4.7 Феноменологический метод и диалог

Иногда возникают сомнения относительно совместимости феноменологического метода и диалогических отношений. Сторонники первого следуют четко предписанным техникам, в то время как сторонники вторых — «приводят на встречу себя целиком». Главная сложность касается вынесения за скобки. Мы считаем, что в своем изначальном виде эти два полхода действительно несовместимы. Однако в терапии используются их специфические версии. Феноменологический подход в терапии служит не для поисков чистого смысла, а для изучения феноменологии клиента в отношении к терапевту. Находясь в диалоге, терапевт должен учитывать, что условия терапии сами по себе являются формой вынесения за скобки, следовательно, личные сомнения терапевта являются неадекватными или минимально адекватными. Хикнер говорит: «диалогический подход подразумевает, что терапевт разворачивается к клиенту и хочет объять его индивидуальность (хотя бы на мгновение) ради построения диалога»13. В своей «терапевтической форме» феноменологический метод и диалог дополняют друг друга. Первый обеспечивает пребывание здесь-и-сейчас, второй — исцеляющую силу сонастроенно-го человеческого контакта.

Заключение

В этой главе описано поэтапное формирование терапевтических отношений: формирование безопасного контекста, договоренность о задачах терапии и развитие доверительных отношений между терапевтом и клиентом. После этого гештальт-терапевт может обратиться к диалогическим отношениям: практикуя присутствие, приятие, включенность и открытость. Последовательность может быть и иной, например, диалогические отношения могут быть необходимы для установления доверия или для того, чтобы договориться о направлении терапии. Однако важнейший аспект практики гештальта состоит в том, чтобы клиент почувствовал, что его понимают, принимают, не судят и относятся к нему серьезно. В этом смысле феноменология и диалог являются основой гештальт-консультирования, однако, как говорит Польстер: «Хотя для терапевта необходимо быть аутентичным, вряд ли этого будет достаточно. Пациент защищается различными способами, и терапевт должен уделять особое внимание тому, как именно клиент препятствует контакту»14.

Это подводит нас к темам двух следующих глав - постановке диагноза и планированию лечения.

Глава 5. Постановка диагноза

Многие гештальтисты отрицают само понятие «постановка диагноза». С их точки зрения, попытка подходить к клиенту с «объективной», экспертной позиции с целью поставить диагноз противоречит многим основополагающим принципам гештальта; Во-первых, постановка диагноза подразумевает, что человек статичен и неподвижен и что его можно оценить, не входя с ним контакт. Во-вторых, это ведет к деперсонализации уникального клиента и ставит всезнающего терапевта на авторитарную позицию. В-третьих, это обесценивает исцеляющую силу осо-знавания, диалога и полного контакта. Однако, как мы увидим ниже, постановка диагноза дает также и существенные преимущества — в той области, где отношения «Я-Оно» важны и необходимы.

5.1 Оценивание как часть отношений

Мы не можем не оценивать. Как мы уже говорили в Главе 2, люди — это существа, создающие смыслы. Можно сказать, что, придавая миру смысл, мы находимся в постоянном процессе определения, оценивания и диагностики. Мы все время наблюдаем, общаемся и стараемся понять; например, когда мы знакомимся с людьми, реагируем на них, и когда у нас складывается впечатление от них. Почти невозможно увидеть кого-то впервые и не сформировать о нем мнения, положительного или отрицательного. Иногда это происходит едва осознанно, но, тем не менее, является частью постоянно присутствующего в отношениях оценивания. Если бы этого не происходило, мы были бы не способны при встрече со старым другом сказать: «Я тебя узнаю, я люблю тебя, я хочу быть с тобой».

То же самое происходит в комнате консультанта. Начиная с момента встречи, консультант осознанно и неосознанно обращает внимание на множество деталей и впечатлений, на возраст, походку, выражение лица, одежду, настроение, стиль общения. Так он начинает собирать важную информацию и приступает к естественному и обязательному оцениванию.

Эксперимент: Вспомните недавнее знакомство с кем-либо из клиентов (или из своего окружения). Каково было ваше первое впечатление, какие мнения, суждения, эмоции у вас возникли до того, как вы лучше узнали этого человека. Вы можете описать это, например, так: «Интуиция подсказывала мне, что...», «Я почему-то знал, что могу/не могу верить ему...», «Я просто почувствовал...» без каких-либо очевидных причин. Насколько верными оказались впоследствии эти впечатления? Удивительно, насколько точными оказываются иногда первые впечатления. И не менее удивительно, насколько они иногда бывают неверны.

Принимая реальность этой «неосознанной диагностики», мы сталкиваемся с парадоксом или противоречием, присутствующим во многих областях практики гештальта. С одной стороны, мы стараемся чтить и уважать уникальность каждого клиента в его уникальной ситуации. С другой стороны, мы автоматически формируем впечатления и суждения, любим или не любим. Кроме того, не подлежит сомнению и то, что многие клинические феномены и способы поведения подпадают под узнаваемые паттерны, имеющие предсказуемые следствия и подразумевающие определенное обращение. Чтобы эффективно помогать нашим клиентам, мы не должны закрывать глаза на повторяющиеся паттерны, застывшие гештальты, привычные способы общения; это помогает понять, как способы контактирования с миром, выбираемые клиентами, способствуют их трудностям.

