Тема 27. Имперская Россия. Законы и государственные институты 559

стыо подобных новшеств и тем самым заранее мирился со слабой

эффективностью реформ при всей их актуальности и назревшей не-

обходимости.

Русский историк права И. О. Корвин-Милевский однажды со-

поставил результаты основанных на принудительной силе законов

реформаторских устремлений Петра I с аналогичными усилиями

Наполеона и пришел к таким выводам: «История... представляет

только два примера универсальных законодательных реформ, кото-

рые выдвигаются вперед теми, кто мечтает о систематическом зако-

нодательном возрождении... Один из них — решительно отрица-

тельный: Петр Великий, при своем полновластии, гений необуздан-

ной энергии, успел окрасить поддельной художественной политурой

верхние слои общества; до глубоких масс он не проник, вырыв ме-

жду ними ныне ужасающую пропасть, он, таким образом, может

быть навсегда искалечил свой народ. Что касается Наполеона, стро-

ившего действительно на развалинах, то его заслуга состоит именно

в том, что он сумел отстроить страну из тех же старых материалов;

он поступил как искусные итальянские реставраторы, которые из

кусков разбитого мрамора, тщательно их подбирая и восполняя

пробелы, возобновляют старинную статую и вновь ставят ее на пье-

дестал. Его префекты и их компетенция — это бывшие королевские

интенданты. Его Conseil d'etal — Grand Conseil dn Roi» (т. е. Госу-

дарственный совет — это Большой королевский совет. — В. Г.)

(Корвин-Милевский И. О. Эскиз законодательных предложений.

СПб., 1907. С. 7).

Западноевропейская составляющая реформ впоследствии будет

пронизывать обновленческие программные замыслы многих царст-

вующих особ — Екатерины II, Павла I, Александра I и Александ-

ра II, вплоть до конституционных законов начала XX столетия в

царствование Николая I, смирившегося с созданием парламентско-

представительного собрания в виде Государственной думы. Однако

заданная еще Петровскими реформами оторванность правящего

класса от остальной части общества и внешний кризис в виде непо-

пулярной и обременительной войны ускорили падение самодержав-

ной монархии, расчистив путь вначале нежизнеспособному респуб-

ликанскому либерально-демократическому режиму, а затем более

удачливому большевистскому режиму, отмеченному утопизмом, вра-

ждебностью к прежним правящим классам и новой техникой поли-

тического деспотизма.

К положительным результатам Петровских новаций следует отне-

сти формирование требований по соблюдению законности. Место

обычая и традиции начинает занимать закон. Идею законности в го-

сударстве воплощает в своей деятельности монарх как носитель госу-

дарственного интереса и одновременно как глава законодательной,

исполнительной, судебной и вдобавок церковной политико-органи-

зационной деятельности. В уточненной присяге монарха проводи-

560 Часть вторая. Современная история

лась идея договорного происхождения власти и провозглашалось, что

«власть существует в интересах государства и для государства». В тол-

ковании к Воинскому артикулу 1715 г. о власти монарха было сказа-

но гак: «Его Величество есть самовластный монарх, который никому

на свете о своих делах ответу дать не должен; но силу и власть имеет

спои государства и земли, яко христианский государь, по своей воле

и благомнению управлять». Принципиальные требования законности

нашли воплощение в Указах «О хранении прав гражданских» (1722),

«О соблюдении благочиния во всех судебных местах» (1724), «О важ-

ности государственных уставов» и множестве других петровских уза-

конений.

Помимо требований законности упорядочению управления по-

служили учреждение Сената (второго после царя органа управле-

ния), создание должностной иерархии фискалов с обязанностью

проведывать и доносить обо всех нарушениях закона, о злоупотреб-

лениях и волоките. В 1722 г. вводится должность генерал-прокурора,

который осуществлял надзор за Сенатом, а также коллегиях и на-

дворных судах. Им же были переподчинены фискалы. После смерти

Петра 1 прокуратура пришла в упадок и возвысилась снова только

при Екатерине II. В Учреждении для управления губерний 1775 г. в

губерниях назначались прокуроры и стряпчие казенных и уголовных

дел, которые вместе с генерал-прокурором «смотрят и бдение имеют

о сохранении всякого порядка, законами определенного, и в произ-

водстве и отправлении самих дел. Они сохраняю! целостность вла-

сти, установлений, интереса императорского величества, наблюдают,

чтоб запрещенных сборов с народа никто не собирал, и долг имеют

истреблять повсюду зловредные взятки» (ст. 404 гл. XXVII).

В правление Екатерины II для возобновленной кодификацион-

ной (Уложенной) комиссии был написан «Наказ» (1766), в котором

сформулированы новые представления о системе и роли законода-

тельства. Значительная часть текста, написанного собственноручно

императрицей, была заимствована из трактатов французских просве-

тителей (Ш. Монтескье и др.) Заимствования составили около 90%

всего текста, состоявшего из 26 глав (526 статей). Новые представле-

ния о системе законодательства сводились к следующему: законов

должно быть немного и они должны оставаться неизменными; вре-

менные учреждения определяют порядок деятельности органов и

лиц, регламентируя его посредством наказов и уставов; указы явля-

ются актами подзаконными, они могут быть краткосрочными и от-

меняемыми.

После подготовки «Наказа» создается комиссия по подготовке

проекта нового Уложения. В состав комиссии направлялись депута-

ты от центральных органов управления, уездного дворянства, жите-

лей каждого юрода, однодворцев, пехотных солдат, государственных

крестьян каждой провинции, «некочующих инородцев», казаков. Ра-

бота над. проектом сопровождалась созданием специальных (част-