2.4 Методы классической психологии

Методология и методы исследования в классической психологии. Используемые в ходе исследования методы определяются не только его предметом, о чем справедливо указывал еще С.Л. Рубинштейн (1989), но и принципами, конституирующими научную картину мира. В классической психологии, несмотря на ряд очень значительных внутренних различий, и, даже, противоречий (особенно в области понимания предмета и объекта исследования, доступных изучению психолога форм, а также причин психической активности) таковыми являются, как уже отмечалось, атомизм и жесткий линейный детерминизм. Эти принципы отразились также на определении методов исследования психического. Так, атомистический подход к сознанию подтолкнул В. Вундта к выбору метода интроспекции, направленного на изучение атомов «чувственной» ткани сознания с точки зрения их атрибутов (качества, интенсивности, длительности во времени и протяжённости в пространстве). То, что не укладывалось в эту жёсткую схему, следовало устранить из интроспективного описания как «ошибку стимула» (как называл ее Э.Б. Титченер). Механистический детерминизм реализовался в методе лабораторного эксперимента, активно использовавшегося в исследованиях бихевиорального и реактологического толка. Так, например, бихевиористы, планируя и интерпретируя результаты экспериментальных исследований, в целом исходили из прямой линейной схемы: стимул – реакция, в которой стимулу отводилась самодостаточная и самодовлеющая роль в обусловливании реакции.

Ярким воплощением механицизма следует считать атомистическую идею Дж.М. Кеттела о интеллекте как наборе стандартных единиц, доступных для самостоятельного изучения. Эта идея легла в основу конструирования Дж.М. Кеттелом тестов, направленных изначально на исследование интеллекта, но, впоследствии, эксплицированнных в предельно широкое пространство исследовательских задач.

Итак, основными методами, используемыми в качестве инструмента научного познания в классической психологии, стали наблюдение (включая самонаблюдение), эксперимент и метод тестов.

Наблюдение. Вслед за Т.П. Зинченко, мы определяем наблюдение как «преднамеренное и целенаправленное восприятие, обусловленное задачей деятельности» (Т.П. Зинченко, В.П. Зинченко, Б.Г. Мещеряков, 2003; с. 320). Наблюдение в классической психологии формообразуется в соответствии с характером взаимоотношений наблюдаемых людей и наблюдателя и объективизируется в двух основных формах: как самонаблюдение (интроспекция) и как внешнее (объективное) наблюдение. Метод включенного наблюдения, отражающий логику отношения между субъектом и объектом, не характерную для классического этапа в развитии психологии, будет рассмотрен позже.

Самонаблюдение (интроспекция). Признание самонаблюдения в качестве центрального метода психологии «обязано» идеям Р. Декарта и Дж. Локка.

Под интроспекцией (от лат. introspecto – смотрю внутрь) мы, вслед за В.П. Зинченко и Б.Г. Мещеряковым (2003) будем понимать особый способ познания человеком своего сознания, заключающийся в «непосредственном» восприятии его феноменов и законов.

Помимо естественных сторонников, использовавших самонаблюдение как основной исследовательский метод (к последним относились, например, В. Вундт и Р.Г. Лотце), у него были и свои идейные противники, достаточно последовательно критиковавшие идею использования интроспекции в психологических исследованиях. К таковым следует отнести, прежде всего, О. Конта, который указывал на принципиальную невозможность самораздвоения субъекта на субъект и объект познания. Кроме этой очевидной стратегической трудности существуют еще два момента, рассматриваемые исследователями в качестве позиций, затрудняющих получение достоверных данных о психическом при помощи этого метода. Вот как описывает их С.Л. Рубинштейн (1989): «1) самонаблюдение не столько интроспекция, сколько ретроспекция, не столько непосредственное восприятие, сколько восстановление ранее воспринятого, потому что невозможно одновременное сосуществование процесса наблюдаемого с процессом его наблюдения; 2) в самонаблюдении объект наблюдения независим от самого наблюдения: наблюдая явление сознания, мы его изменяем, и поэтому не исключена возможность того, что мы делаем мнимое открытие того, что сами внесли туда» [Рубинштейн С.Л., 1999., с. 44]. Задачей интроспекции, как ее понимает С.Л. Рубинштейн (1989), является вычленение из всех связей предметного внешнего мира явлений сознания как непосредственных переживаний человека при помощи специального анализа.

