4. Роль языка в процессе становления научной теории

К особенностям становления развитой научной теории (не­обходимость коллективного субъекта научного творчества, отсут­ствие развитого слоя промежуточных звеньев первичных теоре­тических схем и законов, а также применение метода матема­тической гипотезы) следует добавить роль языка. Язык развитой научной теории, т.е. способ объективированного выражения со­держания науки, во многом искусствен. Надстраиваясь над ес­тественным языком, он, в свою очередь, подчинен определенной иерархии, обусловленной иерархичностью самого научного зна­ния. Наиболее универсальными считаются физикалистский язык и язык математических обобщений. Социально-гуманитарные, естественные, технические, психологические и логико-матема- тические науки имеют самостоятельные предметные сферы и самостоятельные специфические языки.

Наиболее распространенные способы создания искусственных языков теории - это, во-первых, терминологизация слов естествен­ного языка, во-вторых, калькирование терминов иноязычного про­исхождения, в-третьих, формализация языка. Однако доступ к реальности на основе знаковой системы, на основе понимания культуры как гипертекста рождает проблему «непереводимости» языков. Язык не всегда располагает адекватными средствами вос­произведения альтернативного опыта, в базовой лексике языка могут отсутствовать те или иные символические фрагменты. По­этому для философии науки принципиально важными остаются изучение специфики языка как эффективного средства репрезен­тации, кодирования базовой информации, взаимосвязь языковых и внеязыковых механизмов построения теории.

Как знаковая система язык создан или создается (в случае воз­никновения новой дисциплинарной области, с учетом потреб­ностей данной дисциплинарной области), он служит эффектив­ным средством мышления. Говоря о языке науки, подразумева­ют специфический понятийный аппарат научной теории и приемлемые в ней средства доказательства. При этом остается проблема более точного исследования выразительных возмож­ностей языка, а также достаточно четкое осознание, какие пред­посылки, идеализации и гипотезы допускаются учеными, кото­рые принимают тот или иной язык. Сам процесс продвижения к истинной теории есть также и своеобразная успешность «вы­разительных возможностей языка».

По мнению многих ученых, развитие науки непосредствен­но связано с развитием языковых средств, с выработкой более совершенного языка и с переводом знаний с прежнего языка на новый. Существуют эмпирический и теоретический языки, язык наблюдений и описаний, количественный язык, язык, исполь­зуемый в ходе эксперимента (экспериментальный). В науке четко проявляется тенденция перехода от использования языка наблю­дений и описания к языку идеализированной предметности.

Убедительным примером является язык современной физики, со­держащий термины, обозначающие явления и свойства, существо­вание которых было установлено в ходе проведения различных экс­периментов.

В философии и методологии науки обращалось особое вни­мание на то, что язык науки ответствен за логическое упорядо­чивание и сжатое описание фактов. Вместе с тем, очевидно, что упорядочивание и логическая концентрация, сжатое описание фактического материала ведет к значительной смысловой транс­формации, к определенному пересмотру самого события или цепочки событий. Когда описательные языки выходят за преде­лы описания и указывают на закономерности, объединяющие данные факты, их статус меняется, возникает номологический (в пер. с греч. nomos - закон) язык.

Наличие многообразных типов языков вызвало проблему клас­сификации языков научной теории. Одним из ее решений было заключение об их классификации на основе внутренней струк­туры научной теории, т.е. на основе того, в какой подсистеме теории они преимущественно используются. В связи с этим вы­деляются следующие виды языков:

ассерторический - с его помощью формулируются основ­ные утверждения данной теории. Ассерторические языки делятся на формализованные (любые формальные логиче­ские языки) и неформализованные (фрагменты естествен­ных языков, содержащих утвердительные предположения, дополненные научными терминами);

модельный - служащий для построения моделей и других элементов модельно-репрезентативной подсистемы. Эти языки имеют развитые средства описания и также разделя­ются на формализованные (основанные на использовании средств математической символики) и неформализованные;

процедурный - занимающий подчиненный ранг в класси­фикации и служащий для описания измерительных, экс­периментальных процедур, а также правил преобразования языковых выражений, процессов постановки и решения задач, особенностью процедурных языков является одно­значность предписаний;

аксеологический - создающий возможность описания раз­личных оценок элементов теории, располагающий средства­ми сравнения процессов и процедур в структуре самой на­учной теории;

эротетический - ответственный за формулировку вопро­сов, проблем, задач или заданий;

эвристический - описывающий эвристическую часть теории, т.е. исследовательский поиск в условиях неопреде­ленности. Именно с помощью эвристических языков про­изводится столь важная процедура, как постановка про­блемы.

Такая развитая классификация подтверждает тенденцию ус­ложнения языка развитой научной теории. Анализ языка науки показывает, что важными составляющими научной теории яв­ляются знак, значение и смысл.

Знак определяется как материальный предмет (явление, со­бытие), являющийся представителем некоего другого предмета и используемый для приобретения, хранения, переработки и передачи информации. Языковой знак квалифицируют как ма­териально-идеальное образование, репрезентирующее предмет, свойство или отношение действительности. Совокупность зна­ков, особым образом организованная знаковая система и обра­зует язык.

В науке под значением понимается наличие системы опреде­ленных смыслообразующих единиц, обеспечивающих относитель­ное постоянство структуры речевой деятельности. В логике или семиотике под значением языкового выражения понимают тот предмет или класс предметов, который называется или обозна­чается этим выражением, а под смыслом выражения - его мыс­лительное содержание. Поэтому значение можно выразить пред­метно, смысл только идеально.

