47 Литература и искусство во второй половине 18 века

Особенности русской культуры. Новая экономика, новое управление, новая армия и флот нуждались в новых кадрах, в образованных, хорошо подготовленных, профессионально умелых людях — ученых, инженерах, мастерах, учителях всех уровней и рангов, врачах. Жизнь рождала потреб­ность в неведомых ранее специальностях и специалистах, которых не знала прежняя Россия. Петр I и его реформы широко раздвинули горизонт рос­сийской жизни. Теперь, особенно во время правления Екатерины II, этот процесс еще более ускорился и расширился. Россия все дальше уходила от своей средневековой, во многом изолированной от остального мира куль­туры и превращалась во многих отношениях в просвещенное европейское государство. Продолжалось активное воздействие западной культуры на российскую жизнь.Эпоха европейского Просвещения стала для России ее собственной эпохой. Недаром современники говорили, что за несколько десятилетий XVIII в. Россия с лихвой наверстала отставание прошлых столетий.В российской жизни коренным образом изменились духовные запро­сы, интересы, сформировались новые нравственные гуманистические кри­терии жизни. Изменилось отношение к человеку, к человеческой личности и человеческой жизни. Одновременно под влиянием просветительской гу­манистической философии иным становилось отношение к целями зада­чам общества, к природной среде, к месту человека в системе общества и природы.Но на Западе просветительские тенденции развивались на основе бур­ного расцвета буржуазных отношений, новых явлений в политической ис­тории Европы, в частности начал парламентаризма, кризиса абсолютных монархий. Общечеловеческие ценности, значение личности, гуманистиче­ские, нравственные нормы все увереннее преодолевали обветшалые сред­невековые традиции. Поэтому европейская культура широко отражала эти новые явления, шла в ногу со временем. В России те же тенденции попада­ли совсем в другую среду: здесь царил феодализм; абсолютизм достиг сво­его пика, крепостничество, неполноправность людей, сословные привиле­гии и сословные ограничения являлись незыблемой основой человеческих отношений. Это приводило к острым противоречиям между еще мощным в России старым миром и новыми явлениями в культуре. И все же новое упорно пробивало себе дорогу.В этот период Россия не отказалась, несмотря на порой бездумное за­имствование западной культуры, особенно в период Петра I, от своих ко­ренных культурных достижений. Все, что имелось важного и полезного в русских культурных традициях, все.что могло помочь России строить но­вую современную культуру, сохранялось. Поэтому одной из особенностей развития российской культуры в это время стал синтез (т. е. взаимопро­никновение) старой русской культуры XVII в. и новых культурных веяний уже иной эпохи.Кроме того свобожденная от постоянного церковного давления рос­сийская культура во всех своих проявлениях становилась все более свет­ской, т. е. освобожденной от влияния Церкви. Этот процесс, начавшийся еще в прошлые века, в XVIII в. пережил подлинный взлет.В рамках единого унитарного государства культура второй половины XVIII в. все больше становится достоянием не только столичных центров, не только узкого слоя дворянской верхушки, но и провинции, широких слоев дворянства, городских слоев, проникает в помещичьи усадьбы, в до­ма городских обывателей и даже доходит до крестьянской среды. Просве­тительские тенденции, новые культурные явления смыкаются с народной жизнью, народными исканиями, народным творчеством. Наступающий век Просвещения в России пробудил в душах русских людей и других рос­сийских жителей животрепещущие общественные вопросы, выдвинул но­вые идеи, обращенные к судьбе родины, к судьбам народа. Русский чело­век стал ощущать себя частицей не только России, но и Европы, и даже всего мира. Это ломало прежнюю провинциальную замкнутость, расширя­ло кругозор людей. Культура содействовала пробуждению общественной жизни, формированию российского общества.Культура, хотя еще и сословная и недоступная в равной мере всем сло­ям населения, тем не менее сближала людей как общество, как нацию. Она пробуждала становление национального самосознания и самоутвержде­ния.Лишь крепостное крестьянство являлось отверженным в этом новом наступавшем мире. Но век Просвещения в России в конце концов привел к тому, что на поверхности российской жизни к концу XVIII в. просвещен­ная часть российского общества, рождающаяся российская интеллигенция все громче и решительнее стала ставить вопрос о судьбах российского кре­постного крестьянства. Это проявлялось в различных сферах культуры — в журналистике, книжном деле, театре, живописи. Просвещенная часть российского общества считала, что существование этого зла, этой античе­ловеческой, безнравственной практики — крепостничества — несовмести­мое идеалами Просвещения, которым поклонялась все большая часть рос­сийского населения.