Взаимоотношения полов.

В последние годы феминистки, часть взглядов которых Хорни разделяла, проявили интерес к ее работам. Хотя основное внимание привлекли ее ранние эссе, зрелая теория также содержит важные пояснения, необходимые для понимания половой идентичности, мужской и женской психологии. Большую работу в этом направлении проделали Александра Саймондс, аналитик школы Хорни, а также Марсия Весткотт, социальный психолог. Зрелая теория Хорни использовалась в популярных книгах, посвященных проблемам полов: Хелен Де Росис и Виктории Пелегрино (1976) и Клодетты Доулинг (1981). Эссе Саймондс (1974, 1976, 1978, 1991) написаны на базе ее клинического опыта работы с женщинами — теми, кто страдал от своей женской роли, теми, кто тщетно пытался не избегать роли, навязанной обществом, и теми, кто, казалось, избежал этой роли, но столкнулся с неприятными последствиями. В каждом случае отправным пунктом терапии оказывалась культура, обусловливающая чрезмерную скромность и зависимость девочек, тогда как мальчиков поощряли быть автономными и агрессивными. Саймондс писала больше о проблемах девочек, хотя она и признавала, что мальчики также сталкиваются с рядом трудностей, вызванных культурными стереотипами. В «Феминистском наследии Карен Хорни» (1986) Марсия Весткотт развивала мысли Хорни о женской психологии и писала о сексуальности и недооценке женщин, результатом чего становятся зависимость, гнев и отчужденность. Кроме того, она вслед за Хорни критиковала основные концепции феминистской теории. Феминистки Джин Бейкер Миллер, Нэнси Ходороу, Кэрол Гилиган и группа Стоун-центра считали, что у женщин есть специфические личностные черты, которыми не обладают мужчины. Это потребность в любви, склонность воспитывать, чувство ответственности за других людей и относительное чувство идентичности. Весткотт заметила, что, хотя эти черты считаются позитивными, происхождение их вполне понятно, поскольку они «исторически обоснованы тем, что женщины ценятся гораздо меньше мужчин» (Westkott, 1986, р. 2). Весткотт полагала, что эти черты — защитные реакции на подчинение, недооценку и бессилие и что, какими бы желанными они ни казались с социальной точки зрения, они препятствуют женской самореализации. Весткотт таким образом развенчала женскую зависимость как «современное теоретическое оправдание традиционно идеализировавшейся женственности» (1989, р. 245). Она соглашалась с Хорни, что чувство лишения не облагораживает, а вредит и что женская скромность и незаметность, вырабатывающаяся в ответ на недооценку, — деструктивна по сути. Карен Хорни достойна глубокого уважения за ее вклад в женскую психологию, вклад, много лет остававшийся в тени, который, однако, оказал на науку большое влияние после переиздания трудов Хорни в «Женской психологии» в 1967 году. Этот вклад Хорни замечателен тем, что развитие женщин исследуется с женской точки зрения и по их значимости в культурной конструкции пола. В отличие от ее эссе по женской психологии, первые две книги Хорни оказали сильное влияние на науку своего времени. Их важное значение для культуры и структурной модели невроза остается неизменным. Возрастающий интерес к терапии, ориентированной на настоящее, многим обязан Хорни. Ее третья книга «Самоанализ» послужила толчком для основания Института самоанализа в Лондоне, и эта книга и сейчас дает наиболее подробное исследование возможностей и техник успешного исследования себя. Надо отметить, что Хорни считала, что самоанализ имеет высокие шансы на успех, если используется в сочетании с терапией или продолжается как работа над собой после окончания терапевтического курса. Хотя все стадии развития мысли Хорни важны, ее зрелая теория представляет самый значительный вклад в науку. Большая часть ранних идей Хорни была пересмотрена и обогащена самой Хорни или другими аналитиками, их переняло и открыло заново следующее поколение. Совсем иначе обстоит дело с ее зрелой теорией. «Наши внутренние конфликты» (1945), «Невроз и человеческое развитие» (1950) объясняют человеческое поведение в терминах существующих защитных стратегий и внутренних конфликтов и являются уникальными. Хорни не освещает всю человеческую психологию в целом, так же как любой теоретик, она описывает только часть картины, однако ее зрелая теория точно характеризует многие распространенные паттерны поведения. Хорни возражала против инстинктивистской природы фрейдистской теории, тем не менее ее собственная теория имела биологическую базу, так как движения против людей, прочь от людей и к другим людям являются усовершенствованными человеком базовыми защитными реакциями животных — борьба, бегство, подчинение. Все стратегии закодированы почти в каждой культуре; однако каждая культура несет свое особое отношение к различным стратегиям, свою собственную формулировку и вариации и собственную структуру внутренних конфликтов. Часто считают, что Хорни описала невротическую личность своего времени, однако, как показывают междисциплинарные исследования, ее теория находит широкое применение. Заключение.

Большинство психоаналитиков вслед за Фрейдом в поисках путей объяснения и терапии концентрировали свое внимание на детстве и ранних переживаниях. Опережая многих недавних критиков психоанализа, Карен Хорни поняла, что подобная практика приводит к круговой причинности, она влечет за собой превращение аналогий в причины и проблемы эпистемологии. Она также считала, что это терапевтически неэффективно. Хорни сомневалась в том, что раннее детство может быть точно восстановлено, так как мы вынуждены реконструировать его с точки зрения наших нынешних потребностей, убеждений и защит. В людях живет потребность объяснять вещи их происхождением, однако Хорни полагала, что мифов о происхождении столько же, сколько и психоаналитических теорий. Более выгодно, считала она, «сосредоточиться на силах, которые действительно ведут человека и присущи ему; разумно будет понять их, даже ничего не зная о детстве» (1939, р. 146). Хорни пыталась объяснить поведение исходя из его защитной функции и ответственности за противоречивые отношения, поступки и убеждения, она рассматривала все это как часть структуры внутренних конфликтов. Карен Хорни, вероятно, первый представитель того направления, которое теперь известно как гуманистический психоанализ. Ее теория и теория Абрахама Маслоу, на которого Хорни значительно повлияла, дополняют друг друга. В основе обеих теорий лежит концепция реального «я» (realself),и цель человеческой жизни состоит в его реализации. Хорни обращает внимание на то, что происходит, когда мы отделяемся от своих реальных «я» из-за патогенного окружения. Маслоу сосредоточил свое внимание на условиях, которые необходимы для здорового развития личности, и на определении и характеристиках самореализующихся людей. Хорни описала, какие защитные стратегии мы используем, когда наши здоровые базовые потребности в безопасности, любви, принадлежности, уважении превратились в невротические потребности из-за того, что не были удовлетворены.

.