Билет №15.

1. Роман м.А. Шолохова «Тихий Дон». Философская концепция романа. Система образов. Авторские приемы создания образа Григория Мелехова.

Роман «Тихий Дон» – одна из величайших книг ХХ века. По своей жанровой природе – это роман-эпопея, синтез романного и эпического начал, в нем получили дальнейшее развитие многие жизненные конфликты, сюжетные ситуации, характеры, исследуемые и в «Донских рассказах». Частная жизнь героев романа, их сложные искания нравственной и социальной истины даны в нем в теснейшей связи с национально-историческими событиями, определившими их судьбы. В романе Шолохов говорит о самых глубоких процессах, происходящих в стране и в сознании народа, раскрывает диалектику чувств героев в ситуациях, когда сталкиваются «разные правды», рожденные острыми социальными противоречиями, классовой непримиримостью. М.Горький на публикацию первого тома романа в журнале «Октябрь» отозвался восторженными строками: «Шолохов, – судя по первому тому, – талантлив (...) Очень, анафемски талантлива Русь!». Наш современник, литературовед П.Б.Палиевский, справедливо воздавая должное роману, отмечает: «Нет, наверное, более подходящей книги, чтобы задуматься над смыслом нашего времени, чем «Тихий Дон».¹

«Тихий Дон» – это масштабное повествовательное произведение, в нем более 600 запоминающихся своей индивидуальностью персонажей. Голосом «величественной и дородной старухи», выпросившей у начальника конвоя отпустить приговоренного к расстрелу красноармейца («умом он тронулся, – к богу стал ближе»), подчеркнет Шолохов ценность человеческой жизни в восприятии народа, необходимость милосердия, сострадания: «Идите с богом! Да, глядите, нашим служивым не попадайтеся! (…) Я не одна такая-то, все мы, матери, добрые… Жалко ить, вас, окаянных, до смерти! Ну, ну, ступайте, оборони вас господь!», – сурово напутствует старуха, перекрестив собравшихся в дорогу своего двенадцатилетнего внучонка и одетого в казачий тулуп красноармейца.

Композиционно роман состоит из четырех книг; ткань его повествования сплетена из разных нитей, которые ведут начало от тем семьи, любви, войны, насилия, свободы, национальных отношений, поиска «правды жизни», исторического пути России. Все темы в романе тесно переплетены и ощущаются во взаимном единстве. Уточняя историю создания романа, Шолохов писал: «Начинал первоначально с 1917 г., с похода на Петроград генерала Корнилова. Через год взялся снова и, отступив, решил показать довоенное казачество».

Читая роман от начала до конца, мы восхищаемся художественной правдой, своеобразием характеров, очарованием донской степи, ощущаем саму жизнь в ее красоте, величии и одновременно в людской греховности, сопереживаем боли человека от разлада мира и разлада с самим собой и радуемся его нестребимым поискам гармонии, не задумываясь о построении романа. Поистине, как говорил И.В.Гете в беседах с Эккерманом, «в духовном творении детали и целое слиты воедино, пронизаны дыханием единой жизни, и тот, кто его создавал, никаких опытов не производил, ничего произвольного не раздроблял и не склеивал, но покорный демонической власти своего гения, все делал согласно его велениям» .

О магической силе книге, гипнотическом воздействии ее текста свидетельствуют многие и многие ее страницы. Пейзажные зарисовки в романе написаны мастерски, их хочется перечитывать и перечитывать. Гармония, лад, царившие в природе, дают возможность еще острее осознать те невосполнимые потери, которые привносит в мир человек, строя свои отношения с «братьями» на ненависти. Один из таких замечательных эпизодов, когда Григорий Мелехов по вине Кошевого, не поверившего в его сердечную искренность «переиграть жизнь», будет прятаться в банде Фомина на острове и почувствует всю красоту жизни природы («Вечерами горели на западе вишнево-красные зори. Из-за высокого тополя вставал месяц. Свет его белым холодным пламенем растекался по Дону, играя отблесками и черными переливами там, где ветер зыбил воду легкой рябью. По ночам, сливаясь с шумом воды, так же неумолчно звучали над островом голоса пролетавших на север бесчисленных гусиных стай. Никем не тревожимые птицы часто садились за островом, с восточной стороны его. В тиховодье, в затопленном лесу призывно трещали чирковые селезни, крякали утки, тихо гоготали, перекликались казарки и гуси. А однажды, бесшумно подойдя к берегу, Григорий увидел неподалеку от острова большую стаю лебедей. Еще не всходило солнце. За дальней грядиной леса ярко полыхала заря. Отражая свет ее, вода казалась розовой, и такими же розовыми казались на неподвижной воде большие величественные птицы, повернувшие гордые головы на восток. Заслышав шорох на берегу, они взлетели с зычным трубным кликом, и, когда поднялись выше леса, - в глаза Григорию ударил дивно сияющий, снежный блеск их оперения»).

