§ 2. Начало десталинизации

Правда о сталинском режиме. Страшная правда сталинского режима, о которой многие в стране лишь догадывались, состояла в том, что в тюрьмах, лагерях и колониях содержалась целая армия заключенных. На 1 января 1953 г. их число (по официальным данным) превышало 2,6 миллиона человек. В ходе следствия по делу Берии было выявлено много материалов, раскрывающих факты незаконных репрессий, фальсификации следственных дел, применения пыток и истязаний заключенных.

По этой причине изменения в политической сфере, начавшиеся после смерти Сталина, в первую очередь затронули карательные органы. В сентябре 1953 г. было ликвидировано Особое совещание при МВД и другие внесудебные органы, а также пересмотрено уголовное законодательство. Строго устанавливалось, что уголовное наказание может быть назначено только по приговору суда. Весной 1954 г. вместо Министерства государственной безопасности был создан Комитет государственной безопасности при Совете Министров СССР. Его возглавил И.А. Серов, сыгравший важную роль в устранении Берии. Первые изменения коснулись и ГУЛАГа: в 1953 г. Дальстрой (спецтрест НКВД СССР, использовавший главным образом труд заключенных) был лишен функций политического руководства, а через три года ликвидирован. В марте 1955 г. был передан в Министерство среднего машиностроения старейший главк МВД —■ Главпромстрой. К середине 50-х гг. лагерная экономика как особый хозяйственный организм, основанный на различных видах принудительного труда, прекращает свое существование. После того как часть преступлений органов госбезопасности стала известна широкому кругу партийных активистов, в высшие органы власти страны стал поступать поток писем с просьбой пересмотреть дела жертв политических репрессий 30—40-х гг. За короткий срок были пересмотрена дела генералов К.Ф. Телегина, В.С. Голуш-кевича, адмирала В.А. Алафузова. 30 апреля 1954 г. Верховный Суд

692 Раздел V. Новейшая история России. XX — начало XXI в.: 1917—2005 гг.

СССР реабилитировал Н.А. Вознесенского, А.А. Кузнецова, М.И. Родионова и многих других руководящих работников, проходивших по «ленинградскому делу».

В 1953—1954 гг. были пересмотрены основные политические дела, связанные с послевоенными репрессиями. Из тюрем, ссылок, лагерей стали возвращаться заключенные. С них снимались ложные обвинения в «измене Родине», но делалось это исподволь, без огласки. Реабилитация носила крайне избирательный характер.

Сотни тысяч жертв сталинского террора продолжали оставаться за колючей проволокой, требуя справедливого решения их судьбы. Особенностью лагерных «беспорядков», охвативших Особые лагеря ГУЛАГа в 1953— 1954 гг., было то, что впервые в его истории заключенные требовали не улучшения условий содержания, а свободы.

XX съезд КПСС. К весне 1955 г. Н.С. Хрущев смог серьезно укрепить свои позиции в руководстве страны.

После обвинения Маленкова в причастности к репрессиям в обществе вновь заговорили о сталинском наследии, о необходимости продолжения реабилитации. Зимой 1955 г. после обсуждения вопроса о репрессиях на заседании Президиума ЦК была создана специальная комиссия под председательством секретаря ЦК КПСС П.Н. Поспелова, которой поручили изучить все материалы репрессий партийных и советских деятелей в 30 — начале 40-х гг. Итоги ее расследования поразили даже хорошо информированных членов советского руководства. Ознакомившись с материалами комиссии, после долгих колебаний Хрущев принял решение заслушать доклад на съезде. Из-за противодействия Молотова, Ворошилова, Кагановича, Маленкова, непосредственно причастных к массовым репрессиям, вопрос о Сталине-не был поставлен в отчетном докладе съезда. В результате компромисса доклад Хрущева «О культе личности и его последствиях» был зачитан на закрытом заседании съезда 25 февраля и впервые опубликован лишь в 1989 г. В нем Хрущев не сказал и не мог сказать всей правды о сталинских преступлениях как по причине личной причастности к ним, так и из-за нежелания лишаться возможных союзников в продолжавшейся борьбе за власть. Но и то, что услышали делегаты съезда, произвело на них впечатление разорвавшейся бомбы.

В секретном докладе Хрущев сказал о личной причастности «вождя народов» к массовым репрессиям. На Сталина Хрущев возложил ответственность за тяжелое положение сельского хозяйства, за поражения Красной Армии на начальном этапе Великой Отечественной войны, за грубые просчеты и извращения в национальной политике. Осуждая преступления Сталина, Хрущев стремился реабилитировать партию, идеи социализма и коммунизма. По этой причине и не была затронута природа сталинского режима.

Ограничение на XX съезде критики сталинизма лишь «культом личности», сохранение в неприкосновенности основных теоретических догм, на которых строился сталинский социализм, закрыло на многие годы путь к реальному реформированию советской системы. Слухи о разоблачении «культа личности» быстро распространились в народе. Авторы многих пи-

693

Глава 7. Первые попытки либерализации системы

сем в ЦК были недовольны тем, как вопрос о культе личности поставлен на XX съезде, и требовали осудить Сталина «посмертно партийным судом».

