1 Группа. Методы сбора эмперических данных:

• Сбор документации

• Метод опроса

• Экспертных оценок

• Наблюдения

• Биографический метод

• Метод алгометрического анализа (Зараковский) — заключается ы распределении трудовой деятельности на элементарные действия и условия выполнения. Так как между ними временная и логическаясвязь. Данный метод может установить стериотипность.

• Трудовой метод (Гиллерштейн)

• Метод изучения продуктов деятельности

• Метод эксперимента

2 Группа. Методы обработки эмперических данных.

Статическая обработка, построение диаграмм и графиков.

3 Группа. Методы интерпритации данных

Сравнение качественного и количественного анализа.

Сравнение полученных данных нами и существующими вообще.

Функциональный структурный анализ. Предполагает психологическую интерпритацию когнитивных и эмоциональных процессов у работников.

[Бодров В.А. «Психология профессиональной пригодности» п 7.3.]

Методические приемы психологического анализа деятельности

Для профессиографического описания профессиональной деятельности и определения ее психограммы для решения задач диагностики и прогнозирования профессиональной пригодности может быть применен комплекс методических приемов.

1. Изучение рабочих документов. Проводится для получения сведений о конкретной деятельности, ее целях и задачах, о функциональных обязанностях специалистов, режиме и условиях труда, важности (значимости) данной деятельности в системе производства и в обществе, требованиях к технике безопасности, наиболее сложных и ответственных задачах (операциях), характерных ошибочных действиях и их последствиях, состоянии здоровья сотрудников и т. д.

В качестве источников перечисленной информации можно использовать инструкции, наставления, руководства по эксплуатации, описания устройств, технических систем и приборов, технические паспорта, учебные и методические пособия, медицинские книжки и т. д.

Анализ документов может быть качественным и количественным, в том числе контент-анализ – подсчет значимых признаков в тексте с помощью выделения смысловых единиц.

Работа с документами дает возможность овладеть профессиональной терминологией и выбрать направления и методические приемы дальнейшего изучения деятельности.

2. Наблюдение за рабочим процессом. Необходимо для изучения особенностей поведения работника и организации его деятельности. Непосредственное (визуальное) наблюдение позволяет определить последовательность действий и операций, качественно-количественную характеристику потоков информации, характеристику и продолжительность наиболее сложных элементов деятельности, уровень загрузки работника, внешние условия деятельности, характер взаимосвязи специалистов и т. д.

Наблюдение может быть обзорным (общим) и структурированным с выделением конкретных этапов, элементов деятельности; открытым или «инкогнито». Оно должно проводиться по заранее составленному плану, в котором предусматриваются объект наблюдения, выбор способа регистрации его результатов, способ обработки, представления и интерпретации данных и т. д.

3. Хронометраж деятельности (опосредованное наблюдение). Используется для измерения времени выполнения трудовых операций и продолжительности отдельных этапов деятельности, перерывов, сопутствующих процедур и форм активности. Регистрация временных параметров деятельности позволяет определить и оценить длительность действий и операций, частоту их повторяемости, продолжительность пауз и периодов отдыха, интенсивность, напряженность рабочего процесса, относительную загруженность анализаторов, преобладающий вид активности, длительность и частоту обращений к различным средствам деятельности и их элементам и т. п. Регистрация временных параметров проводится с помощью секундомера и специального бланка.

4. Кино-фоторегистрация трудового процесса. Производится для оценки трудовых действий – их траектории, амплитуды, скорости, ритма; пространственных координат движений, направления взгляда, поворота головы и туловища при работе за пультом управления; длительности фиксаций взгляда на приборах и частоты обращаемости к элементам пульта управления и т. д.

5. Опрос работников. Проводится для получения информации о трудовой деятельности путем устного или письменного обращения к субъекту деятельности и другим специалистам. По характеру взаимодействия между исследователем и субъектом деятельности опрос может происходить в форме интервью (беседы) и анкетирования.

Беседа – непосредственное общение, позволяющее не только получить ответы на поставленные вопросы, но также уточнить при необходимости ответы и вести наблюдение за собеседником. Используется для получения индивидуальных суждений, сведений об особенностях трудовой деятельности, системы ее организации и обеспечения, оценки и отношения к различным аспектам трудового процесса, характеристики субъективного состояния и т. д. Для того чтобы беседа прошла успешно, необходимо составить план ее проведения (не жесткий), установить доверительный контакт с собеседником, избрать форму собеседования (диалога, а не устной анкеты), вопросы не должны предъявляться в навязанной, внушающей форме, в прямой постановке («в лоб») – они должны предусматривать свободное высказывание, система вопросов должна строиться с учетом возможности их взаимопроверки и т. д.

Анкетирование – получение письменных ответов на поставленные вопросы путем либо формулирования ответов самим респондентом, либо выбора им одного из предлагаемых. Позволяет оценить субъектом свои индивидуальные особенности, условия и содержание деятельности, отношение к требованиям профессии, особенности взаимодействия с другими специалистами и т. д.

Помимо указанных вариантов метода опроса используется также процедура сбора анамнеза субъекта и экспертных заключений.

Процедура анамнеза – сбор данных об истории развития конкретного субъекта деятельности, о его жизненном и профессиональном пути – особенностях, трудностях, достижениях и т. д. – производится путем опроса самого субъекта, его родителей, друзей, сослуживцев, а также изучения документов (характеристик).

Процедура экспертных оценок – получение индивидуальных и коллективных заключений об уровне подготовленности субъекта, успешности его деятельности, о психологических причинах ошибочных действий, достоинствах и недостатках рабочего места, личных качествах субъекта и т. д. Разновидностями данной процедуры являются «психологический консилиум» – заключение психолога-эксперта на основании мнения коллег, а также метод «независимых характеристик» субъекта или объекта деятельности, когда психолог-эксперт привлекает в качестве внешних экспертов психологов (руководителей, сослуживцев и т. п.).

6. Трудовой метод – изучение и анализ трудовой деятельности экспериментатором (психологом) путем освоения и участия в выполнении некоторых элементов (задач) трудового процесса. Основным способом изучения деятельности является самонаблюдение. Применение трудового метода целесообразно при решении задач организации или оптимизации рабочего места, оценки структуры и сложности рабочего процесса и т. д.

