Вопрос 63. Неклассическое и постнеклассическое естествознание: основные парадигмы и поиск новых типов рациональности Неклассическое естествознание

Прежде всего, неклассическое естествознание доказало несостоятельность механистического естествознания. На рубеже XIX и XX вв. наука приступила к освоению качественно новых областей реальности – мега- и микромира, что повлекло за собой третью научную революцию, начало которой было положено в сфере физики. В первой половине ХХ в. происходит становление и развитие квантово-релятивистской теории, релятивистской космологии, квантовой химии, генетики, кибернетики и общей теории систем. Специальная теория относительности Эйнштейна объясняла закономерности электромагнитных явлений в движущихся телах. В космологии появляется концепция нестационарной Вселенной. Зарождается генетика как наука. Эти дисциплины составили основу неклассической науки ХХ в. с присущими ей содержательными и методологическими особенностями. Для неклассического типа научной рациональности становится характерным учет связи между результатами познавательной деятельности и средствами, с помощью которых они были достигнуты. Так в науку включается субъект познания. Реальность объясняется как зависящая от субъекта, его средств, действий. Предмет знания – не абсолютно объективная реальность, а срез реальности, заданный через призму используемых в познании средств и форм исследования.

На протяжении первой половины ХХ столетия разные отрасли неклассической науки успешно осваивали сложные системные образования, отличающиеся значительным числом входящих в них вероятностно взаимодействующих элементов, уровневой организацией, различными вариантами автономных подсистем. Наличие обратных связей обеспечивали функционирование этих систем в режиме саморегуляции. Качественно новая природа изучаемых объектов снова потребовала кардинального обновления не только содержания естественнонаучных представлений о природе, но и новой перестройки идеалов и норм исследования, что обусловило становление нового типа научной рациональности, принципиально иных процедур описания, объяснения, доказательности и обоснования научного знания, а также эталонов его построения. Особенно интенсивно эти процессы протекали в сфере физики – специальной и общей теории относительности и квантовой механики, наглядно продемонстрировавших обновление идеалов и норм научного познания и вызвавшего тем самым серьезные дискуссии не только частнонаучного, но и философско-методологического характера.

Становление стиля мышления неклассической науки, инициируемое проблемами, возникшими в сфере квантовомеханического исследования, предполагало отказ от абсолютизации и онтологизации научных абстракций любого ранга – от идеальных конструктов и собранных из них частных и фундаментальных теоретических схем до научных картин природы. В силу этого обстоятельства неклассическая научная рациональность, реализующая деятельностный подход в качестве своей методологической основы, покончила с объективацией – со стремлением получить неизменную картину изучаемого объекта, существующего независимо от других объектов, с объяснением и описанием его безотносительно к субъекту и его средствам концептуального освоения. Она потребовала четкой фиксации средств наблюдения, взаимодействующих с объектом. Обоснование новых результатов исследования в неклассической физике стало осуществляться на базе принципа наблюдаемости и принципа соответствия, на основе соотнесения вновь полученных результатов с уже имеющимся теоретическим знанием. Особые дискуссии в процессе развития квантово-механических исследований вызвала проблема выработки идеалов построения научной теории, благодаря которой была признана объективная необходимость использования в научном познании закономерностей не только динамического, но и статистического типа. Развитие естественных наук на рубеже 20–30-х гг. ХХ в. ярко продемонстрировало также процессы синтеза научных знаний внутри отдельных его областей.

Именно в это время начался интенсивный процесс взаимодействия между генетикой и эволюционной теорией Ч. Дарвина, которые до этого развивались обособленно. Было выявлено, что эволюционный процесс хотя и основывается на мутациях, протекающих в отдельных организмах, но к ним не сводится. Материалом для эволюции являются изменения генетического состава не отдельной особи, а совокупности определенным образом связанных между собой особей данного вида – популяции. Закономерное изменение структуры популяции соответственно историческим изменениям ее соотношений с внешней средой получило название эволюции.

Качественный сдвиг в трактовке исходной единицы эволюционного процесса привел к изменению стиля мышления в биологии: вместо классического организмоцентрического стиля получил признание популяционный стиль, что явилось революционным событием в развитии биологии. Утверждение популяционного стиля мышления в биологии способствовало вычленению популяций и изменений их генотипического состава в качестве элементарных эволюционных структур и элементарных эволюционных изменений. Все это открывало возможности для использования статических закономерностей и математических методов исследования сущности эволюционного процесса. Популяционные представления легли в основу современного варианта дарвинизма – синтетической теории эволюции.

В 30–40-е гг. ХХ в. синтетические тенденции обнаружили себя в развитии всего неклассического естествознания. Так, в силу начавшегося в это время взаимодействия с физикой и химией биология сумела перейти к исследованию молекулярных основ жизни. Под влиянием познавательных установок, возникших в физико-химическом исследовании, основное внимание в молекулярно-биологическом познании было обращено на изучение пространственной трехмерной организации макромолекул живого, что позволило установить структуру молекул ДНК.

Это открытие привело к утверждению в биологии новой картины реальности – молекулярного уровня осуществления процессов жизни. Их закономерности стали предметом исследования молекулярной биологии и молекулярной генетики. Переход на новый уровень познания живого и формирование этих научных дисциплин положили начало современной революции в биологии, проявившейся в отказе от хромосомной теории наследственности, считавшей материальным носителем наследственности белок, и открытии, что таким носителем выступают молекулы ДНК. Данное положение считается одним из теоретических оснований современной генетики и всей биологии.

Обнаружилась и ошибочность прежних представлений о характере воспроизведения генов. В рамках хромосомной теории наследственности это явление трактовалось как процесс саморепродуцирования молекул белка. На основе модели молекулы ДНК был раскрыт матричный принцип её воспроизведения. Благодаря этому открытию биологи получили возможность дать научное объяснение такому атрибуту живого, как размножение.

Столь же значимым для биологии явилось обоснование специфичности гена, раскрытие его сложной структуры, сущности генетического кода и становление генетической инженерии. Эти и другие открытия в области генетики привели к качественной перестройке практически всех традиционных областей биологии, изменили её место в системе современного естествознания и характер взаимоотношений с социальной практикой.

На основе достижений неклассического естествознания сформировалась общенаучная картина природы как сложной, иерархически организованной и динамичной целостности. Особый вклад в формирование картины природного мира в качестве самоорганизующейся системы внесли общая теория систем и кибернетика. Картины отдельных областей природы предстали в виде относительно самостоятельных образований в рамках общенаучной картины мира, постоянно уточняющейся и эволюционирующей благодаря успехам естествознания в получении относительно истинных знаний об изучаемой реальности.