Центральная и определяющая проблема «Тихого Дона» – проблема правды; своеобразие «Тихого Дона» – в отражении народного понимания правды и в образе народного героя, ее носителя, нигде более не выразившихся с такой непосредственностью и полнотой. В хронотоп своей книги Шолохов ввел огромный мир, множество людей с их мечтами, планами, «правдами жизни».

Действие романа охватывает десять лет, с мая 1912 по март 1922 г., и это годы огромной исторической насыщенности: империалистической войны, февральского переворота, октябрьской революции и последовавшей за ней гражданской войны. Исторические реалии, запечатленные в четвертой книге, – завершение гражданской войны на Дону и разгул бандитизма в канун окончательного установления советской власти на Дону. События истории, целостный образ эпохи Шолохов прослеживает через судьбы героев книги – казаков, земледельцев, тружеников и воинов, обитающих на хуторе Татарском, на высоком берегу Дона. Это в их судьбах, и Григория Мелехова, и любящих его Аксиньи и Натальи, Мишки Кошевого и доброго казака Христони, и владельца торговой мельницы купца Мохова, и кулака Михаила Григорьевича Коршунова, и деда Гришаки и в судьбах других персонажей отразятся социальные перемены, перемены в сознании, быту, психологии.

Сердцевиной книги является история семьи Мелеховых, которая прослеживается на протяжении всего романа, и судьба Григория Мелехова. Первая книга «Тихого Дона» – зачин романа, посвящена истории рода Мелеховых, описанию жизни казаков во всем своеобразии семейно-бытового уклада. Шолохов любовно описывает сословные обычаи и порядки, выработанные столетними традициями, условиями трудовой жизни казаков, здоровые начала их жизненного уклада, привитую любовь к труду; у Натальи и Аксиньи, любимых своих героинь, автор подчеркнет «узловатые тяжелые руки», «широкую рабочую спину». В романе отражены народные представления о человеческом достоинстве, долге, чести. Не скрывает писатель и нелепые, унизительные обычаи. Жестоко обошлись хуторяне с женой-иноземкой казака Прокофия Мелехова, привезенной им из Туретчины. Не взлюбят они ее: и лицо она прячет, и в шароварах ходит, и в стану она тонкая, как оса, и муж ее на руках носит; когда начнется падеж скота, обвинят хуторяне турчанку и устроят над ней страшный самосуд. Унизительные обычаи изломают и судьбу Григория Мелехова, именно из-за них молодой парень, полюбивший замужнюю уже женщину Аксинью, должен жениться помимо воли, на Наталье Коршуновой.

Начало первой книги романа - «Мелеховский двор - на самом краю хутора. Воротца со скотиньего база ведут на север к Дону…» – является фабульной точкой опоры, началом неторопливого, затем стремительного развития событий и действий во времени и пространстве. Отсюда в составе из красных вагонов, «груженных казаками, лошадьми и фуражом», отправится на империалистическую войну Григорий Мелехов, сюда вернется он на побывку после ранения. Яркие картины крестьянского труда, история любви Григория и Аксиньи, Натальи к Григорию, картины личной жизни персонажей романа будут искусно сочетаться с показом глубоких социальных сдвигов, военных сражений, поисками «правды жизни». Смысл происходящих исторических процессов, революционных перемен открывается автором в сложном переплетении судеб людей, многообразии человеческих характеров.

Действие второй книги романа охватывает революционные события 1917 года, корниловский заговор, начало гражданской войны, гибель председателя Донского Совнаркома Подтелкова и его отряда.

Григорий Мелехов изображен в романе со всеми сомнениями и колебаниями: под Глубокой он сражался в красногвардейском отряде, был ранен, а в конце второй книги он уже находится среди белоказаков. Подтелков скажет ему с ненавистью: «Что же, расстреливаешь братов? Обвернулся? И нашим и вашим служишь?». Григорий, задыхаясь, спросит: «Под Глубокой бой помнишь? Помнишь, как офицеров стреляли? По твоему приказу стреляли! А? Тепереча тебе отыгрывается. Ну, не тужи! Не тебе одному чужие шкуры дубить!». Христоня уведет «взбесившегося» Григория с возгласом: «Господи боже, что делается с людьми!» Вопрос, вложенный в уста героя с моногозначным библейским именем – Христоня, это скорее не вопрос, а констатация абсурдности деяний человека, истреблявшего саму жизнь, выражение изумления и предостережения, боли души - порождает целую цепь аналогий и ассоциаций, это вопрос самого автора, обращенный к уму и сердцу человека, ради чего и была написана книга

Слово «правда» неоднократно встречается на страницах романа. О своей правде скажет Подтелков перед казнью: «Заступит революционная власть, и вы поймете, на чьей стороне была правда! Лучших сынов тихого Дона поклали вы вот в эту яму».

