Глава 2. Товар как спектакль (фр. La marchandise comme spectacle)
В данной главе раскрывается тема товарного фетишизма. Товар в современном обществе — это оружие спектакля. При изготовлении товара делается упор не на качество, а на количество. Вводится в оборот термин «товарный гуманизм», который означает на первый взгляд смену отношения к рабочему классу, предоставляя ему услуги и хорошее отношения, однако это часть политической экономики. Ведется уничтожение жизненных ценностей. Чтобы быть не вне общества и не умереть, человек должен постоянно покупать все новые и новые товары. Одни товары сменяются другими, человек не может купить их, поэтому «выпадает из жизни». Ги Дебор утверждает, что «товар — это реально существующая иллюзия».
Глава 3. Единство и разделение видимости (фр. Unité et division dans l'apparence)
С помощью общества спектакля спектакль властвует даже над теми регионами, где слабая экономика. Спектакль возникает на почве избыточной экономики и именно с помощью неё спектакль устанавливает в мире свою гегемонию, невзирая на идеологические и полицейские барьеры. С помощью псевдо-благ он предлагает новые модели революции. Только люди, объединенные нищетой, хотят ему противодействовать. Спектакль представляет собой плотную ширму видимого разнообразия и изобилия, но если заглянуть за неё, можно убедиться, что в мире господствует банальность. Спектакль — есть война товаров, некоторым из них поклоняются люди, покупая брелоки. Каждая новая ложь рекламы товара — это также признание её предыдущей лжи. Избыточность товара выступает как абсолютный разрыв в органическом развитии общественных потребностей. Благодаря развитой экономике, появляются множество социальных ролей и объектов потребления. Пережитки религии, традиции и семьи остаются для человека главной формой наследования классового и социального статуса, но, несмотря на всё то моральное давление и угнетение, что они оказывают, эти пережитки входят в понятие наслаждения этим миром, этой жизнью. Иначе говоря, этот мир есть ничто иное, как гнетущее псевдо-наслаждение. Одна из этих социальных ролей есть звезды, которые мнимо проживают свою жизнь. Имея только одностороннюю коммуникацию (потребление, развлечение), они не признают других людей равными себе. Но все действия и поступки знаменитостей являются лишь ролевыми, они не свободны, а значит, банальны. То что потребляет человек — ту социальную роль, которая связана с этими вещами, он и будет играть. Покупая товар, человек попадает в иллюзии, которая вскоре исчезает, уступая место новой иллюзии. Имеется два вида спектакля — концентрированный и распылённый.
Глава 4. Пролетариат как субъект и представление (фр. Le prolétariat comme sujet et comme représentation)
Субъектом истории может стать лишь человек самосозидающий, являющийся господином и обладателем собственного мира, собственной истории, и осознающий правила своей игры. Здесь особую роль играет историческое мышление, которое можно спасти, лишь сделав его мышлением практическим. Буржуазная эпоха, стремящаяся дать истории научное обоснование, пренебрегает тем обстоятельством, что эта наука должна, прежде всего, исторически основываться на экономике. И наоборот, история напрямую зависит от экономики только потому, что является экономической историей Глава 5. Время и история (фр. Temps et histoire) Глава 6. Зрелищное время (фр. Le temps spectaculaire) Глава 7. Обустройство территории (фр. L'aménagement du territoire) Глава 8. Отрицание и потребление в культуре (фр. La négation et la consommation dans la culture) Глава 9. Материализованная идеология (фр. L'idéologie matérialisée) 51. Понятия «симуляция коммуникации» и «эра гиперреальности» (Ж. Бодрийяр). Ввёл понятие гиперреальность как развитие марксистского понятия надстройка. Основа гиперреальности — симуляция. Единицами гиперреальности являются симулякры — знаки или несамотождественные феномены, отсылающие к чему-то другому, а потому симулятивные.Бодрийяр развил учение о трёх порядках симулякров: копии, функциональные аналоги и собственно симулякры. К третьему порядку симулякров он относил все современные феномены, включая деньги, общественное мнение и моду. Они функционируют по принципу символического обмена.Современную эпоху Бодрийяр называет эрой гиперреальности — надстройка определяет базис, труд не производит, а социализирует, представительные органы власти никого не представляют. Современную эпоху характеризует чувство утраты реальности. Последним бастионом реальности становится смерть («смерть, пожалуй, единственное, что не имеет потребительной стоимости»). На смерти основана любая власть и экономика. Но в этом случае смерть выступает не сама по себе, а как фантазм (представление). В искусстве Бодрийяр видит критическую и терапевтическую функции по возвращению реальности. «Симулякры и симуляция» (фр. Simulacres et Simulation) — философский трактат Жана Бодрийяра, написанный в 1981 году. В этом трактате Бодрийяр исследует взаимосвязи между реальностью, символами и обществом, обобщая предыдущие свои теоретические разработки. Работа состоит из 18 глав, каждая из которых могла бы представлять собой независимое произведение.
Эпиграфом к работе служит фраза:
|
Симулякр — это вовсе не то, что скрывает собой истину, — это истина, скрывающая, что ее нет. Симулякр есть истина. Экклезиаст |
|
хотя на самом деле в Книге Екклезиаста таких слов нет.
В начале своей работы Бодрийяр прибегает к специфической метафоре, используя сюжет рассказа «О строгой науке» Хорхе Луиса Борхеса. Великая Империя создала точную, крайне детализированную карту, размерами равную самой Империи. Карта расширялась или разрушалась в зависимости от того, завоевывала или теряла территории Империя. Когда Империя распалась, все, что от нее осталось — это карта. В интерпретации Бодрийяра все происходит наоборот: карта, в которой живут люди, симуляция реальности, где граждане Империи проводят свою жизнь в уверенности, что их место в репрезентации верно и детально зафиксировано картографами, — это реальность, которая рассыпается за ненадобностью.По Бодрийяру, эпоха постмодернизма — эпоха тотальной симуляции. В ситуации постмодернистского общества, когда реальность превращается в модель, противопоставление между действительностью и знаками стирается, все превращается в симулякр — копию, изображающую что-то, либо вовсе не имевшее оригинала в реальности, либо со временем его утратившее. Бодрийяр утверждает, что современное общество заместило реальность и смысл символами и знаками, и весь человеческий опыт — это симуляция реальности. Более того, эти симулякры не только не являются отражениями реальности, они даже не обманчивые отражения. Они не основываются на реальности и не прячут ее, они скрывают тот факт, что ничто из существующей реальности больше не релевантно нашему текущему пониманию действительности. Симулякры, о которых говорит Бодрийяр, — это значение и символизм культуры и медиа, которые конструируют воспринимаемую реальность, благодаря которой понимание общего существования становится более определенным. Бодрийяр верит, что общество стало настолько насыщено этими симулякрами, а наша жизнь — настолько насыщена навязанными обществом конструкциями, что всякий смысл оказался незначительным и бесконечно изменяющимся. Бодрийяр назвал этот феномен «прецессией симулякров». Говоря о «прецессии симуляции», он скорее имеет в виду способ, благодаря которому симулякр предваряет реальность, нежели преемственность исторических стадий развития образа. Ссылаясь на рассказ Борхеса, он утверждает, что в современном обществе копия занимает место оригинала точно так же, как географическая карта предваряет территорию Империи.Он выделяет 4 фазы развития образа:
образ — доброкачественное изображение, копия, которой мы верим, которую можно назвать отражением фундаментальной реальности, имеющим, по Бодрийяру, «сакраментальный характер»[2].