Несмотря на половинчатость решений по вопросу о «культе личности Сталина», XX съезд дал мощный импульс демократическим процессам в стране, возникновению политической оппозиции. Вместе с тем сопротивление наиболее консервативной части партийных олигархов заставило Хрущева отказаться от полного развенчания сталинизма, чреватого окончательной потерей легитимности коммунистического режима. С лета 1956 г. официальная критика Сталина переводится в более спокойное русло. Однако кремлевской власти не удалось удержать начавшиеся перемены в обществе в рамках управляемой десталинизации. Время безоглядной веры в коммунистические мифы прошло.

Попытка устранения Хрущева. Десталинизация шла трудно, с частыми отступлениями. Мыслящая часть общества восприняла решения XX съезда как шаг к свободе и раскрепощению и попыталась углубить критику «культа личности», перенести ее с личностных качеств Сталина на сталинскую систему. Пробуждение общественной активности напугало консервативную часть правящей элиты. Особую тревогу высшего партийного руководства вызывало то, «что враги партии использовали внутрипартийную демократию для борьбы против партии». На этом фоне реформаторские устремления Хрущева натолкнулись на сопротивление старых кадров. Под их влиянием был отменен намеченный на середину 1956 г. специальный Пленум ЦК, посвященный преодолению культа личности. С главным докладом на нем должен был выступить маршал Г.К. Жуков.

Уступив консервативным силам, руководство ограничилось опубликованием постановления ЦК КПСС «О преодолении культа личности Сталина и его последствий» (30 июня 1956 г.). В нем, несмотря на попытки отразить объективные и субъективные условия формирования «культа личности» Сталина, так и не был осуществлен разрыв со сталинизмом, ничего не говорилось о личном участии Сталина в организации массовых репрессий, которые характеризовались всего лишь как «некоторые ограничения внутрипартийной и советской демократии». По стране проходит волна арестов «клеветников на советскую действительность». От шести до десяти лет заключения получили члены группы аспиранта МГУ Л. Краснопевцева, выпустившие листовку с призывом к борьбе со сталинской системой. В ней подвергался критике и Хрущев. За смелые комментарии к секретному докладу были приговорены к заключению ленинградцы Р. Пименов и Б. Вайль. Партийный аппарат, организуя на местах собрания и обсуждения многочисленных примеров недовольства режимом, сам того не желая, способствовал кристаллизации оппозиционных настроений в партийной среде. Повернуть вспять развитие, начатое XX съездом, консервативным силам в руководстве страны не удалось. Важнейшим свидетельством неодолимости перемен стало массовое освобождение политических заключенных из лагерей. Если за три года — с 1953 по февраль 1956 — было реабилитировано 7679 человек, то после XX съезда — с марта 1956 по 1957 г. — свыше полумиллиона человек, из них около 200 тысяч местными судами.

694 Раздел V. Новейшая история России. XX — начало XXI в.: 1917—2005 гг.

XX съезд не завершил борьбу за власть в партийной верхушке. Опасаясь дальнейших разоблачений и реальной утраты оставшихся позиций, весной 1957 г. консервативная часть советского руководства начала переговоры с целью ликвидации должности первого секретаря и отстранения Хрущева от власти (предполагалось сделать Хрущева министром сельского хозяйства). Формальным поводом для «усмирения» Хрущева стало поспешное решение начать реорганизацию в промышленности, создать совнархозы. Противники публичной критики Сталина (Маленков, Каганович, Молотов), боясь дальнейшего углубления разоблачений сталинского режима, решили дать бой Н.С. Хрущеву и отстранить его от руководства партией. На совещании, начавшемся 18 июня 1957 г., большинство Президиума ЦК КПСС (7 из 11 членов) подвергли деятельность Хрущева резкой критике и, обвинив его в нарушении принципа коллективности руководства, сместило с поста первого секретаря ЦК КПСС. Многие из предъявленных обвинений формально были справедливы. Но за ними стояло желание просталинских сил пересмотреть решения XX съезда. Лишь благодаря поддержке маршала Г.К. Жукова и председателя КГБ И.А. Серова был созван Пленум ЦК КПСС. Предав огласке архивные сведения о личной причастности Маленкова, Кагановича, Молотова и Ворошилова к репрессиям (правда, из официального, предназначенного для печати постановления Пленума они были исключены), сторонники Хрущева смогли одержать победу. Пленум осудил «антипартийную группу Молотова, Маленкова, Кагановича и «примкнувшего к ним» Шепилова и вывел их из состава руководства партии. Важнейшим следствием разгрома политических противников Хрущева стало растущее влияние партийного аппарата в стране.

Озабоченный дальнейшим укреплением своих позиций в октябре 1957 г. Хрущев инициировал отставку с поста министра обороны Г.К. Жукова, который стал ему лично опасен и позиция которого объективно противостояла всевластию партийного аппарата. Последнюю точку в борьбе-за единоличную власть Н.С. Хрущев поставил в начале 1958 г., совместив посты Председателя правительства и первого секретаря ЦК КПСС. Однако ценой этой победы стала его зависимость от партаппарата, поставившего всю последующую реформаторскую деятельность Хрущева в определенные рамки, ограниченные интересами партийно-государственной бюрократии.