О правде Валета, «мужика», расстрелянного казаками, будут взывать его жизнь, скорбный лик божьей матери на дубовой часовне на его могиле и строки, написанные славянской черной вязью:

В годину смуты и разврата

Не осудите, братья, брата.

А природа будет торжествовать и говорить людям о вечном торжестве жизни, о «забвении» людьми разума, о правде вековечных законов. Возле могилы Валета, «тут же возле часовни, под кочкой, под лохматым покровом старюки-полыни, положила самка стрепета девять дымчато-синих крапленых яиц и села на них, грея их теплом своего тела, защищая глянцево оперенным крылом».

В третьей и четвертой книгах романа особенно ярко проявляется лирическое дарование Шолохова. Пейзажные описания перерастают здесь в широко развернутые автором картины природы, в которых явственно выражается любовь к родному краю.

Четвертая книга романа – это книга глубоких, правдивых жизненных наблюдений, острой политической мысли. Она повествует о трагической судьбе Григория Мелехова. О фабульной основе жизненной судьбы своего героя Шолохов писал: «В конце 3-й книги Мелехов командует повстанческой дивизией под станицей Вешенской. Отсюда он будет наступать на север, примерно на Балашов, а потом ему суждено вместе с белыми армиями откатиться до Новороссийска. После разгрома белого движения на юге и конца вооруженной борьбы казак Мелехов попадает в Красную Армию и в рядах Первой Конной совершит поход на польский фронт… Он еще побывает в банде».

На страницах романа главный его герой Григорий Мелехов предстает как естественный человек, бескомпромиссная личность. Он не приемлет полуправды. В завершающей части романа Шолохов отходит от традиционной схемы, он не возвеличивает партийную идею, не превращает Григория Мелехова в большевика, хотя «отобьет» его у банды. С усталой покорностью признается он Мишке Кошевому, убийце своего брата Петра, мужу любимой сестры: «Все мне надоело: и революция и контрреволюция… Нехай оно все идет пропадом! Хочу пожить возле своих детишек».

Григорий Мелехов обладает сильной волей, одарен природным умом и острым чувством справедливости. Через образ правдоискателя Григория Мелехова Шолохов обнаруживает противостояние естественного человека социальным катаклизмам. Две войны – мировая и гражданская, революция, надвое расколотый мир бросят его в кровавую кашу, закрутят в мясорубке междоусобиц, зверств и со стороны красных, и со стороны белых. Врожденное чувство свободы, чести, достоинства не позволят ему гнуть спину ни перед белыми генералами, ни перед красным террором. Шолохов использует традиционный в фольклоре образ дороги крестом», чтобы показать цельность натуры своего героя. «У меня выбор, как в сказке у богатырей: налево поедешь – коня потеряешь, направо поедешь – убитым быть. И так – три дороги, и ни одной нету путевой». В кричащей, раздираемой страстями жизненной коловерти, стремясь внести ясность в хаос, в разрывающее все связи время, Григорий осознает: «Неправильный у жизни ход, и может, и я в этом виноватый».

Пройдя через банду Фомина, через новые смерти, Григорий предпринимает последнюю попытку вырваться из кровавого круга вместе с Аксиньей и начать новую жизнь. Удачный литературный прием, психологически развернутый и художественно достоверный, убедительный, – внутренний монолог героя - позволяет писателю передать «диалектику чувств» Мелехова: «Затянувшаяся на семь лет война осточертела ему до предела и при одном воспоминании о ней, о каком-либо эпизоде, связанном со службой, он чувствовал щемящую внутреннюю тошноту и глухое раздражение». Григорий думает о мирной жизни, о работе, обо всем, что не касается войны: «Он кончил воевать, хватит с него, он ехал домой, чтобы в конце концов взяться за работу, пожить с детьми, с Аксиньей. Еще там, на фронте, он твердо решил взять Аксинью в дом, чтобы она воспитывала его детей и постоянно была возле него. Григорий с наслаждением мечтал о том, как снимет дома шинель и сапоги, обуется в просторные чирики, по казачьему обычаю заправит шаровары в белые шерстяные чулки и, накинув на теплую куртку домотканый зипун, поедет в поле».