образ — злокачественное отображение реальности, недостоверная копия, которая «маскирует и искажает фундаментальную реальность»[2] и носит вредоносный характер. Здесь знаки и изображение могут намекать на существование некой неопределенной реальности, где знак сам по себе неспособен к инкапсуляции.
образ маскирует отсутствие фундаментальной реальности, здесь знак притворяется достоверной копией, тогда как это копия без оригинала. Символы и образы претендуют на репрезентацию чего-то реального, когда на самом деле никакой репрезентации нет, и случайные изображения лишь предполагаются теми вещами, к которым они никак не относятся. По Бодрийяру, образ здесь носит «характер чародейства»[2], где весь смысл искусственно заколдован и оказывается отсылкой к алхимической правде.
фаза чистой симуляции, где симулякр не имеет никакого отношения к какой-либо реальности, «являясь собственным симулякром в чистом виде»[2]. Здесь образ отражает лишь другие образы и претендует на свою реальность исключительно ради других подобных претензий. Это режим тотальной эквивалентности, где культурный продукт больше не стремится быть реальным в здравом понимании, потому что опыт потребителей настолько преимущественно искусственен, что даже претензия на реальность должна выражаться в искусственных, гиперреальных условиях.
Эра симуляции берет своё начало в уничтожении всякой соотнесенности, всех референтов и в последующем искусственном воскрешении их в системах знаков. Переход от знаков, которые маскируют что-либо, к знакам, за которыми ничего нет, означает решительный поворот. Первое еще предполагает теологию истины и тайны (которой еще принадлежит принцип идеологии). Второе ознаменовывает эру симулякров и симуляций, в которой больше нет ни Бога, чтобы распознать самое себя, ни какого-либо суждения, чтобы отделить правду от лжи, реальное от искусственно воскрешенного, потому как все уже умерло и воскрешено заблаговременно. В касающейся нас непосредственно фазе эра симуляции проявляется в необузданном производстве реального и референтного, сопоставимого с необузданностью материального производства, а также «в виде стратегии реального, неореального и гиперреального, повсеместно дублируемой стратегией апотропии».Одним из утраченных референтов в эру симуляции, по Бодрийяру, оказывается история. Она превращается в миф и именно поэтому она приходит на смену мифам в кино. Происходит фетишизация прошлого, сопоставимая с теорией фетиша Фрейда. Утрата референта оказывается травмой, подобной открытию ребенком различия полов. История с триумфом входит в кинематограф после своей смерти, но не для воскрешения, а как проявление ностальгии по утраченной референции. Одновременно с этим само кино, стремясь к абсолютному совпадению с реальным, приближается к абсолютному совпадению с самим собой, к гиперреальности. «Кино заворожено самим собой как утраченным объектом».[2] Отталкиваясь от теории Маклюэна «средство есть сообщение» (англ. «medium is a message»), Бодрийяр делает вывод об имплозии смысла в СМИ при увеличении количества информации. Он выдвигает три гипотезы:
информация продуцирует смысл, но оказывается неспособной компенсировать потерю смысла во всех областях, так как его поглощение происходит быстрее, чем повторная инъекция.
информация не имеет ничего общего со смыслом, оказываясь операционной моделью другого порядка, не предполагающей никакого конечного смысла.
информация непосредственно разрушает или нейтрализует смысл, что связано с разубеждающим влиянием средств массовой информации.
Информация «пожирает» свой собственный контент, во-первых, потому, что вместо побуждения к коммуникации занимается ее инсценировкой, вместо производства смысла — его инсценировкой. Во-вторых, потому, что инсценировкой коммуникации и смысла СМИ добиваются разложения всякого социального. И в данном случае формула Маклюэна означает, что «все контенты смысла поглощаются единственной доминирующей формой медиа». Как утверждает Бодрийяр, формула Маклюэна является ключевой в эре симуляции (медиа есть сообщение, отправитель есть адресат, замкнутость полюсов) и должна рассматриваться в предельном своем выражении: «после того как все контенты и сообщения испарятся в медиа, сами медиа исчезнут как таковые». 52. «Информационное общество»: история появления концепции, отличительные черты. Информацио́нное о́бщество — общество, в котором большинство работающих занято производством, хранением, переработкой и реализацией информации, особенно высшей её формы — знаний. Для этой стадии развития общества и экономики характерно:
увеличение роли информации, знаний и информационных технологий в жизни общества;
возрастание числа людей, занятых информационными технологиями, коммуникациями и производством информационных продуктов и услуг, рост их доли в валовом внутреннем продукте;
нарастающая информатизация общества с использованием телефонии, радио, телевидения, сети Интернет, а также традиционных и электронных СМИ;
создание глобального информационного пространства, обеспечивающего:
эффективное информационное взаимодействие людей;
их доступ к мировым информационным ресурсам;
удовлетворение их потребностей в информационных продуктах и услугах.
развитие электронной демократии, информационной экономики, электронного государства, электронного правительства, цифровых рынков, электронных социальных и хозяйствующих сетей.