Например, зависимые клиенты склонны превращать терапевтические отношения в самоцель и теряют интерес к собственной потребности в росте и изменениях. У депрессивных клиентов есть риск суицида, а жертвы сексуального насилия обычно бывают очень чувствительны к нарушению границ своего физического пространства. Такого рода обобщения — если их использовать всего лишь как ориентиры — иногда помогают консультанту вести работу более эффективно и безопасно.

Эксперимент: Посмотрите, есть ли в вашей собственной жизни застывшие или повторяющиеся паттерны. Например, можете ли вы назвать себя стеснительным или общительным, относитесь вы к «думающему типу» или к «чувствующему», просто вам общаться или проблематично, в чем вы самокритичны и чего себе не позволяете. Ответьте коротким предложением: «Я...». Почувствуйте, каково это охарактеризовать себя. Находите вы это описание унизительным или это «просто описание». Какой «ярлык» вы не хотели бы навешивать на себя и почему?

Первичное оценивание необходимо для компетентного профессионального ответа В «идеальной» терапевтической ситуации клиент знает и разделяет принципы гештальта. Он приходит в терапию, имея неограниченные средства и только одно желание — познать себя, реализовать свой потенциал и посмотреть, куда ведет его креативность. В этом случае первичный диагноз не является существенным, и терапевт может принимать любой момент и любую сессию такими, какие они есть. Время от времени ему стоит оглядывать свою работу вместе с клиентом, чтобы убедиться в том, что он получает то, чего хочет. Другими словами, то, чем они занимаются — это настоящая исследовательская экспедиция.

Однако так бывает редко. Обычно клиенты приходят в состоянии какого-либо психологического расстройства. Жизнь «не удается». Либо они страдают от депрессии, тревожности или еще какой-то внутренней неустроенности, либо испытывают трудности в повседневной жизни: в отношениях, на работе или же с каким-то экзистенциальным вызовом. Они приходят, справедливо ожидая, что консультант обладает достаточной экспертизой для того, чтобы помочь им с их проблемой за максимально короткое время. Мы полагаем, что профессиональному терапевту следует вместе с клиентом обратиться к следующим вопросам:

• Определить текущее состояние клиента и как он хочет его изменить

• Понять значение проблемы и ее последствий

• Решить, насколько это возможно, компетентен ли терапевт и подходит ли он для того, чтобы помочь с решением этой проблемы

• Прийти к согласию относительно желательного результата терапии

• Принять критерии, по которым можно будет оценивать эффективность терапии

Конечно, это предварительное понимание, которое надо будет обновлять по мере того, как клиент будет меняться и двигаться вперед.

Гибкий, совместно создаваемый диагноз помогает построить рабочий альянс

Диагноз приносит наибольшую пользу в том случае, когда он является описательным, феноменологическим и гибким, а не просто определяющим и называющим. Гештальт-диагноз — это попытка увидеть паттерны, темы, повторения, уникальные для данного клиента. Это, прежде всего, диагностика процесса, основывающаяся на том, как клиент ведет себя в данный момент и, следовательно, являющийся описанием процесса или «гештальтированием». Например, в таком диагнозе скорее будет описан «нарциссический процесс», чем нарциссическая личность или нарцис-сическое расстройство; скорее, клиент будет назван «ретрофлексирующим», чем ретрофлектированным.

Диагноз можно определить как — динамическое описание застывшего гештальта (или нескольких застывших гештальтов) в жизни клиента — то есть остановившегося процесса. Застывший гештальт — это творческое приспособление, совершенное в прошлом и адекватное прошедшим обстоятельствам, но ставшее привычным и ненужным в настоящем. Задача терапии — освободить этот гештальт и помочь клиенту выйти из прошлого, старого паттерна и встретить настоящее, откликнуться на настоящее и быть гибким. Совершенно здоровый человек будет проживать каждый момент творчески и, следовательно, не будет иметь «диагноза».

Мы рекомендуем, если это возможно, создавать диагноз совместно с клиентом. Это обязательно должно происходить в конце первой сессии, а также каждый раз, когда у вас появляется «мощная» гипотеза относительно происходящего. Например, вы можете поделиться с клиентом предположением, что его текущее расстройство связано с неоплаканной тяжелой утратой или что его телесное напряжение связано со сдерживанием злости. Это потребует от терапевта перевода с гештальтистского жаргона на понятный клиенту язык. Например, «Вы удерживаете многие чувства» (ретрофлексия), «Вы твердо убеждены, что плакать нельзя» (интроекция или глубокое убеждение), «Кажется, вы так и не смогли пережить утрату отца» (не-оконченное дело). Клиент может согласиться, не согласиться, уточнить или как-то еще поучаствовать в создании более точного диагностического понимания. Кроме того, таким образом, он сыграет активную роль в понимании своей проблемы и это «уполномочит» его на то, чтобы в дальнейшем прилагать усилия вместе с терапевтом.