7. Биографический метод – выяснение условий формирования личности субъекта (абитуриента) и специалиста, его профессионального пути, а также причин нарушения адаптации к трудовому процессу и среде, которые предопределяют снижение профессиональной пригодности.

8. Анализ ошибочных действий – систематизация ошибок в деятельности, выяснение их причин и последствий, анализ роли психологических факторов в возникновении ошибок, определение возможности их профилактики за счет профессиональной подготовки или отбора специалистов.

9. Алгоритмический анализ деятельности – формализованное описание последовательности трудовых актов («операторов») и логических условий выполнения трудовых задач с последующей оценкой сложности трудового процесса по количественным характеристикам схемы алгоритма. Количественные характеристики трудового процесса, рассчитанные по соответствующим формулам, позволяют определить показатель стереотипности деятельности, ее логической сложности, напряженности и др.

1. Субъект труда и его исследование в психологии труда. Психологические признаки сознания субъекта труда.

Структура основных составляющих как субъекта труда.

Субъект деятельности является носителем активности, он формирует замысел (цели), планирует деятельность, подбирает средства, условия деятельности.

В труде человек всегда может быть таким полноценным субъектом. Часто цели объективно заданы, способы их достижения установены инженерами, которые подбирают и орудия, и условия труда, и формы его организации. Если все эти компоненты жестко регламетрированы, работнику остается быть исполнителем, а его «субъектность» загоняется в узкие рамки качественного и быстрого исполнения задач, намеченных другими.

Человек как субъект труда может исследоваться на разных уровнях:

• на уровне деяния как единицы деятельности, которую себе задает сам человек

• на уровне действий как процессов, направленных на достижение целей

• на уровне операций как способов, осуществления действий;

• осознаваемые элементы действия — макроэлементы - поддаются сознательному контролю (могут быть самостоятельно поставленные цели, когда работник контролирует направление своего внимания, сознания осмысления, осознанно)

• микроэлементы действия плохо поддаются сознательному контролю. Их особенности могут выявляться психологом по косвенным признакам. Выбор уровня исследования субъекта труда зависит от целей, задач психолога.

[Носкова «Психология труда» с.116]

Субъект труда — это обладающая сознанием и волей личность (или социальная группа), активно действующая, познающая и преобразующая мир в целях получения общественно значимого результата [Щербатых]

Психологические признаки труда:

• Предвосхищение общественно ценного продукта

• Сознание обязательности достижения заданного результата

• Владение внешними и внутренними средствами деятельности

• Ориентировка в межлюдских производственных отношениях.

[Носкова «Психология труда» с.360]

1. Психологическое профессиоведение, его цели.

Психологическое профессиоведение (психология профессии) — направление психологии труда, в котором разрабатываются теоретико-методологические подходы, принципы и технологии, методы изучения конкретных профессий, а также проводятся исследования по их классификации.

Изучение профессий может приводиться как исследование конкретных видов профессиональной деятельности с точки зрения профессионального развития, карьеры.

Решение любой практической задачи в области психологии основывается на понимании особенностей конкретной профессиональной ситуации, содержания выполняемой человеком трудовой деятельности.

Процесс изучения отдельной профессии традиционно называют профессиографированием. Название не точно, т. к. проблема состоит не только проблема состоит не только в описании профессионального поведения или его результатов, но и в анализе своеобразия психики человека — субъекта труда. Итоговое описание профессий называется термином «профессиограмма».

[Носкова О.Г. «Психология труда»]

Основные прикладные задачи:

В зарубежной и отечественной индустриальной психологии психологический анализ профессии проводился в качестве обязательного предварительного этапа при решении разных прикладных задач, среди них основные:

• профотбор (профотбор, профконсультация и профориентация)

• рационализация труда

• диагностика и снижение профутомления\совершенствование профподготовки

• изучение причин и профилактика производственных травм и аварий

Результаты изучения профессии служили промежуточной ступенью в процессе решения прикладных задач; они сами по себе еще не содержали воздейственных, формирующих, диагностических технологий, но создавали необходимую для них эмпирическую картину объекта воздействия - своеобразия работы психики человека в конкретных видах труда.

Целью профессиографирования, с точки зрения О. Липмана (1931 г.), может

быть: выявление сравнительной роли человека, либо машины в производственных показателях; спонтанность трудового процесса или связанность (зависимость от других людей, коллег, механизмов, технологии и пр.); склонности человека, которые могут быть реализованы в профессии; выявление тех черт, качеств работника, которые вкладываются в его труд.

[Носкова О.Г. «История психологии труда в России»]

1. Концепции трудовой мотивации в управлении персоналом.

Существуют различные мотивационные теории, которые можно разбить на две группы:

• содержательные (объясняющие поведение человека мотивами, основой которых являются те или иные потребности человека). (А. Маслоу, Д. Макклелланд, Ф. Герцберг)

• процессуальные (устанавливающие тот или иной набор факторов, взаимодействующих между собой в психологическом процессе формирования мотивов поведения). (В. Врум, теория справедливости, модель Портера - Лоулера)

Содержательные теории

Теория «пирамиды потребностей» А. Маслоу

А. Маслоу полага, что если потребности определенного уровня удовлетворены, они перестают играть роль мотивирующих факторов. Чтобы мотивировать человека к труду, необходимор активизировать следующий, более высокий уровень потребностей.

Данная модель используется до сих пор в реальной работе, т. к. позволяет менеджерам по персоналу, держать в поле зрения и учитывать потенциальные потребности своих работников. Несмотря на свою условность «пирамида потребностей» А. Маслоу все же может быть представена в виде одного из вариантов содержательной модели трудовой мотивации, т. к. помогает «разложить по полочкам» возможные потребности персонала и дать каждому работнику то, в чем он больше всего нуждается в данный период времени.

Двухфакторная теория Ф. Герцберга

Ф. Герцберг создал специфическую содержательную теорию мотивации трудовой деятельности. В своем исследовании, проведенном среди работников умственного труда (бухгалтеры и инженеры), он использововал метод анкетирования (2 вопроса).

Высказанные положительные ощущения работников главным образом соединялись с опытом работы и ее содержанием. В тоже время отрицательные были связаны в основном с внешними условиями труда. Поэтому Ф. Герцберг назвал факторы, вызывающие удовлетворение, мотиваторами, а неудовлетворение — гигиеническими факторами.