Японская версия термина «информационное общество» появилась в 1961 году во время беседы между Кисё Курокава и Тадао Умесао (англ.)русск.[1]. Позже этот термин был использован в появившихся практически одновременно — в Японии и США — работах Т. Умесао (англ.)русск. (1963) и Ф. Махлупа (1962)[2] . Теория «информационного общества» была развита такими известными авторами, как М. Порат, Й. Масуда, Т. Стоуньер, Р. Карц и др.[3]; в той или иной мере она получила поддержку со стороны тех исследователей, которые акцентировали внимание не столько на прогрессе собственно информационных технологий, сколько на становлении технологического или технетронного (technetronic — от греч. techne) общества[4], или же обозначали современный социум, отталкиваясь от возросшей или возрастающей роли знаний как «the knowledgeable society», «knowledge society» или «knowledge-value society». Сегодня существуют десятки понятий, предложенных для обозначения отдельных признаков современного общества.Начиная с 1992 года термин стали употреблять и западные страны, например, понятие «национальная глобальная информационная инфраструктура» ввели в США после известной конференции Национального научного фонда и знаменитого доклада Б. Клинтона и А. Гора. Понятие «информационное общество» появилось в работах Экспертной группы Европейской комиссии по программам информационного общества под руководством Мартина Бангеманна, одного из наиболее уважаемых в Европе экспертов по информационному обществу; информационные магистрали и супермагистрали — в канадских, британских и американских публикациях.В конце XX в. термины «информационное общество» и «информатизация» прочно заняли своё место, причём не только в лексиконе специалистов в области информации, но и в лексиконе политических деятелей, экономистов, преподавателей и ученых. В большинстве случаев это понятие ассоциировалось с развитием информационных технологий и средств телекоммуникации, позволяющих на платформе гражданского общества (или, по крайней мере, декларированных его принципов) осуществить новый эволюционный скачок и достойно войти в следующий, 21-й век уже в качестве информационного общества или его начального этапа.27 марта 2006 года генеральная Ассамблея ООН приняла резолюцию под номером A/RES/60/252, которая провозглашает 17 мая Международным днём информационного общества. Учитывая глубину и размах технологических и социальных последствий компьютеризации и информатизации различных сфер общественной жизни и экономической деятельности, их нередко называют компьютерной или информационной революцией. Более того, западная общественно-политическая мысль выдвинула различные варианты так называемой концепции «информационного общества», имеющей своей целью объяснение новейших явлений, порожденных новым этапом научно-технического прогресса, компьютерной и информационной революцией. О значимости и растущей популярности этой концепции на Западе свидетельствует все более нарастающий поток публикаций на эту тему. В настоящее время в западной общественно-политической мысли она постепенно выдвигается на то место, которое в 70-х годах занимала теория постиндустриального общества.Ряд политологов и политэкономов склоняется к тому, чтобы провести резкую грань, отделяющую концепцию информационного общества от постиндустриализма. Однако, хотя концепция информационного общества призвана заменить теорию постиндустриального общества, её сторонники повторяют и дальше развивают ряд важнейших положений технократизма и традиционной футурологии.Д. Белл, сформулировавший теорию постиндустриального общества, в настоящее время выступает в качестве сторонников концепции информационного общества. Для самого Белла концепция информационного общества стала своеобразным новым этапом развития теории постиндустриального общества. Как констатировал Белл, «революция в организации и обработке информации и знания, в которой центральную роль играет компьютер, развивается в контексте того, что я назвал постиндустриальным обществом».Как считает У. Мартин, под информационным обществом понимается «развитое постиндустриальное общество», возникшее прежде всего на Западе. По его мнению, не случаен тот факт, что информационное общество утверждается прежде всего в тех странах — в Японии, США и Западной Европе, — в которых в 60-х — 70-х годах сформировалось постиндустриальное общество.У. Мартин предпринял попытку выделить и сформулировать основные характеристики информационного общества по следующим критериям. Технологический: ключевой фактор — информационные технологии, которые широко применяются в производстве, учреждениях, системе образования и в быту. Социальный: информация выступает в качестве важного стимулятора изменения качества жизни, формируется и утверждается «информационное сознание» при широком доступе к информации. Экономический: информация составляет ключевой фактор в экономике в качестве ресурса, услуг, товара, источника добавленной стоимости и занятости. Политический: свобода информации, ведущая к политическому процессу, который характеризуется растущим участием и консенсусом между различными классами и социальными слоями населения. Культурный: признание культурной ценности информации посредством содействия утверждению информационных ценностей в интересах развития отдельного индивида и общества в целом.При этом Мартин особо подчеркивает мысль о том, что коммуникация представляет собой «ключевой элемент информационного общества».Мартин отмечает, что, говоря об информационном обществе, его следует принимать не в буквальном смысле, а рассматривать как ориентир, тенденцию изменений в современном западном обществе. По его словам, в целом эта модель ориентирована на будущее, но в развитых капиталистических странах уже сейчас можно назвать целый ряд вызванных информационными технологиями изменений, которые подтверждают концепцию информационного общества.Среди этих изменений Мартин перечисляет следующие:
структурные изменения в экономике, особенно в сфере распределения рабочей силы; возросшее осознание важности информации и информационных технологий;
растущее осознание необходимости компьютерной грамотности;
широкое распространение компьютеров и информационной технологии;
развитие компьютеризации и информатизации общества и образования;
поддержка правительством развития компьютерной микроэлектронной технологии и телекоммуникаций.
широкое распространение компьютерных вирусов и вредоносных программ по всему миру.
В свете этих изменений, как считает Мартин, «информационное общество можно определить как общество, в котором качество жизни, так же как перспективы социальных изменений и экономического развития, в возрастающей степени зависят от информации и её эксплуатации. В таком обществе стандарты жизни, формы труда и отдыха, система образования и рынок находятся под значительным влиянием достижений в сфере информации и знания».В развернутом и детализированном виде концепцию информационного общества (с учетом того, что в неё почти в полном объёме включается разработанная им в конце 60-х — начале 70-х годов теория постиндустриального общества) предлагает Д. Белл. Как утверждает Белл, «в наступающем столетии решающее значение для экономической и социальной жизни, для способов производства знания, а также для характера трудовой деятельности человека приобретает становление нового уклада, основывающегося на телекоммуникациях. Революция в организации и обработке информации и знаний, в которой центральную роль играет компьютер, развертывается одновременно со становлением постиндустриального общества». Причем, считает Белл, для понимания этой революции особенно важны три аспекта постиндустриального общества. Имеется в виду переход от индустриального общества к обществу услуг, определяющее значение кодифицированного научного знания для реализации технологических нововведений и превращение новой «интеллектуальной технологии» в ключевой инструмент системного анализа и теории принятия решения.Качественно новым моментом стала возможность управления большими комплексами организаций и производством систем, требующим координации деятельности сотен тысяч и даже миллионов людей. Шло и продолжает идти бурное развитие новых научных направлений, таких как информационная теория, информатика, кибернетика, теория принятия решений, теория игр и т. д., то есть направлений, связанных именно с проблемами организационных множеств.Одним из крайне неприятных аспектов информатизации общества является утрата информационным обществом устойчивости. Из-за возрастания роли информации малые группы могут оказывать существенное влияние на всех людей. Такое влияние, например, может осуществляться через террор, активно освещаемый СМИ. Современный терроризм — это одно из следствий снижения устойчивости общества по мере его информатизации.Возвращение устойчивости информационного общества может быть осуществлено через усиление политик учетности. Одним из новых направлений усиления политик учетности людей является биометрия. Биометрия занимается созданием автоматов, способных самостоятельно узнавать людей. После событий 11 сентября 2001 года по инициативе США началось активное использование международных паспортов с биометрической идентификацией людей автоматами при пересечении границ государств.Вторым важнейшим направлением усиления политик учетности в информационном обществе является массовое использование криптографии. Примером может служить СИМ карта в сотовом телефоне, она содержит криптографическую защиту учетности оплаты абонентами арендуемого у оператора канала цифровой связи. Сотовые телефоны являются цифровыми, именно переход на цифру позволил обеспечить всех желающих каналами связи, но без криптографии в СИМ картах сотовая связь не смогла бы стать массовой. Операторы сотовой связи не смогли бы надежно контролировать факт наличия денег на счете абонента и операции по снятию денег за пользование каналом связи.