1 Ночь.

Сумрак. Аркадий идёт к себе, уже звенит ключами, и видит у входа старушку, которая держит в руках стенные часы. И пытается обратить на себя его внимание.

АРКАДИЙ. Вы ко мне? Вы, наверно ошиблись.

СТАРУХА. М-м…

АРКАДИЙ. Я могу вам чем-нибудь помочь?

СТАРУХА. М-м…

АРКАДИЙ. Вы, может быть, заблудились? Вы живёте здесь, в отеле?

СТАРУХА. М-м… (Трясёт часы.)

АРКАДИЙ. Вы что… Это часы? Как громко тикают. Я не понимаю… хотите, чтобы я купил у вас часы что ли? Да? Но, бабушка, они мне ни к чему. Совсем не с руки, поверьте.

СТАРУХА. М-м…

АРКАДИЙ. А! Вы хотите, чтобы я сказал вам, который час.

СТАРУХА. М-м…

АРКАДИЙ. Это можно. Это можно. (Ищёт зажигалку или телефон подсветить.) Это сейчас… Но здесь… Но здесь нет стрелок.

СТАРУХА. М-м…

АРКАДИЙ. Здесь нет стрелок!

Старуха начинает умирать.

АРКАДИЙ. Вы что? Вы что? Спокойно! Вам что плохо? Воды? Я сейчас кого-нибудь. Вот чёрт! Что болит. Покажите, где болит. Скорую… я сейчас.

Аркадий. Он мечется, всё валится, его мобильный телефон падает и рассыпается (или уже упал и рассыпался, когда на часах не оказалось стрелок).

АРКАДИЙ. Я сейчас. Я… Надо ко мне. Из номера… Позвонить, вода…

В итоге Аркадий, бросив старуху на полу, открывает свою дверь, втаскивает старуху к себе. Дверь (если она есть), захлопывается.

Старуха хрипит и, наконец, умирает.

АРКАДИЙ. Держитесь бабушка, сейчас, сейчас.

Он выплёскивает на мёртвую старуху графин воды. Она не реагирует.

АРКАДИЙ. Бабушка… Вот чёрт!

Звонок в дверь.

Аркадий мечется. Звонок. Всё настойчивей.

АРКАДИЙ. Кто там?

ГОЛОС. Аркадий Николаевич!..

АРКАДИЙ. Кто там? Откуда. Откуда вы знаете моё имя?

ГОЛОС. Я всего на минуту. Вопрос жизни и смерти.

АРКАДИЙ. Я не могу, я… сейчас не расположен.

ГОЛОС. Аркадий Николаевич!.. Вы уже выдали себя. Я от вас не отстану!

В итоге Аркадий всё-таки делает эту глупость: прячет тело старухи в шкаф. И открывает дверь.

На пороге сладкоречивый ночной визитёр.

НОЧНОЙ ВИЗИТЁР. Моё почтение. Простите, что не будучи представлен. Ночное вторжение… А отчего вы этак как будто немножко взмокли?

АРКАДИЙ. Я… Вы по какому вопросу?

НОЧНОЙ ВИЗИТЁР. О, по пустяшному. Но жизненному для меня. Я могу считать, что вы меня пригласили?

АРКАДИЙ. Это всё как-то…

НОЧНОЙ ВИЗИТЁР. Дело такое: вы ведь в некотором роде литератор.

АРКАДИЙ. Откуда вы вообще… Да, я учитель литературы. Сейчас ночь.

НОЧНОЙ ВИЗИТЁР. Наилучшее время. Видите ли, дело в том, что я отдыхаю с компаньоном, и у нас пари.

АРКАДИЙ. Этого ещё не хватало.

НОЧНОЙ ВИЗИТЁР. Не совсем понимаю о чём вы, но я продолжу. Простите… я волнуюсь. Руки взмокли. Я могу воспользоваться вашей уборной?

По ошибке направляется к шкафу и уже берётся за ручку.

АРКАДИЙ. Нееет!

НОЧНОЙ ВИЗИТЁР. Боже мой! Как вы нервны, Аркадий Николаевич. Совершенно правильно, что вы сюда приехали на поправку. Вам надо поправить нервы. Хотя… для меня сюрприз, что у школьного учителя есть средства на такое – пусть и не роскошное, но всё же, в своём роде, фешенебельное заведение. Но вы, должно быть даёте частные уроки? Вы весь дрожите. Вам, может, воды.

С готовностью услужить вторично берётся за ручку – рассеянность…

АРКАДИЙ. Это шкаф!!!!!

НОЧНОЙ ВИЗИТЁР. Ах, шкаф…. Как я мог обознаться? Такой гроб!..

АРКАДИЙ. Чем я могу быть полезен??

НОЧНОЙ ВИЗИТЁР. Да, вы правы. К делу. Мы с моим компаньоном рассказываем друг другу истории со смертями. Разные такие, в своём роде, правдивые историйки. И довольно давно. Так что запас немного… Словом, я подумал: может, вы, как литератор…

АРКАДИЙ. Что вы от меня хотите?

НОЧНОЙ ВИЗИТЁР. Так говорю ж: историй.

АРКАДИЙ. Каких историй?? (Он совсем обессилел от напряжения и отупел.)