Задача руководителя (и его менеджера по персоналу) состоит в том, чтобы понять, какие мотивы является преобладающими у ключевых работников предприятия, чтобы дать им возможность удовлетворить их потребности в обмен на эффективный труд.

Модель «шкалы человеческих ресурсов» Д.МакГрегора (теория X и Y)

МакГрегор считал, что люди способны к самомотивации, а не только к мотивированию извне. По его мнению, задача руководителя — создать такие условия работы, в которых потенциальные возможности для самомотивации могут реализоваться. (Два подхода к мотивации персонала в модели «школы человеческих ресурсов»: теория X и теория Y)

[Щербатых стр 93]

Теория Д.Мак-Клелланда

Согласно идеями Мак-Клелланда для понимания вариантов типов трудового поведения людей достаточно характеристики 3 видов потребностей и соответствующих им мотивов: потребности в достижениях, потребности в групповой пренадлежности и потребности во власти.

[Носкова О.Г. «Психология труда», стр 100]

Процессуальные теории

Теория ожидания В. Врума

Которые определяет силу мотивации как функцию совместного действия следующих условий:

• ожидание того, что усилия приведут к ожидаемым результам

• ожидание того, результаты повлекут за собой определенное вознаграждение

• ожидание того. Что вознаграждение будет иметь достаточную ценность для работника

Теория справедливости мотивации Дж. Стейси Адамс

Суть ее состоит в том, что основную роль в выполнении работы и получении морального удовлетворения работника играет степень справедливости (или несправедливости), которую ощущает человек при распределении вознаграждения за выполненный труд. Несправедливость возникает, когда человек чувствует, что отношение отдачи, которую он получает, к его вкладу в выполнение работы оказывается не равным соотвествующему соотношению у других работников.

Из данной теории вытекают практические рекомендации по мотивации персонала организации. Поскольку оценки справедливости весьма субъективны, рекомендуется иметь четкие критерии вознаграждения, основывающиеся на точных исследованиях и учитывающие психологию людей, что помогает смягчить конфликты, в случае расхождений мнений. Кроме того, следует не подавлять или прятать возникающие проблемы, а открыто обсудить спорные вопросы, связанные с вознаграждением сотрудников.

[Щербатых стр 93]

1. Проблемы социологии и социальной психологии в труде (психология

инноваций, профессиональное общение, психология труда руководителя, психология совместной трудовой деятельности, авторитет и лидерство, социально-психологический климат в коллективе).

Инновация (нововведение) - это процесс внедрения новых преобразований в различные сферы деятельности, а также в производство и промышленность. Результатом таких преобразований является новшество. Любые нововведения неизбежны, они порождены изменениями в обществе и логикой развития НТР, которые предполагают существенные преобразования в трудовом процессе всех предприятий и организаций каждые 5-10 лет.

Психологические аспекты понятия “инновация”. Психологическими проблемами внедрения инноваций в отечественной социальной психологии занимаются Н.И Лапин, Е.Т. Гребнев, А.И. Пригожин, Н.А. Ильина, В.И. Шуванов, в зарубежной - К. Девис, Т. Питерс, Р. Уотерман, Н. Тичи, М. Деванна.

В литературе можно встретить довольно много классификаций нововведений по типам. Мы остановимся на классификации Н.А. Ильиной, которая легко проецируется на сферу образования. По Н.А. Ильиной, нововведения могут быть:

• технико-технологическими (новые средства производства и новые технологии); от этих нововведений сотрудники организаций негативного не ожидают;

• организационно-управленческими (новые оргструктуры и методы управления коллективом, выработка управленческих решений и контроля за их выполнением);

• социально-экономическими (новые материальные стимулы, системы оплаты труда).

Психологические барьеры по отношению к нововведениям. Психологический барьер - это совокупность действий, ожиданий и эмоциональных переживаний работника, у которого скрыто или явно выражаются негативные социально-психологические состояния, вызванные инновацией. По формам проявления психологические барьеры можно разделить па пассивные, активные и крайние (откровенный саботаж). Психологический барьер является развивающимся образованием, так как его параметры (характер и формы сопротивления) изменяются на разных этапах нововведений, зависят от типа организации и различны у разных категорий работников. Как правило, барьер выше на этапе внедрения инновации, а также при низкой квалификации персонала или в пожилом возрасте.

[http://www2.asu.ru/cppkp/index.files/ucheb.files/innov/Part1/chapter1/1_1.html ]

Профессиональное общение — это частный случай общения, обусловленный задачами и условиями профессиональной деятельности. Основная цель профессионального общения состоит в выработке и реализации эффективной стратегии взаимодействия и построения отношений, приводящих к успешному осуществлению профессиональной деятельности. В отличие от повседневного, бытового, профессиональное общение более нормативно организационно, культурно регламентировано и часто носит вынужденный характер. С соответствующей спецификой его используют бизнесмены, политики, педагоги, юристы, врачи и т. д.

К профессиональному общению относятся: деловое, управленческое, юридическое, педагогическое и ряд других, каждое из которых, в свою очередь, можно разделить на прямое — осуществляемое при непосредственном контакте, и косвенное — когда между партнерами существует пространственно-временная дистанция. [http://www.consaltinc.ru/103.htm]

Психология труда руководителя

Понятие «руководство» подразумевает организацию и координацию трудовой деятельности организации определенным человеком или группой людей — специалистов в данной области деятельности. Руководство включает множество аспектов, в том числе и разработку тактики и стратегии организационной политики, умение управлять персоналом, общаться с людьми, рассчитывать и прогнозировать введение на предприятии новых методов и форм работы, и другое. Существует несколько стилей руководства. Основными из них являются демократичный, авторитарный и либеральный стили управления. Либеральный и демократичный стили управления во многом схожи, но либеральный предполагает совещательный подход к решению проблем, а демократичный допускает решение проблем всеми членами коллектива совместно.

Под трудовым постом в организации понимается определенный статус, который несет в себе комплекс обязанностей и привилегий для работника. Обычно включает понятие карьерного роста — роста по иерархической лестнице на производстве в сторону увеличения статусных характеристик. Во многом возможность достижения определенного трудового поста зависит от ответственности индивида, его личностных характеристик, уровня образования.