В 2010 году Совет министров Республики Беларусь утвердил[5] Стратегию развития информационного общества в Беларуси до 2015 года и план первоочередных мер по её реализации на 2010 год (развитие информационного общества — один из национальных приоритетов, является общенациональной задачей). Формирование основ информационного общества завершено, правовая основа информатизации заложена[6]. В период до 2015 года в Республике Беларусь, согласно Стратегии развития информационного общества в Республике Беларусь до 2015 года должны быть завершены работы по созданию и развитию базовых компонентов информационно-коммуникационной инфраструктуры для развития государственной системы оказания электронных услуг (электронное правительство). Она будет включать общегосударственную информационную систему, интегрирующую государственные информационные ресурсы с целью предоставления электронных услуг; единую защищенную среду информационного взаимодействия; государственную систему управления открытыми ключами; систему идентификации физических и юридических лиц, а также платежный шлюз в интеграции с единым расчетным информационным пространством, посредством которого будут осуществляться платежные транзакции. По плану информатизации Республике Беларусь на период до 2015 года можно предположить, что к 2015 году, каждый вуз будет иметь широкополосный доступ к сети Интернет. Стратегией развития информационного общества в стране предусмотрен рост к 2015 году широкополосных портов доступа в Интернет до 3 миллионов (около 530 тыс. сегодня), число пользователей мобильного доступа в Интернет достигнет 7 миллионов (около 1,6 млн сегодня). Сегодня более 87 % белорусских школ имеют некоторые формы доступа к Интернету, а более 21 % имеют широкополосный доступ. 53.Концепция «информациональное общество» (М. Кастельс) и его отличие от «информационного общества». Целью одного из главных трудов М.Кастельса «Сетевые структуры и формирование информационного общества» является наблюдение и анализ процесса перехода человеческого общества в информациональную эпоху. Переход основан на революции в информационных технологиях, которая в 1970-х годах заложила фундамент для новой технологической системы, получившей распространение по всему миру. Одновременно с изменениями в материальной технологии революционные изменения претерпела социальная и экономическая структура: относительно жесткие и вертикально-ориентированные институты замещаются гибкими и горизонтально-ориентированными сетями, через которые осуществляется власть и обмен ресурсами. Для М. Кастельса формирование международных деловых и культурных сетей и развитие информационной технологии — явления неразрывно связанные и взаимозависимые. Все сферы жизни, начиная с геополитики крупных национальных государств и заканчивая повседневностью людей меняются, оказываясь помещенными в информационное пространство и глобальные сети.Революция в информационной технологии является «отправным пунктом в анализе сложностей становления новой экономики, общества и культуры». По М. Кастельсу технология является ресурсным потенциалом развития общества, предоставляющим разные варианты социальных изменений. Общество при этом в значительной степени свободно в принятии решений о пути своего движения. Для подтверждения такой позиции, касающейся роли технологии в социальных изменениях, автор обращается к истории развития компьютерной отрасли в США. Согласно Кастельсу изобретение персонального компьютера и последующая массовизация пользователей не были жестко предопределены технологическими законами: альтернативой "персоналке" являлась концентрация контроля за развитием компьютерной технологии крупными корпорациями (IBM) и правительства. При таком пути развития общества постепенно нарастают тоталитарные тенденции всеобщего надзора, расширяются властные возможности правительства, вооруженного компьютерными технологиями. На рубеже 50-60-х годов опасность монополизации технологии была вполне реальной, однако, внешние причины (возникшие социальные движения, расцвет контркультуры, глубокие либеральные и демократические традиции) постепенно свели ее к минимуму.Пример истории компьютерной отрасли демонстрирует лишь частичную зависимость изменений в обществе от технологического развития, т.е. производства. Такое же важное место автор отводит опыту, рассматриваемому как воздействие человеческих субъектов на самих себя, через меняющееся соотношение между их биологическими и культурными идентичностями. Наряду с производством и опытом третьим важным фактором, влияющим на организацию человеческой деятельности, является власть. В обществе фактор производства, под которым подразумевается развитие компьютерных технологий, оказывает доминирующее влияние, как на отношения власти, так и на культуру.М. Кастельс делает существенное различение между известными концепциями "информационного общества" и собственной концепцией "информационального общества". Если в первом случае подчеркивается определяющая роль информации в обществе, то по мнению, М. Кастельса информация и обмен информацией сопровождали развитие цивилизации на протяжении всей истории человечества и имели критическую важность во всех обществах. В то же время зарождающееся "информациональное общество" строится таким образом, что "генерирование, обработка и передача информации стали фундаментальными источниками производительности и власти". Одной из ключевых черт информационального общества является сетевая логика его базовой структуры. К тому же информациональное общество развивается на фоне ускоряющихся и противоречивых процессов глобализации, процессов, затрагивающих все точки земного шара, вовлекая или исключая из общего социального, символического и экономического обмена. Информационные технологии определяют картину настоящего и в еще большей мере будут определять картину будущего. В связи с этим М. Кастельс придает особое значение исследованию того, как развивались такие технологии в послевоенный период. В них ученый включает "совокупность технологий в микроэлектронике, создании вычислительной техники (машин и программного обеспечения), телекоммуникации/вещании и оптико-электронной промышленности". Таким образом, ядро трансформаций, которые переживает современный мир, связано с технологиями обработки информации и коммуникацией. М. Кастельс предлагает социологическое описание и понимание основных моментов истории становления подобного рода технологий, уделяя много внимания роли Силиконовой долины в развитии компьютерной индустрии. Дух свободного предпринимательства, университетский интеллектуализм и правительственные заказы сделали Силиконовую долину лидером компьютерной отрасли.М. Кастельс очерчивает границы информационно-технологической парадигмы, имеющей несколько главных черт. Во-первых, информация в рамках предлагаемой парадигмы является сырьем технологии и, следовательно, в первую очередь технология воздействует на информацию, но никак не наоборот. Во-вторых, эффекты новых технологий охватывают все виды человеческой деятельности. В-третьих, информационная технология инициирует сетевую логику изменений социальной системы. В-четвертых, информационно-технологическая парадигма основана на гибкости, когда способность к реконфигурации становится "решающей чертой в обществе". В-пятых, важной характеристикой информационно-технологической парадигмы становится конвергенция конкретных технологий в высокоинтегрированной системе, когда, например, микроэлектроника, телекоммуникации, оптическая электроника и компьютеры интегрированы в информационные системы. Взятые все вместе характеристики информационно-технологической парадигмы являются фундаментом информационального общества.Это становится постоянно присутствующим фоном, тканью нашей жизни. Так, по мнению М. Кастельса, зарождается новая культура, "культура реальной виртуальности". Реальная виртуальность — это система, в которой сама реальность (т.е. материальное/символическое существование людей) полностью схвачена и погружена в виртуальные образы, в выдуманный мир, где внешние отображения не просто находятся на экране, но сами становятся опытом. Наряду с телевидением развитие электронных компьютерных сетей (Minitel, Internet) становится тем фактором, который можно считать формообразующим для культуры виртуальной реальности. М. Кастельс исследует этапы становления Интернета, т.е. его превращения из локальной компьютерной сети военного назначения в новую глобальную реальность информационной эпохи. Он полагает, что "компьютерная коммуникация не есть всеобщее средство коммуникации и не будет таковым в обозримом будущем" . "Новые электронные средства не отделяются от традиционных культур они их абсорбируют". Члены данных сообществ могут быть разъединены в физическом пространстве, однако в пространстве виртуальном они могут быть также традиционны, как общины небольших городов.М. Кастельс использует теорию сетей для анализа изменений, происходящих в городской среде информационного общества. Сетевые структуры воспроизводятся как на внутригородском уровне, так и на уровне отношений между глобальными городами. В глобальных городах появляются информационно-властные узлы, которые замыкают на себе основные потоки информации, финансовых ресурсов и становятся точками принятия управленческих решений. Между этими узлами курсируют ресурсные потоки, а сами узлы находятся в беспрерывной конкуренции между собой. Он рассматривает мегаполисы в качестве масштабных центров "глобального динамизма", культурной и политической инновации и связующих пунктов всех видов глобальных сетей. Таким образом, М. Кастельс дает рельефное описание процессов, происходящих в структуре городов в период перехода к информациональной эпохе.Изучение пространственных трансформаций не ограничивает анализом городской среды, опирающимся на богатый эмпирический материал — читателю предлагается социальная теория пространства и теория пространства потоков. Под потоками М. Кастельс понимает "целенаправленные, повторяющиеся, программируемые последовательности обменов и взаимодействий между физически разъединенными позициями, которые занимают социальные акторы в экономических, политических и символических структурах общества". Таким образом, "пространство потоков есть материальная организация социальных практик в разделенном времени, работающем через потоки". Пространство потоков видится автору в виде трех слоев материальной поддержки: первый слой состоит из цепи электронных импульсов; второй слой состоит из узлов и коммуникационных центров; третий слой относится к пространственной организации доминирующих менеджерских элит, осуществляющих управленческие функции.Элиты информационального общества могут рассматриваться как пространственно ограниченная сетевая субкультура, в которой формируется стиль жизни, позволяющий им унифицировать собственное символическое окружение по всему миру. Складывающиеся в пространстве потоков слои материальной поддержки формируют инфраструктуру того общества, которое М. Кастельс называет информациональным. 54. Постмодернистские подходы к массовой коммуникации.