Одновременно появление новых культурных ценностей приобретало в условиях многонациональной России интернациональный характер. Культурные достижения распространялись от западных границ, от столич­ных центров по всей территории России и доходили, конечно, в разное время и в разной степени, и до Поволжья, и до Севера, и до Приуршшя, и до сибирских просторов. Новые культурные ценности, просветительские идеи накладывались на культурные традиции и достижения других народов России. Все это делало их сопричастными к судьбам всей страны, ставшей огромной евразийской державой, раздвигало их привычные горизонты и, несмотря на глубокие социальные и национальные противоречия, посте­пенно подводило к тому, что они начинали ощущать себя жителями колос­сальной и многонациональной державы, делало их россиянами. Роль куль­туры в этих процессах была весьма значительна.Кто же являлся в России носителем новых, просветительских научных и культурных традиций? В первую очередь, конечно, дворянство. Происхо­дило это потому, что именно дворянское государство во главе с верховной властью во второй половине XVIII в. активно приобщало Россию к передо­вой европейской культуре, прежде всего через дворян, дворянских детей, закрытые дворянские учебные заведения.Наряду с русским дворянством проводниками науки и культуры Рос­сии стали выходцы из-за границы. В течение всего XVIII в. иностранцы оказывали сильнейшее влияние на становление российской цивилиза­ции. Они участвовали в создании системы образования, стояли у истоков Академии наук, внесли огромный вклад в развитие русской архитектуры, скульптуры, живописи, театра, музыки. В большинстве своем это были талантливые и увлеченные своим делом люди, которые принесли немало пользы России, передавали русским людям свой опыт, свое мастерство. Затем, по мере формирования и возмужания русских национальных куль­турных кадров, доля и значение иностранцев в развитии русской культу­ры становилась меньше. Набирали силу и влияние русские, российские таланты.Вместе с тем XVIII в. отмечен и тем,.что все большее количество пред­ставителей разных сословий, наряду с дворянством и иностранцами, участ­вовали в создании новой русской светской культуры. Это выходцы из купе­ческих семей, дети духовных лиц. Среди блестящей плеяды деятелей рус­ской науки и культуры встречаются талантливые выходцы из среды государственных и даже крепостных крестьян. Их появление на россий­ском культурном небосклоне лишь подчеркивало неполноправность и приниженность этой категории людей, которые вместе с другими рос­сийскими талантами становились создателями культуры России XVIII в.Образованиеи просвещение народа. Проходили десятилетие за десяти­летием, менялись государи и государыни на российском троне, но рывок, предпринятый Петром I в первой четверти XVIII в., так и остался не под­держанным в такой же мере и с такой же энергией. Народ обучался мед­ленно.Опираясь на существование открытых при Петре I учебных заведений, правители России ни шатко ни валко продолжали его дело. В основном за­бота проявлялась об образовании и обучении дворянских детей. В 30-е гг. открылся Сухопутный шляхетский корпус. Другими закрытыми учебными заведениями стали Артиллерийский и Инженерный шляхетский корпуса.Появилось немало частных дворянских пансионов в Москве, Петер­бурге, других городах: дети в таких пансионах и жили, и учились. Одновре­менно в моду вошло и обучение в домашних условиях. Столичное и провинциальное дворянство приглашало в свои городские дома и сельские усадьбы учителей-иностранцев, или гувернеров, как их стали называть — в основном немцев или французов. Были среди учителей и русские — знаю­щие и грамотные люди.Чему же учили гувернеры дворянских детей? Русские учителя — родно­му языку, арифметике, географии, Закону Божьему, т. е. овладению религи­озными текстами. Иностранцы — прежде всего хорошим манерам, ино­странным языкам, этикету, верховой езде, танцам, фехтованию. Эта система оказалась эффективной. Она сформировала немало высокообразованных, хорошо воспитанных людей, которые вполне могли конкурировать по сво­ему культурному уровню с просвещенными западными людьми. Немало деятелей русской культуры, науки, искусства прошли через это домашнее обучение и воспитание, стали выдающимися деятелями.Однако обучение в пансионатах и на дому нуждалось в шлифовке, в повышении подлинно профессионального и общегуманитарного уровня. Это могли дать лишь высшие учебные заведения гражданского типа. А их в стране фактически не было. Поэтому многие способные люди уезжали учиться в университеты Германии, Франции, Голландии. Порой прави­тельство направляло за свой счет способных дворянских детей для обуче­ния за границу.В связи с отсутствием в России высших учебных заведений современ­ного уровня вполне естественным шагом властей стало открытие в России сразу двух университетов. Один был основан при Петербургской академии наук, чтобы гоотовить кадры будущих русских ученых. Эта цель ограничи­вала приток в Университет тех, кто хотел получить университетское, т. с. универсальное, общее образование. К тому же поступлению в Университет предшествовало обучение в академической гимназии. Преподаватели там в основном были немецкие ученые, приглашенные в Академию наук. По­этому занятия велись на немецком языке. А это трудно давалось неподго­товленным. Тем более что дворяне неохотно отдавали сюда своих детей, а дети представителей «подлых сословий» не выдерживали здешних требо­ваний. И только в 50-е гг. ситуация несколько изменилась. Появление в Академии русских профессоров, и в первую очередь Михаила Васильеви­ча Ломоносова, переход к преподаванию на русском языке, стали привле­кать больше учеников. В академической гимназии было подготовлено для Университета двадцать с лишним студентов. Среди них появились дети разночинцев, солдат, низшего духовенства. И все-таки это была капля в море.