Глава 9

Послепотопный завет с Ноем

Стт. 1-4. Завет с Ноем повторяет завет с Адамом и в каком-то смысле даже поднимает человека на более высокую степень достоинства. Перед человеком ставятся те же задачи, что и перед Адамом. Все творение должно трепетать перед ним. Человек получает абсолютную власть над животным миром с правом употреблять животную пищу за исключением употребления крови. Эта норма сохраняется и в христианстве (Деян. 15).

Ст. 5: Но но и кровь вашу по душам вашим востребую Я (эдрош) из руки всякого зверя (хая) потребую ее (эдрешену), и из руки человека, и из руки брата востребую (эдрош) душу (нефеш) человека.

Эдрош – требовать свое. Смысл фразы таков: жизнь человека принадлежит Богу, и только Он вправе отнять ее. Бог взыскивает Свое, Ему принадлежащее. В этой фразе можно видеть запрет не только убийства, но и самоубийства. На человека возлагается ответственность за сохранение человеческой жизни, в том числе и своей собственной.

Ст. 6: Проливающий кровь человека (шофер дам hа адам) – человеком кровь его прольется (ба адам дамо йишафэх) ибо (ки) в образе Бога (бе целем Элогим) сделан человек (аса эт hа адам). В этом стихе обосновывается правомерность суда над убийцей и в целом установление человеческого гражданского суда. Каждый человек имеет таким образом право на жизнь в том случае, если признает это право за своим ближним.

Эту же фразу можно разделить по-другому, и тогда она приобретает другой оттенок: Шофер дам hа адам ба адам (проливающий кровь человека в человеке) – дамо йишафэх (кровь его прольется). В таком чтении этой фразы виден запрет аборта.

Ст. 7. Еврейское у рву ба в синодальном переводе передано словом «умножайтесь». Но частичка ба делает акцент не на количество, а на качество, и эту фразу следует рассматривать как призыв к духовному совершенствованию и точнее перевести «совершенствуйтесь».

Стихи 20-27

В описываемом эпизоде Ной не совершает предосудительных поступков, как это иногда видят. Он (ст. 21) выпил вина (мин hа йаин), а не напился, но в силу каких-то причин опьянел. Но и в этой ситуации он проявляет себя достойно: чувствуя, что пьянеет, он ушел в шатер, чтобы его никто не видел в этом состоянии. Попутно можно заметить, что он лежал в ее, то есть жены, шатре. При всем униженном положении женщины она все же считалась хозяйкой жилища. Дело мужчины – служба: труд, охота, война; дело женщины – присмотр за домом.

Жилище неприкосновенно: никто не имеет права войти сюда без разрешения хозяина, поэтому здесь человек может расслабиться, раздеться, раскрыться, принять вольный вид и так далее. Ной находился в шатре в некотором уязвленном состоянии (вайитгаль), но не обязательно совсем голым.

Ст. 22. И увидел Хам эт эрват – срам, наготу, но не обязательно половой орган. Хам не просто сказал (йомэр), а рассказал, живописал в красочных подробностях, рассказывал, смеясь (йагэд). Он совершил два греха: нарушил неприкосновенность жилища и проявил непочтение к отцу.

Надо сразу принять к сведению оговорку «отец Ханаана». Случайных слов нет, и к этой фразе придется вернуться при толковании последующих стихов.

Ст. 23. Формально Сим и Иафет тоже нарушают неприкосновенность жилища отца, но в данном случае им не выносится никакого осуждения, даже наоборот. Они поступили так, как должны были поступить, чтобы прекратить разговоры относительно состояния отца.

В повествовании о Симе и Иафете есть интересное прибавление: лица их были обращены назад, и они не видали наготы отца своего. Первая часть фразы уже обозначает, что они не видели наготу отца, а вторая говорит не о цели («чтобы не видеть...»), а о факте, поэтому слово не видали надо понимать как «не восприняли», их не волновал жизненный промах отца. В этой фразе есть, таким образом, духовно-нравственное приложение: когда человек внутренне чист, он не будет видеть пороки другого человека, а будет только стремиться их исправить, и наоборот, если человек видит слабости ближнего, любит их обсудить, значит, то же самое присуще ему самому. В другом человеке эти недостатки отражаются как в зеркале, и это больше всего раздражает.

Стт. 24-25. Ной проспался от вина своего и узнал, что сделал над ним меньший сын его, и сказал: проклят Ханаан; раб рабов будет он у братьев своих.

Почему Ной говорит о проклятии Ханаана, а не Хама? Традиционное объяснение говорит следующее: при выходе из ковчега Хам вместе со всеми получил благословение от Бога, и поэтому Ной проклинает лишь одну линию Хама – Ханаана. Это один вариант объяснения, в котором есть одна неточность: Ной не проклинает Ханаана, а лишь констатирует факт проклятия. Об этом говорилось по 4й главе.

Стоит однако обратить внимание на то, что речь идет о меньшем сыне. Обычно считают, что так называется Хам по своему духовно-нравственному уровню. Это тоже один из вариантов. Но все же надо иметь в виду, что рассказ Хама еще не является тем злословием, за которое закон Божий предписывает смертную казнь (Исх 21. 17). Кроме того, еврейское слово бен (сын) не означает обязательно одну ступень родословия, а может обозначать также внука, правнука и дальше потомка любой степени, равно как и слово ав, переводимое обычно как «отец», обозначает предка любой степени. И более вероятным кажется другое объяснение: Ханаан – младший сын Хама, и, соответственно, Ноя. Во время опьянения Ноя он сделал что-то такое, о чем бытописатель стыдится даже повествовать, ограничиваясь лишь упоминанием поступка и через что Ханаан подпал под проклятие.

Ст. 26. Слова «благословен Господь Бог Симов» – мессианское пророчество. Мессия должен родиться от Сима. В ближайшей исторической перспективе в потомстве Сима сохранится истинное богопочитание.

Ст. 27. Потомки Иафета заселили большую часть земного шара. Под вселением в шатрах Симовых надо понимать в религиозном отношении принятие истинной веры иафетитами. Слово вейишхон (да вселится, будет обитать) происходит от Шехина – слава Божия. Здесь как бы намек на то, что в шатрах симовых будет обитать и Бог, и Иафет. В политическом отношении это вселение осуществилось через завоевания Александра Македонского, римские завоевания, крестовые походы, английские завоевания Палестины.

Стт. 25-27. Пророчество о рабстве Ханаана Симу осуществилось при завоевании Земли обетованной Иисусом Навином, обращении в рабство жителей Гаваона, а затем и других хананеев (хотя бы и в нарушение повеления Божья), а рабство Иафету – при завоевании Александром Македонским Финикии: Тира, Сидона, при пунических войнах (Карфаген – финикийская колония).