§ 6. Экономика и социальные отношения в Персидской державе в VI—IV вв. До н. Э.

Основной отраслью производства в большинстве областей Персидской державы было сельское хозяйство. В Египте и Вавилонии чаще всего сеяли ячмень, значительно реже — пшеницу, которая была главным продуктом питания в Палестине. В Персии и Сирии вырабатывались лучшие сорта вин. Во многих областях державы было развито скотоводство. Мидия и Армения славились своими конями. В восточных областях Ирана скотоводство было кочевым.

В Египте и Вавилонии большую роль играло искусственное орошение. Крупные каналы существовали и в Средней Азии. Что касается собственно Персии, в некоторых ее районах также были сооружены каналы, в частности для снабжения водой равнин, окружающих Персеполь.

По мере захвата все новых и новых стран персидские цари отбирали у покоренного населения самые плодородные земли. Их раздавали большими поместьями в полновластное и наследственное владение членам царской семьи, представителям персидской знати, крупным чиновникам и т. д., освобождая от уплаты государственных податей. Яркое представление о хозяйствах такого типа дают письма египетского сатрапа Аршамы и других знатных персидских вельмож к своим управляющим. Эти письма большей частью являются инструкциями об управлении имениями. Аршама имел крупные земельные владения не только по всему Египту, но и в шести различных странах на пути из Суз в Египет. Он также владел полем в окрестностях Ниппура (в Вавилонии), где у него были и большие стада мелкого скота, сдававшегося внаем. Так, в 413 г. до н. э. в течение пяти дней он отдал через своего управляющего внаем различным пастухам 2381 голову мелкого рогатого скота, а в 403 г. до н. э. за один день — 1333 головы овец и коз. Персы чувствовали себя в Вавилонии настолько уверенно, что некий Багамири, сын Митридата, в 429 г. до н. э. сдал в аренду одному жителю Ниппура сроком на 60 лет два обработанных зерновых поля. Одновременно он сдавал в аренду и жилые дома.

Огромные земельные владения (иногда целые области) с правом передачи по наследству и освобождения от податей получали и так называемые благодетели царя, оказавшие последнему важные услуги. Они имели право суда над людьми, жив-щими в принадлежавших им областях. Владельцы крупных имений располагали собственным войском, судебно-админи-стративным управлением и целым штатом управляющих, начальников сокровищниц, писцов, счетоводов и т. д. Крупные землевладельцы обычно жили в больших городах — в Вавилоне, Сузах и т. д., на доходы с земельных владений, которые были в ведении их управляющих.

Наконец, часть земель находилась в фактической собственности царя, и по сравнению с предшествующим периодом размеры царской земли резко увеличились. Эти земли обычно сдавались в аренду. Так, например, согласно контракту, составленному в 420 г. до н. э. близ города Ниппура, представитель дома Мурашу, занимавшегося деловыми операциями в Южной и Центральной Вавилонии, обратился к управляющему полями царя, расположенными по берегам нескольких каналов, с просьбой сдать ему в аренду сроком на три года одно поле. Арендатор обязался вносить ежегодно в качестве арендной платы 220 курру ячменя (ок. 33 000 л), 20 курру пшеницы, 10 курру эммера, а также 1 быка и 10 баранов. Кроме того, царю принадлежали многие крупные каналы, также обычно сдававшиеся в аренду. В окрестностях Ниппура царские каналы арендовал дом Мурашу, который, в свою очередь, отдавал их в субаренду коллективам мелких земледельцев.

Персидским царям принадлежали крупный канал в Средней Азии, леса в Сирии, доходы от ловли рыбы в Меридовом озере в Египте, рудники, а также сады, парки и дворцы в различных частях государства. О размере царского хозяйства некоторое представление могут дать указа-кия греческих источников о том, что в Персеполе ежедневно за счет царя питалось около 15 000 человек.

Широко была распространена следующая система землепользования: царь сажал на землю своих воинов, которые обрабатывали выделенные для них наделы коллективно, отбывали воинскую повинность и платили определенную денежную и натуральную подать. Эти наделы назывались наделами лука, лошади, колесницы и т. д., и их владельцы должны были нести военную повинность в качестве лучников, всадников и колесничих.

В VI—начале V в. до н. э. экономическое положение владельцев этих наделов было устойчивым, так как завоевания продолжались, и поэтому цари заботились о своих воинах. Пока владельцы наделов воевали, земля обрабатывалась членами семьи. В тех случаях, когда государство не нуждалось в этих людях в качестве воинов, они должны были платить подати. Постепенно замена военной повинности уплатой податей стала обычной. Денежные подати особенно отрицательно сказывались на хозяйствах рядовых воинов: для их уплаты приходилось прибегать к помощи ростовщиков. Многие кредиторы становились фактическими владельцами заложенных наделов посредством контрактов об «усыновлении». Кроме того, наделы можно было сдавать в аренду при условии, если владелец продолжал нести свои повинности. Размеры наделов постепенно уменьшались, так как они делились между наследниками, а это также вело к разорению военных колонистов. Поэтому во второй половине V и в IV в. до н. э. персидским царям приходилось полагаться в основном на наемников, а не на владельцев наделов.

