Разница между декларируемыми ценностями и профилем личности для ценности «Конформность» у больных алкоголизмом («цо» Шварца) на уровне значимости 0.046

p < 0.05 (критерий знаковых рангов Вилкоксона для связанных выборок).

Как видно из диаграммы 4.1, для большинства испытуемых свойственно завышение ценности по нормативной шкале ценности «конформность». В связи с этим показатель реальных ценностей, на которые ориентируются испытуемые, снижен.

Как видно из диаграммы 4.2, для большинства испытуемых свойственно завышение ценности по нормативной шкале ценности «универсализм». В связи с этим показатель реальных ценностей, на которые ориентируются испытуемые, снижен. Однако, в отличие от первой диаграммы, тут наблюдаются и обратные явления, когда на уровне нормативности ценность принижается, а в профиле личности выходит на первый план (особенно ярко для испытуемых № 24, 28 и 30).

Диаграмма 4.2

Разница между декларируемыми ценностями и профилем личности

для ценности «Универсализм» у больных алкоголизмом

на уровне значимости 0.010

p < 0.05 (критерий знаковых рангов Вилкоксона для связанных выборок).

Как видно из диаграммы 4.3, в основном власть не выделяют как декларируемую, однако в профиле личности есть существенное отличие по рангу ценности для испытуемых.

Диаграмма 4.3

Разница между декларируемыми ценностями и профилем личности для ценности «Власть» у больных алкоголизмом на уровне значимости 0.015

p < 0.05 (критерий знаковых рангов Вилкоксона для связанных выборок).

Обсуждение результатов

По результатам исследования выявлено, что больным алкоголизмом характерны более высокие показатели по всем параметрам отчуждения, в отличие от группы нормы. Полученные результаты подтверждают наши предположения о возможной связи между алкоголизацией и высокими показателями отчуждения. Наиболее высокие показатели отчуждения, зарегистрированные по шкалам «отчуждение от общества» и «вегетативность», также согласуются с нашими гипотезами. Алкоголизация, как вид девиантного поведения, предполагает отчуждение человека, больного алкоголизмом, от общественных ценностей, устоев, традиций, что ведет к естественной изоляции человека. Вегетативность же предполагает полную апатию и отсутствие ценности любой, как реальной, так и воображаемой, деятельности: для больного алкоголизмом всякая деятельность сводится к потреблению спиртного, соответственно любая другая деятельность обесценивается, теряя осмысленность. Высокие значения показателей параметра «отчуждение от общества» подтверждают исследования В.М. Ялтонского, который пишет о том, что люди, получающие эффективную социальную поддержку от семьи, друзей, значимых для них лиц и социальных групп, отли­чаются более крепким здоровьем, легче переносят жизнен­ные трудности, более устойчивы к развитию различных заболеваний [40]. Н.А. Сирота подчеркивает решающую роль именно социально-поддерживающего процесса в преодолении сложных и стрессовых ситуаций [39]. Так, для больного алкоголизмом семейная поддержка в виде предложения реабилитации, советов раздражает, что приводит к негативному восприятию семьи и последующему ее отвержению. Связи и отношения с друзьями разрушаются в силу отсутствия общих интересов и подменяются «собутыльниками». Если у больного и остаются «значимые» люди, то мотивация для поддержания отношений с ними носит инструментальный характер – они становятся для больных источником материальных средств, необходимых для продолжения алкоголизации [24].

И. Вассерман с соавторами в качестве способов адаптации к стрессовой ситуации рассматривает механиз­мы психологической защиты и механизмы совладания [11]. Копинг-поведение определяется им как стратегия действия личности для устранения ситуации психологической угрозы.

Проанализировав данные о степени выраженности защитных механизмов, мы получили подтверждение гипотезы о том, что для больных алкоголизмом будут характерны, в отличие от группы нормы, защитные механизмы проекции и отрицания. Эти два вида защит являются составляющими феномена алкогольной анозогнозии, заключающейся в том, что пациент не принимает свое состояние. Однако не было получено подтверждение тому, что у больных алкоголизмом степень выраженности механизма компенсации будет значительно ниже нормы. Полученные нами данные не демонстрируют различие.

Высокие показатели, в отличие от группы норы, наблюдаются и по защитному механизму регрессии. Регрессия представляет группу защит манипулятивного типа, процесс возвращения к более ранним, инфантильным личностным реакциям, проявляющимся в демонстрации беспомощности, детскости поведения с целью уменьшения тревоги и ухода от требований реальной действительности. Таким образом, можно говорить об уходе от ответственности и реагировании на уровне ребенка больных алкоголизмом.

Также наблюдаются высокие показатели по шкале реактивное образование. Реактивное образование – защитный механизм, в результате которого поведение сменяется на прямо противоположное и совершается замена подлинных чувств и аутентичного поведения на их противоположности. Данный защитный механизм связан с усвоением личностью «высших социальных ценностей», а человек в состоянии алкогольного опьянения не имеет сил на торможение агрессивных действий и трансформацию их в положительном направлении. Высокие показатели по данному защитному механизму можно истолковать только исходя из ситуации обследования: видимо, имеет место «социальная желательность». Вопросы на «реактивное образование» по большей части связаны с сексуальной сферой и больным просто некомфортно отвечать искренне ввиду разницы полов (испытуемых и экспериментатора). Возможно, если бы опросники заполнялись ими индивидуально (как в группе нормы), то результаты по данному механизму были бы другими.