55.Тренинговые программы: основные цели и задачи. 56. Основные принципы межкультурного диалога. Принципы межкультурной коммуникации определяют процесс обмена осмысленной и точной информации, пересекающей культурные границы, таким образом, чтобы сохранить взаимоуважение и максимально сократить возникающее противоречия. В этом контексте культура является системой символов, представлений, подходов, ценностей, ожиданий и норм поведения. Данная общность относится и к когерентным группам независимо от того является ли индивид постоянным жителем или временно проживающим на данной территории. Следовательно, данные принципы могут иметь равную значимость как для туриста, обращающегося за помощью, так и для двух независимых корпораций, пытающихся объединить свои производства или, например, для политиков, старающихся договориться о всеобщем мире. Два фактора повысили важность данной проблемы:
Совершенствование транспортных и коммуникационных технологий позволило ранее стабильным культурам встретиться в неструктурированных ситуация, например, интернет открывает линию связи без посредничества. Опыт доказывает, что преодоление культурных границ может показаться пугающим, в то время как позитивные попытки взаимодействия могут спровоцировать защитную реакцию. Непонимание может сопровождаться либо преувеличенной чувствительностью по отношению к возможному пренебрежению, либо когда человек испытывает опасение ошибочно продемонстрировать своё пренебрежение;
Некоторые предполагают, что феномен такого понятия как «глобализация» сократил культурное разнообразие, тем самым сократив возможность непонимания среди представителей разных культурных общностей. Представители разных культур могут кодировать и декодировать сообщения по-разному, тем самым возможность непонимания увеличивается. Игнорирование культурных особенностей в связи с невежеством может вызвать затруднения на пути коммуникации представителей обеих культур. Признание культурных особенностей следует из того, что мысли и поступки представителей культурных общностей могут быть различны. Подобные непонимания постепенно приобретают характеристику этноцентризма, когда индивид отдает предпочтение своей этнической группе, воспринимая остальные сквозь призму традиций и ценностей, характерных для его культуры. Некоторые культурные особенности могут быть легко идентифицированы, например: осознает ли человек свой статус или же старается продемонстрировать его с помощью материальных благ. Проблемы личной безопасности, достоинства и самоконтроля буду сильно отличаться у представителей трудоспособного населения и лиц с ограниченными возможностями. Таким же образом существуют явные проблемы между представителем культуры, основанной на жестоком делении на классы, и меритократом (или в ситуации, когда возникает такое явление как расизм, сексизм и религиозная нетерпимость). В таких случаях основополагающее значение личности оспаривается в связи с надлежащим положением и ролью, особенно если данное положение оказывает влияние на других. Но реальность все сильнее базируется на властных отношениях: кто находится на вершине социальной, экономической и политической иерархии. Коммуникация проявляется в различных формах. Всякий раз, когда представитель одной культуры отправляет сообщение для обработки другой культурной общности, осуществляется межкультурная коммуникация.[1] Всякий раз, когда представитель одной культуры отправляет сообщение для обработки другой культурной общности, осуществляется межкультурная коммуникация. Важно понимать, в какой именно момент начался данный процесс, так каждый сможет вовремя принять правильное решение о том, в каком направлении необходимо общаться. Этика межкультурной коммуникации включает в себя изучение различных благ; дискурс, который возникает и формирует структуру рассматриваемых особенностей, и методы работы, позволяют вести конструктивный диалог в постмодернистском мире различий[2]. В любой ситуации, связанной с этической дилеммой, необходимо сделать выбор при рассмотрении намерений, действий, средств, последствий, конечных целей и внедрения культурного контекста.В контексте принятия решений, относящихся к межкультурной коммуникации, индивиду часто приходится делать сложный выбор между отстаиванием собственных культурных представлений и ценностей и признанием ценностей другой культуры. Признание разных ценностей и убеждений поможет при взаимодействии с представителем другой культуры[3]. Понимание принципов межкультурного взаимодействия и умение эффективно его использовать может помочь преодолеть культурные различия, ослабить напряжение и помочь в достижении гармоничных и продуктивных отношений[1]. Это особенно важно в современном мире, где появился такой феномен как глобальный рынок.Сегодня особенно важно, чтобы люди изучали культуру и коммуникационные традиции тех, с кем им необходимо взаимодействовать. Данные знания позволят свести к минимуму риски возможного недопонимания. Эффективным будет также являться установление повестки дня таким образом, чтобы каждый осознавал характер и цель сложившейся ситуации. Высокому уровню межкультурного общения способствуют:
Избегание использования сленга и идиом, выбирая слова, которые передают лишь наиболее денотативное значение;
Высокий уровень внимания к собеседнику, включая выяснение не вполне понятых слов (особенно важно, если присутствует местный акцент);
Понимание, что для некоторых языков, неправильное ударение и неверная интонация могут изменить смысл предложения;
Проявление уважения к особенностям и стилю коммуникации, учитывая территориальное происхождение индивида. В подобных случаях стоит отслеживать изменения невербальных знаков;
Чтение литературы, посвященной представителями другой культурной общности вашей, позволит понимать основные принципы и способы коммуникации;
Принципы межкультурной коммуникации в основе своей базируются на том, что индивид должен понимать с представителем какой культурной общности он имеет дело. Зная историю данного народа, государства, понимая национальные привычки и традиции, индивид минимизирует возможность недопонимания. Требуя хорошего отношения к себе и, тем более к культуре, которую каждый из нас представляет необходимо вести себя таким образом, чтобы взаимодействие носило долгосрочный характер, основанный на принципах взаимного уважения. 57. Способы ведения деловых переговоров и деловой переписки.
