Тема 35. Влияние глобальных и региональных процессов 715

Конфуцианская традиция. Конфуцианскую традицию в области

законоведения принято считать противоположной западной тради-

ции. В этом почти единодушны все представители западной иссле-

довательской традиции во всеобщей истории правоведения. Между

тем уже первое знакомство некоторых европейских исследователей

с китайским законодательным опытом привело к обнаружению в

древнекитайском законодательном искусстве весьма тщательного и

взвешенного отношения к наказаниям за совершаемые преступле-

ния. Уже сам факт наличия в одном из первых карательных кодек-

сов свыше 3000 наказаний многое говорит об этой стороне законо-

дательного регулирования. Преобладание требований и традиций

ритуала над требованиями законов свидетельствует больше о свое-

образии социального регулирования как такового, нежели о прин-

ципиальном расхождении в оценке регулирования с помощью зако-

нодательных установлений. Во всяком случае позиция древних ки-

тайских легистов в оценке роли и назначения законов вполне

сопоставима и даже родственна своим командным пафосом пози-

ции И. Бентама или Дж. Остина (на это справедливо обращает вни-

мание историк философии права С. П. Синха в работе «Философия

права». М., 1996).

Трудности в согласовании конфуцианской и западной традиций

уже неоднократно вставали перед законодателями в процессе коди-

фикационной работы во многих странах: в Японии прошлого века —

при составлении гражданского и уголовного кодексов с участием

французских и немецких правоведов, в гоминьдановском Китае — в

20—30-е гг. во время работы с участием американского юриста Рос-

ко Паунда. Однако эти трудности преодолеваются за счет сочетания

рецепции западного права с элементами местного архаического пра-

ва (так было в карательном кодексе в Японии) либо сочетания реце-

пированных положений с положениями уже существующего законо-

дательства, даже если это законодательство принадлежит к социали-

стическому семейству права (так было в первых советских кодексах

и так произошло при выработке первого в истории социалистиче-

ского Вьетнама Гражданского кодекса 1996 г., где в отличие от Рос-

сии ощутимо влияние конфуцианской традиции).

Общее и особенное в эволюции национальных

и фундаментальных правовых систем

Изучение всеобщей истории права как многоединой истории воз-

никновения правовых обычаев и законов у разных народов в разные

исторические эпохи позволяет сделать ряд выводов относительно об-

щих и особенных черт правовых систем национально-государствен-

ного и международного, в известной мере общенародного (общего

всем народам), характера и назначения.

716 Часть вторая. Современная история

Прежде всего обратим внимание на то, что все народы так или

иначе переживают стадию превращении обычного права в право закон-

ное, т, е. у разных народов в разное время осуществляется переход от

примирительного права родообщинного строя к примиряющему

праву в условиях государственно сплоченного и организуемого об-

щества, которое имеет уже свою историю и свои главные фазы раз-

вития (аграрное общество, индустриальное и постиндустриальное

общество), накладывающие отпечаток на свойства права как социо-

регулятивной системы. И хотя право до самого последнего времени

сохраняет некую преемственность в своем структурном, функцио-

нальном или ценностном измерении, следует признать радикаль-

ность многих перемен в правовом регулировании, вызываемом соб-

ственной эволюцией общества.

Между тем право — настолько сложное по своим свойствам и со-

циальным возможностям образование, что его эволюция связана со

многими другими социальными факторами: с наличием или отсутст-

вием письменности в конкретном обществе, с ролью религии и мо-

рали в данной исторической обстановке, научно-философским ос-

мыслением права, профессионализацией юридического знания

и т. д.

Закономерность смены обычая законом, как, впрочем, и продол-

жающееся их сосуществование, является наиболее очевидной и бес-

спорной истиной в характеристике эволюции правовых систем обеих

разновидностей — национальной и многонациональной.

Указанная закономерность обусловлена также генезисом право-

вых норм первобытного и отчасти современного права — из ритуала,

ритуальных правил и запретов, которые вначале, по предположени-

ям современных этнографов и антропологов, входили в набор требо-

ваний некой мононормы (нормы с целым комплексом разнородных

требований — дозволительных, запретительных) и лишь впоследст-

вии дифференцировались таким образом, что превратились в более

индивидуализированные юридические требования, формулы или

принципы.

Следующая группа общих черт характеризует правовые семейства

(фундаментальные правовые системы). Их всего четыре или чуть

больше. Здесь тон задают кодифицироваиность права и его этико-

религиозный (в некотором смысле досовременный) характер. Помимо

кодифицированности права (в США она выражена в большей степе-

ни, чем в Англии, но в меньшей, чем во Франции или ФРГ) очень

существенным фактором следует считать наличие сходства в других

(помимо прецедента или кодифицированного законодательства) ти-

пичных источниках права: родственность отдельных парламентских

законов, наличие делегированного законодательства, признание в

качестве источника доктрин отдельных ученых (так, в 1920 г. Палата

лордов Англии определила прерогативу королевской власти, сослав-

шись на мнение выдающегося правоведа рубежа столетия А. Дайси).