Тема 27. Имперская Россия. Законы и государственные институты 565

законодательных актов, чем особенно озаботились вначале Екатери-

на II, а затем Сперанский. Существовало несколько видов законода-

тельных актов. Уставы устанавливали постоянные нормы в жизни

отдельного ведомства в какой-то определенной области законода-

тельного регулирования. Таковы уставы: воинский 1716 г., морской

1720 г., о векселях 1729 г., устав благочиния 1782 г. Следующий

вид — регламенты, учреждения, образования. Сюда относятся: гене-

ральный регламент 1720 г., регламенты отдельных коллегий 1719—

1721 гг.; учреждения о губерниях 1775 г.; образование министерств

1802 г., образования Государственного совета 1810 и 1811 гг. Самы-

ми распространенными и действенными были указы, которыми по-

степенно было изменено все содержание Уложения Алексея Михай-

ловича и новоуказных статей конца XVII в. общим числом свыше

1500. Некоторые указы имели длительное и широкое значение, на-

пример Указ о единонаследии 1714 г., Табель о рангах 1722 г., Указ о

реформе суда 1723 г.

Самым крупным мероприятием в области законодательной дея-

тельности была подготовка под руководством М. М. Сперанского и

опубликование двух «грандиозных трудов» (Г. В. Вернадский) — Пол-

ного собрания законов и Свода законов (первое издание 1832 г.,

вступил в силу с 1 января 1835 г.). Такого собрания упорядоченных

узаконений за несколько столетий не знала ни одна европейская

страна. В Полном собрании законов были помещены отдельные

правовые акты, изданные после Уложения (1649) и вплоть до царст-

вования императора Николая I. Узаконения последнего составили

тома второго Полного собрания законов, которое продолжалось при

Александре II и закончилось его царствованием — всего 55 томов

или 125 книг. С 1 марта 1881 г. началось третье Полное собрание за-

конов.

Свод законов представлял собой сведенные вместе и систематизи-

рованные акты по определенным направлениям законодательного

регулирования. Он был собран в 15 томов (издания 1832, 1842 и

1857 гг.; после этого выходили новые издания отдельных томов или

части томов).

Построение Свода законов согласно его «общему содержанию»

располагалось по следующей схеме: Основные Государственные законы

(т. I ч. 1); Законы органические и учредительные (учреждения мест и

властей государственных, уездных, городских и сельских — т. I ч. 2;

т. II—III); Законы правительственных сил — уставы о повинностях во-

енно-служебной и земских, уставы о доходах и имущественных отно-

шениях или уставы казенного управления (т. IV—VIII); Законы о со-

стояниях (т. IX); Законы гражданские и межевые (т. X); Уставы госу-

дарственного благоустройства (т. XI—XII); Уставы благочиния

(законы полиции) (т. XIII—XIV); Законы уголовные (т. XV, впоследст-

вии был добавлен т. XVI, куда вошли судебные уставы после рефор-

мы 60-х гг. XIX в.). В Свод законов частично вошли «законы право-

566 Часть вторая. Современная история

славной церкви» и «законы военные». Последние были кодифицирова-

ны в издании «Свод военных постановлений», 1839 г. (см.:

Вернадский Г. В. История права. СПб., 1999. С. 108 и след.).

В ходе систематизации Сперанским были разработаны концепту-

альные основы построения системы права и законодательства с уче-

том европейских образцов государственного управления и профес-

сионального юридического образования, которые с некоторыми

коррективами сохранялись до 1917 г. В области уголовно-пенитен-

циарной политики характерна адаптация французской трехчленной

классификации преступлений и наказаний в зависимости от вида

наказания (триада нарушение—проступок—преступление). В 1845 г.

было введено в действие «Уложение о наказаниях уголовных и ис-

правительных», в котором под преступлением понималось «как само

противозаконное деяние, так и неисполнение того, что под страхом

наказания законом предписано» (это определение во многом напо-

минает французское из Уголовного кодекса 1810 г.). Набор наказа-

ний представлял собой сложную иерархию из уголовных (смертная

казнь, гражданская смерть в виде лишения всех прав состояния, ка-

торга, ссылка на поселение в Сибирь и на Кавказ) и исправительных

наказаний (от лишения всех особенных прав и заключения в тюрьму

до внушения).

В Уставе об управлении инородцев от 2 июля 1822 г. уголовными

(т. е. собственно преступными, влекущими тяжкое, то есть мучи-

тельное и позорящее, как у французов, наказание) Сперанский

предложил считать мятеж, намеренное убийство, грабеж и насилие,

«делание ложной монеты. Все же прочие дела, не выключая и кражу,

пока нравы их образованием не умягчатся, считать исковыми».

И только «в проступках в российских юродах и селениях разбирают-

ся они местного полициею на основании общих положений». При

этом признавалось, что «кочующие и бродячие инородцы управля-

ются по их собственным степным законам и обычаям», которые сле-

дует печатать на русском и местных языках. Пробелыюсть степных

законов должна была восполняться российскими узаконениями (Ко-

дан С. В. Юридическая политика Российского государства в 1800—

1850-е годы. Ч. 2: Направления, линии и процессы институционали-

зации. Екатеринбург, 2004. С. 76).

Еще одним поворотным событием в политической истории Рос-

сии стал 1906 г., когда были приняты Основные законы, превратив-

шие, по некоторым оценкам, самодержавную Россию в конституци-

онное государство {Котлиревскып С. А. Конституционное государст-

во: Юридические предпосылки русских Основных законов. М..

2004). Разумеется, что сами Основные законы от 23 апреля были

только юридическими предпосылками для такого превращения, но

они в то же самое время пребывали в определенных отношениях с

«естественными и легальными возможностями их развития». То есть

новая перспектива государственного устройства становится более он-