1. Особенности общения в условиях ведения переговоров.Переговоры представляют собой специфический вид социального взаимодействия. Кардинальной характеристикой такого взаимодействия является несовпадение целей, интересов, позиций людей, включенных в переговорный процесс. Собственно потребность в переговорах и возникает лишь тогда, когда мнения не совпадают, интересы и позиции расходятся.Таким образом, переговоры – это механизм разрешения (урегулирования) конфликта; совместная деятельность оппонентов по поиску взаимоприемлемого решения проблем.Выделяют следующие виды переговоров:1. Переговоры о продлении действующих соглашений.2. Переговоры о нормализации отношений.3. Переговоры о перераспределении.4. Переговоры о создании новых условий.5. Переговоры по достижению побочных эффектов. Безусловно, каждый из перечисленных видов переговоров имеет свои особенности. Вместе с тем у них есть то общее, что отличает их от других видов делового общения.Они не имеют смысла, когда противоречие можно преодолеть нормативным путем. Оппоненты приходят к пониманию необходимости переговоров, когда противоборство не дает ожидаемых результатов или становится невыгодным.Важной отличительной чертой переговоров является их направленность на согласование целей и интересов. Какие бы схемы и технологии ведения переговоров не применялись сторонами, они могут достичь конкретного результата лишь посредством согласования целей.Другая особенность переговоров состоит в том, что стороны, хотят они этого или нет, вынуждены считаться с мнением друг друга. Более того, всей структурной организацией и динамическими тенденциями переговорного процесса они “подталкиваются” к достижению взаимного доверия.Наконец, переговоры отличаются от других видов делового общения тем, что оппоненты вынуждены стремиться к обеспечению баланса власти и взаимного контроля сторон. В процессе переговоров договаривающиеся стороны способны использовать различные методы: от признания собственной неправоты до угроз и шантажа. Поэтому без взаимного контроля достижение реального результата невозможно, так как переговоры превращаются в конфликт.Особенностью переговоров является также и то, что они, как правило, ведутся группами людей. Переговоры могут также вестись специально назначенными переговорщиками, цели которых (выполнить заказ) существенно отличаются от целей заказчиков (решить проблему). Тем не менее критерием успешности переговоров выступает выполнение обеими сторонами заключенных договоренностей.Перечисленные особенности оказывают влияние на выбор соответствующих схем и методов делового общения в формате переговоров.2. Стадии ведения переговоров.Динамика ведения переговоров отражается в их определенной стадиальности, включающей последовательное прохождение оппонентами следующих стадий: подготовка к переговорам; ведение переговоров; анализ результатов переговоров и выполнение достигнутых договоренностей.Подготовка к переговорам предполагает: анализ проблемы, интересов сторон; определение возможных подходов, своей позиции и допустимых вариантов решения на переговорах; формирование команды (делегации); определение места и времени переговоров; уточнение повестки дня; согласование организационных вопросов.Ведение переговоров включает в себя три основных этапа:– уточнение интересов и позиций сторон;– аргументацию своей позиции, обсуждение позиции оппонента;– согласование позиций и выработку общей формулы соглашений. Анализ результатов переговоров предполагает выяснение:– того, что способствовало достижению договоренностей;– почему имели место те или иные сложности и ошибки;– как можно классифицировать поведение оппонента и какова наилучшая стратегия взаимодействия с ним;– какой опыт можно извлечь из состоявшегося взаимодействия. 3. Психологические условия эффективного ведения переговоров
Эффективность ведения переговоров зависит от учета психологической специфики и закономерностей этого вида делового взаимодействия. Наиболее полное описание условий достижения целей переговоров дано А.Я. Анцуповым и А.И. Шипиловым. К таким условиям относятся следующие:1. Учет психологических закономерностей достижения результата в переговорах:– зависимость хода и итогов переговоров от личностных, гендерных и этнических особенностей оппонентов;– влияние на ход переговоров численности делегаций сторон, места и времени их ведения;– наличие связи между наличием угрозы насилия и уступчивостью сторон;– зависимость результатов переговорного процесса от стиля деятельности посредника и др.2. Использование эффективных приемов ведения переговоров и воздействия на оппонента. Таковыми являются следующие приемы:а. “Выражение согласия” с уже высказанным мнением партнера. Направлено на подчерки-вание общности с ним.б. “Салями” – медленное выражение собственной позиции с целью растянуть время и полу-чить больше информации об оппоненте.в. “Выжидание” заключается в стремлении сначала выслушать мнение оппонента, чтобы уже с его учетом выработать свою позицию.г. “Затяжка” предполагает применение различных способов для того, чтобы отсрочить приня-тие решения для того, чтобы разобраться в ситуации, произвести какие-либо обеспечивающие действия, получить необходимую информацию и др.д. “Пакетирование” – “увязка” в единый пакет предложений, выгодных и невыгодных оппо-ненту и требования рассмотреть их в комплексе.е. “Выдвижение требований в последнюю минуту” – оглашение новых, не вполне прием-лемых оппонентом требований в тот момент, когда решение о соглашении уже принято.ж. “Указание на слабые стороны позиции оппонента” – смещение акцента на недостаточность полномочий, нервозность оппонента, отсутствие у него веских аргументов и альтернативных вариантов решений.Кроме этих приемов оппонентами могут применяться и такие не вполне нравственно обоснованные приемы, как демонстрация силы, угроза, шантаж, интриги, ультиматум, внесение явно неприемлемых предложений и обвинение партнера в нежелании заключить договор, вымогательство и др. Деловой человек (делегация) должен быть психологически готов к использованию таких манипулятивных технологий и иметь заранее выработанные контрприемы для их нейтрализации.Вместе с тем практика показывает, что нарушение этических норм в процессе переговоров не способствует достижению перспективных целей в бизнесе. 4.Этические нормы переговорного процесса.