Зато с открытием в 1755 г. Московского университета положение зна­чительно переменилось.26 апреля 1755 г., в годовщину коронации Елизаветы Петровны, в зда­нии бывшей Главной аптеки, близ Красной площади, торжественно от­крылся Московский университет. Поначалу здесь было три факультета: философский, юридический и медицинский. Но на философском факуль­тете изучали математику, механику, физику, географию, филологию. На медицинском факультете значительное место отводилось изучению химии и биологии.Московский университет стал первым и единственным в Европе XVIII в. университетом, в котором не было богословского факультета и не преподавались богословские науки. Это было неслыханно! Новое учебное заведение России базировалось целиком на светских принципах обучения.Московский университет недаром носит имя великого русского учено­го М. В. Ломоносова. Он был инициатором его создания, добился препо­давания в нем на русском языке, что в пору всеобщего употребления в обу­чении латыни являлось также необычным. Как и мечтал М. В. Ломоносов, Университет стал первым публичным, т. е. общедоступным, учебным заве­дением. На лекции университетских профессоров могли приходить все же­лающие, его библиотека также открылась для всех «любителей чтения».Вскоре появились университетские журналы и газета. Они издавались в собственной университетской типографии. Но самое главное, М. В. Ло­моносов, сам происходивший из простой крестьянской семьи, добился доступа в университет студентов без различия сословий. Тем более что зна­чительная часть студентов и учеников университетской гимназии содержа­лись государством.При Университете была создана гимназия. Она делилась на две части, одна — для детей дворян, другая — для детей разночинцев. Но и здесь 100 мест отводилось для учеников, содержащихся на казенный счет. Это дела­ло ее достаточно демократичной.Уже в первые десятилетия Московский университет выпустил более 300студентов. В его гимназиив конце XVJ1I в. обучаюсь свыше 1000 уче­ников. Среди студентов Университета в первые годы его существования числились Г. А. Потемкин, НИ. Новиков, писатель и просветитель Денис Иванович Фонвизин, архитекторы Василий Иванович Баженов, Иван Ев­геньевич Старое и другие будущие светила Российского государства, нау­ки, культуры.Огромную роль в создании Университета сыграл друг и покровитель М. В.Ломоносова, фаворит Елизаветы Петровны И. И. Шувалов. Именно при его активной и заинтересованной поддержке М. В. Ломоносов осуще­ствил свой проект организации Университета. И. И. Шувалов помог соз­дать университетскую типографию, способствовал подбору профессоров. Поддержат видный вельможа и куратор Университета идею М. В. Ломоно­сова о его автономии.Во второй половине XVIH в. Московский университет стал крупней­шим центром науки и просвещения в стране. При его поддержке была от­крыта гимназия в Казани, появились грамматики и азбуки на чувашском, грузинском и татарском языках. Наконец, Московский университет стал моделью для открытия других университетов России (уже в начале XIX в.).Наряду с учебными заведениями для дворянства в стране расшкрялась сеть духовных учебных заведений. Дети православного духовенства обуча­лись в 66 духовных школах и семинариях. Оттуда они выходили служителя­ми религиозного культа: дьяконами, священниками.Постепенно развивалась и сеть общеобразовательных школ для про­стого народа. В послепетровское время существовали общеобразователь­ные школы, где срок обучения был от трех до пяти лет. Там учились дети государственных крестьян, ремесленников, мастеровых, солдат, матросов. Открывались и особые школы — для детей солдат. Но количество таких учебных заведений было крайне незначительно. Основная масса простого населения являлась либо неграмотной, не говоря уже о началах образова­ния, либо училась считать, писать, читать у сельского духовенства, случай­ных людей в городах.В 80-е гг. XV1U в. благодаря Екатерине И, мечтавшей распространить образование на средний класс, в России впервые была введена система на­родного образования. Сначала в Петербургской губернии, а позднее еще в 25 губерниях страны открылись двухклассные и четырехклассные народ­ные училиша. В первых учили чтению, письму, чистописанию, рисованию, Закону Божьему. Во вторых прибавлялось обучение грамматике, арифме­тике, геометрии, механике, физике, географии, истории, естествознанию и архитектуре. Ученики обучались также письмоводительскому делу. Эти училища выпускали грамотных людей. Они могли работать в конторах, на предприятиях, сами обучать неграмотных. Для подготовки учителей в Пе­тербурге открылись колледж и семинария. До конца века они подготовили более 400 учителей.

