43. Формы мышления человекообразных обезьян по Ладыгиной-Котс.

Советская исследовательница высших обезьян Ладыгина-Котс на основе своих многолетних экспериментальных исследований пришла к выводу, что мышление животных всегда имеет конкретный чувственно-двигательный характер, оно представляет собой мышление в действии, причем эти действия всегда являются предметно-отнесёнными. Такое мышление в действиях представляет собой практический анализ и синтез, который при орудийной деятельности осуществляется в ходе непосредственного обращения с объектами при их обследовании, обработке и применении. При этом обобщенные зрительные представления не исключаются, а, наоборот, играют очень большую роль.

Ладыгина-Котс выделила у человекообразных обезьян две формы мышления, которые отличаются по сложности и глубине.

Первая форма характеризуется установлением связей раздражителей (предметов и явлений), непосредственно воспринимаемых животным в ходе его деятельности. Животное при этом производит анализ и синтез информации, получаемой наглядно в обозреваемой ситуации. Примером этой формы мышления может служить выбор обезьяной предметов, пригодных для употребления в качестве орудия, с учётом их величины, плотности, формы и так далее.

Вторая форма мышления характеризуется установлением связей между непосредственно воспринимаемыми раздражителями и обобщёнными зрительными представлениями. Примером такого рода мышления являются действия обезьяны, связанные с выталкиванием приманки из отрезка трубы. В том случае, если обезьяне предлагали только широкую дощечку, не пролезающую в трубу, или скрученную в клубок проволоку, обезьяна производила действия, изменяющие доступный материал и делающие его пригодным для выталкивания приманки из трубы.

Такое поведение становится возможным только в том случае, если в ходе предшествующих опытов с трубой и различными предметами у обезьяны сформировалось представление, что для выталкивания приманки из трубы необходим тонкий, длинный и достаточно твёрдый предмет. На основе установления связи обобщённого зрительного представления о необходимом предмете (типа палки) с непосредственным восприятием второго предмета (трубы), данного в конкретной ситуации опыта, обезьяна может вычленить часть из целого, например, лучину из доски, причём таким образом, чтобы она смогла служить орудием для выталкивания приманки.

Таким образом, высшие обезьяны, в частности шимпанзе, в состоянии мысленно разлагать целые объекты на детали, сложные фигуры – на составные части, а также могут предугадать возможные варианты модификации предметов (изменение формы проволоки). Как уже отмечалось, ведущую роль в поведении обезьян, в том числе интеллектуальных действий, играют руки. Сочетание тактильно-кинестетической чувствительности рук со зрением даёт обезьяне большие преимущества для установления пространственно-временных связей для практического анализа и синтеза.

44.Биологическая ограниченность интеллекта животных.

Интеллектуальное поведение обезьян, как и все другие формы поведения, всецело определяется образом жизни и чисто биологическими закономерностями, рамки которых не может перешагнуть даже самая умная обезьяна. Так, например, шимпанзе на воле каждый вечер устраивают себе искусно переплетенные спальные гнезда из ветвей и листьев, но они никогда не сооружают навесов и остаются совершенно беззащитными под проливным тропическим дождем.

Очень редко обезьяны пользуются на воле и орудиями. Правда, имеются отдельные наблюдения об орудийных действиях шимпанзе при добывании пищи или нападении. Но, как и другие человекообразные обезьяны, шимпанзе вполне обходятся в повседневной жизни без орудий. С другой стороны, другие позвоночные (каланы, галапагосские дятловые вьюрки) систематически пользуются предметами в качестве орудий. Уже это указывает на то, что орудийные действия сами по себе не обязательно являются критериями высокоразвитой психической деятельности животных.

Причины ограниченности интеллекта животных:

1. Ладыгина-Котс на основе экспериментальных данных пришла к выводу, что ограниченность интеллекта человекообразных обезьян связана с тем, что представления у них являются значительно более слабыми, чем у человека, и всегда связаны с компонентами окружающей обстановки (ситуационная связанность представлений). Эта ограниченность проявляется в «нелепых» ошибках при орудийном употреблении предметов. Например, шимпанзе пытался втолкнуть в трубу кусок фанеры вопреки явному несоответствию её ширины и принимался обгрызать его только после нескольких неудачных попыток.

2. Неадекватность действий обезьян иногда обусловлена преобладанием деструктивного манипулирования. В опытах, когда животному предлагались связанные планки для выталкивания приманки из трубы, обезьяна всегда сначала разъединяла планки, а затем пыталась воспользоваться ими по отдельности.

3. Если дать обезьяне закрытую с одной стороны трубу с приманкой и палки с крючками, она обламывает крючки и пытается вытолкнуть приманку заученными движениями. Это говорит о том, что шимпанзе не способны перейти от шаблонного привычного приёма выталкивания приманки прямым, гладким единичным орудием к использованию нового, более рационального приёма притягивания к себе крючком, и свидетельствует о недостаточной пластичности психики человекообразных обезьян и ограниченности их мышления.

4. Шимпанзе не в состоянии сразу понять существенные особенности новой ситуации и установить новые связи на основе осмысления непосредственно воспринимаемых отношений между предметами. Это доказывает опыт Э.Г.Вацуро. Сначала у шимпанзе вырабатывался навык выкатывания палкой яблока из лабиринта через проход, расположенный в дальней по отношению к животному стороне лабиринта, с последующим подкатыванием яблока к клетке. Если после этого открывали проход и в ближней стенке лабиринта, животное продолжало катить яблоко в обход, хотя проще и быстрее было бы катить его сразу к себе.

5. Ограниченность интеллектуальных способностей обезьян, включая антропоидов, связана с тем, что даже самые сложные формы поведения у них представляют собой не что иное, как применение в новых условиях филогенетически выработанного способа действия. Развитая способность обезьян к практическому анализу связана с особенностями их питания; высокоразвитые сенсомоторные функции руки, их сочетание со зрением и, как следствие, отличительные способности обезьян объясняются особенностями их хватательных способностей. Такой образ жизни делает достаточным для оптимального приспособления к условиям обитания развития только предметно-отнесённого мышления.

6. Представлениями с неизбежностью приводит к неспособности понимать результаты своих действий, понимать истинные причинно-следственные связи. Это возможно лишь с помощью понятий, которые у обезьян, по указанным причинам полностью отсутствуют.

В заключение необходимо отметить, что проблема интеллекта животных, несмотря на активные исследования, пока изучена недостаточно. По существу, обстоятельные эксперименты проведены только над обезьянами, преимущественно высшими, в то время как нет доказательных данных о возможности интеллектуальных действий у других позвоночных, хотя, сомнительно, чтобы интеллект был присущ только приматам.