Вопросы управления персоналом на производстве по большей части зависят от руководителя, стиля руководства. По облику руководителя определяется представление о производстве в целом. В регулировании человеческих ресурсов особое значение имеет психологическая подготовка руководителя, умение решать конфликтные ситуации, находить выход их затруднительных ситуаций, умение управлять людьми. Этика руководителя базируется на нравственности должностного лица, его ответственности, поддержании профессиональной чести, самоидентификации с профессиональной группой. Этика руководителя проявляется в нескольких аспектах: понимании целей, задач, средств деятельности человека как руководителя, соблюдении культуры отношений и культуры поведения, соответствии личностных характеристик должности руководителя.

Нравственно-психологические качества руководителя:

1) терпимость к слабостям работников;

2) приоритет личного примера в работе с подчиненными;

3) взаимное уважение;

4) разумное отношение к критике;

5) поддержка инициатив работников;

6) четкие требования и границы времени рабочего задания;

7) адекватная оценка вклада работников в трудовой процесс.

Основные задачи руководителя — организовать оптимальное распределение обязанностей, наладить обучение и переобучение работников, сформировать приоритеты развития организации. [http://metropolys.ru/artic/11/01/h-0087-03631.html]

Психология совместной трудовой деятельности

Отечественная социальная психология, которую в истории данной отрасли науки условно называют «психологической» социальной психологией (в отличие от «социологической») и которая представлена именами таких крупных специалистов, как К.А. Абульханова, Г.М. Андреева, А.А. Бодалев, А.Г. Ковалев, Е.С. Кузьмин, Б.Ф. Ломов, Б.Д. Парыгин, А.В. Петровский, К.К. Платонов, Л.И. Уманский, Е.В. Шорохова и др., формировалась, прежде всего, на основе общей психологической теории деятельности, поэтому естественно, что понятие «совместная деятельность» стало одним из важнейших элементов системы социальнопсихологических понятий. Анализ развития исследований совместной деятельности показал, что, начиная с рубежа 50–60х годов ХХ в., эти исследования сыграли заметную роль в процессе возрождения отечественной социальной психологии в целом. Можно утверждать, что развитие психологической концепции совместной деятельности является неотъемлемой, существенной (атрибутивной) характеристикой состояния социальной психологии в России периода ее возрождения в 60е годы — начале 70х годов и последующего чрезвычайно динамичного развития, вплоть до настоящего времени.

Совместная деятельность является таким целостным феноменом, в котором концентрируются и интегрируются основные социальнопсихологические, организационнопсихологические и экономикопсихологические явления. Ее исследование, по нашему мнению, стало фактическим переходом от анализа «парциальных» явлений (общения, межличностных отношений, лидерства и т. д.),— а, следовательно, от «парциальной» социальной психологии,— к изучению целостных образований (совместной деятельности),— следовательно, к становлению «интегральной» социальной психологии. Именно в совместной деятельности наиболее полно представлена взаимосвязь и взаимозависимость

(через взаимодействие и взаимоотношение) основных психологических феноменов и понятий: личности, группы и деятельности, образующих «вершины теоретического треугольника» (его стороны при этом обозначают взаимодействия и взаимоотношения, а плоскость — совместную деятельность).

[А.Л. Журавлев «Психология совместной деятельности» http://ecsocman.hse.ru/data/2010/11/09/1214794037/0039.pdf]

Авторитет и лидерство всегда нужно воспринимать в совокупности. Одно не возможно без другого. Авторитет подкрепляет лидерство; а лидерство, в свою очередь, влияет на авторитет. [http://uspeh-i-vliyanie.ru/liderstvo/avHYPERLINK "http://uspeh-i-vliyanie.ru/liderstvo/avtoritet-i-liderstvo"toritet-i-liderstvo]

Авторитет (D0%259D%25D0%25B5%25D0%25BC%25D0%25B5%25D1%2586%25D0%25BA%25D0%25B8%25D0%25B9_%25D1%258F%25D0%25B7%25D1%258B%25D0%25BA"нем. Autorität, от D0%259B%25D0%25B0%25D1%2582%25D0%25B8%25D0%25BD%25D1%2581%25D0%25BA%25D0%25B8%25D0%25B9_%25D1%258F%25D0%25B7%25D1%258B%25D0%25BA"лат. auctoritas — «власть, влияние») — в общем смысле: значение и основанная на значении или с ним соединённая власть; в узком — влияние умственное, возбуждающее уважение, доставляемое обладанием превосходной и признанной власти или выдающейся и признанной D0%259C%25D1%2583%25D0%25B4%25D1%2580%25D0%25BE%25D1%2581%25D1%2582%25D1%258C"мудрости, D0%2597%25D0%25BD%25D0%25B0%25D0%25BD%25D0%25B8%25D0%25B5_(%25D0%25BF%25D0%25BE%25D0%25BD%25D1%258F%25D1%2582%25D0%25B8%25D0%25B5)"знания, добродетели. Влияние индивида, основанное на занимаемом им положении, должности, статусе и т. д.

Авторитет заключается в признании за D0%25A1%25D1%2583%25D0%25B1%25D1%258A%25D0%25B5%25D0%25BA%25D1%2582_(%25D1%2584%25D0%25B8%25D0%25BB%25D0%25BE%25D1%2581%25D0%25BE%25D1%2584%25D0%25B8%25D1%258F)"субъектом (носителем) выдающихся достижений, знаний, умений, навыков, способностей, его особого положения в D0%259E%25D0%25B1%25D1%2589%25D0%25B5%25D1%2581%25D1%2582%25D0%25B2%25D0%25BE"обществе, их значимости для человечества, для того или иного объекта, сферы социальной жизни, D0%259D%25D0%25B0%25D1%2583%25D0%25BA%25D0%25B0"науки, и базирующемся на этом ненасильственном влиянии его носителя на тот или иной объект, обуславливающем определенную исторически изменяющуюся форму подчинения действий и мыслей людей положениям и нормам, вытекающим из установок субъекта. [википедия]

Лидер - это человек, который может влиять на поведение других людей, брать на себя ответственность, последовательно идти к достижению конкретных целей и вести за собой команду. Поэтому лидерские качества необходимы, прежде всего, кандидатам на руководящие и топовые позиции.

