Тема 8. Древняя Греция 161

ных законом, по нелицеприятному убеждению решать обо всем, что

содержится в жалобе, и выслушивать с одинаковым вниманием речи

обвинителя и обвиняемого». Кроме того, судьи обещали не прини-

мать даров лично или через посредство кого бы то ни было.

Голосование было тайным, с помощью белых (цельных) и черных

(просверленных) камешков. Состав судов был обычно нечетным, но

если случалось, что за и против обвинения голосовали поровну (при

одном судье, уклонившемся от голосования), то обвиняемого не су-

дили, а отпускали.

Недостатком обвинительного процесса (вместо более уравнове-

шенного состязательного) было поощрение кляузников. Для разных

кляузников и доносчиков, которые в случае победы получали нечто

из имущества осужденного, существовало сильное искушение начи-

нать такие процессы. Доносчики (сикофанты) со временем стали на-

стоящим бедствием для демократии, особенно в трудные для нее са-

мой времена, когда не хватало средств для оплаты работы судей или

участников народного собрания. Не избежали подкупа многие су-

дейские должности, включая даже такой многочисленный по составу

суд, каким была гелиэя. Однако роль суда была весьма существен-

ной для результативности функционирования демократических по-

рядков и традиций.

Тот факт, что любой гражданин мог выступить против постанов-

ления народного собрания (или против одного только предложения

или рекомендации народному собранию), если оно противоречит су-

ществующим законам и может навредить государству, свидетельст-

вует о своеобразной практике общественного и судебного надзора за

законностью. Как только гражданин объявлял о своем намерении

выдвинуть обвинение в противозаконности («графэ параномон»),

обсуждение обжалованного предложения или исполнения решения

откладывалось, приостанавливалось, и дело поступало на слушание

в гелиэю. Если решение было окончательным и жалобу признавали

основательной, ответчик подвергался денежному штрафу, а в неко-

торых случаях даже смертной казни. Если же неосновательный обви-

нитель не собирал необходимой поддержки от пятой части судей в

100 человек, то он тоже подвергался штрафу в размере 1 тыс. драхм.

Другим механизмом судебного надзора за законностью была дея-

тельность специальной комиссии гелиастов — комиссии номофетов

(законодателей). В связи с тем что любой законопроект направлялся

народным собранием именно в эту комиссию, последняя слушала

дело о принятии законопроекта как судебный процесс. Со стороны

государства выставлялось пять защитников старых законов, а сам ав-

тор законопроекта пытался его защитить перед собранием судей.

В прениях по этим делам мог выступить любой заинтересованный

гражданин. Только с одобрения коллегии номофетов законопроект

становился законом и вступал в силу. Суд номофетов и суд по обви-

нению в противозаконности имели сильное влияние на судьбу реше-

162 Часть первая. История права и государства в древности и в средние века

ний народного собрания и тем самым обеспечивали здоровый кон-

сервативный настрой по отношению к законодательным новациям.

Одновременно с этим обеспечивалось уважительное отношение к су-

ществующим законам, без которых демократия превращалась в за-

урядную охлократию (толпократию) — власть без руководящих на-

чал и дисциплинирующих законов, которые бы ставили преграду

властному или поведенческому произволу.

Право в Древней Греции, как и в других регионах древнего мира,

тесно увязывалось со справедливостью, но эта справедливость соот-

носилась с демократическим требованием равенства в пользовании

политическими правами. Правовые нормы и процедуры разрешения

спора о правах отыскивались в двух источниках — в обычае (темпе)

и законах (номос) и в псефисмах (псефисмы — это постановления на-

родных собраний, относящиеся к отдельным лицам, конкретным

случаям и т. д.). В принципе все свободные граждане считались рав-

ными в защите своих прав при помощи иска, но для метека (чуже-

земца) или освобожденного раба (вольноотпущенника) защитником

выступал простат (покровитель).

Во всех кодексах точно определялся размер и характер наказа-

ний, с тем чтобы судья не мог назначить кару по собственному про-

изволу. Еще заметны были уступки пережиткам традиции мщения

кровью (кровная месть).

В первом письменном законодательстве Афин в правление Дра-

конта (621 г. до н. э.) не различались преступления тяжкие и легкие

(это различение ввел Солон). За любую кражу наказывали смертью,

хотя в числе наказаний были штрафы, изгнание, продажа в рабство,

бичевание, лишение гражданских прав (атимия). В тюрьму сажали

за неуплату долгов или же для предупредительного задержания —

чтобы задержанный не сбежал во время расследования.

В эпоху Гомера убийство рассматривалось как осквернение чело-

веком самого себя, и требовалось очищение от пролития крови во

имя Зевса-очистителя (очищался не только человек, но также место

и область, где произошло осквернение). Об этом при Драконте забо-

тились все чиновники государства. Они запрещали с этой целью но-

сить оружие по городу и иметь его при себе в народных собраниях.

Уже в законодательстве Драконта есть понимание оправданности

убийства в целях самозащиты, и наказание в данном случае преду-

сматривало изгнание либо штраф. Если преступника не обнаружива-

ли, об этом извещали комиссию пританов — особую коллегию вы-

борных лиц, которые предавали убийцу проклятью и вывозили ору-

дия убийства за пределы проживания общины.

Телесным наказаниям подвергали в основном рабов. Конфиска-

ция имущества назначалась дополнительно к смертной казни.

В Афинах практиковалось осуждение за измену и обман народа с ха-

рактеристикой «враг Афин». Такого человека любой мог при встрече

убить, имущество его конфисковывалось, а десятая часть посвяща-