Искусство ведения переговоров тесно связано с искусством компромисса, взаимных уступок. Однако в практике переговоров еще в начале ХХ века был выработан принцип баланса уступок и соблюдения интересов сторон, гласящий, что уступки не могут выходить за рамки минимальных значений интересов оппонентов. Этот закон получил название “принцип Парето” в честь В. Парето, сформулировавшего его. Для достижения этого баланса необходимо соблюдать некото-рые этические нормы взаимодействия в процессе переговоров.К этическим нормам ведения переговорного процесса можно отнести следующие положения, негласно подразумевающиеся договаривающимися сторонами:– цель не оправдывает неподходящие средства ведения переговоров;– деловые отношения выше сиюминутных выгод, полученных в ущерб им;– деловая репутация зарабатывается трудно, а теряется легко и др.Все они являются конкретным проявлением общего этического принципа деловых отношений, гласящего: “Поступай по отношению к деловому партнеру так, как хочешь, чтобы он поступал по отношению к тебе”. 5. Сущность делового этикета и психологические механизмы его регулирующего воздействия на процесс общения.Многовековая история бизнеса выстрадала своеобразный закон, гласящий: “В деловых отношениях мелочей не бывает”. Все стороны делового взаимодействия подчиняются гласным и негласным этическим правилам, совокупность которых составляет деловой этикет.Деловой этикет – это установленный порядок поведения сторон в деловом взаимодействии.Этикет в деловых отношениях основан на действии психологических механизмов упорядочения, структурирования, подкрепления взаимодействия и др. Отражая нравственную и эстетическую стороны профессионального поведения предпринимателя, этикет выполняет важнейшую функцию – упорядочение и обеспечение высокой эффективности делового взаимодействия. Нравственная сторона содержит моральные нормы: честности, порядочности, уважения, доверия и др. Эстетическая сторона отражает красоту и изящество форм поведения делового человека.Соблюдение этикета – это своего рода общение на понятном бизнесменам языке, свидетельство принадлежности к единой когорте людей, доверяющих друг другу и способных нести ответственность по своим обязательствам. По данным экспертов, около 70% сорвавшихся выгодных для российских бизнесменов сделок не состоялись потому, что наши предприниматели недооценивали этическую сторону взаимодействия. Этический нигилизм бизнесменов является причиной краха многих деловых проектов, крушения человеческих судеб.Сегодня знание делового этикета и умение следовать его правилам рассматривается не только как элемент профессиональной зрелости и общей культуры делового человека, но и как непременное условие его делового успеха. 6. Культурные нормы общения бизнесмена по телефону,ведения деловой переписки, поведения в общественных местах.Современный предприниматель решает деловые вопросы не только в рабочем кабинете, за столом переговоров, но и в иных местах, например, в театре, на концерте, на презентации. Приглашение делового партнера в театр может стать частью плана его психологической подготовки к принятию необходимого бизнесмену решения. От того, каким предстанет предприниматель в глазах партнера, в существенной мере будет зависеть успешность последующих деловых переговоров. Здесь этика поведения тесно переплетается с психологией социального восприятия. Эта связь особенно сильна, когда партнеры недостаточно хорошо знакомы друг с другом.Среди многочисленных этических норм поведения при участии в культурно-массовых мероприятиях деловому человеку необходимо как минимум соблюдать следующее: – не стоит идти на такое мероприятие людям с насморком, кашлем; – войдя в помещение, нужно заранее подготовить билеты (пригласительные), чтобы не искать их по карманам и не вступать в пререкания с контролером. Сдав верхнюю одежду в гардероб, приобрести программу спектакля, посмотреть на себя в зеркало, заблаговременно занять свои места в зале;– если места расположены посреди ряда, следует вежливо попросить того, кто сидит с краю: “Разрешите, пожалуйста, пройти”, – и пройти на свое место лицом к сидящим. При этом мужчины пропускают проходящих, по крайней мере женщин, поднимаясь с кресел;– при любых обстоятельствах не следует занимать чужие, пусть и пустующие места. Хозяева этих мест могут появиться в ходе спектакля и потребовать освободить их;– искать в зале знакомых, махать им руками, тянуться через ряды, чтобы пожать руку очень невежливо. Также нетактичным является обсуждение оформления зала и сцены, недостатков и достоинств спектакля, игры актеров, подсказывание и подпевание им, крайне невежливо есть во время спектакля, зевать, свистеть, топать ногами;- если представление не понравилось гостю, уходить можно только в антракте. Неэтичным считается курение в неустановленных местах, организация шумных пиршеств в буфете, выход из зала до окончания спектакля с тем, чтобы побыстрее попасть в гардероб.
Правила общения по телефону прежде всего определяют его временные параметры. Считается, что без особой договоренности и крайней необходимости звонить партнеру домой после 22 часов не совсем тактично. Не следует также ожидать ответа партнера после 5-6 телефонных гудков. Если он не ответил за это время, значит на это есть причины. Лучше перезвонить попозже.Закончив деловой разговор по телефону, его следует тщательно проанализировать. Правила деловой переписки определяют язык, стиль и форму обращения к деловому партнеру в зависимости от его цели.Принято выделять следующие виды деловой корреспонденции:– соглашения, сделки, договоры;– ответные письма с благодарностью;– поздравления;– извинения;– требования и запросы;– соболезнования. Естественно, каждому из перечисленных видов корреспонденции должен быть присущ собственный стиль и язык. Общими требованиями для них являются:– наличие всех элементов схемы служебного документа (кому, от кого, содержание документа, подпись, дата);– уважительное обращение, дружеский тон;– краткость, четкость, точность изложения;– аккуратность. Итак, деловой этикет – важнейшая сторона морали профессионального поведения делового человека, важнейшее профессиональное качество, обязательное условие эффективности делового взаимодействия.Таким образом, психология и этика делового общения как дисциплина исследует психологическую и нравственную стороны совместной деятельности и общения людей в системе деловых отношений. Она разрабатывает как теоретические положения о сущности психологии делового взаимодействия и его этических регуляторах, так и технологии эффективного достижения целей в деловом общении. Знание теории и прикладных аспектов делового общения является важным требованием к подготовке профессионального психолога. 58.Методы исследования мнений аудитории: этапы организации и проведения.