Первый шаг народного образования в России был сделан. Но в сель­ской местности таких училищ не существовало. Огромная крестьянская масса была отрезана от образования.Но Екатерина стремилась поставить систему образования на европей­ский уровень.По душе ей пришлись идеи Ивана Ивановича Бецкого (1704—1795), который, основываясь на идеях французских просветителей, представил проекты о воспитании юношества в закрытых учебных заведениях интер­натного типа, чтобы создать «новую породу людей», в том числе и недво­рянского происхождения, с целью сгладить классовые противоречия в ин­тересах государства. Для этой цели предполагалось открыть серию закры­тых учебных заведений — отдельно для дворян, отдельно для купечества, отдельно для прочих обывателей. Обучение там мыслилось на основе со­вершенных для цивилизованного мира принципов просвещения — путем убеждения, без наказаний и принуждения.И. И. Бецкой написал уставы и регламенты ряда учебных заведений. Он отдавал предпочтение общему образованию перед специальным и ста­вил нравственное воспитание выше учебных успехов. Он призывал осуще­ствлять взаимосвязь между умственным, физическим и нравственным вос­питанием, считаться с индивидуальными особенностями ребенка и его возрастом.Некоторые из закрытых учебных заведений основали в Петербурге, другие преобразовали на основании нового подхода. Под Петербургом был открыт Институт благородных девиц (Смольный институт). Отдельно в нем обучались девочки из мещанского сословия. Однако все это было ка­плей в море. К концу века даже среди дворянского сословия, особенно в провинции, большинство было не только необразованным, но и негра­мотным. Ждать от этого сословия гуманного отношения клюдям было на­прасным делом.К концу XVIII в. в России в общей сложности существовало 550 учеб­ных заведений разного вида. Из них народных училищ насчитывалось 400. Во всех этих заведениях обучалось более 60 тыс. учащихся. Но для огром­ной страны с почти сорокамиллионным населением это было ничтожно мало. Количество учебных заведений в странах Европы исчислялось не сотнями, а тысячами, не считая университетов. Только 7% населения было грамотным.Частью обшей системы просвещения страны стали перемены в области издательского и книжного дела. Если при Петре I в свет вышло 600 назва­ний книг, то за последнюю четверть XVIII в. — уже 7500. Правительство Екатерины II разрешило частные типографии, цензурные ограничения ос­лабли. И в результате — бурный рост выпуска книг, журналов, газет. В крупных городах появилась читающая публика. Изменилась общая атмо­сфера в стране: через книги, журналы, газеты создавалось общественное мнение, началась борьба точек зрения.Свои журналы появились в Москве, Ярославле и даже в далеком То­больске.Наука. В центре российской науки оставалась, как и в прошлые годы, Академия наук с ее тремя отделениями: философским, физическим и исто­рическим. С одной стороны, российская наука продолжала активно впи­тывать научные знания Европы, с другой — в муках и сложностях развива­ла собственный научный потенциал. Это хорошо отражено в деятельности Академии наук. Поначалу членами Академии являлись лишь приглашен­ные из-за границы ученые. Среди них были специалисты мирового класса. С течением времени положение изменилось. Во главе ее назначались вид­ные вельможи, которые не вникали в научные вопросы, а всеми делами за­правляли руководители академической канцелярии, люди карьерные и имеющие слабое отношение к научным исследованиям. В течение долгих лет таким фактическим руководителем Академии был невежественный и недалекий немец Шумахер. При нем Академию покинули многие ино­странные ученые, в том числе и немецкого происхождения. Настоящему дарованию трудно было пробиться в условиях постоянных склок, группов­щины, фаворитизма. Лишь после воцарения Елизаветы Петровны и окон­чания немецкого засиЛья во многих сферах общественной жизни, положе­ние в Академии стало налаживаться. Двинулись вперед научные исследо­вания, появились среди ученых русские кадры. Ведущая роль в Академии в 40—50-е гг. XVIII в. принадлежала Михаилу Васильевичу Ломоносову.