3. Метаязыковые показатели как основная форма выражения метатекста

Любой текст обладает метатекстовым потенциалом, который может быть раскрыт полностью, частично, или не раскрыт совсем, поэтому Н. П. Перфильева разделяет метатексты на экплицитные, которые содержат в себе формально выраженные метапоказатели, и имплицитные [Перфильева 2006: 43 – 44], лишенные явно выраженных показателей МЯС, деятельность которого в этом случае сводится к нулю. В свою очередь, показатели МЯС, или метапоказатели, – это «средства выражения метатекста» [Перфильева 2006: 40], «показания метаязыкового сознания» [Блинова 1989: 122 – 126], рефлексивы [Вепрева 2014: 5], метаязыковые высказывания [Вепрева 2005: 80], метакоммуникативные или метадискурсивные высказывания [Шаймиев 2003]. А. Вежбицкая называет их метаорганизаторами, метатекстовыми выражениями, метатекстовыми нитями [Вежбицкая 1978] и предлагает свою классификацию:

1. Выражения, в которых эксплицитно упоминается сам акт речи, например, кстати говоря, иными словами;

2. Выражения, «с помощью которых автор отмежевывается от сказанных слов» [Вежбицкая 1978: 407]: как будто, вроде бы, якобы;

3. Выражения, «с помощью которых говорящий указывает на дистанцию по отношению к отдельным элементам внутри предложения» [Вежбицкая 1978: 408]: собственно говоря, вполне, почти;

4. Выражения, являющиеся связками «между фрагментами высказывания…указывают направление хода мысли» [Вежбицкая 1978: 411]: кстати, между прочим, впрочем. Сюда же относятся «сигналы очередности и логической последовательности» [Вежбицкая 1978: 412]: во-первых, во-вторых, далее, начну с того, что…;

5. Анафорические местоимения и артикли: эти, так, там, итак;

6. Глаголы – «перформативы»: обещаю, соглашаюсь.

При помощи данной классификации А. Вежбицкая обращает внимание на метапоказатели, отвечающие за структурирование высказывания, выражения, которые направлены на собственное отношение к произнесенной информации, перефразирование или пояснение смысла, указание на важные моменты в речи и экспликацию собственного «я» для включения своего текстового высказывания в общее полотно коммуникации. Важно отметить, что польская исследовательница не включает метапоказатели оценочности.

Ряд исследователей связывает наличие метаоператоров, наоборот, именно с оценочной функцией метатекста [Шварцкопф 1970: 301; Вежбицкая 1978: 412; Шаймиев 1998; Стексова 2009; Ляпон 1989] в том числе, по мнению Б. С. Шварцкопфа, и кавычки могут выражать метаязыковую оценку употребляемых языковых средств как уместных в данном контексте или наоборот [Шварцкопф 1997: 377].

Представляется возможным выявить основные группы рефлексивов оценочности в соответствии с теорией Т. И. Вепревой [Вепрева 1999: 67], которые являются важными для нашего исследования ввиду критического отношения участников к прочитанному и анализируемому материалу:

1. «глаголы люблю / не люблю, нравится / не нравится…относятся к предикатам сенсорно-вкусовой оценки»;

2. «…синонимические выражения отрицательной или положительной оценки, которые создают экспрессивные варианты метаязыкового фона, направленные на максимальное воздействие на слушающего» [Вепрева 1999: 68], например, ненавижу, мне глубоко противна…;

3. прилагательные, выражающие оценочность суждения, например, хорошее, замечательное, плохое, отвратительное, гордое, мягкое;

4. «речевые стереотипы критики речи: строго говоря, точнее говоря…не знаю, как назвать, если можно так выразиться…[Вепрева 1999: 69];

5. «…употребление…книжной абстрактной лексики»: не стесняюсь, стесняюсь, не побоюсь сказать, извините за такие слова [Вепрева 1999: 69 – 75]; и другие.

Логическую степень проявленности МЯС можно рассмотреть с позиции проспекции, т. е. указания на конструкции, эксплицирующие начало высказывания [Кожина, Чиговская 2001] как в собственном, так и в анализируемом участниками ВТ, а также с позиции заключения, т. е. ориентации на следование вывода, ретроспекцию. Н. П. Перфильева, предлагает две группы метапоказателей ретроспекции: 1) «показатели собственно ретроспекции, которые маркируют собственно возвращение-отсылку к какому-нибудь фрагменту данного текста; 2) показатели псевдоретроспекции, цель употребления которых – выравнивание «пресуппозиций» коммуникантов с помощью введения уже известной ранее вне данного текста информации» [Перфильева 2004: 179], например, напомню, повторяю, вспомним, по сути дела и т. д. Такие выражения указывают на экспликацию активной работы участников с полученным ВТ на втором этапе эксперимента. Примечательно, что Н. П. Перфильева в классификации метапоказателей разделяет метапоказатели логического вывода (следовательно, значит, выходит, стало быть, отсюда) и метапоказатели очередности (во-первых, прежде всего, первое, во-вторых, далее, в-четвертых) [Перфильева 2009]. В нашей классификации эти метапоказатели объединены.