Современный этап построения теории характеризуется ост­ротой проблемы соотношения формальных языковых конструкций и действительности, аналитичности и синтетичности высказы­ваний. Представление об универсальной репрезентативности формализованных языков, об их идеальности изобилует парадок­сами. Оно вызывает к жизни альтернативную концепцию реп­резентации (представления предметности), указывающую на то, что отношение языковых структур к внешнему миру не сводит­ся лишь к формальному обозначению, указанию, кодированию.

Языком науки занимается аналитическая философия, кото­рую представляют Б. Рассел, Л. Витгенштейн, Г. Фреге, У. Ку­айн и другие ученые, считающие, что язык логического анализа составляет сущность философии науки. Человечество обязано логике наличием универсальных и стандартных форм мышления. Проблемой аналитической философии является отношение между словами и жизнью. Язык повседневной жизни считается недо­статочным, он упускает из виду проблему обоснования знания. Для Рассела очевидна дистанция между знанием и объектом, сложность способов воссоздания объектов средствами языка в ходе научного исследования. Необходимо сконструировать (воссоз­дать в познании) внешний мир и в то же время представить его как существующий объективно.

К важнейшим логическим открытиям относят теорию описаний (дескрипций) и теорию логических типов. Главный предмет тео­рии описаний - обозначающие выражения, обеспечивающие ин­формативность сообщений и связь языка с реальностью. Рассел приходит к выводу, что трудности процесса познания порожда­ются нашей склонностью за каждым грамматически правильным обозначающим выражением усматривать соответствующий объект.

Такая установка проистекала из закрепившегося в философии представления о тождестве мышления и бытия. Аналитическая тра­диция поставила ее под сомнение.

Несуществующая сущность также может быть объектом вы­сказывания - примечательно, что Фреге вслед за Кантором ввел мир «нереальных объективных сущностей». Далее, отрицание существования чего-либо всегда самопротиворечиво - ведь ут­верждая, что нечто не существует, мы приписываем несущество­вание чему-то, т.е. предметом нашего суждения выступает не­что, а не ничто. Согласно теории описания знакомство есть не­посредственное указание на именуемый предмет, его наглядное, чувственное предъявление.

Описание - это словесная характеристика предмета по его при­знакам. Описание может быть определенным, относящимся к ин­дивидуальному конкретному предмету, и неопределенным, от­носящимся к классу предметов. Следует различать имена и опи­сания, а также разграничивать собственные имена и определенные описания. Высказывания в целом являются переменными, смысл которых зависит от значения входящих в них выражений, т.е. высказывание толкуется как пропозициональная функция.

Важное место в сфере анализа языка науки принадлежит ана­лизу парадоксов, который стал основой теории типов Б. Рассела.

В известном парадоксе «Лжец» Эпименид-критянин утвержда­ет, что все критяне лгут. Так как он сам критянин, следовательно, он лжет, утверждая, что все критяне говорят неправду. Значит, кри­тяне говорят правду. Другой вариант этого парадокса: «все, что я говорю, — ложь. Но когда я говорю, что лгу, я говорю правду, а если я говорю правду, я лгу».

В парадоксе «Крокодил» рассказывается о том, что крокодил ута­щил ребенка у женщины, а она стала плакать и молить крокодила вернуть ей ребенка. Крокодил сказал: «Если ты угадаешь, что я сде­лаю, то я верну ребенка. Если не угадаешь — не верну». Женщина сказала: «Ты не вернешь мне ребенка». Крокодил стал думать: если он вернет ребенка, значит, женщина не угадала, и он не должен его возвращать, а если он не вернет, значит, женщина угадала, и по договору он должен его вернуть. Рассел попытался найти решения парадоксов, разграничивая классы понятий по степени общности: то, что включает всю совокупность чего-либо, не должно включать себя.

С этой точки зрения понятен общий вывод: каждая философ­ская проблема есть проблема, предполагающая уточнение науч­ного языка, устранение его логической нечеткости. Важно так­же соответствие языка логики и языка содержательной науки, в силу чего логический анализ оказывается единственно продук­тивным способом решения философских проблем. Это вооружало современную философию науки логической техникой исследо­вания, которая обеспечивает новое знание о мире.

По мнению JI. Витгенштейна, центральной является пробле­ма соотношения вербального языка и реального мира. Каждое пред­ложение должно быть адекватно картине реальности, которую оно описывает. Прояснение языка есть прояснение мира. Витген­штейну принадлежит тезис: «Границы моего языка определяют границы моего мира». Однако он фиксирует также область невы- сказываемого, что не поддается высказыванию, того, что нахо­дится в сфере духа. За границу языка влечет человека инстинкт. «О чем нельзя сказать, о том нужно молчать». Значимым оста­ется вывод, содержащийся в «Логико-философском трактате» Вит­генштейна: решение научных проблем почти не решает экзис­тенциальных проблем. Второй этап творчества Витгенштейна (с 1930 г.) связан с переходом к языковой игре как модели ком­муникации или конституции текста, в которой воспроизводит­ся непротиворечивый контекст и слова употребляются в строго определенном смысле. Значимым является его тезис: «Мы говорим и мы действуем», — а также вывод, что наука является одной из языковых игр. Таким образом, анализ языка науки доказывает его важность для развития философии науки.