Через исповедальный внутренний монолог своего героя Шолохов обращается к онтологическим вопросам бытия человека, расставляет смысловые акценты, говорит о приоритете истинных ценностей в народном сознании, о тяге человека к труду на родной земле в окружении семьи, детей: «Хорошо бы взяться за чапиги и пойти по влажной борозде за плугом, жадно вбирая ноздрями сырой и пресный запах взрыхленной земли, горький аромат срезанной лемехом травы. В чужих краях и земля и травы пахнут по-иному. Не раз бывал он в Польше, на Украине и в Крыму, растирал в ладонях сизую метелку сизую метелку полыни, нюхал и с тоской думал: «Нет, не то, чужое».

Исповедальный монолог Григория Мелехова – признание в любви к своей земле, его бескомпромиссный выбор, это свидетельство «нравственного закона», потребности Григория к самопознанию и самосовершенствованию.

Последняя попытка Григория уйти с Аксиньей от «бойни», найти свою долю на Кубани приводит к трагедии, к смерти любимой женщины. Страшный от безысходного горя, похоронит Григорий свою Аксинью в дальней степи, в безымянном яру. Он прощается с Аксиньей, «твердо веря в то, что расстаются они ненадолго». Сама природа соболезнует Григорию в его неизбывной трагедии, одевается в траур, выражает свое несогласие с «забвением разума» (А.Платонов) у людей, разрушающих человеческое счастье, отнимающих друг у друга жизнь. Окружающий пейзаж передает внутреннее состояние героя: «В дымной мгле суховея вставало над яром солнце. Лучи его серебрили густую седину на непокрытой голове Григория, скользили по бледному и страшному лицу. Словно пробудившись от тяжкого сна, он поднял голову и увидел над собой черное небо и ослепительно сияющий черный диск солнца».

Позже Чингиз Айтматов прибегнет в повести «Материнском поле» к старинному народному символу трагического несогласия и неблагополучия в мире, используя образ Матери-Земли. Пожилая киргизка Толгонай, муж и все дети которой погибли на войне с фашистами, спрашивает Мать-Землю: «Скажи мне, Мать-Земля, скажи правду: могут ли люди – жить без войны?». И Мать-Земля вступает с человеком в диалог и говорит о том, как она тоскует по крестьянским рукам, когда ее нивы остаются несжатыми, а хлеба необмолоченными, как она оплакивает бессмысленно загубленные войной жизни: «Где вы, мои пахари? Где вы, мои сеятели? Встаньте, дети мои, хлеборобы, придите, помогите, задыхаюсь я, умираю».

Метания Григория между белыми и красными – сложный путь поисков истины. Трагедия Григория Мелехова – это трагедия честного человека в трагически разорванном мире. Финал романа – уход Григория от дезертиров, прячущихся в ожидании амнистии, возвращение к родному куреню. Он подойдет к Дону против хутора Татарского, долго будет смотреть на родной двор, бледнея от радостного волнения. Затем бросит в воду винтовку, наган, патроны и зашагает к дому. Это - символический жест. Отец пойдет навстречу сыну, навстречу долгу Человека на Земле. «Григорий взял на руки сына. Сухими, исступленно горящими глазами жадно всматриваясь в его лицо, спросил: - Как же вы тут? (...) Что ж, вот и сбылось то немногое, о чем бессонными ночами мечтал Григорий. Он стоял у ворот родного дома, держал на руках сына».

Художественное совершенство романа, его поэтика составляют единое целое с его идейным содержанием. В тесной связи с изображением картин быта, природы, войны через все произведение проходит тема любви. Волнующее обаяние и прелесть придает Шолохов своим героиням: Наталье, Аксинье, Дуняше, Ильиничне.

Своеобразие художественного почерка Шолохова проявляется в его умении выделить в каждом образе то особое, приметное, что принадлежит только ему. В поэтику романа органично включены и очаровывают старинные казачьи песни. Песни «Как ты, батюшка, славный тихий Дон» и «Ой ты, наш батюшка тихий Дон!» являются эпиграфами к первой и третьей книгам романа, взывают к нравственным представлениям. В песнях живет, страдает, радуется, трепещет душа казака. «Что-то оборвалось внутри Григория, нахлынувшие рыдания потрясли его тело, спазма перехватила горло», когда его, больного, Прохор вез домой и он услышал песню, знакомую с отроческих лет:

Ох, как на речке было, братцы, на Камышинке,

На славных степях, на саратовских…

В «Тихом Доне» насчитывается, по подсчетам исследователей, около двухсот пятидесяти описаний природы, «вишнево-красных зорь», солнца, шума воды, пролетающих «гусиных стай», голосов земли, подчеркивающих вечное торжество самой жизни, приоритет естественных ценностей, правду вековечных законов.

За роман «Тихий Дон» Шолохову в 1941 г. была присуждена Сталинская (Государственная) премия 1-ой степени.