23. Правовое положение рабов

Раб (servus) находился вне политического общества и не являлся субъектом права. По римскому праву он считался вещью. Специфика этой вещи состоит в том, что она не бывает ничейной.

Рабы переходили в собственность граждан двумя способами: по цивильному праву и по праву народа.

Цивильные способы перехода в рабство:

– пленение на войне «врага Рима», т. е. человека, принадлежавшего враждебному для римского народа государству;

– обращение в рабство иностранцев, находившихся на территории Рима;

– продажа в рабство в порядке ответственности по обязательствам;

– самопродажа ради получения части выкупной цены;

– осуждение на смерть или каторжные работы;

– уклонение от военной службы;

– непрохождение периодического имущественного ценза.

По праву народов рабами считались плененные или рожденные от рабынь. Рабыней становилась также свободная женщина, уличенная в интимной связи с рабом и продолжавшая ее, несмотря на предупреждение.

На раннем этапе истории Рима рабство было домашним, патриархальным и раб, хотя и не мог иметь ни своего имущества, ни своей семьи, все же еще не рассматривался в качестве вещи, за ним сохранялись некоторые права человеческой личности. Они выражались в том, что могила раба находилась под защитой сакрального права, как и могила свободного; кровнородственные отношения рабов являлись препятствием к браку между ними; при отчуждении рабов запрещалось разделять близких родственников.

В имущественной сфере раб выступал как «говорящее орудие». Возможность раба совершать юридические действия (но только в пользу хозяина) выводилась из правоспособности последнего, т. е. как если бы такие действия совершал сам рабовладелец.

Однако по обязательствам рабов господин никакой ответственности не нес.

Начиная с I в. юристы признали в некоторых случаях за рабами возможность действовать от своего имени. Отражая потребности экономического развития и защищая интересы контрагентов рабов, они, несмотря на отсутствие у них правоспособности, санкционировали заключаемые ими договоры и вытекающие из них обязательства.

Другая новелла состояла в признании ответственности рабовладельцев по обязательствам рабов, возникающим в процессе осуществления ими хозяйственной деятельности по поручению своих хозяев.

Более широких хозяйственных и правовых возможностей требовали отношения, возникавшие на базе пекулия – обособленного имущества, выделенного рабу господином для самостоятельного управления, с внесением последнему определенной части дохода. Поскольку хозяйственная деятельность велась рабом по своей инициативе и в собственных интересах, а пекулий юридически принадлежал господину, то по обязательствам раба он отвечал в пределах пекулия.

С введением когниционного процесса рабы, не имевшие права предъявлять иски в обычных судах, получили возможность обращаться с жалобой к чиновникам (префекту), которые могли принудить соответствующее лицо исполнить обязательство.

Освобождение рабов должно было носить правовую форму – manumissio. Оно носило только личный характер. Господин мог сделать распоряжение об освобождении раба собственным решением в завещании либо посредством фиктивного судебного процесса об отчуждении имущества.

Рабы. Основным источником рабства являлась война. Рабами становились военнопленные, нередко даже члены родственных Риму латинских племен. Вторым источником рабства была долговая кабала. Рабами становились свободные ранее граждане, ставшие неоплатными должниками. Незначительную роль в первый период развития римского права играл такой источник рабства, как рождение от рабыни. Кроме того, некоторых свободных обращали в рабство за преступления. Это было уголовное рабство. Рабов приобретали и за деньги, т. е. путем купли-продажи. Как общая тенденция, должно быть отмечено постепенное увеличение числа рабов. Развивается торговля рабами. В середине IV в. до н. э. был установлен налог на отпуск рабов на волю. Что касается юридического положения рабов, они всегда считались вещами — servi res sunt, т. е. рабы суть вещи. Этот принцип римского права имел силу уже в древнейший период, хотя тогда он, может, и недостаточно сознавался, и не был, вероятно, сформулирован с такой четкостью, как в период действия преторского права. Раб не считался субъектом права. Он был его объектом, т. е. не признавался лицом (servi pro nullis habentur). Поэтому они не могли служить в армии и не платили налога. Раб не имел права на создание семьи. Если своими действиями раб наносил ущерб третьим лицам, то господин мог выдать его потерпевшему, в порядке так называемого нокзального иска (actiones noxales) (иска о возмещении ущерба). Но тем самым господин как бы огра- ничивал пределы и размеры собственной ответственности за действия раба. Господин был вправе наказывать раба, вплоть до лишения жизни (ius vitae as necis). Что касается имущественного положения раба, то всякая вещь, находившаяся в его обладании, считалась принадлежащей господину. Нередко господин предоставлял рабу небольшой земельный участок, скот или мастерскую, даже других рабов, под условием уплаты рабом какого-то оброка. Такое имущество, вверенное господином рабу, именовалось пекулием (peculium). Господин мог в любой момент отобрать пекулий. Для того чтобы уплатить оброк, раб должен был что-то продавать со своего участка. Поэтому римское право начинает признавать за действиями раба известную юридическую силу. Рабы нередко совершали сделки в качестве судоводителей и капитанов. Конечно, выгоды от таких сделок получал господин раба. Убыток также ложился на господина. Стали допускать даже иски рабов к господам (actio de peculio), в пределах стоимости пекулия. Государственные же рабы получили право распоряжаться по завещанию половиной предоставленного им пекулия.