Одним из методологических оснований интроспекции как исследовательского метода является идея о том, что перцептивные образы можно рассматривать не только как показания о физических свойствах объектов, но и как данные об особенностях сознания воспринимающего субъекта. Критики этого положения апеллируют к тому, что в отличие от результатов установления физических свойств внешних по отношению к субъекту объектов, данные, полученные в результате интроспекции, невозможно подвергнуть проверке, то есть верифицировать.

Объективное (внешнее) наблюдение. Объективное наблюдение – тип наблюдения, при котором исследователь получает информацию об изучаемом психологическом явлении, находясь во внешнем по отношению к нему положении. Такое наблюдение предполагает предельно точную и беспристрастную фиксацию происходящего. Основными требованиями, предъявляемыми к наблюдению как научному методу, согласно С.Л. Рубинштейну (1989), являются наличие целевой установки, однозначность замысла, плановость, систематичность наблюдения. Кроме того, важными условиями эффективности такого вида наблюдений являются фотографичность и избирательность. Фотографичность в данном случае предполагает использование различной техники (прежде всего фото и видео графической) с целью фиксации фактологического материала независимо от его интерпретации. Избирательность наблюдения обеспечивается ориентированностью наблюдающего на избранный в соответствии с целью предмет исследования.

Основным преимуществом объективного или внешнего наблюдения является возможность осуществлять изучение психического в естественных условиях объективизации последнего.

Одним из наиболее серьезных недостатков данного метода является невозможность в объективном наблюдении выйти за пределы внешних проявлений психического акта, то есть обратиться к внутреннему психологическому содержанию явления (каковое в классической психологии явлению приписывается).

Эксперимент. Наибольшее признание в среде представителей классической психологии получил метод эксперимента, который был заимствован психологами у представителей естественных наук во второй половине 19-го века.

В.П. Зинченко и Б.Г. Мещеряков отмечают, что эксперимент предполагает организацию «целенаправленного наблюдения, когда по плану исследователя изменяется частично ситуация в которой находятся участники эксперимента – испытуемые» (В.П. Зинченко, Б.Г. Мещеряков, 2003).

Основной задачей, решаемой исследователем при помощи эксперимента, является обеспечение доступности для внешнего наблюдения внутренних психологических свойств и закономерностей субъекта. Еще одной важной задачей экспериментального метода, как последняя представлялась адептам классической психологии, является вскрытие единственно верной причины, детерминирующей те особенности психической активности субъекта, которые становятся доступными исследователю в ходе эксперимента.

Экспериментальный метод имеет ряд специфических признаков, отличающих его от объективного наблюдения. Перечислим их.

1. В эксперименте исследователь сам вызывает к жизни исследуемое явление, тогда как при наблюдении ему приходится подстраиваться под уже существующую ситуацию.

2. В эксперименте, в отличие от ситуации наблюдения, исследователь имеет возможность изменять условия проведения эксперимента. Изменяя отдельные условия или переменные, характеризующие ситуацию исследования, экспериментатор, таким образом, получает возможность выявления факторов, влияющих на изучаемое явление.

Принято считать, что впервые в психологию эксперимент был внедрен В. Вундтом. Ученый, как известно, опирался на идею о психофизическом параллелизме. В. Вундт полагал, что наиболее эффективным подходом к изучению психических процессов является разделение их на внутреннюю составляющую, доступную исключительно самонаблюдению, и внешнюю, изучение которой осуществлялось посредством простой регистрации физиологических реакций испытуемого.