Зимой (730 г. за санным обозом из далеких Холмогор, что расположе­ны неподалеку от Архангельска, в Москву пришел девятнадцатилетний сын поморского крестьянина Михаил Ломоносов. Обуреваемый жаждой знаний, он поставил себе целью поступить в Славяно-греко-латинскую академию. Там с сомнением посмотрели на великовозрастного ученика, но после собеседования приняли. Поначалу Ломоносову было даже неловко сидеть за одним столом с юными учениками. Но ег о способности и упорст­во оказались таковы, что он в ускоренном порядке прошел начальный курс обучения, оставляя более юных позади. Вместе с лучшими выпускниками крестьянский сын был направлен в Университет Петербургской академии наук. Его заметили и оценили некоторые влиятельные сподвижники Пет­ра I. И вот его как одареннейшего студента направляют на казенный счет для обучения горному делу и металлургии в университеты Германии.Пять лет провел он за границей и вернулся оттуда в Академию хорошо и всесторонне подготовленным специалистом. Вначале Ломоносов являл­ся помощником профессора физики. Но его многотранный талант, уни­версальность знаний вели начинающего ученого в глубь других, смежных наук. Он увлекся химическими исследованиями, достиг здесь поразитель­ных результатов и стал профессором химии и полноправным академиком, первым русским академиком.Для русской науки Ломоносов стал целой эпохой. Кажется, не было от­расли знаний, в которую он бы ни проник и где бы он ни оставил свой за­мечательный след. Он создал первую в истории России химическую лабо­раторию. Ученые считают Ломоносова основоположником науки химии в России. Именно в ходе серии химических опытов он пришел к крупному открытию — сформулировал закон сохранения материи и движения. Он впервые стал внедрять физические методы в химические исследования, положил начато физической химии и прочитал в Университете первый курс физической химии. Ему принадлежит разработка атомно-молекуляр- ной теории строения вещества. Он является автором закона сохранения ве­са веществ. Объяснил он и явление нагревания тел: не мифический тепло­род, как это считалось прежде, а движение частиц тела вызывает этот про­цесс. Астрономы считают Ломоносова отцом своей науки. Действительно, российская астрономия начала свою жизнь с обсерватории, которую орга­низовал Ломоносов. Именно ему принадлежит честь открытия атмосферы на планете Венера. Именно он сформулирован важное положение об одно­родности материи Вселенной. Немало сделал Ломоносов в области геоло­гии, минералогии, горного дела, географии. Он обоснован великую значи­мость для России Северного морского пути, по которому и по сей день идут корабли в северо-восточные порты страны.М. В. Ломоносов никогда не был кабинетным ученым. Живой, горя­чий, он достигал поразительных результатов во многих прикладных нау­ках, совершил ряд открытий, имевших практическое значение для хозяйст­ва страны, для каждого человека. Так, ему принадлежит идея громоотво­дов, оберегающих людей от атмосферного электричества, от молнии. Он стал основоположником отечественной научной метеорологии. Сегодняш­ний прогноз погоды восходит к научным наблюдениям великого ученого. Он изобрел «трубу» ночного видения. Но ему не поверили, а потому не приняли ее в производство. Много трудился он в области разработок новых сортов фарфора, стекта, красок, создания мозаики, из которой выполнял великолепные картины.Он был гением не только в области естественных наук, но и выдаю­щимся гуманитарием. М. В. Ломоносов внес большой вклад в формиро­вание русского литературного зыка и стал автором «Российской грамма­тики».