НОЧНОЙ ВИЗИТЁР. Давайте на примере. Например. Из бывшего. (Как только начинается история, визитёр весь преображается, как будто его прежний вид – не более, чем маска лощёного провинциального актёра, а сейчас – его истинная страсть.) Так вот. Один мужик расстался с женой — вернее как, она от него уходить там стала, несколько дней приходила вещи перевозила, а он от обиды и решил ей натюрморт приготовить. Так и говорил: «натюрморт». Купил сигареты тонкие, с мятой, помаду купил, сигарету одну выкурил, окурок красным измазал — в пепельницу. И ещё как раз от шампанского бутылку — короче, как будто у него вечером был кто-то. (Ждёт эффекта.)

АРКАДИЙ. И что?

НОЧНОЙ ВИЗИТЁР. «И что??». Нет, вы только подумайте: он ещё спрашивает «и что?». Она как эту сигарету увидела, так бутылку хвать, не долго думая, и тыдыждь ему по голове. Всё. Ей пять лет, ему там это, чё, контузия, что ли как это...

АРКАДИЙ (отупело). А.

НОЧНОЙ ВИЗИТЁР. «Откупори шампанского бутылку и перечти Женитьбу Фигаро». Вот что. Ну, как? Есть у вас такие истории?

АРКАДИЙ. Я боюсь, что вы ошиблись. Я боюсь, что вам лучше уйти.

НОЧНОЙ ВИЗИТЁР. Ну, не жмитесь. Ну, что вам стоит? Я же в долгу не останусь. Ну, хотите: вы мне одну большую историю, а я вам много маленьких... А я вам чешские носки? А? А? по три за историю? Две истории – шесть носков? Новых носков. Чешских носков.

АРКАДИЙ. Это какой-то бред. Какое-то безумие.

НОЧНОЙ ВИЗИТЁР. Есть у вас в шкафу такие носки?

Ломится в шкаф.

АРКАДИЙ. Нееет!

НОЧНОЙ ВИЗИТЁР. Вот видите!!

АРКАДИЙ. Это бред, это бред, это сон!

НОЧНОЙ ВИЗИТЁР. Ну, хорошо. Уговорили. Давайте ещё один пример, чтоб вас немножечко растормошить.

АРКАДИЙ. Не надо.

НОЧНОЙ ВИЗИТЁР. Мужик получил большое повышение и давай отмечать его у себя на даче. Шефа пригласил, компанию всю. А жена ему такая посреди вечера и говорит: если ты сейчас шефа убьёшь, тебя вместо него поставят. Сечёшь? А потом всех осчастливишь, всем зарплату поднимешь, детским домам будешь жертвовать. Так-жешь? Убей да убей. И давай ему всё время это толдычить. Толдычила-толдычила, пока он среди ночи не пошёл и не убил. Да ещё кровью руки его охранников намазал. И его, правда, шефом сделали. Что потом у них там на фирме началось, я вам, Аркадий Николаевич, даже рассказывать не буду.

АРКАДИЙ. Что-то напоминает.

НОЧНОЙ ВИЗИТЁР. Ну! Ну… ну… ну… Припомните.

Вдруг стук из шкафа.

АРКАДИЙ. А! Это неправда, это сон, это бред. Что это!

НОЧНОЙ ВИЗИТЁР (Сокрушённо). Иннокентий.

АРКАДИЙ. Что?

НОЧНОЙ ВИЗИТЁР. Придётся открывать. Он, холера, всё равно не отстанет.

Стук всё громче, визитёр идёт к шкафу.

АРКАДИЙ. Нет!!

НОЧНОЙ ВИЗИТЁР. Поздно!

Отпирает дверь. Из шкафа выходит Иннокентий. Даёт ночному визитёру пощечину.

НОЧНОЙ ВИЗИТЁР. Холера!

АРКАДИЙ. А где, а что а…

ИННОКЕНТИЙ. И вы, Аркадий Николаевич, стыдитесь. А ещё серьёзный человек.

АРКАДИЙ. Что происходит?

Заглядывает в шкаф. Старухи нет.

НОЧНОЙ ВИЗИТЁР. Что ты так взъелся? У нас всё невинно.

ИННОКЕНТИЙ. Молчи, предатель, ты мухлюешь!

НОЧНОЙ ВИЗИТЁР. Что ты себе возомнил?

ИННОКЕНТИЙ. А вы… Я тоже расскажу одну историю.

НОЧНОЙ ВИЗИТЁР. Не надо.

ИННОКЕНТИЙ. Не командуй. Моя очередь. Одному мужику жить надоело. Ни то что бы что-нибудь особенное, а просто скучно. И тошнота. Всё пресно, всё неинтересно, мир кругом какой-то не такой. Короче: умный человек – что с него взять? И решил он себя убить. Но – думает: а как же тело? Тело – фу, неприятно, язык вываливается. Не любил он всякие тела. И потом: разбирательство – представляет он себе; педсовет. И решил он тогда тело своё спрятать. Приехал – представляете себе – на море, нашёл где-то на стройке большой камень с дыркой, приволок, в кустах спрятал. Думает: настанет нужный час, надую я ночью матрас, привяжу к себе камень и поплыву. Поплыву, поплыву… А потом матрас-то иголочкой и проткну. И пойду ко дну, и никто меня не отыщет – ха-ха-ха! Представьте себе, представьте себе: чики-домики, я в домике. (Торжествующе замолкает.)

АРКАДИЙ. …И что?

ИННОКЕНТИЙ (победно). И всё! Ну как?

НОЧНОЙ ВИЗИТЁР (сокрушённо). 103:96. (Аркадию.) И всё из-за вас!

АРКАДИЙ. Вон! Вон!!! Оба – во-о-он!

Пожимают плечами, уходят. Ночь окончена.