2. Историческое развитие языкознания

До 19 века изучение языка опиралось на принцип логицизма:

язык – единообразное, статичное образование, служащее выражению универсальных логических категорий.

Различия между отдельными языками мыслились лишь как различия во внешней форме выражения единого для всех языков содержания.

Вопрос о причинах многообразия языков и об их исторической изменчивости не рассматривался подробно вплоть до 19 века, когда в языкознании утвердилось господство исторического (генетического) подхода к своему объекту, опирающегося на принцип эволюционизма (историзма).

На основании этого принципа исследователи пришли к выводу, что, например:

общим предком индоевропейских языков был либо санскрит, либо другой реально существовавший в далёком прошлом язык, а новые языки пришли к своему современному состоянию каждый своим путём в результате специфических изменений в их структуре и в инвентаре их элементов [3, 4].

Принципы исследования языка:

1. Язык следует рассматривать как целостную систему, в которой её элементы взаимосвязаны и взаимообусловлены (И.А. Бодуэн де Куртенэ, Филипп Фёдорович Фортунатов, Фердинанд де Соссюра).

2. Важную роль играет описательный подход к языку и описательные грамматики, объектом которых становились факты живого, реального употребления языка.

3. Не следует подменять исследования внутренней логики строения и развития языков объяснениями из сферы психологии, физиологии и т.п.

Представителями этой концепции акцент в лингвистических исследованиях был перенесён на формальные аспекты языка, его внутреннюю (имманентную) структуру.

Третий принцип – структурализм (объединяющий первые два). При таком подходе реализуется более или менее значительное обособление внутренней (имманентной) структуры языка и преимущественное или исключительное внимание к отношениям между элементами языковой системы. Приоритет был отдан принципу инвариантности языковых элементов (и, соответственно, однородности языковой системы). По третьему принципу работало множество научных школ всего мира, как то: Женевская лингвистическая школа (Шарль Балли, Антуан Сешэ и др.), Пражская школа функциональной лингвистики [5] (Вилем Матезиус, Николай Сергеевич Трубецкой, Роман Осипович Якобсон и др.), французская функционально-лингвистическая школа Андре Мартине, глоссематика главы Копенгагенского структурализма Луи Ельмслева, дескриптивная лингвистика в США на разных этапах её развития (от Леонарда Блумфилда до Зеллига З. Хэрриса), Лондонская лингвистическая школа Джона Фёрса, Московскаяй фортунатовскаяй и Ленинградская / Петербургская.

В 50-60-х годах 20-го века лингвистический структурализм в его классической форме в основном себя исчерпал, а серия работ Ноуэма Хомского по порождающей трансформационной грамматике ознаменовала новый этап в развитии мировой лингвистики, но по существу это – формальная, имманентная лингвистика.

На первом этапе представители формального языкознания работали преимущественно в сфере фонетики (фонологии) и морфологии, и на этом материале были развиты строгие формальные методы анализа, среди которых следует отметить дистрибутивный анализ, оппозиционный анализ, коммутационный анализ.

Дистрибутивный метод представляет так называемую дескриптивную лингвистику: ориентируясь на фонему и морфему как основные языковые элементы, они в принципе отказывались от учёта фактора значения в анализе языка. Метод создан в США.

Оппозиционный анализ (в форме компонентного анализа значений) и идеи системности языка к лексическим явлениям позволил впоследствии построить структурную семантику (структурную лексикологию), в центре внимания которой стоят проблемы семантических полей и семантических дифференциальных признаков (сем). Обращение к синтаксическому материалу дало возможность разработать метод анализа по непосредственно составляющим, позволяющий предложение как линейное образование представить в виде иерархической структуры (грамматика фразовых структур) и создать теории парадигматического синтаксиса.

В работах Н. Хомского по трансформационной порождающей грамматике в центр внимания выдвинулся синтаксис, и предложение было объявлено главной единицей языковой системы.

Однако и классический структурализм, и трансформационные теории, ориентирующиеся на форму языка, отдающие приоритет принципу формализма и исключающие обращение к употреблению языка, игнорирующие реальную неоднородность языка, которая обусловлена особенностями его функционирования в разных социальных группах, уже к 60-70-м годам перестали удовлетворять всё возрастающие запросы общественной жизни. Формальное языкознание в последние десятилетия 20 в. было серьёзно потеснено новыми концепциями, которые в совокупности образуют так называемую функциональную лингвистику.

Бурный расцвет испытала лингвистическая семантика, выдвинувшаяся в качестве лидирующей дисциплины. Сформировалась лингвистическая прагматика.

Языкознание 20 века проделало следующий путь:

фонетика (фонология) > морфология > синтаксис > семантика > прагматика

В отличие от формальной лингвистики, моделирующей структуру (или систему) языка, функциональная лингвистика строит модели использования (употребления) языка. Но в них сохраняется многое из того, что имелось в формальных моделях языка. Успехи функционального языкознания позволяют надеяться, что мы близимся к созданию в 21 веке интегральной, холистической модели языка.

Современные функциональные направления, ориентированные на изучение языка в его употреблении в определённом социальном, коммуникативном и когнитивном контекстах, опираются на концептуальный аппарат и арсенал методов, выработанный формальной лингвистикой.

Формальная лингвистика дала нам: типологию языков, интерлингвистику, компьютерную лингвистику, прикладную лингвистику, математическую лингвистику. Поэтому формальная, имманентная лингвистика должна служить ядерным компонентом интегральной теории языка.