8.Связь философии и обыденного знания.

Обыденный язык остаётся самым универсальным инструментом для передачи знаний. Наука, религия, искусство, философия и другая деятельность человека начинается именно с обыденного знания.

В случае обыденного знания, его регулятором обоснованности, упорядоченности и эффективности является то, что называют «здравым смыслом». Обыденным знанием принято считать жизненно-практическое знание, которое не получило строгого концептуального, системно-логического оформления, не требует для своего оформления и передачи специального обучения и подготовки и является общим внепрофессиональным достоянием всех членов общества. Следует отметить, что именно обыденный здравый смысл во многих случаях создает проблемы для философа. Начало и основу всякого философского размышления составляет интуитивное понимание вопроса на уровне здравого смысла. Это знание здравого смысла необходимо философии.

Поскольку философия не просто включает в себя обыденное знание, а подвергает его теоретическому осмыслению, одновременно со всеми иными формами знания и духовной культуры, то содержание обыденного знания и характер его рациональности (здравый смысл), входящие в основание философской теории, неизбежно уточняются, корректируются, обобщаются.

Связь философии с обыденным знанием на уровне исходных мировоззренческих оснований проявляется и в способе обоснования философией своих положений, в характере философской аргументации. В философских доказательствах весьма заметное место занимает обращение к обычному представлению, к здравому смыслу всякого человека, к простым примерам из повседневной жизни и практики.

И здравый смысл, и общеизвестные истины в качестве философских аргументов обычно выступают не только познавательными, но и явно ценностными критериями, которые используются в качестве не только логических, но и эмоциональных средств убеждения.

Общность философского и обыденного знания проявляется и в известной близости философского и обыденного языков. Язык философии в целом ближе к живому, естественному языку, чем язык специальных наук. Философия эксплицирует, систематизирует, углубляет смысл своих понятий, но не устраняет их общий, обыденный смысл.

Здравый смысл призван отражать конкретный опыт, и потому он подвержен изменениям вместе с условиями, в которых существует сообщество. Он бывает выражен в форме (рациональной) рецептов, запретов, примет и т.п., хотя и не систематизирован и не связан с явным обоснованием; в роли его обоснования чаще всего выступают ссылки на традицию, на прошлый опыт: «надо делать так-то, потому что раньше делали так-то, и получался необходимый результат». Это одна из самых распространенных форм передачи обыденных знаний, вне зависимости от каналов коммуникации. Философия и искусство

Искусство - коллективное чувствование. В вопросе об искусстве постоянно идет спор между теми, кто делает упор на коллективности (крайнюю позицию занимают сторонники «искусства для народа, для всех»), и теми, кто делает упор на чувствовании (здесь крайнюю позицию занимают сторонники «искусства для искусства», «чистого» искусства). Гегель отстаивал позицию первых. Он писал: «...Художественные произведения должны создаваться не для изучения и не для цеховых ученых, а они... должны быть понятны и служить предметом наслаждения непосредственно сами по себе. Ибо искусство существует не для небольшого замкнутого круга, не для немногочисленных очень образованных людей, а в целом для всего народа». На такой же позиции стоял марксизм. Известно такое высказывание В.И. Ленина: «Искусство принадлежит народу». В советское время это высказывание было руководящим принципом в художественной политике государства.   Сторонниками второй точки зрения были два художественных гения России - Л. Н. Толстой и П. И. Чайковский. Первый категорично утверждал: «Причина, почему декадентство есть несомненный упадок цивилизации состоит в том, что цель искусства есть объединение людей в одном и том же чувстве. Это условие отсутствует в декадентстве. Их поэзия, их искусство нравятся только их маленькому кружку точно таких же ненормальных людей, каковы они сами. Истинное же искусство захватывает сущность души человека. И таково всегда было высокое и настоящее искусство» . Второй же был более мягок, но не менее убедителен: «Я желал бы всеми силами души, чтобы музыка моя распространялась, чтобы увеличивалось число людей, любящих ее, находящих в ней утешение и подпору». С другой стороны, деятели искусства всегда выступали за то, что искусство должно быть внутренне свободным, незаинтересованным, неутилитарным, одним словом, относительно самостоятельной сферой жизни. Сходство философии и искусства состоит в том, что в их произведениях широко представлен личностно-эмоциональный компонент, переживания автора, субъективное видение автором той панорамы жизни, о которой он пишет. Произведения философии и искусства всегда индивидуальны, поэтому, знакомясь с их произведениями, мы не только воспринимаем правду жизни, но всегда выражаем свои симпатии и антипатии. В связи с этой особенностью философии само изучение истории философии идет через изучение творчества, мировоззрения, личной драмы философа в условиях конкретно-исторической эпохи. А произведения классиков философии всегда пленяют нас так же, как и произведения классиков искусства. Но есть, конечно, и существенные различия между философией и искусством. Философ выражает проблему с помощью понятий, абстракций, обращаясь к тонкости ума. Деятель искусства, как правило, выражает проблему через художественные образы, пробиваясь к нашему разуму через пробуждённые им чувства. И философия, и наука, и религия, и искусство создают свою картину мира. При всем своем различии они дополняют друг друга. Поэтому каждый культурный человек должен хорошо разбираться в этих картинах мира.