В широком смысле лидерство (от англ. lead – вести) – отношения доминирования и подчинения, влияния и следования в системе межличностных отношений. Таким образом, лидер – ведущий или идущий впереди. [http://planetahr.ru/publication/2052]

Социально-психологический климат коллектива: определение, структура, пути формирования благоприятного СПК

Единого универсального определения как определяется психологический климат, нет. Но общие черты выделить можно. Для определения ПК используют понятия: «психологическая атмосфера», «псхологический настрой». Они близки, но не тождественны. Под психологической атмосферой понимается неустойчивая, постоянно меняющаяся и неуловимая сторона коллективного сознания, а ПК обозначает не ситуативные перемены в преобладающем настроении группы, а его устойчивые черты. Тем не менее, главным, что определяет ПК являются эмоциональные состояния, или настроение коллектива.

Каждый руководитель должен заботиться о создании такого ПК, который бы способствовал наиболее полному творческому самораскрытию каждого члена коллектива.

Благоприятный психологический климат повышает трудоспособность людей, стимулирует все виды активности, улучшает настроение и самочувствие. Его характеризуют следующие признаки:

• Доверие и высокая требовательность членов коллектива друг к другу.

• Доброжелательная и деловая критика.

• Свободное выражение мнения при обсуждении общеколлективных проблем.

• Отсутствие давления руководителя на подчиненных и признание за ним права принимать значимые для группы решения.

• Достаточная информированность членов коллектива о его задачах и текущем состоянии дел.

• Удовлетворенность принадлежностью.

• Высокая степень эмоциональной включенности и взаимопомощи в ситуациях состояния фрустрации у кого-либо из членов коллектива.

• Принятие на себя ответственности за состояние дел каждым членом коллектива.

То есть из вышеперечисленного можно выделить два основных элемента: отношение людей к совместной деятельности (в частности к трудовой) и отношение друг к другу (как по вертикали, так и по горизонтали).

ПК в коллективе складывается из множества составляющих. В первую очередь это налаженность межличностных, межгрупповых и прочих, как вертикальных так и горизонтальных связей. Руководитель любого ранга должен уметь наладить не только обратную связь со всеми звеньями управления, но и следить за связями в «горизонтали». Выдвижение интегрирующих целей между администрацией и персоналом организации также является необходимым условием для создания благоприятного климата. Очередным условием создания благоприятного климата является умение руководителя постоянно корректировать стиль, формы, средства и методы управления с учетом конкретных условий, умение подвести баланс прав и ответственности работников при выполнении служебных обязанностей, умение сохранять и использовать в работе неформальные (референтные) группы.

То есть, учитывая все выше сказанное, можно сказать, что обоснованные управленческие решения, эмоционально-волевое воздействие руководителя является важным условием поддержания здорового социально-психологического климата в коллективе.

Помимо этого климат может складываться из множества сугубо психологических факторов: эмоционального настроя коллектива, который зависит и от цветовой гаммы производственных помещений и от наличия музыки и пр. Взаимодействие индивидуальных настроений обуславливает и формирует настроение коллектива в целом. Настроение требует управления. Оно должно стать рулем, с помощью которого руководитель направляет коллективное поведение.

Коллектив с благоприятным психологическим климатом не склонен к аффектам, стрессам, внутригрупповым и межличностным конфликтам, имеет конструктивную направленность.

В коллективе с неблагоприятным климатом большая часть энергии уходит мимо производственной сферы – на разрешение конфликтов, проявления недовольства, поиск четких целей и пр. [http://psylist.net/hpor/social019.htm]

1. Теории трудовой мотивации и их значение в практике управления персоналом (Маслоу, Герцберг, Врум, Мак-Клелланд)

Из лекции:

Любая деятельность окажется малоэффективной или вообще эффективной если у работника не будет заинтересованности в ее реализации.

Эта заинтересованность выражается в мотивированности субъекта на определенную деятельность.

Таким образом мотивация побуждает трудовую активность и влияет на формирование цели.

Основной смысл теории Маслоу заключается в том, что каждый следующий уровень актуализируется если удовлетворены все предыдущие.

Направленность деятельности соответствуют тем потребностям, которые являются первыми в ряду неудовлетворенными.

Чем меньше удовлетворены потребности в контакте тем сильнее проявляются базисные потребности (витальные).

Т. е. Маслоу в своей теории говорит, о том что трудовая деятельность возможна, когда человек имеет приличные условия жизни испытывает социальное признание.

С конца 19в. Тейлор гачал изучать трудовую мотивацию. Высокая производительность труда

Тенденции Мак-Клелланда:

• власть

• аффилиация

• достижение успеха

аффилиация — потребность быть с другими людьми.

В основе своей теории предложил разработать мотивационный профиль каждого сотрудника + профиль работы (места). Сравнение 2х профилей.

Герцберг

Смысл представляет мотиваторы, гигенические не более важны. При высокой тякучести кадров работников следует начать с усиления гигиенических факторов: т. е. их нужно довести до приемлемого уровня, поскольку их дальнейшее улучшение экономически не целессобразно. Работать с мотиваторамим достаточно сложно.

Врум

Он в 1964 году опубликовал работу «Работа и мотивация». Сформулировал теории инструментальности. В этой работе Врум говорил, что результаты труда это инструмент более отдаленных последствий. В этой работе рассмотрена продуктивность труда как средство для достижения личностнозначимых валетных целей.

Приложив определенные усилия человек рассчитывает получить желаемый результат, при этом чем сильнее надежда на благополучный исход тем сильнее мотивация.

Если же обстоятельства подсказывают что затрачивая усилия результаты не дадут то мотивация снижается.

Человек начиная работать отвечает для себя на 4 вопроса:

• смогу ли я

• если смогу то какой ценой

• каковы гарантии вознаграждения

• сколько стоит приз

Валентность — ожидание приза прикидывание.

Дополнение: интернет ресурс

Теория мотивации по А. Маслоу

Теория мотивации разработана в (1954г.) 40-е -гг ХХ в.

7. Самоактулизация

6. Эстетические

5. Познание

4. Уважение

3. Любовь

2. Безопасность

1. Физиологические

• Физиологические (потребность в пище, воде, отдыхе и т. д.)

• Безопасность (потребность в защите от физических и психологических опасностей) (соц. потребность)

• Любовь, принадлежность (дружеские отношения, соц. группа, семья)

• Уважение (самоуважение, комретентность, уважение со стороны окружающих, признание)

• Познание

• Эстетические

• Самоактуализация — потребность в самовыражении (реализация своих потенциальных возможностей и росте как личности)

Физиологические, безопасность — первичные; остальные — вторичные.

