2. Особенности формирования нового стиля и проблема "нереализованного наследия"

Первая треть XX в. - переломный период в процессах формообразования, причем нараставшие тогда тенденции с наибольшей силой проявились в 20-е годы.

Анализируя теоретические декларации и оценивая реальные творческие результаты художественных поисков того этапа, важно отделить субъективные представления деятелей искусства тех лет о протекавших процессах в сфере художественного творчества от объективных результатов этих процессов, ставших очевидными с исторической дистанции. Например, многим тогда казалось, что в процессе резко интенсифицировавшегося взаимодействия различных видов искусства рождается новое комплексное синтетическое искусство, а в ходе взаимодействия художественной и научно-технической сфер творчества резко уменьшается (или даже утрачивается) роль художественных закономерностей формообразования. Однако ничего этого не произошло в реальной действительности. Основными результатами сложного взаимодействия различных видов творчества и концепций формообразования 20-х годов оказались: 1) становление нового стиля, важной особенностью которого является сближение и органическое взаимодействие стилеобразуюших процессом художественной и инженерно-технической сфер творчества; 2) появление нового вида творчества - дизайна, универсальной профессии представляющей интересы человека в сфере машинного производства; 3) формирование нового соотношения различных видов предметно-художественного творчества, в частности появление автономных цвето-декоративно-графических видов творчества, дополняющих бездекоративные новую архитектуру и дизайн.

Это общие результаты того переломного периода. Но каждая страна внесла свой вклад в эти процессы, тем больший, чем интенсивнее и свободнее протекали эти процессы. Наша страна была в 20-е годы одним из важнейших центров формирования нового стиля.

Чем дальше уходят в прошлое те годы, тем становится все очевиднее, что тогда было заложено нечто очень важное для всего последующего развития предметно-художественной сферы творчества. Интерес к этому периоду не ослабевает, а в отдельные этапы развития искусства XX в. явно возрастает. Это наследие интересует не только историков искусства, но и не в меньшей мере и художников-практиков. Особенно показательно, что это наследие привлекает художественную молодежь.

Сейчас, заново поднимая материалы тех лет, мы часто с удивлением обнаруживаем ценнейшие формообразующие художественные идеи. Все это имеет самое прямое отношения к проблеме творческого освоения так называемого "нереализованного наследия" архитектуры советского авангарда.

На первоначальном этапе становления нового стилевого направления, как правило, интенсивность генерирования формообразующих идей резко возрастает. За короткий срок появляется столько новых творческих идей, что их количество во много раз превышает практические возможности их реализации. Большая часть из них остается в виде нереализованного наследия, из которого затем последующие поколения архитекторов непрерывно черпают творческие идеи. Это наследие содержит избыточное количество формообразующих идей, но избыточное лишь в том смысле, что многие из них не могли сосуществовать на этапе становления основной структуры нового стиля, когда требовались отбор и ограничение стилеобразующих идей. Но в этом нереализованном наследии первоначального этапа, как правило, содержатся такие формообразующие идеи, которые важны для последующих этапов развития данного стиля, особенно для таких этапов, когда в развитии стиля возникают кризисные ситуации в области формообразования, когда появляются симптомы канонизации средств и приемов художественной выразительности и когда ставятся под сомнение потенциальные возможности стиля генерировать новые формообразующие идеи. На таких этапах возрастает внимание исследователей и архитекторов-практиков к нереализованному наследию этапа становления данного стиля.

Первая треть XX в. по мощности слоя формообразующих идей занимает в истории архитектуры особое место. Пожалуй, трудно найти в прошлом такой период, когда за столь короткий срок появилось бы такое количество принципиально новых формообразующих идей. Это огромное нереализованное наследие стало надежным фундаментом нового стиля, и в течение более полувека его формообразующие потенции постепенно осваивались художниками по мере его введения в широкий научный и творческий обиход (издания, выставки).

Каждый стиль - это всегда очень сложная разнокомпонентная устойчивая система. Однако устойчивость стиля, предполагая его сложность на всех этапах развития, в то же время предусматривает постепенную перестройку его внутренней структуры, замену одних компонентов другими и т. д.

Анализ стилеобразующих процессов в архитектуре XX в. позволяет выдвинуть такую гипотезу - новый стиль сточки зрения широты амплитуды творческих поисков имеет как бы два основных пика - на этапе становления и на этапе завершения формирования развитой художественно-композиционной системы средств и приемов выразительности. Период между двумя этапами характеризуется сужением амплитуды формально-эстетических поисков, концентрацией усилий на выработке стилевого единства.

Важной особенностью становления нового стиля было то, что он появился не как узкое стилевое течение, постепенно расширявшее амплитуду средств и приемов: уже на раннем этапе новый стиль возник как очень развитой комплекс средств и приемов, хотя еще и недостаточно связанных между собой, но уже обозначивших общие контуры стиля. Это была как бы ветвистая крона дерева без четко выявленного "ствола" - стилевого стержня. Борьба в 20-е годы собственно и шла за то, что признать за этот "ствол".

То, что было принято за "ствол" на первоначальном этапе формирования нового стиля, отбросило многие "ветви" общей стилевой кроны и стало пробиваться сквозь традиционные художественно-композиционные системы, опираясь прежде всего на научно-технические достижения и логику (функционализм, конструктивизм), а также на визуальную новизну новых форм. Но роль новизны как таковой со временем уменьшалась. Сокращалась и доля традиционной предметно-художественной среды. Так, постепенно, обнаруживалась оголенность стилевого "ствола", еще не успевшего "вырастить" разветвленную крону. Но в том-то и дело, что многие "ветви" этой кроны лежат, образно говоря, у основания этого "ствола". Это те возникшие на этапе становления ростки нового стиля, которые были отброшены на следующем этапе, но которые, как выясняется сейчас, оказываются опять необходимыми, когда завершается процесс формирования кроны.

Поэтому и возрастает в настоящее время роль нереализованного наследия 20-х годов.