§ 3. Экономическая солидарность человечества

1. Поскольку Бог первоначально предоставил земные блага «всей человеческой семье народов», а не определенным народам или людям (QA 45), человечество образует солидарное единство и в экономическом плане. Бог устроил, считал Иоанн Златоуст (умер в 407 г.), так, что не везде все растет и производится, чтобы таким образом теснее связать народы друг с другом путем товарообмена.

Феодорит Блаженный, епископ Кирский (умер в 458 г.) сравнивал море, расположенное между странами, с рынком вытянувшегося города, а острова — с приютами для купцов. И у Генриха Лангенштейнского (умер в 1397 г.) читаем, что торговля с другими странами должна по воле Бога связывать народы «узами любви»⁶.

2. Пий XII применил эти мысли к современности: Место личной выгоды «должны занять, согласно предписаниям Божьих законов, честные и правовые экономические связи, братское сотрудничество народов»⁷. В рамках «нравственно обоснованного нового строя» «нет места узкоэгоистическим расчетам, нацеленным на такое присвоение общеполезных природных ресурсов и сырья для экономики, в результате чего нации с менее благоприятной природой, были бы исключены из этого процесса» ⁸.

Иоанн XXIII продолжил это требование и призвал «народы, насыщенные богатством и избытком», «не забывать о положении тех народов, которые должны бороться с такими большими внутренними трудностями, что почти погибают от нужды и голода». Люди во всех частях света являются как бы «жильцами одного и того же дома», так что длительный и благословенный мир не может быть обеспечен, если экономическое и социальное положение одного будет слишком сильно отличаться от другого» (MM 157).

[Факт возрастающей взаимозависимости всех от всех ясно показывает, что следует настойчиво и неуклонно требовать «моральную категорию» всемирной «солидарности». Папа определяет ее как «твердую и неуклонную решимость участвовать в создании «общего блага», т.е. блага всех и каждого, поскольку мы все ответственны за все» (SRS 38). Солидарность избегает всех форм эксплуатации и угнетения, она положительным образом указывает «путь к миру и одновременно к развитию» (SRS 39).]

¹ Жером Лежен пишет: «У всех ныне живущих людей одинаковые хромосомы». Отсюда следует, «что кариотип... человека, в известном нам сегодня виде, первоначально проявлялся в очень ограниченной группе, даже в единственной паре. (Uber den Beginn des menschlichen Lebens, в: Herausforderung der Vierten Welt. Koln 1973, 45).

² Pius XII., 23.12.1950 (US 3681).

³ Pius XII., 24.12.1940 (UG 3584).

⁴ Pius XII., 6.12.1953 (UG 3967).

⁵ Pius XII., 24.12.1951 (UG 4198).

⁶ См. J. Hцffner, Wirtschaftsethik und Monopole im 15. und 16. Jahrhundert. Darmstadt ²1969, 79 f.

⁷ Pius XII., 24.12.1940 (UG 3591).

⁸ Pius XII., 24.12.1941 (UG 3794).

Вторая глава: Организация сообщества народов

§ 1. Необходимость организации сообщества народов

1. Человечество как правовое сообщество только тогда может осуществлять власть, когда оно станет дееспособным благодаря созданию организации — мысль, которая была хорошо известна средневековому orbis christianis (христианскому миру) и нашла воплощение в идее императора. Весь человеческий род, признает, например, Данте в своей «Монархии», является подсистемой огромной, управляемой Богом Вселенной. Итак, человечество только тогда гармонично, как парабола космоса, включается в Божье Творение, когда им правит высочайший монарх. Если бы было много совершенно независимых государств, то в спорных случаях не было бы судьи над ними. Следовательно, на этой Земле должен быть высший судья в последней инстанции, «перед судом которого непосредственно или опосредованно решаются все споры, и это монарх или император», гарант справедливости и свободы¹ .

2. Пий XII отметил по поводу плана «создать действенную политическую организацию мира»: «Ничто не совпадает больше с традиционным учением Церкви, ничто не соответствует больше определению ею войны справедливой или несправедливой, тем более в нынешних условиях. Итак, нужно придти к организации такого рода»². «Путь к сообществу народов и его созданию» имеет «своей единственной нормой в последней инстанции не волю государств», а в большей мере «природу или Творца»³ .