Потребности нижних уровней требуют первоочередного удовлетворения,

следовательно влияют на поведение человека прежде чем на мотивации начинают

сказываться потребности более высоких уровней.

Данная теория внесла важный вклад в понимание того, что лежит в основе

стремления людей осуществлять трудовую деятельность.

Руководители различных рангов стали понимать, что мотивация людей определяется довольно-таки широкой областью их потребностей. Для того чтобы мотивировать работника, менеджер должен предоставить ему возможность в удовлетворении его важнейшей потребности таким образом, чтобы достичь целей организации.

Теория 2х факторов Ф. Герцберга

Теория разработана в конце 50х г ХХ в.

Исследования: 200 инженеров и конторских служащих крупной лакокрасочной фирмы.

Цель: выяснить факторы, оказывающие на работников мотивизирующее и демотивирующее воздействие, влияющие на их чувство удовлетворенности.

2 гр. факторов влияющих на мотивацию труда:

Гигиенические факторы (фактор «здоровья») к ним относится:

• заработная плата

• безопасность

• условия на рабочем месте (шум, освещение)

• статус

• правила

• распорядок и т. д.

Сами по себе и они вызывают удовлетворенность, но их ухудшение или отсутствие порождает неудовлетворенность и демотивацию.

Мотивирующие факторы (характер и сущность работы).

К ним относят:

• достижение целей

• возможность успеха и признания

• интересное содержание тр.

• высокая степень самостоятельности и ответственности и т. д.

Вызывают удовлетворенность трудом

Маслоу — гигиенические факторы удовлетворены, работник работает лучше.

Герцберг — работник обращает внимание на реализацию кажется ему неадекватной или несправедливой.

Выводы:

• отсутствие гигиентических факторов ведет к неудовлетворенности тр.

• наличие мотивирующих факторов может лишь частично компенсировать отсутствие факторов гигиены

• в обычных условиях наличие гигиенических факторов воспринимается как естественное и не оказывает мотивационное воздействие

• наибольшее положительное мотивационное воздействие достигается с помощью мотивирующих факторов при наличии факторов гигиены.

Теория мотивации В. Врума

Мотивация как процесс управления выбором.

Состояние мотивации является естественным и постоянным состоянием работника. Человек всегда так или иначе мотивирован и дают выбор между альтернативными формами поведения.

Этот выбор зависит от 3х переменных:

• валентность В

• инструментальность И

• ожидание О

Валентность — мера привлекательности, ценности если она изменяется от -1 до +1.

Инструментальность — оцениваемая работником вероятность достижения цели. Она также изменяется от -1, действие не ведет к достижению цели, до +1, действие заканчивается достижением цели.

Ожидание — субъективная вероятность того, что действие (Д) ведет к достижению промежуточного результата (Р1). Оно изменяется от 0 до 1.

Модель:

Результат 1 (Р1)

Результат 2 (Р2)

Действие 1 (Д1)

Средство для Р1 Цель для Д1 и средство для Р2 Конечная цель

• Формула валентности:

Валентность Р1= инструментальность (Р1?Р2) х валидность Р2.

Привлекательность промежуточного результата Р1 (валентность Р1) равна вероятности того, что результат 1 приведет к результату 2 (инструментальность Р1?Р2), помноженному на привлекательность результата 2 (Р2), т. е. конечной цели (валидность Р2).

• Формула усилий (и сила мотивации)

Усилие (У) = Ожидание (Д1?Р1) х валентность Р1.

Трудовое усилие (Усилие У) = произведенно ожидания, того что действие 1 приведет к результату 1 (Д1?Р1) х на привлекательность результата 1 (валентность Р1).

• Общая формула усилий (мотивации):

Усилие (У) = Ожидание (Д1?Р1) х Инструментальность (Р1?Р2) х валентность Р2.

Сила мотивации = вероятность, того что его действие позволит достичь результата 1 (ожидание, что Д1 приведет к Р1) х насколько имеющиеся в его распоряжении средства (Р1) позволяют достичь конечной цели (инструментальность Р1 для Р2) х стремится к достижению конечной цели, поэтому вначале он оценивают ее привлекательность (валентность).

Вывод: ее ценность состоит прежде всего в доказательстве того, что в процессе формирования мотивов работники не только соотносят цели организации и индивидуальные задания со своими потребностями и определяют их личную привлекательность, но и оценивают средства, инструменты, а также вероятность достижения этих целей. Вот почему не достаточно сильных стимулов, нужно еще и указать средства и возможности достижения цели.

Теория мотивации Мак-Клелланд

Мак-Клелланд попытался выявить наиболее важные среди «вторичных потребностей», которые актуализируются при условии достаточной материальной обеспеченности.

3 потребности:

• потребность в успехе у разных работников выражена в разной степени. В процессе мотивизирования сотрудников менеджеры должны учитывать особенности у людей с ярко выраженной потребностью в успехе, давая им соответствующие задания;

• потребность во власти выражается в желании влиять на др. людей, контролировать их поведение, а также в готовности отвечать за других. Эта потребность выражается в стремлении к руководящей должности;

• потребность в принадлежности проявляется в желании общаться и иметь дружеские отношения с другими людьми.

3 типа менеджеров:

• институциональные (высокий уровень самоконтроля)

• менеджеры (потребность во власти преобладает в принадлежности, более открыты и социально активны)

• менеджеры (принадлежность преобладает над властью, открыты и социально активны).

Менеджеры 1и 2 типа более эффективно управляют своими подразделениями, но для организации может быть полезно сочетание всех 3 типов.

1. Развитие человека как субъекта труда. Психология труда и акмеология.

Рис. 1. Структура основных компонентов человека как субъекта труда

Человек — субъект труда

Психические

регуляторы труда

(макродинамика

в онтогенезе)

Индивидуально-личностные

свойства (относительно

устойчивые свойства

индивидуальности)

Функциональное

состояние в труде

Работоспособность,

трудоспособность,

особые психические

функции

(состояние в труде: стресс,

утомление,

монотония и прочее)

ПВК, способности,

свойства интегральной

индивидуальности разных

уровней, характер, пол,

возрастные особенности)

Опыт, знания, умения, навыки,

чувственные представления.

Ценностные ориентации,

интересы, мотивы,

склонности сознания Я,

профессионаьное самосознание.