59.Методы исследования содержания сообщений массмедиа: контент-анализ, дискусрс-анализ. Контент-анализ (от англ. contens содержание) — метод качественно-количественного анализа содержания документов с целью выявления или измерения различных фактов и тенденций, отраженных в этих документах. Особенность контент-анализа состоит в том, что он изучает документы в их социальном контексте. Может использоваться как основной метод исследования (например, контент-анализ текста при исследовании политической направленности газеты), параллельный, т.е. в сочетании с другими методами (напр., в исследовании эффективности функционирования средств массовой информации), вспомогательный или контрольный (напр., при классификации ответов на открытые вопросы анкет).Не все документы могут стать объектом контент-анализа. Необходимо, чтобы исследуемое содержание позволило задать однозначное правило для надежного фиксирования нужных характеристик (принцип формализации), а также, чтобы интересующие исследователя элементы содержания встречались с достаточной частотой (принцип статистической значимости). Чаще всего в качестве объектов исследования контент-анализа выступают сообщения печати, радио, телевидения, протоколы собраний, письма, приказы, распоряжения и т.д., а также данные свободных интервью и открытые вопросы анкет. Основные направления применения контент-анализа: выявление того, что существовало до текста и что тем или иным образом получило в нем отражение (текст как индикатор определенных сторон изучаемого объекта — окружающей действительности, автора или адресата); определение того, что существует только в тексте как таковом (различные характеристики формы — язык, структура, жанр сообщения, ритм и тон речи); выявление того, что будет существовать после текста, т.е. после его восприятия адресатом (оценка различных эффектов воздействия).В разработке и практическом применении контент-анализа выделяют несколько стадий. После того, как сформулированы тема, задачи и гипотезы исследования, определяются категории анализа — наиболее общие, ключевые понятия, соответствующие исследовательским задачам. Система категорий играет роль вопросов в анкете и указывает, какие ответы должны быть найдены в тексте. В практике отечественного контент-анализа сложилась довольно устойчивая система категорий — знак, цели, ценности, тема, герой, автор, жанр и др. Все более широко распространяется контент-анализ сообщений средств массовой информации, основанный на парадигматическом подходе, в соответствии с которым изучаемые признаки текстов (содержание проблемы, причины ее возникновения, проблемообразующий субъект, степень напряженности проблемы, пути ее решения и др.) рассматриваются как определенным образом организованная структура.Категории контент-анализа должны быть исчерпывающими (охватывать все части содержания, определяемые задачами данного исследования), взаимоисключающими (одни и те же части не должны принадлежать различным категориям), надежными (между кодировщиками не должно быть разногласий по поводу того, какие части содержания следует относить к той или иной категории) и уместными (соответствовать поставленной задаче и исследуемому содержанию). При выборе категорий для контент-анализа следует избегать крайностей: выбора слишком многочисленных и дробных категорий, почти повторяющих текст, и выбора слишком крупных категорий, т.к. это может привести к упрощенному, поверхностному анализу. Иногда необходимо принимать во внимание и отсутствующие элементы текста, которые могут быть значимыми для контент-анализа.После того, как категории сформулированы, необходимо выбрать соответствующую единицу анализа — лингвистическую единицу речи или элемент содержания, служащие в тексте индикатором интересующих исследователя явления. В практике отечественных контент-аналитических исследований наиболее, употребительными единицами анализа являются слово, простое предложение, суждение, тема, автор, герой, социальная ситуация, сообщение в целом и др. Сложные виды контент-анализа обычно оперируют не одной, а несколькими единицами анализа. Единицы анализа, взятые изолировано, могут быть не всегда правильно истолкованы, поэтому они рассматриваются на фоне более широких лингвистических или содержательных структур, указывающих на характер членения текста, в пределах которого идентифицируется присутствие или отсутствие единиц анализа — контекстуальных единиц. Например, для единицы анализа «слово» контекстуальная единица — «предложение». Наконец, необходимо установить единицу счета — количественную меру взаимосвязи текстовых и внетекстовых явлений. Наиболее употребительны такие единицы счета, как время-пространство (число строк, площадь в квадратных сантиметрах, минуты, время вещания и т.п.), появление признаков в тексте, частота их появления (интенсивность).Важен выбор необходимых источников, подвергаемых контент-анализу. Проблема выборки содержит в себе выбор источника, количества сообщений, даты сообщения и исследуемого содержания. Все эти параметры выборки определяются задачами и масштабами исследования. Чаше всего контент-анализ проводится на годичной выборке: если это изучение протоколов собраний, то достаточно 12 протоколов (по числу месяцев), если изучение сообщений средств массовой информации — 12—16 номеров газеты или теле-, радиодней. Обычно выборка сообщений средств массовой информации составляет 200—600 текстов.Необходимым условием является разработка таблицы контент-анализа — основного рабочего документа, с помощью которого проводится исследование. Тип таблицы определяется этапом исследования. Например разрабатывая категориальный аппарат, аналитик составляет таблицу, представляющую собой систему скоординированных и субординированных категорий анализа. Такая таблица внешне напоминает анкету: каждая категория (вопрос) предполагает ряд признаков (ответов), по которым квантифицируется содержание текста. Для регистрации единиц анализа составляется другая таблица — кодировальная матрица. Если объем выборки достаточно велик (свыше 100 единиц), то кодировщик, как правило, работает с тетрадью таких матричных листов. Если выборка невелика (до 100 единиц), то можно проводить двумерный или многомерный анализ. В этом случае для каждого текста должна быть своя кодировальная матрица. Эта работа трудоемка и кропотлива, поэтому при больших объемах выборки сопоставление интересующих исследователя признаков осуществляется на компьютере.Важным условием контент-анализа является разработка инструкции кодировщику — системы правил и пояснений для того, кто будет собирать эмпирическую информацию, кодируя (регистрируя) заданные единицы анализа. В инструкции точно и однозначно излагается алгоритм действий кодировщика, дается операциональное определение категорий и единиц анализа, правила их кодирования, приводятся конкретные примеры из текстов, являющихся объектом исследования, оговаривается, как следует поступать в спорных случаях, и т.д. Процедура подсчета при количественном контент-анализе в общем виде аналогична стандартным приемам классификации по выделенным группировкам ранжирования и измерения ассоциации. Существуют также специальные процедуры подсчета применительно к контент-анализу, напр., формула коэффициента Яниса, предназначенного для вычисления соотношения положительных и отрицательных (относительно избранной позиции) оценок, суждений, аргументов. В случае, когда число положительных оценок превышает число отрицательных,
где f — число положительных оценок; n — число отрицательных оценок; r — объем содержания текста, имеющего прямое отношение к изучаемой проблеме; t — общий объем анализируемого текста. В случае, когда число положительных оценок меньше, чем отрицательных,
Есть и более простые способы измерения. Удельный вес той или иной категории можно вычислить с помощью формулы К = число единиц анализа, фиксирующих данную категорию/общее число единиц анализа. Ди́скурс-ана́лиз — в общем смысле — ряд подходов в социальных науках, целью которых является критическое исследование дискурса, а основными задачами — анализ соотношения сил в обществе, при осуществлении которого формулируется нормативный подход, с позиции которого можно критически проанализировать эти соотношения в связи с социальными изменениями. К дискурс-аналитическим подходам могут быть отнесены: теория дискурса Э. Лаклау и Ш. Муфф, критический дискурс-анализ, дискурсивная психология и др.
В конкретных смыслах используется:
в лингвистике для обозначения анализа отношений между предложениями и высказываниями на микроуровне (см. Brown, G. & Yule, G., 1983).
для обозначения анализа способов применения ментальных схем, при понимании текста людьми.
Дискурс-анализ — это не просто один из методов исследования некой проблемы через специфический способ анализа дискурса, но целостный комплекс, включающий в себя: 1) философские (онтологические и эпистемологические) предпосылки, касающиеся роли языка в социальных структурах мира; 2) теоретические модели и 3) методологию того, как выбрать подход к исследованию проблемы; 4) специфические приёмы анализа
Как показали Вивьен Барр[6] и Кеннет Герген[7], различные социально-конструкционистские направления, к числу которых относится и дискурс-анализ, разделяют ряд базовых предположений:
Критический подход к знанию о мире. Наши знания о мире и самих себе — не есть отражение реальности, но есть результат её категоризации, или, иначе — продукт дискурсов.
Историческая и культурная обусловленность способов понимания и репрезентации мира и самих себя. Знания условны (антифундаментализм). Социальный мир конструируется и строится социально, то есть он не является данностью, а люди при этом не обладают набором характеристик или особенностей, данных от природы (антиэссенциализм).
Связь между знаниями и социальными процессами. Способы, которыми люди понимают мир, возникают и поддерживаются социальными процессами, социальными взаимодействиями. Знания конструируются этими процессами и взаимодействиями.
Связь между знаниями и социальным поведением. «Различия в социальных взглядах приводят к различиям в социальных действиях. Как следствие, социальная структура знаний и истина имеют социальные последствия»