Г. Эббингауз, изучая закономерности механической памяти, обратился уже не к физиологическим реакциям индивида, но к изучению протекания самого психического процесса в определенных заданных условиях. Таким образом, экспериментальная психология, появившаяся вместе с первыми экспериментальными исследованиями, обратилась к изучению внутренних закономерностей психической жизни человека, зафиксировать которые с высокой степенью достоверности оказалось чрезвычайно сложной задачей.

В настоящее время эксперимент принято разделять на три основных вида: естественный, лабораторный и формирующий. Последний, однако, не является характерным для классического типа научной рациональности в психологии. Он появился значительно позже, прежде всего в работах Л.С. Выготского, и связан с разрабатываемым этим мыслителем неклассическим культурно-историческим подходом к исследованию психики. Поэтому в рамках данного раздела мы ограничимся лишь более подробным описанием двух первых видов экспериментального исследования в психологии.

Главной особенностью лабораторного эксперимента является высокая степень искусственности условий, в которых осуществляется исследование. Выявленные в ходе такого эксперимента закономерности приобретают относительно абстрактный характер и при попытке апплицирования их в «естественной» средовой реальности в значительной степени теряют свою предсказательную силу.

Метод естественного эксперимента возник как один из вариантов преодоления проблемы искусственности лабораторного эксперимента. Автором этого метода принято считать русского психолога А.Ф. Лазурского (1874–1917). В рамках естественного эксперимента А.Ф. Лазурский попытался сочесть преимущества объективного наблюдения и лабораторного эксперимента. Естественный эксперимент проводится в обычных для испытуемого условиях. Идея А.Ф. Лазурского заключалась в том, чтобы, предварительно уяснив, в каких условиях формируется или проявляется значимая для испытуемого деятельность, организовать эту естественную для него, но значимую в научном отношении совокупность предметных условий. Естественный эксперимент послужил основой для появления позже генетико-моделирующего или формирующего эксперимента.

Важным параметром, который следует учитывать при планировании и проведении эксперимента (как естественного, так и, в первую очередь, лабораторного), является мотивация испытуемого, связанная с изучением его психологического устройства психологом. От учета мотивации в значительной степени зависит успешность проведения экспериментального исследования и достоверность полученных психологом результатов.

Тесты. Еще одним методом исследования, появившимся в период становления психологии как науки классического типа и реализовавшим соответствующие представления о научности, стал метод тестов. В.Н. Дружинин определяет тест как «стандартизированную методику психологического измерения, предназначенную для диагностики выраженности психических свойств или состояний у индивида при решении практических задач» (В.Н. Дружинин, В.П. Зинченко, Б.Г. Мещеряков, 2003; с. 320). Автором этого метода является Дж.М. Кеттел (1860–1944). Дж.М. Кеттел считал себя учеником В. Вундта и пытался в своих работах реализовать ряд представлений и идей, связанных с выстраиванием психологии по образу и подобию естественных наук.

Распространение метод тестов получил, однако, благодаря другим авторам. Здесь, прежде всего, следует отметить вклад таких исследователей, как А. Бине, Л.М. Термен, Г.И. Россолимо и др. Наиболее популярным из ранних тестов стала шкала Бине–Симона, созданная в 1905 г. для диагностики уровня умственного развития детей с целью выявления тех из них, кто не был способен к обучению в массовой школе. Сегодня существует большое количество тестов и тестовых батарей (более тысячи), направленных на исследование интеллекта, различных структур личности, эмоциональных состояний человека и т.д.

В.Н. Дружинин указывает, что все психологические тесты можно подразделить различным образом исходя из критериев, лежащих в основании классификации. Так, например, по критерию предмета диагностики автор выделяет две основные группы тестов: тесты способностей и тесты личности; по способу реализации – манипулятивные тесты, тесты «карандаш-бумага», аппаратурные, ситуационно-поведенческие и компьютерные тесты (В.Н. Дружинин, 2000). По критерию цели применения тестов их подразделяют на клинические тесты, методики (тестовые) определения готовности к школе, тесты профессионального отбора и т.д. Конструирование любого теста предполагает проверку его надежности, валидности, а также однородности, достоверности, прогностичности и дифференцирующей силы (В.Н. Дружинин, 2000).