Его поэтические сочинения, в частности оды в честь Елизаветы Пет­ровны, побед русского оружия стали образцом для многих литераторовXVIII в. Наконец, М. В. Ломоносов проявил себя как яркий историк. Его «Древняя российская история» представляет собой сочинение, наполнен­ное гордостью за историю славянского мира. В ней он дает отпор нормани- стам по поводу принадлежности варягов к скандинавскому племени и до­казывает, что варяги — это наши братья южнобалтийские славяне. До сих пор это положение великого русского ученого вызывает ненависть норма- нистов.XVIII в. дал приращение научных знаний во многих областях благода­ря усилиям других замечательных ученых.Шагнули вперед не только геология, горнорудные исследования, но и математика, естествознание, биология, картография, история. Так, впер­вые появился «Атлас Российской империи». К середине века известный го­сударственный деятель и историк Василий Никитич Татищев создал свою «Историю Российскую». При ее написании автор использовал большое число различных источников, которые впоследствии были утрачены. По­этому сама эта «История» является живым историческим источником.Позднее свои труды по русской истории создали князь Михаил Михай­лович Щербатов, военный деятель Иван Никитич Болтин, Появляется сис­тема в исторических знаниях. Идут поиски новых документов. Ученые об­наруживают древнейшие списки русских летописей, открывают «Слово о полку Игореве».Философская наука активно разрабатывается в стенах Московского университета, а также на Украине в Киевско-Могилянской академии.Зарождается и русская агрономическая наука, которой способствовало созданное при Екатерине II Вольное экономическое общество.Шагнула вперед в России и техническая мысль. Именно во второй по­ловине XVIII в. Иван Иванович Ползунов изобретает на алтайских заводах свою первую в мире паровую машину, механик Академии наук Иван Пет­рович Кулибин создает новые механизмы, удивительные часы, предлагает проект одноарочного моста через Неву длиной почти 300 метров.Часть этих изобретений внедрялась в жизнь, но для многих время еще не наступило, так как общий уровень российской промышленности, где основой был даровой ручной труд, делал эти изобретения невыгодными.Важной частью научной деятельности стали исследовательские экспе­диции. Страна раскинулась, от края до края полная богатейших лесов, пол­новодных рек, горных хребтов, с обширным морским побережьем Ледови­того и Тихого океанов. Огромные пространства таили неисчислимые бо­гатства. Обладание этими землями обещало замечательные перспективы. Поэтому не случайно, начиная с правления Петра I и кончая «веком Екате­рины», необозримые пространства Российской империи стали объектом пристального внимания правительства, администраторов, ученых-морехо­дов, геологов, картографов, землепроходцев. Если XVII в. был веком вели­ких русских открытий на Востоке, то XVIII в. стал временем их исследова­ния и освоения вновь открытых и присоединенных земель. Интересовало все: пути сообщения, климат, недра, морские течения, географические очертания евразийского материка, его население.Петербургская академия наук оказалась центром и инициатором этих исследований.Еще при Петре I снаряжается первая Камчатская экспедиция под ру­ководством Витуса Беринга. Но первая попытка не удалась: арктические льды помешали плаванию. С 1733 по 1741 г. Беринг и его помощник Алек­сей Ильич Чириков направились в новую экспедицию.В ходе экспедиции Беринг обнаружил пролив, отделяющий Америку от Азии. Он был назван его именем — Берингов пролив. Экспедиция от­крыла для мира Северо-Западную Америку. Члены экспедиции исследова­ли и описали берега Камчатки, Курильские и Алеутские острова, Северную Японию.С этого времени начинается освоение русскими людьми американско­го континента. Пальма первенства принадлежит здесь купцу и землепро­ходцу Григорию Ивановичу Шелихову (1747—1795). На Аляске появляется русская фактория. Основывается русско-американская компания.