К особой категории Н. П. Перфильева относит метапоказатели-перформативы, иначе «слова и выражения, которые, будучи произнесенными в реальной коммуникативной ситуации, сами по себе являются поступками» [Перфильева 2002: 67], как правило, они выражены глаголами или глагольными словосочетаниями. Исследователь разделяет их на две группы: «1) перформативы, служащие актуализации высказывания (подчеркнем, обратите внимание, повторим), 2) перформативы, выравнивающие пресуппозиции коммуникантов (напомним, уточним, добавим, заметим)» [Перфильева 2002: 73]. Такие высказывания получают небольшое распространение в наших ВТ, например, когда испытуемые, анализируя ВТ и высказывая собственную точку зрения, обращаются к аудитории или стараются включить собственное высказывание в общий поток обсуждаемой информации.

Особого внимания требуют метапоказатели, эксплицирующие акт речи, т. е. поясняющие некоторые речевые отрезки. К ним, по мнению Н. П. Перфильевой, относятся глагольные словосочетания, главное слово которого стоит в форме деепричастия или инфинитива (фигурально выражаясь, проще сказать). Именно говорить, сказать, выражаться будут ключевыми глагольными формами. Статус этих единиц в семантическом плане оказывается до конца не определенным учеными, но они «…представляют собой комментарий говорящим самого акта собственной речевой деятельности» [Перфильева 2001: 125], что, согласно исследователю, связано с функцией оценочности. Мы разделяем точку зрения Н. П. Перфильевой относительно функции употребления метатекстовых показателей, заключающейся не только в умении донести информацию, но и обработать ее, правильно понять, т. е. адекватно декодировать, перефразировать. Н. П. Перфильева предлагает разделение метапоказателей в зависимости от их функции в достижении адекватного понимания исходного текста на:

1. характеризующие речь как искреннюю (честно говоря, скажем откровенно),

2. эксплицирующие отсутствие такта и культуры или бездетальность (грубо говоря);

3. указывающие на стилистический или социальный план (говоря бумажным языком, говоря военным слогом);

4. поясняющие (иначе говоря, точнее выражаясь).

Категория таких метапоказателей в наших ВТ частотна потому, что участники эксперимента, подтверждая свою точку зрения примерами из анализируемого материала, обращаются к пояснительным, уточнительным конструкциям.

Также Н. П. Перфильевой была предпринята попытка изучения метапоказателей в соответствии с принципами Г. Грайса, ориентированными на успешную коммуникацию участников беседы. Именно с этой целью Н. П. Перфильева говорит о необходимости использования вводных слов, «которые эксплицируют границы блоков и рассуждений» для более адекватного восприятия коммуникантами [Перфильева 2002а: 94].

Аналогичная точка зрения на применение и функционирование метадискурсивных высказываний встречается в исследовании [Антропосфера…2007: 46 – 57] применительно к научному тексту. Анализу подвергаются высказывания, выраженные различными видами предикатов: попытаемся обосновать, присмотримся, можно себе представить и т.д.

М. Р. Шумарина, ссылаясь на В. А. Шаймиева, указывает на выявление функции метатекстовых высказываний [Шумарина 2011: 25]: построение метатекста и формирование перцептивной рефлексии адресата речи, иными словами, функции направлены на коммуникацию. Б. С. Шварцкопф выделяет функции облегчения понимания речи и аргументации [Шумарина 2011: 25].

Так, по мнению Н. В. Мельник, метатекст – высказывание о высказывании, текст о тексте, в котором личность автора играет первостепенную роль, т. к. в нем «эксплицитно и имплицитно, осмысленно, сознательно и интуитивно, качественно и количественно представлена о нем самая разнообразная информация, причем сама эта информация детерминирована не только и не столько первичным, исходным текстом (ведь он один), но и во многом обусловлена языковой личностью автора вторичного текста…» [Сайкова (Мельник) 2009б: 40]. ВТ также обусловлен проявленностью свойств и особенностей самой ЯЛ, его порождающей и воспринимающей. В нашем случае метатекст – этот ВТ, который является результатом рефлексии ЯЛ относительного другого ВТ, т. е. ВТ о ВТ на этапе текстовосприятия. Метатекст, ставший результатом анализа ВТ участниками эксперимента, является отражением самой ЯЛ, его породившей, т. е. примером ее идиостиля, а также выражением МЯС той ЯЛ, которая его восприняла. Интерпретация, трактовка полученной информации выражается путем включения в собственное высказывание метапоказателей, имеющих различную функцию и эксплицирующих включенность, проявленность ЯЛ в собственном ВТ.