ПРАВОВОЕ ПОЛОЖЕНИЕ ВОЛЬНООТПУЩЕННИКОВ

Вольноотпущенниками (libertini) признавались освобожденные по завещанию или внесением в списки ценза рабы. Они представляли собой категорию лиц свободного состояния, однако отличались в своих правах от полноценных римских граждан.

Положение вольноотпущенников различалось в зависимости от условий их прежнего рабского состояния. Отпущенные из рабства, связанного с военным пленом, никогда не могли приобрести прав римского гражданства. Только отпущенные на свободу в самом Риме считались римскими гражданами, но не полноправными.

Вольноотпущенники навсегда оставались носителями некоторой ограниченной правоспособности.

В сфере публичного права ограничения прав вольноотпущенников заключались в том, что они не служили в римских легионах, а в I в. н. э. утратили и права участвовать и голосовать в народных собраниях, в связи с чем указание трибы и не фигурировало в составе гражданского имени вольноотпущенников, они не имели ни права занимать должность в магистратах, ни права быть включаемыми так же, как и их дети, в число сенаторов.

В период империи ограничения публичных прав вольноотпущенников усилились, в то же время сложился институт присвоения вольноотпущенникам полной политической правоспособности специальным постановлением императора, которая сообщала им полную правоспособность и в сфере частного права, или путем присвоения императором золотого перстня.

В праве Юстиниана ограничения политических прав вольноотпущенников больше нет. Сохранялись, однако, ограничения их правоспособности в области частноправовых отношений: воспрещались браки вольноотпущенников с лицами сенаторского сословия, как до I в. были воспрещены браки со всеми свободнорожденными. Вольноотпущенник нес по отношению к освободившему его из рабства господину ряд личных и имущественных обязанностей, построенных по типу обязанностей детей в отношении отца: вольноотпущенник обязан господину своей гражданской жизнью, как сын обязан отцу своей жизнью физической. Отсюда отношения патроната между бывшим господином – патроном и его вольноотпущенником – клиентом, отношения, в которых выражается продолжающаяся эксплуатация бывшего раба.

Правоотношения, составляющие в совокупности патронат, могут быть сведены к следующим группам:

– совокупность личных и имущественных, семейного характера прав патрона (право домашнего суда над клиентом и другие);

– обязанность вольноотпущенника оказывать патрону личные услуги;

– взаимная обязанность помогать друг другу в материальной нужде, давать алименты.

К этому присоединялось также право патрона наследовать по закону после вольноотпущенника, не оставившего нисходящих и умершего без завещания.

Отношения патроната отражались в структуре гражданского имени вольноотпущенника: он носил имя в собственном смысле слова и наименование семьи или рода патрона, указывая и имя последнего в родительном падеже в качестве имени отца и превратив свое прежнее имя раба в прозвище.

Патрон утрачивал свои права, если отказывал вольноотпущеннику в алиментах, если возбуждал против него судебное обвинение, грозившее смертной казнью, в случаях, когда патрон пытался на возмездных началах передать другому лицу свое право на личное пользование рабом.