2. Гуманистический смысл «Декамерона» Дж. Бокаччо. Особенности композиции произведения. Проблематика. Антиклерикальная направленность произведения.

В «Декамероне» высветились новые грани складывавшегося гуманистического мировоззрения, в том числе его антиаскетические идеалы. В центре внимания Боккаччо, как и у Петрарки, — проблема самосознания личности, получившая широкую перспективу в дальнейшем развитии ренессансной культуры. Литературная теория, которая разрабатывается в «Декамероне» — это теория ренессансного, гуманистического реализма. В начале Четвертого Дня Боккаччо прямо утверждал, что единственным источником и единственным объектом его рассказов была земная природа человека. В этом — серьезный смысл его шутливых рассуждении о музах, о женщинах, о превосходстве женщин над музами, а также о том, что реальная, земная любовь никогда не была противопоказана даже самой высокой поэзии. Отношение «музы — женщины» символизировало в рассуждениях Бок­каччо отношение «искусство — жизнь».

Идеалом нового художника в «Декамероне» объявляется Джотто: он был первым, кто правдиво изобразил «природу» — «мать и устроительницу всего сущего». В мире посюсторонней действительности, говорит Памфило, один из рассказчиков «Декамерона», не было ничего, чего бы Джотто «карандашом либо пером и кистью не написал так сходно с нею, что, казалось, это не сходство, а скорее сам предмет, почему нередко случалось, что вещи, им сделанные, вводили в заблуждение чувство зрения людей, принимавших за действительность, что было написано» (VI, 5). Живопись Джотто такого рода иллюзионистским эффектом все-таки не обладала, но Памфило имеет в виду здесь не реальный факт, а эстетический идеал. Примечательно, что реализм (изображение природы в соответствии с требованиями и законами природы) рассматривается им как результат не только непосредственного, «естественного», эстетического восприятия земного человека, но и исторически нового, «правильного» понимания окружающей человека действительности.

В течение Средних веков художники, по словам Памфило, изображали мир искаженно потому, что они находились во власти ложных идей и представлений: они писали, «желая угодить скорее глазам невежд, чем пониманию разумных». Рассуждения Памфило о реализме Джотто перекликаются с апологией реалистичности в «Заключении Автора». В нем Боккаччо снова ссылается на опыт современного ему изобразительного искусства и настаивает на том, что перу новеллиста «следует предоставить не менее права, чем кисти живописца», изображать тело во всей его телесности, а человека — во всей его человечности. В «Декамероне» появляется гуманистическая публицистика. В новелле о Гисмонде и Гвискардо нова была не тема — о любви, ломающей социальные преграды, рассказывалось еще в романах о Тристане и Изольде,— а именно ораторская логика ее обоснования, предвосхищающая риторику речей в парижском Конвенте.

Название книги греческого происхождения, в переводе – «десятиденник», т.е. «сборник новелл с обрамлением». Такая композиция стала уже традицией в литературе, достаточно вспомнить восточную «Тысячу и одну ночь», итальянский сборник границы XIII и XIV столетий «Новелино». Боккаччо вместе с тем стал и новатором этой формы, поскольку подчинил ее закону «готической вертикали» (от низкого – к высокому), соответствующим образом расположив новеллы. Именно понятие низкого и высокого автор «Декамерона» истолковал с гуманистических позиций, так что и сами новеллы, и способ их композиции приобрели гуманистическую тенденцию. Боккаччо черпал сюжеты из разных источников: здесь античные легенды, средневековые пересказы, куртуазные повести, городские фабльо, но чаще всего – современные писателю анекдоты и реальные случаи из жизни.

Новеллы систематизированы: первыми идут сатирические, потом – авантюрные с плутовскими, но вообще привлекательными героями, а конечные новеллы – о человеческом благородстве, где персонажи явным образом идеализированы. Замысел «Декамерона» обозначен влиянием Данте: если вспомнить, что в «Божественной комедии» начисляется ровно сто песен и эпизоды так же построены по принципу готической вертикали, от низкого к высокому, от грешников «Ада» к святым «Рая», похожесть обеих композиций становится очевидной. Да и концепция мира была также гармоничной – доброго и злого в мире поровну, при этом зло внизу, а добрую принадлежит высь, которая в определенной мере олицетворяла собой и будущее. Новаторство Боккаччо заключалось в том, что дантевскую композицию космического пространства он перенес исключительно на одно лишь земное, полностью изъяв образы чертей и ангелов и отказавшись от аллегорического изображения жизни. Универсальность «Декамерона» удовлетворяется лишь земным пространством. Обрамляющая новелла не заявляет сразу же о новых гуманистических принципах эстетичного изображения действительности.

Изображенная чума во Флоренции 1347 г. – это описание глазами очевидца. Рассказ сконденсирован в конкретном художественном времени – близкая писателю современность. Вместе с тем, новелла имеет и условности, в ней различаются судьба общая и судьба индивидуальная: в «холерном» городе все же существуют Божьи храмы, ячейки культуры и милосердие, и в одном из них, в церкви Санта Мария, – встречаются семь юных красивых женщин – Пампинея, Фьяметта, Филомена, Нейфила, Эмилия, Лауретта, Элиза. Со временем появляются и трое благородных юношей: Панфило, Филострато и Дионео.