Субъект деятельности является носителем активности, он формирует замысел (цели), планирует деятельность, подбирает средства, условия деятельности [Носкова, стр. 117]

Фазы развития человека как субъекта труда в онтогенезе (Е.А. Климов)

[Носкова О.Г. «Психология труда», стр. 119]:

Е.А. Климов (1998) рассматривает профессиональное развитие человека, выделяя три хронологических периода:

• Период допрофессионального развития: от рождения до 11 -12 лет, здесь выделяются стадии раннего детства, или предыгры; стадия дошкольного детства; стадия младшего школьного возраста (от 7-8 до 11-12 лет). В целом это время формирования произвольной регуляции своего поведения, овладения речью, формирования общетрудовых умений – умений самоорганизации и самоконтроля своей деятельности, планирования, доведения до конца начатой работы, умения концентрироваться на извне поставленной задаче. В этот период должна быть воспитана потребность быть равноправным членом общества и создавать что-то ценное для людей, это время начального овладения смыслами труда;

• Период выбора профессии: от 11 до 18 лет. В этот период большинства школьников принимают решение о выборе первой профессии, профессионального учебного заведения, так как существуют колледжи, техникумы, профессиональные училища, которые принимают лиц, закончивших девять классов общеобразовательной школы;

• Период собственно профессионального развития (19-60 лет).

Психология труда — наука, изучающая психологические закономерности формирования конкретных форм трудовой деятельности и отношения человека к труду [Щербатых стр. 7]

Акмеология — раздел возрастной психологии (или психологии развития), предметом ее изучения является период зрелости, в котором человек обычно достигает вершин развития (физического, духовного, психического и др.). [Носкова, стр. 122]

1. Концепция интегральной индивидуальности В.С. Мерлина и исследования индивидуального стиля трудовой деятельности

Вольф Семенович Мерлин, отечественный ученый.

Мерлин занимался исследованиями психологии личности.

Именно он ввел понятие «интегральной индивидуальности».

Мерлин предлогал рассмотреть человека и его качества интегрально начиная с биохимического и заканчивая уровнем личностти и коллектива:

высший — личностная статусность в социальном обществе

— личные качества

— типологические свойства нервной системы (темперамент)

низший — биохимические свойства личности.

Он также вводит понятие индивидуальный стиль деятельности (ИСД)

ИСД — это нечто создающее систему из разноуровневых свойств индивидуальности.

Это не набор отдельных свойств, а система взаомосвязанных действий при помощи которых достигается определенный результат.

Благодаря ИСД изменяется характер связей между разноуровневыми связями индивидуальности, хотя при этом сами свойства могут оставаться теме же.

Освоение профессий (2 этапа):

• Когнитивный — включает в себя познания, освоения, нормативно-заданного способа деятельности

• практический — центральный момент: формирование психологической структуры деятельности, на этом этапе человек осваивает отдельное действие, затем деятельность в целом.

Получается то, что полноценное освоение профессии достигается только тогда когда субъект начинает ее выполнять не только как положено (как по нормативно-заданным образцам), а привносит свои творческие элементы (вырабатывается индивидуальный стиль деятельности).

При этом полноценноеосвоение проф. творчества возможно только при наличии освоенных эталонов или образцов (они призваны помочь человеку выполнить работу при неудачных творческих экспериментах).

Факт существования ИСД объясняет нам то, почему успешный опыт одного человека не может быть передан другому.

[Из лекции]

1. Факторы и методы профессиональной успешности и профессиональной пригодности. Методы оценки профессиональной успешности и этапы разработки системы прогнозирования профпригодности. Психологические аспекты профотбора, профориентации, профконсультации.

Факторы, определяющие профуспешность и профпригодность. [из лекции]

Профпригодность — взаимное соответствие данного человека к данной области, приложения сил в данное время.

Человек может не только для работы но и для сослуживцев. Не пригодность иногда может создаваться самими людьми.

При определении профессиональной пригодности важно учитывать (Е.А.Климов):

• Гражданские качества (моральный облик человека как члена общества)

• Отношение к труду, профессии

• Дееспособность (физическая и умственная)

• Специальные способности

• Навыки, знания и опыт.

ГОДЕН (Е — единичные способности)

У человека не может быть полностью готовой профпригодности до того момента как о практически включился в трудовую деятельность.

Профуспешность — общая оценка. Успешность профессиональной деятельности предполагает внешнюю и внутреннюю составляющую.

Оценка успешности включает:

• результативность

• эффективность взаимодействия с людьми на работе

• инициативность деятельности.

Методы оценки профессиональной успешности и этапы разработки системы прогнозирования профпригодности. [из книги]

Оценка профпригодности производится, во-первых по отношению к уже работающим в организации людям в форме периодически повторяющейся аттестации персонала, во-вторых по отношению к будущей деятельности, в ситуации прогнозирования профессиональной пригодности.

Аттестация персонала необходима как способ контроля уровня компетентности и готовности работников качественно выполнять свои обязанности.

В условиях постоянного обновления технологий и средств труда работники должны систематически обновлять свои знания, умения, профессиональную компетентность. Процедуры аттестации оценивают результаты этого процесса. Кроме того, для руководителей организации важно убедиться в лояльности работников, в приверженности их организации, ее целям, организационной культуре. В процессе аттестации могут выявляться также кандидаты для профессонального продвижения, или для администативной карьеры.

Задача прогнозирования профпригодности (успешности, эффективности) решается менеджерами по персоналу при наборе новых работников в организацию. Эта задача стоит и перед профессиональными учебными заведениями, заинтересованными в отборе таких абитуриентов, которые смогут освоить образовательную программу и станут хорошими профессионалами.

При аттестации уже работающих профессионалов в оценке профпригодности учитывается наличный уровень знаний и умений субъекта труда; если решается задача прогнозирования будущей профуспешности еще до начала профобучения, принимаются во внимание свойства индивидуальности и опыт человека, влияющие на его обучаемость в данной области труда.

В ситуации прогнозирования будущей профпригодности до начала профобучения человека опираются на оценку не только имеющихся знаний и умений, но и его обучаемости соответствующим знаниям и умениям.

[Носкова О.Г. «Психология труда» стр 191]

Вопрос о прогнозировании профпригодности по признакам процесса упражнений, скорости развития ПВК в обучении давно интересовал психологов.