Предположив, что различные параметры могут быть связаны с выраженностью защитных механизмов, мы обнаружили некоторые значимые связи между этими показателями.

Наличие значимой отрицательной связи между показателем «отчуждение от себя» и защитным механизмом компенсации делает возможным вывод о том, что чем более человек отчуждается от собственного «Я», тем менее выраженным у него будет механизм компенсации. Являясь онтогенетически наиболее поздним механизмом, он предполагает наличие зрелой личности. Данный защитный механизм помогает человеку в изменении поведения, переосмыслению своих жизненных устоев с целью саморазвития. Такая работа над собой возможна лишь через осознание и переживание своей личностной причастности ко всему, что происходит в мире, и прежде всего к тому, что происходит с самим человеком. Отчуждение от себя предполагает отсутствие этой причастности, а, следовательно, и невозможность саморазвития в принципе.

Также существует значимая отрицательная связь между показателем «отчуждение от себя» и механизмом отрицания. Следовательно, имеет место говорить, что, чем выше показатель «отчуждение от себя», тем ниже выраженность механизма отрицания. Защитный механизм отрицания предполагает игнорирование реальности для сохранения «Я» человека, его ценностно-смысловой системы. Эту взаимосвязь можно интерпретировать как явление алкогольной деградации: человек отрицает нечто, потому что ему стыдно или дискомфортно признавать реальность. А со временем становится не стыдно, а уже – все равно ввиду алкоголизации.

Последняя обнаруженная связь – значимая положительная связь между параметром отчуждения «авантюризм» и защитным механизмом проекции. Можно утверждать, что, чем выше показатель «авантюризм», тем выше выраженность проекции. С. Мадди определяет авантюризм как компульсивный поиск жизненности, вовлечённости в опасных, экстремальных видах деятельности, в силу переживания бессмысленности повседневной жизни [28]. Проекция – это защитный механизм предполагает перенос неприятных мыслей, чувств, эмоций на окружающих, чтобы не травмировать «Я». Из этого следует, что формирование зрелой и социально полноценной личности невозможно, когда доминирующей является данная зашита [38].

Общим для данного параметра отчуждения и защитного механизма проекции является уход от ответственности. Больные алкоголизмом отличаются рискованным поведением («пьяному море по колено»), которое не редко приводит к самоповреждению или людским жертвам (пьяное вождение, пьяная драка и т.д.). Так и механизм проекции, переноса своих мыслей и чувств на других, когда человек не несет ответственности за свои поступки.

Еще одним ключевым понятием, необходимым для понимания формирования механизмов дезадаптивного поведения, к которому относится и алкоголизм, является копинг. Мы сравнивали экспериментальную и контрольную группу по трем основным видам совладающего поведения: эмоциональному, когнитивному и поведенческому.

Рассмотрим результаты проверки сравнения распределения двух групп испытуемых по трем категориям для когнитивного компонента копинг-стратегий. Результаты контрольной группы представлены в виде диаграммы 4.4, а экспериментальной – в виде диаграммы 4.5.

Диаграмма 4.4

Результаты контрольной группы по трем категориям

для когнитивного компонента копинг-стратегий (в процентах (%))

Диаграмма 4.5

Результаты экспериментальной группы по трем категориям

для когнитивного компонента копинг-стратегий (в процентах (%))

Согласно некоторым исследованиям [25], основным фактором, обуславливающим несостоятельность совладающего поведения, а также последующую алкоголизацию, является когнитивный компонент копинга (негативное самовосприятие, недооценка вреда рискованного поведения и неблагоп­риятных средовых влияний).

Первая категория – адаптивные копинг-механизмы, то есть те, которые направлены на своевременное решение проблемы с последующими позитивными изменениями поведения в будущем. К когнитивным адаптивным защитным механизмам относятся такие формы поведения, которые направлены на анализ проблемной ситуации и возможных путей решения проблем, наличие веры в собственные силы. Как видно из диаграмм 4.4 и 4.5, большинству здоровых людей свойственен именно этот тип совладающего поведения, тогда как для больных он занимает значительно меньшую часть. Если же сравнить эти две группы по параметру неадаптивных копинг-стратегий, то есть таких вариантов совладающего поведения, которые предполагают отказ от преодоления сложных жизненных ситуаций в связи с неверием в свои силы, то и у контрольной, и у экспериментальной групп эти варианты поведения в меньшинстве. Наиболее распространенными для контрольной и сильно распространенными для экспериментальной группы являются относительно-адаптивные варианты совладающего поведения. В эту группу включаются такие формы копинга, как религиозность, сравнение с другими трудностями или придание особого смысла проблемам. Во всех случаях имеется уход от ответственности за проблемы и откладывание их решения. В случае больных алкоголизмом можно отметить, что опьянение способствует субъек­тивному искажению восприятия существующих проблем, что и является по своей сути относительно-адаптивным совладающим поведением, которое, в свою очередь, способствует злоупотреблению.

Вторая группа копинг-механизмов – это эмоциональные стратегии.

На диаграммах 4.6 и 4.7 представлены результаты контрольной и экспериментальной групп соответственно.

Диаграмма 4.6