Молодые люди сговариваются покинуть Флоренцию и переждать холеру в одной из загородных вилл. Само их проведение времени является образцом нового, гуманистического общения, культурного досуга, скрашенного неравнодушием молодых людей, что, тем не менее, ни разу не переходит в куртуазное ухаживание и не предусматривает серьезной страсти. Новелла-Обрамление остается в этом плане статической, ее функции – охватывать собой все другие новеллы, с которыми она соотносится как идеальное с реальным, условное – с конкретным. И все же таки внутренняя композиция обрамляющей новеллы – контраст между хаосом как самым страшным жизненным явлением и гармоничной человеческой личностью, представленной десятью рассказчиками.

В «Декамероне» проблематика общечеловеческая и вместе с тем социальная. Первая новелла первого дня начинается словами: «Поведают люди о Мушатте Францези, как сделался он из значительного и богатого купца рыцарем и имел на призыв папы Бонифация ехать в Тоскану …». Перед читателем конкретные черты эпохи, когда купцы воцарялись и достигали дворянских титулов, но в дальнейшем речь будет идти не о богатее Францези, а о бедном нотариусе Шапелето, негодяе, который является воплощением всех возможных общечеловеческих недостатков. Вопреки всему, Шапелето не только находит в земной жизни покровителя в лице богатейшего купца Францези, а и после смерти ухитряется попасть к святым, мощам которых поклоняются прихожане. Боккаччо не только изображает преступника-негодяя, от природы жестокого и злого, но и его общественную ипостась: законник, со временем благодаря ужасному вранью и предсмертной исповеди – даже святой. Боккаччо создает «портрет в социальном интерьере», показывая возникновение лжеавторитета.

В образе Шапелето намечены черты будущего Тартюфа, а также «святой Орберозы» («Остров пингвинов» А. Франса), это образ большого обобщения. Сатира Боккаччо направлена против многих статусов феодализма: дворянских привилегий, грубого насилия властителей, самодержавия и своеволия. Антиклерикальная сатира в «Декамероне» прежде всего направлена против религиозного аскетизма. Боккаччо охотно прощает грехи юным монахиням, которые хитро обходят монастырские запреты, но жестоко высмеивает лицемерных старых греховодников.

Достаточно вспомнить новеллу, в которой игуменья монастыря ночью выбегает из своей кельи, чтобы поймать на горячему юную черничку, и впопыхах одевает на голову кальсоны своего дружка (вторая новелла девятого дня). Служители церкви в Боккаччо – дармоеды, мошенники, развратники и лицемеры, которые прикидываются мудрецами и аскетами, писатель-гуманист часто ставит их в очень комичные ситуации, высмеивая вранье разного сорта общественных лжеавторитетов.

С явной симпатией изображает эпизоды земной любви, которая у него всегда объединяет плотское и духовное, и никогда не выступает лишь плотским инстинктом. Естественному началу Боккаччо противопоставляет неестественные законы общества, церковный аскетизм и запреты станового характера.

Одна из наилучших в «Декамероне» – первая новелла четвертого дня о принце Танкреде Салернском, который убил любовника своей дочери Гисмонды и поднес ей в золотой чаше сердце возлюбленного. Танкред не был жестоким от природы, но, амбициозный в вопросах чести, не мог терпеть то, что его дочь полюбила простого слугу Гвискардо и опустилась до тайной связи. Принц Танкред хотел пристыдить дочь, но именно она пристыдила старого отца, объяснив ему, что Гвискардо был благородным и достойным человеком, так как «бедность ни у кого не отбирает благородства, лишь богатство». И хотя Гисмонда и Гвискардо не были равными по социальному положению, любовь их была равной.

После гибели возлюбленного Гисмонда умирает от горя на глазах у ошеломленного отца. Достойна внимания и новелла о Гризельде (десятая новелла десятого дня), посвященная примерам человеческого благородства. В композиции «Декамерона» Гризельда занимает такое же самое почетное место, как в дантевском «Рае» святые, которые сидят у престола Девы Марии. Исследователи уверяют, что Гризельда была реальным лицом и события новеллы имеют какую-то реальную подпочву. Боккаччо придал им гуманистической тендециозности. Маркиз Салюццо неоднократно подвергал тяжким испытаниям свою жену, убеждал ее, что должен убить их новорожденную дочь, а потом сына, поскольку они плебейского происхождения.

На самом деле он не убивал своих детей, а лишь отдал их на воспитание своим вельможным своякам. В завершение маркиз придумал новое испытание: выгнал Гризельду к отцу, объявив, что вступает в брак с другой. Уважая хозяйские таланты Гризельды, он велел ей приготовить свадебный банкет и прислуживать за свадебным столом. Гризельда выполнила все с покорностью и достоинством, присущей лишь натурам необыкновенным, и лишь после этого маркиз Салюццо извинился перед женой, вернул ее в свой дом и отдал обоих детей. С того времени его жизнь с женой была безоблачной. В этой новелле автор противопоставляет два типа благородства – благородство происхождения и благородство души, моральное высочество Гризельды над маркизом Салюццо несомненно.