К основным недостаткам тестового метода следует отнести обусловленную классическим типом научной рациональности атомизированность психического как объекта тестового исследования, что препятствует пониманию личности человека как целого. Помимо этого, «классическая ориентированность» тестов предполагает неизбежную механистичность этого метода, которая выражается в том, что результаты исследования в значительной степени детерминируются и даже, в отдельных случаях, предопределяются вопросами и заданиями, предлагаемыми испытуемому в ходе выполнения им теста. Еще одним очевидным недостатком тестового метода, признаваемым большинством психологов, является его выраженная культуральная зависимость и невозможность применения в ином культуральном контексте вне специальной ревалидизации. Серьезной проблемой, возникающей в связи с использованием тестов в исследовании психического, является «тестовая искушенность», формирующаяся у испытуемых в результате умножения опыта участия в психологических тестированиях, повышения образовательного уровня населения. Такая ситуация обязывает к пересмотру содержания тестовых заданий в соответствии со значимыми социокультуральными трансформациями.

Таким образом, можно заключить, что рассмотренная выше перспектива методов классической психологии оказывается в целом подобной перспективе методов объяснительной психологии в ее видении В.И. Слободчиковым, Е.И. Исаевым (1995).

Рекомендуемая литература:

1. Ананьев, Б.Г. Человек как предмет познания / Б.Г. Ананьев. – СПб. : Питер, 2001. – 288 с.

2. Асмолов, А.Г. Психология личности: культурно-историческое понимание развития человека / А.Г. Асмолов. – М. : Смысл, 2007. – 527 с.

3. Готтсданкер, Р. Основы психологического эксперимента / Р. Готтсданкер. –М., 1982. – 320 с.

4. Гуревич, А.Я. Социальная история и историческая наука / А.Я. Гуревич // Вопросы философии. – 1990. – №4. – С. 30-31.

5. Дружинин, В.Н. Экспериментальная психология: учебное пособие / В.Н. Дружинин. – СПб., 2000. – 348 с.

6. Ждан, А.Н. История психология. От Античности до наших дней: учебник для вузов / А.Н. Ждан .– 5-е изд., перераб. и доп. – М. : Академический Проект, 2004. – 576 с.

7. Корнилова, Т.В. Методологические основы психологии / Т.В. Корнилова, С.Д. Смирнов. – СПб: Питер, 2007. – 320 с.

8. Лубовский, Д.В. Введение в методологические основы психологии: учеб. пособие / Д.В. Лубовский. – 2-е изд., стер. – М. : МПСИ, 2007. – 224 с.

9. Мамардашвили, М.К. Классический и неклассический идеалы рациональности / М. К. Мамардашвили.  – Тбилиси: Мецниереба, 1984. – 82 с.

10. Общая психология: в 7 т. / под ред. Б. С. Братуся. – М. : Издательский центр «Академия», 2005. – Том 1: Введение в психологию: учебник для студ. высш. учеб. заведений / Соколова Е.Е. – М., 2005. – 352 с.

11. Первин, Д. Психология личности: Теория и исследования / Л. Первин, О. Джон; пер. с англ. М.С. Жамкочьян. – М. : Аспект Пресс, 2001. – 607 с.

12. Рубинштейн, С.Л. Основы общей психологии / С.Л. Рубинштейн. – М., 1989. – 328 с.

13. Смит, Н. Современные системы психологии / Н. Смит // История, постулаты, практика / Н. Смит ; пер. с англ. под общ. ред. А. А. Алексеева – СПб. : прайм-ЕВРОЗНАК, 2003. – 384 с.

14. Степин, В.С. Теоретическое знание / В.С.Степин. – М., 2000. – 743 с.

15. Хрестоматия по истории психологии / Под ред. П.Я. Гальперина, А.Н. Ждан. – М., 1980.