Другие экспедиции направляются в Южную Сибирь, Нижнее Повол­жье, в Приуралье и на Урал, в Башкирию, на Северный Кавказ, в Крым, к озеру Байкал. Специальная исследовательская экспедиция отплывает на Аляску. Материалы этих экспедиций широко публиковались в России и за рубежом.В последней четверти XVIII в. пояаляются новый атлас России, карлы всей Российской империи.Литература и искусство. Литература второй половины XVIII в. стано­вится все более светской, выходит из-под влияния церкви. Этому способ­ствовало появление при Петре I нового гражданского шрифта. В это время формируется русский литературный язык, освобожденный от старой цер­ковной речи. Церковно-славянский язык остается лишь в религиозных текстах и в богослужении. Большое влияние на реформу языка оказали сначала М. В. Ломоносов со своей «Российской грамматикой», а позднее писатель и историк Н. М. Карамзин, чей литературный язык стал уже язы­ком будущего. В конце 80-х — начале 90-х гг. в России впервые вышел 6-томный словарь русского языка.Все это стало превосходной основой для расцвета новой литературы.И на Западе и в России ведущим становится классицизм с его обраще­нием к античному наследию, к прекрасной облагороженной природе, к ге­роическим и нравственным идеалам. В России эти идеи дополнились вы­соким пафосом гражданственности, новой национальной государственно­сти, воспеванием просвещенного монархизма, российских военных подвигов.На первое место здесь выдвигается талантливый литератор Антиох Дмитриевич Кантемир, молдавский князь, перешедший на службу к Пет­ру I. Он создает прозаические и поэтические произведения, осуществляет переводы древней и современной европейской классики. Большой попу­лярностью пользуются его сатирические пьесы. Они обличают невежество, суеверие, дворянскую спесь. В ряду произведений классицизма стоят оды М. В. Ломоносова и сына священника Василия Кирилловича Тредиаков- ского, трагедии, комедии, публицистические статьи Александра Петрови­ча Сумарокова, отца русской драмы, директора Петербургского театра. В произведениях Сумарокова утверждается высокая миссия российского дворянства. Он защищает привилегии и значение дворян в обществе, но резко критикует падение дворянских нравов, бюрократизм, взяточничест­во. Большой популярностью пользовались героические трагедии из рус­ской средневековой жизни Якова Борисовича Княжнина.Русская литература развивается быстро. И не успел расцвести класси­цизм, как на смену ему идет новый стиль — сентиментализм, также при­шедший с Запада, с его интересом к внутреннему миру, переживаниям не выдающегося героя, а простого горожанина, крестьянина. Ярким предста­вителем этого направления стал писатель Николай Михайлович Карамзин, чьей повестью «Бедная Лиза» о любовных переживаниях скромной девуш­ки, закончившихся трагедией, зачитывалась вся грамотная Россия. Его «Письма русского путешественника», которые он выпустил в свет после поездки по Европе, вызвали восторг читающей публики, от царского двор­ца до далекой провинции. В этой книге он сравнивает исторические пути России и Европы, защищает и пропагандирует общечеловеческие, гумани­стические ценности.XVIII в. еще не кончается, а в русскую литературу властно вторгаются начала реализма, под знаком которого проходит уже весь XIX в.

Реалистические мотивы видны уже в классических, поэтических про­изведениях Гавриила Романовича Державина, в пьесах Дениса Ивановича Фонвизина. Его комедия «Недоросль» выводит на сцену ту часть дворянст­ва, которая не хотела никаких новшеств, никакого прогресса и видела свою цель в том, чтобы прочно держаться за крепостничество и свои привиле­гии. Классическими стали слова одного из героев пьесы — недоросля Мит­рофанушки: «Не хочу учиться, а хочу жениться», а также убеждение его ма­тери госпожи Простаковой в том, что география не нужна, потому что из­возчик и так довезет, куда надобно.Неотъемлемой частью российской литературы, как и прежде, являлось народное творчество. В фольклоре второй половины XVIII в. отражаются события и народные герои тех лет: Емельян Пугачев и Салават Юлаев, ге­рои прошлых славных событий, например Богдан Хмельницкий и Максим Кривонос в украинских и белорусских народных произведениях. Знамени­тый «Плач холопов», созданный в народной среде, говорил о ненависти простых людей к крепостному праву.Сегодня, проходя по многим крупным городам России, мы с удивлени­ем узнаем, что замечательные архитектурные памятники — подлинное их украшение — были созданы в XVIII в. Чего стоят Петербург, Царское Село. Павловск, Петергоф, ставшие архитектурной гордостью России и мировы­ми архитектурными шедеврами! Такого взлета российской архитектуры, который дал XVIII в., возможно, Россия больше не знала.Открытость остальному миру привела к объединению усилий замеча­тельных иностранных архитекторов, работавших в России и для России, и блистательных русских талантов, чьи произведения становились в ряд мировых архитектурных шедеврон.С именем Варфоломея Растрелли, сына итальянского скульптора, слу­жившего еше Петру I, связано появление в России стиля барокко. В этом стиле он создал знаменитый Зимний дворец, не менее известный Екатери­нинский дворец в Царском Селе, комплекс зданий Смольного монастыря, Строгановский дворец и другие здания столицы.Следом за барокко в Россию пришел классицизм с его строгими про­порциями, стройными колоннадами, монументальностью, гармонично­стью. Ярким выразителем этого стиля стал придворный архитектор Екате­рины II, шотландец Чарлз Камерон. Он — автор ансамбля дворца и парко­вых сооружений в Павловске под Петербургом, «Камероновой галереи» в Царском Селе, других сооружений.Оставил заметный след в столичной архитектуре знаменитый итальян­ский архитектор Джакомо Кваренги. Это он создал Эрмитаж, Смольный институт, здание Биржи на Петербургской стрелке, великолепные дворцы в Петергофе (Большой дворец) и Царском Селе (Александровский дворец, который Екатерина II построила для своего любимого внука Александ­ра I ко дню его свадьбы).

