§ 3. Социальная справедливость и социальная любовь

1. Справедливость и любовь не исключают друг друга, а лишь, действуя совместно, укрепляют функционирование и развитие человеческого общества. «Обе они являются излучениями одного Божьего духа, программой и печатью достоинства человеческого духа. Обе они взаимно дополняют друг друга, действуют совместно, оживляют и поддерживают друг друга, протягивают друг другу руку на пути мира и согласия» (Пий XII). В праве есть что-то изначально жесткое и ограничивающее; оно независимо от чувств и склонностей. Итак, справедливость, «как бы строго она ни соблюдалась», может... «только убрать из жизни основу социальных конфликтов; но внутренне связывать сердца она не может». Социальный мир и сотрудничество между людьми предполагают «внутреннюю духовную связь», что не означает, что любовь может быть заменителем «долженствующей, но не справившейся справедливости» (QA 137). Рабочему «не нужно принимать как милостыню то, что принадлежит ему по справедливости; но еще нередки попытки откупиться от тяжелых, налагаемых справедливостью обязанностей мелкими подачками из милости» ⁴.

2. Термин «социальная любовь» («dilectio socialis»), очевидно, ввел Фома Аквинат⁵ . Это выражение сегодня употребляется в тесной связи с социальной справедливостью. Как излагается, например, в энциклике «Quadragesimo anno», социальная справедливость должна господствовать в «государственных и общественных учреждениях», а социальная любовь должна быть «душой этих учреждений». Социальные группы должны быть пронизаны «сознанием их единства как членов одной большой семьи, как детей одного Отца небесного» и чувствовать себя «телом во Христе» (QA 137). Здесь предполагается, что человек может исполнять долг социальной любви, опираясь на силу охватывающей его любви к Богу и ближнему. В отличие от супружеской, детской, братской, дружеской любви социальная любовь в узком смысле слова является социально-творческим, благожелательным и жертвенным признанием и утверждением как ценностей, лежащих в основе общественных связей и образований, так и присущего индивиду и группам участия в общем благе. Социальная любовь готова самоотверженно служить общему благу и предоставляет каждому его место в обществе. Важные задачи стоят перед социальной любовью, особенно во взаимоотношениях сословий, профессий, групп и классов. Социальная любовь старается преодолеть конфликты путем взаимопонимания. Она ищет общее и объединяющее в людях. Она снимает холод и отчужденность в требованиях справедливости. Ничто не противоречит ей в такой степени, как классовая ненависть. Даже если остающееся в определенных рамках противостояние классов не очень нарушает социальную любовь, то и в этом случае как социальная справедливость, так и социальная любовь требуют сделать все, чтобы преодолеть раскол общества на классы путем реорганизации общественных отношений (см. QA 114). Впрочем, социальная любовь нередко прокладывает путь социальной справедливости и социальному праву своими делами и инициативами. «Сегодняшняя справедливость — это вчерашняя любовь, сегодняшняя любовь — это завтрашняя справедливость» ⁶. Целью Христианского социального учения является такое социальное устройство, «которое основано на правде, построено по ориентирам справедливости, наполнено живой любовью и, наконец, осуществляется в свободе». Связи «между отдельными людьми и народами» должны определяться «не страхом, а любовью», «потому что любви присуще прежде всего вести людей к искреннему и многостороннему сотрудничеству, благодаря которому появляется так много материальных и духовных благ»⁷. Она учит нас различать «между заблуждением, которое всегда следует отбрасывать, и заблуждающимся, который всегда сохраняет свое человеческое достоинство, даже если он обременен ложными или не совсем правильными религиозными взглядами» (GS 28).

¹ Thomas von Aquin, S. th. II_II 58,1.

² Thomas von Aquin, S. th. II_II 58,6.

³ См. J. Hцffner, Soziale Gerechtigkeit und Soziale Liebe. Saarbrьcken 1935, 10.

⁴ Pius XI., Enzyklika «Divini Redemptoris», AAS 29 (1937) 91.

⁵ Thomas von Aquin, De caritate, a. 9.

⁶ M. Gillet, Justice et Charitй, в: Semaine sociale de France 1928, 132.

⁷ Johannes XXIII., Enzyklika «Pacem in terris», Teil III und V.