V. Render the article:

Бутрос-Гали: однополярный мир не может быть демократичным (02/05/2007)

– Господин Бутрос-Гали, сегодня в мире остается множество неразрешенных конфликтов – и при этом развязываются новые. Как вы комментируете эту тенденцию?

– Я бы не стал утверждать, что сегодня в мире больше конфликтов, чем было раньше. Просто раньше о них мало кому было известно. Это теперь благодаря стремительному развитию коммуникационных технологий каждый может видеть, где и что происходит. Другое дело, что многие конфликты действительно не решаются. Любой конфликт – это большие затраты для государств – спонсоров его урегулирования. Нужны деньги на отправку и содержание миротворцев и техники. При этом поддерживать деятельность миссии необходимо как минимум в течение года, а то и двух или даже больше. Требуются также средства на восстановление уничтоженной инфраструктуры в зоне конфликта. Все это очень дорогостоящая операция, которая далеко не в каждом случае окупается. И если в Ираке, например, проблема рано или поздно будет решена, поскольку там есть нефть, то, в Сомали, где нефти нет, скорого решения ждать не стоит. Война там продолжается уже 17 лет.

– Можно ли ожидать разрешения палестино-израильского конфликта?

– О развитии конфликта между палестинцами и израильтянами я в соавторстве с Шимоном Пересом недавно написал книгу, которая пока издана только в Бельгии. Мы договорились, что последняя ее часть будет за мной. Свое повествование Перес закончил заявлением, что уже через несколько лет мы увидим значительный прогресс в урегулировании отношений между арабами и Израилем, между ними установится мир. Но я думаю, необходимо минимум еще одно поколение до установления мира.

– Как вы комментируете инициативу Вашингтона по демократизации Ближнего Востока? Не создает ли эта инициатива почву для новых конфликтов?

– В качестве председателя Египетского национального совета по правам человека я ежедневно подвергался атакам со стороны прессы: вы ничего не делаете, люди по-прежнему страдают. А я отвечаю. Возникновение культуры соблюдения прав человека, к примеру, требует минимум 20 лет. Это как, например, стать хорошим специалистом в определенной области. Разве целое государство, являвшееся авторитарным, может за пару-тройку лет стать демократическим?

Кроме того, если страна уже является демократией, это вовсе не означает, что она останется таковой навсегда. Какое-то событие или череда событий могут привести к возврату в авторитаризм. Греция – мать демократии – была в течение 40 лет под властью военной хунты. Демократия – как профессия. В ней надо постоянно практиковаться. Как только возможность практики исчезает, исчезают и навыки.

– Как вы оцениваете нынешнюю роль ООН в разрешении имеющихся кризисов?

– В современном мире у ООН очень ограниченные возможности реагировать на возникновение тех или иных конфликтов. Особенно в контексте борьбы с терроризмом. Ведь до сих пор международное сообщество так и не выработало общего определения понятия «терроризм». Нет и определения понятия «агрессия». Если налицо военное вмешательство или же нанесен удар, невозможно определить, война ли это, агрессия или же борьба с терроризмом.

Кроме того, ООН как глобальная структура переживает серьезный кризис. И кризис этот начался не с терактов 11 сентября 2001 года и не с вторжения США в Ирак. Он начался в момент окончания холодной войны, которое привело к серьезному изменению расстановки сил в мире, к возникновению однополярной системы, когда осталась лишь одна сверхдержава, способная бросать любые вызовы другим государствам. Под вопросом оказался один из основополагающих принципов ООН: суверенитет стран – членов организации.

– Уже несколько лет идут дискуссии о необходимости реформировать ООН. Как вы оцениваете перспективы преобразований в организации?

– Главное – реформа Совета Безопасности ООН. Тут прежде всего надо отметить анахронизм права вето, принадлежащего пяти постоянным членам Совбеза. Наличие такого права лишь у узкого круга государств серьезно противоречит процессу глобальной демократизации и демократизации самой ООН. Однако обладатели правом вето не готовы от него отказаться. Они настаивают на том, что без крупных игроков не будет и игры. Таким образом, серьезная реформа СБ представляется маловероятной. Остается только попытаться снизить роль всего Совбеза, распределив его полномочия по другим структурам ООН.

В действительности же существуют два возможных сценария выхода ООН из кризиса. Первый. В большинстве ведущих держав мира главы государства меняются раз в 4–6 лет. Значит, в обозримом будущем все же может появиться поколение лидеров, действительно верящих в необходимость многополярного мира. Второй. Есть ряд влиятельных стран, которые на данный момент слишком сильно озабочены решением своих внутренних проблем и на международную политику обращают меньше внимания. По мере решения этих проблем они будут становиться все более активными игроками и на международной арене, поставив конец однополярности.