В некоторых областях Персидской державы существовали высокоразвитые центры ремесленного производства. В Навкра-тисе (Египет) и Милете (Малая Азия) производили керамическую посуду, рассчитанную на экспорт. Египетские ремесленники вырабатывали тонкое полотно, пользовавшееся большим спросом в соседних странах. Финикийские ремесленники из Сидона, Тира и других городов изготовляли стекло, одежду и предметы роскоши, вавилонские ремесленники — шерстяную одежду для продажи как внутри страны, так и для международной торговли.

Относительное политическое спокойствие, наступившее на Востоке в конце VI в. до н. э., хозяйственный расцвет, удобные морские пути, образцовое содержание старых караванных дорог и строительство новых, развитие денежного обращения, а также оживленные контакты между представителями различных народов — все это способствовало развитию международной торговли в крупных для того времени масштабах.

В Персидской державе было несколько важных караванных дорог, которые соединяли области, удаленные друг от друга на многие сотни километров. Одна такая дорога начиналась в Лидии, пересекала Малую Азию и продолжалась до Вавилона. Другая шла из Вавилона в Сузы и далее в Персеполь и Пасаргады. Большое значение имела также караванная дорога, соединявшая Вавилон с Экбатанами и продолжавшаяся далее до Бактрии и индийских границ.

После 518 г. до н. э. по распоряжению Дария I был восстановлен канал от Нила до Суэца протяженностью 84 км, существовавший еще при фараоне Нехо II, но ставший позднее несудоходным. Для развития торговых связей большое значение имела и экспедиция под руководством Скилака, который в 518 г. до н. э. по распоряжению Дария I проплыл вниз по реке Инд в Индийский океан и затем до Красного моря.

Развитию торговли способствовали и различия в природе и климатических условиях стран, входивших в состав Персидской державы. Египет поставлял в греческие города зерно и полотно, покупая у них взамен вино и оливковое масло. Кроме того, он обеспечивал многие области золотом и слоновой костью, в Ливан экспортировал кедровое дерево. Из Малой Азии доставляли серебро, с Кипра — медь, а из районов Верхнего Тигра — медь и известняк. Из Индии вывозили золото, слоновую кость и благовония, из Аравии — золото, из Согдианы — лазурит и сердолик, а из Хорезма — бирюзу. Из Бактрии в страны Персидской державы поступало сибирское золото. Из Балканской Греции в страны Востока вывозили керамические изделия. Поставщиком хлеба кроме Египта являлась и Вавилония, которая, в свою очередь, покупала в Египте полотно, в Малой Азии — железо и другие полезные ископаемые. Международная морская торговля в Персидской державе находилась главным образом в руках финикийских купцов.

В экономике древних обществ большое значение имел труд рабов. В наиболее развитых областях Персидской державы рабы наравне со скотом являлись главным предметом движимой собственности, их продавали, передавали по наследству, дарили и т. д. Большое число рабов использовалось для выполнения различных видов домашней работы, а также в сельском хозяйстве, в царских каменоломнях и на строительных работах. Среди рабов было также некоторое количество квалифицированных ремесленников (ткачей, сапожников, каменщиков и т. д.).

Рабы выступали против плохих жизненных условий, несвоевременной выдачи пищи и т. д. Но об организованных массовых выступлениях рабов в странах Персидской державы данных нет. Это объясняется отсутствием крупных хозяйств, основанных на рабском труде. Правда, храмы и крупные дельцы владели сотнями рабов, но и в этих больших хозяйствах рабы чаще всего работали маленькими группами или в одиночку.

Общее количество рабов-военнопленных было довольно велико. Например, в Вавилонии продавали уведенных из Египта, Бактрии и других стран рабов — «добычу лука», а в Египте были рабы ливийского и киликийского происхождения.

В обширном царском хозяйстве в Иране были заняты работники (мужчины, женщины и подростки обоего пола), которые назывались курташ. Они работали круглый год партиями по несколько сот человек. Большинство курташ, находившихся в царской резиденции Персеполе, чаще всего было занято на строительных работах. Среди них имелись ремесленники всех специальностей (каменотесы, плотники, скульпторы, кузнецы, инкрустаторы и т. д.). Единовременно на строительных работах в Персеполе было занято не менее 4000 человек; строительство этого города продолжалось около 50 лет. Среди курташ были также пастухи овец, виноделы и пивовары.

Большинство курташ состояло из чужеземцев (египтян, сирийцев, вавилонян, ка-рийцев и т. д.), обращенных в рабство и насильственно угнанных в Персию. Но было и некоторое число людей из низов общества, работавших добровольно за плату. Часть курташ являлась также подданными государства, которые в течение года отбывали повинность в царском хозяйстве. По существу, это были подневольные работники, близкие рабам.

По сравнению с западными сатрапиями державы рабство в Персии имело ряд своеобразных черт. Ко времени возникновения своего государства персы знали только патриархальное рабство и труд рабов еще не имел серьезного экономического значения. В результате мировых завоеваний в Персии произошел скачок от примитивного, патриархального рабства к интенсивному использованию труда чужеземных рабов в сельском хозяйстве и ремесле. Но широко применялся он только в царском хозяйстве и в имениях знати.