3.4 Экзистенциальное измерение

Человеческий род не может вынести слишком много действительности.

Люди проводят много времени, стремясь к комфорту и стараясь избегать осознавания экзистенциальных реалий: смерти, одиночества, неопределенности, разделения, объединения, свободы и ответственности. Многие застывшие гештальты, по сути, являются творческими попытками приспособиться к этим экзистенциальным данностям. Например, лишившийся матери ребенок решает никогда больше не вступать ни с кем в близкие отношения, чтобы избежать страха потери и боли. И будучи взрослым, он продолжает следовать этому решению. Женщина бесконечно подвергает себя пластическим операциям, чтобы не подпускать к себе реальность старения и смерти. Мужчина решает никогда не прикладывать усилий ради чего бы то ни было, поскольку для него невыносимо чувствовать собственное несовершенство. Ответственность — экзистенциальная реальность, и_гештальт-терапия уделяет этому особенно много внимания. По мере роста сознавания, мы все больше понимаем, что хотя мы не можем отвечать абсолютно за все происходящее с нами, но мы отвечаем за то, как мы это переживаем, какой придаем этому смысл и как обращаемся с этим. Мы действительно выбираем наш опыт, даже если нам кажется, что это не так. Принимая ответственность за свой опыт и ответственность перед нашим окружением, мы становимся по-настоящему взрослыми, а наша жизнь-наполняется подлинными контактами. Полное осознавание реальности жизни в мире ведет к тревоге, которую экзистенциалисты считают нормальным состоянием. Поэтому прежде чем при¬ступать к работе по осознаванию глубинных экзи¬стенциальных материй, важно убедиться, в том, что клиент располагает соответствующей поддержкой (см. Главу 7 о самоподдержке). Кроме того, необходимо отличать невротическую тревогу от экзистенциальной. Первая является помехой для функционирования здесь-и-сейчас, последняя же является обратной стороной возбуждения — неприятный, но неизбежный спутник полного и подлинного пребывания в настоящем.

3.5 Парадоксальная теория изменений

Теперь обратимся к другой важнейшей идее гештальт-терапии, во многом вытекающей из сказанного выше. Хотя Beisser назвал свою парадоксальную теорию изменений именно теорией, более точно было бы называть ее принципом. Он состоит в следующем: «Изменения происходят, когда человек становится тем, что он есть, а не тогда, когда он старается стать тем, чем он не является». Принцип базируется на идее о том, что у всех клиентов появляется ресурс для роста и изменений в том случае, если они позволяют происходить естественному процессу организмической саморегуляции.

Клиенты часто приходят на терапию с верой, что они могут измениться согласно некоему плану или с желанием избавиться от каких-то конкретных неприятных ощущений, мыслей или суждений. Они верят, что им помогут достичь некой идеальной картины или идеи собственных изменений (например, «освободиться от тревоги» или «нравиться всем»). Парадоксальная теория изменений утверждает, что вместо того, чтобы пы-таться изменить себя, нужно как можно более полно погрузиться во все аспекты собственного опыта и полностью осознавать его. Как только клиент сделал это, как только он доверился организмической саморегуляции, изменения начнут происходить сами собой. Другими словами, когда клиент подлинно и глубоко принимает себя, он, в реальности, совершает радикальный поворот к нормальному отношению к самому себе. Это сформулировал Перлз7, когда он ввел различие между актуализацией себя и «актуализацией образа себя».

Эта фундаментальная идея парадоксальна, поскольку предполагает, что, чтобы измениться, надо отказаться от попыток измениться. Вместо этого утверждается, что существует естественный процесс роста и изменений через постоянное осознавание, контакт и ассимиляцию. Клиент (и консультант) должен быть подготовлен к этому, иметь достаточную поддержку, доверять организмической саморегуляции и полностью отдаться поискам более полной и аутентичной жизни.