает, всё время уводит руку, на ходу пытаясь открыть и прочитать, что там написали. Наконец, ему удается и перед тем, как дневник оказывается у Стаса, Петя видит запись.

ПЕТЯ. «Пришел на урок в чужом галстуке!» Очуметь! И что тебе родаки скажут на такое?

СТАС. Мои типа забили на дневник, когда физрук мне там написал: «БЕГАЛ!»

ПЕТЯ. А мне в пятом классе написали «Очень плохо вел себя на уроке, бегал по партам!»

СТАС. Что там класснуха?

ИГОРЬ. Разорялась весь урок. На перемене мы ей сказали, что она не имеет права нас задерживать.

ПЕТЯ (передразнивает). У вас есть не только права, но и обязанности! И среди них нет ношения брюк с блёстками.

МАША. Стразами!

ПЕТЯ. Без разницы, лишь бы уже перебесилась скорей. Я уже чувствую, что готов написать в тишине упражнение-другое, лишь бы её не слышать. Кошмар!

ИГОРЬ. Класснуха — это такой человек, который нас, кроме своего предмета, учит ещё и жизни.

ВАЛЛИ. Учителя это не касается никаким боком. Жить мы сами научимся, а так ещё и писать не будем грамотно.

ПЕТЯ. Из-за неё меня в 9 класс не примут. А я до смерти хочу в 10й!

ВИТАЛЯ. Я оставался на второй год. И ничего, жив.

ИГОРЬ. Мы могли бы пожаловаться на неё директору.

ВАЛЛИ. Нельзя! Если ты не заодно с системой, не стоит просить у неё помощи.

ВИТАЛЯ. Кстати, на репу кто-нибудь идёт? Или всех унесло против системы?

ВАЛЛИ. Ещё как идем! У меня, кстати, есть идея, во что одеться на концерт. Жду всех на базе после уроков!

Звенит звонок.

Урок третий. Музыка.

Гараж. Вся группа одета в черные рубашки и красные галстуки.

ВАЛЛИ. Ну что, мы будем дальше дуться или репетировать? У нас концерт через полтора месяца!

ПЕТЯ. Агась, аж в актовом зале, зашатаешься!

ИГОРЬ. И кто, интересно, кричал: «Никаких гламурных утренников! Только хардкор!»?

ВАЛЛИ. Это не утренник, это новогодний концерт. И потом, нам больше негде. Хорошо ещё вот нашли, в чем.

ПЕТЯ. А нам обязательно репетировать в костюмах?

ВИТАЛЯ. Тебе не кажется, что этот прикид подозрительно смахивает на форму?

ВАЛЛИ. Мы это уже обсуждали. Нам не в чем выступать. Нельзя во всем подряд. Вспомните KISS! Это же панковские рубашки, а не пиджаки в клетку.

ВИТАЛЯ. KISS – это каменный век! А ЭТО — форма! Мы одинаковые в ней. Не видишь тут противоречия?

ИГОРЬ. Примерка явно не удалась. Мы эмо-пионеры какие-то.

ВАЛЛИ. Хорошо, предложите другое. Просто у группы должно быть своё лицо, нельзя чтобы каждый сам за себя. Это неправильно.

ВИТАЛЯ. Ага, поэтому ты тут за главного — решаешь, как нам выглядеть! Я скорее в школу в клетке припрусь опять, чем в этом пойду выступать!

ВАЛЛИ. Ты просто не можешь мне простить, что всё получилось.

ПЕТЯ. Эй, ну ты был не один! Без нас бы ты не смог!

ВАЛЛИ. Я не смогу без музыки, а без людей уж как-нибудь справлюсь. Мы играем или как?

Некоторое время без большого энтузиазма все играют I’m against. На припеве Виталя не выдерживает, срывает галстук и прекращает играть.

ВИТАЛЯ. Я ухожу.

ИГОРЬ. А у меня домашки полно…

ПЕТЯ. Я бы остался, но в таком случае меня точно оставят на второй год. Покеда.

ВАЛЛИ. Ребят! Эй, ну что же вы, а концерт? Мы одна команда!

Все ушли. Валли один.

Третья Перемена.

Перед началом уроков. Выходит Маша в тех же брюках, что порвались на Вике, кроме того, Маша осветлила волосы и теперь блондинка. Следом выходит Вика.

ВИКА. Привет. Перекрасилась?

МАША. Нет, блин, это ты наркоты наелась и у тебя глюки. Слепая что ли?

ВИКА. У меня были такие брюки.

МАША. Были да сплыли. Теперь они у меня.

ВИКА. Они дурацкие. Хотя и нехилых денег стоили, из-за них меня без карманных денег оставили теперь.

МАША. Посмотрите-ка, нашлась бедняжка. Да тебя машина в школу привозит каждый день!

ВИКА. То, что мой папа хорошо зарабатывает, не значит, что у меня сколько угодно денег.

МАША. Боже ну на бензин-то хватает до школы? Ты же в трёх кварталах живёшь!

ВИКА. Да так, толкаем потихоньку…

МАША. Ты не думай, что тебе всё позволено раз ты богатая!

ВИКА. Тебе — тем более, Наталья Петровна не разрешает столько косметики, кстати. И куда ты так нарядилась?

МАША. Не твоё дело.