Одновременно мужал талант русских зодчих, также творивших в клас­сическом стиле.

Все, кто бывал в Москве, видели напротив Кремля на взгорке возвы­шающийся монументальный и воздушный дом Пашкова (нынешняя Госу­дарственная библиотека). Это — творение замечательного русского архи­тектора Василия Ивановича Баженова, происходившего из церковной се­мьи. Он был учеником архитектора Дмитрия Васильевича Ухтомского, прошел курс в Московском университете, закончил Академию художеств, учился в Риме и Париже. Ему принадлежит проект Большого Кремлевско­го дворца, по его проекту построен Михайловский замок в Петербурге, по­следняя резиденция императора Павла I, возведен императорский дворец в с. Царицыно под Москвой, другие постройки. В. И. Баженов был избран профессором Римской академии и действительным членом Болонской и Флорентийской академий.Богатое архитектурное наследие оставил сын канцеляриста Матвей Федорович Казаков. Его главные работы — старое здание Московского университета на Манежной площади в Москве, здание Голицынской боль­ницы (ныне 1-я Градская больница), дом Благородного собрания в Москве (ныне Колонный зал Дома союзов), иные сооружения в Москве, Твери и других городах.Гордостью русской архитектуры XVIII в. стал и архитектор Иван Ев­геньевич Старое. Его лучшими творениями стали Таврический дворец Г. А. Потемкина и Троицкий собор Александро-Невской лавры в Петер­бурге.

Но архитектура XVIII в. — это не только столичные дворцы и соборы. В последние десятилетия века в России развернулось мощное усадебное строительство. В глубине страны создавались прекрасные парковые ан­самбли с видневшимися в глубине белыми колоннадами домов. Порой их проектировали известные архитекторы — те же Кваренги, Камерон, Ста­рое.Продолжает развиваться и деревянное зодчество. Ярким образцом его стал Шереметевский дворец в Останкине, построенный русскими мастера­ми П. И. Аргуновым, Г. Е. Дикушиным, А. Ф. Мироновым.Переживала расцвети русская живопись: происходит творческий по­ворот от условностей иконописи к реалистическим полотнам. В XV1H в. получила значительное развитие портретная живопись. Солдатский сын Алексей Петрович Антропов, крепостной художник Шереметьевых Иван Петрович Аргунов, крепостной крестьянин Федор Степанович Рокотов, выходцы с Украины Дмитрий Григорьевич Левицкий, Владимир Лукич Боровиковский создали блестящую галерею портретов русских монархов, вельмож, государственных деятелей, полководцев. Появляется историче­ская живопись на классические и древнерусские темы, а также жанровая живопись.Частью общего развития русского искусства стали скульптура и музы­ка. Именно во второй половине XVIII в. в России осуществляется переход от прикладной, орнаментальной скульптуры к монументальной и портрет­ной скульптуре. Примером первой является знаменитый «Медный всад­ник» — памятник Петру I, его соорудил в 1775 г. по указанию Екатерины П французский скульптор Этьенн Морис Фальконе, а также памятник Ми­нину и Пожарскому в Москве, автор которого — скульптор Иван Петрович Мартос.Примером другого направления стали работы русского скульптора Фе­дота Ивановича Шубина. Он происходил, как и Ломоносов, из поморских крестьян, был другом великого ученого. Ф. И. Шубин, опираясь на под­держку Ломоносова, окончил Академию художеств в Петербурге, учился в Париже, Италии. Его резцу принадлежат бюсты Екатерины II, Павла I, Ломоносова, Румянцева, Суворова, Потемкина. Со временем Г. А. Потем­кин стал его покровителем.

Вскоре открываются театры и в других городах страны — в Казани, Тамбове, Воронеже, Нижнем Новгороде, Тобольске. Постепенно помещи­чьи усадебные театры, где играли, пели, танцевали крепостные актеры, ус­тупают место профессиональному театральному искусству. Россия стано­вится театральной страной.

В музыкальном искусстве пока еще господствовали заезжие оперные, балетные труппы, но уже пришло время утверждения и самобытных рос­сийских талантов. Музыку для народных инструментов пишет знаменитый скрипач и композитор Иван Евстафьевич Хандошкин, чьи произведения исполняются и до сих пор, и украинский композитор, создатель изуми­тельных церковных хоралов Дмитрий Степанович Бортнянский.