В начале 20 в. (20е гг.) отечественный психотехник И.Н. Шпильрейн (1891-1937) считал, как и большинство его зарубежных коллег, что ход развития нужных профессионалу качеств, умений определяется природными задатками человека. И если предложить человеку несколько раз выполнить тестовое задание , можно построить кривую улучшения его результатов по мере упражнения. Кривая упражнения конкретного качества некоторое время растет, а затем рост замедляется, образуется «плато», которое трактовалось как «предел» развития способности, свойственный данному человеку. Шпильрейн предполагал оценивать угол наклона кривой упражнения разных качеств и на этой основе прогнозировать высоту плато, или предельные возможности по развитию данных качеств у разных людей.

С.Г. Геллерштейн (1896-1967) пришел к выводу, что плато отражает вовсе не предельные возможности человека, а лишь его «творческую паузу» в его развитии, и развитие может быть продолжено, если у человека возникает серьезная мотивация.

P.S. Формирование навыков зеркального письма. Писать в условиях когда видно в зеркале движения. Оказалось, что осознанное управление развитием умений и навыков может быть тем успешнее, чем более сложными, интеллектуальными являются способы выполнения необходимых действий. И наоборот, чем проще сами действия, но требуется высокая скорость движений, точность и т. п., тем ярче проявляются природные задатки и биологически заданные свойства.

Выдающийся отечественный физиолог и психолог И.М. Сеченов (1829 — 1905) отмечал, что любому движению человека предшествует психический образ этого движения («песнь чувственных следов»). Качества движения (его точность, скорость, красота) будут разными при разном содержании образа результата и процесса выполнения действия; образ процесса результата действия для субъекта труда является психическим регулятором выполнения действия. [Носкова О.Г. «Психология труда» стр 153]

Этапы разработки системы прогнозирования профпригодности.

Т.Т. Джамгаров (1963). Пять этапов:

• психологическое изучение профессиональной деятельности, направленное на построение психограммы успешного работника (включающей перечень желательных ПВК, а также возможных медицинских и психологических противопоказаний);

• подбор существующих (или разработка новых специализированных) методов психодиагностики (психологических тестов) для каждого ПВК из намеченного перечня;

• разработка количественных критериев оценки ПВК у обследуемых с помощью каждого психологического теста;

• разработка правил преобразования исходной информации при тестировании по частным методиками в интегральную диагностическую оценку успешности испытуемого (по психологическому тестированию);

• определение показателей пригодности разработанной системы психологического прогнозирования успешности деятельности (надежности, валидности, достоверности).

Выделенные 5 этапов создания психологической системы прогнозирования профпригодности могут быть проиллюстрированы опытами Г. Мюнстерберга (опыт с телефонистками). [Носкова О.Г. «Психология труда» стр 194]

Психологические аспекты профотбора, профориентации, профконсультации. [из лекции]

Система профотбора. Психолог который занимается профотобором, должен знать что результаты тестирования обязательно должны быть дополнены данными наблюдения и беседы.

Этапы профотбора:

• Если психолог работает с новой организацией — необходимо провести планирование структуры организации

• Оценка в потребности персонала (с перспективой на 3 года)

• Поиск претендентов

• Работа с претендентом

• прием резюме

• планирование и собеседование

• провека информации полученной от претендента

• Тестирование кандидатов

• личностный опросник

• тесты специальных способностей

• решение проблемных ситуаций

• тест интеллекта (не обязательно)

• В случае необходимости медицинское обследование

• Интервью с менеджером организации, директором.

• Принятие решений. В данном случае не терять комплексной оценки клиента (претендента).

Профориентация — предполагает широкий комплекс мер по оказанию помощи в выборе профессии, туда входит и профконсультирование как индивидуально-ориентированную помощь в самоопределении.

При профконсультировании — консультант должен учитовать не только пожелания и личностные особенности клиента, н о и состояние рынка труда в частности потребность в определенных специалистах.

Можно выделить следующие важные моменты, например, профориентация:

• Профессиональная информация (с 9 класса). Знакомство с современными видами производства

• Профессиональный подбор. Выдача рекомендаций о возможных направлениях его профессиональной деятельности на основе диагностики.

• Профотбор. Определение степени профессиональной пригодности человека к данной профессии.

Профконсультирование + профподбор + профотбор = профориентация.

Пути оптимимизации соответствия человека профессии

• Профотбор на научно-гуманистической основе

• Профконсультирование по выбору данной профессии

• Осуществлять трудовое воспитание и организовывать профобразы.

• Специальное проектирование и внедрение технических средств труда (средства труда усовершенствовать).

Признаки соответствия человека к профессиональному труду.

• Успешность

• Удовлетворенность выбранным трудом

• Благоприятное функциональное состояние в труде.

1. Требования к методам психологического прогнозирования профпригодности (валидность, надежность). Абсолютная и относительная профпригодность.

К наиболее важным ПВК подбираются конкретные психодиогнастические методики, типы (одинаково для всех).

Проблема использования тестов:

1) нормы предполагают

По организации больших групп, 200-300 чел.

Репредентантивность — нормы должны быть набраны не на любых, а которые работают на данной профессии.

• нормы должны быть набраны с учетом региональных способностей.

• Нормы должны обнавляться через каждые 3-5 лет.

Качество многих тестов вызывает сомнения.

Зинченко: «Необходимо использовать не один тест, а батарею».

Абсолютная и относительная профпригодность

В самом общем понятии профпригодность — соответствие индивидуальных качеств человека требованиям профессии.

Абсолютная профпригодность — характеризуется некоторые природные особенности, которые с трудом поддаются формированию.

Относительная профригодность — качества, которые поддаются формированию при определенных условиях и желанию.

Прогнозирование профпригодности необходимо в тех случаях, когда проблемы индивидуально обучающегося или специалиста могут явиться причиной ошибочных действий и аварий, или неблагоприятно повлиять на межличностные отношения.

Определение профпригодности производится на основе оценки профессионально значимых качеств личности.

Научное обоснование и реализация мероприятий по определению пригодности следует проводить с позиции системного подхода, который отражает законы взаимосвязи компанентов системы «человек — профессия». (он позволяет оценить системное свойство когда человек включен в деятельность).

Рекомендации по определению и профпригодности для определения профессии не могут быть использованы для других даже очень близких профессий.

[из лекции]

1. Управление профессиональными конфликтами (функциональные и дисфункциональные конфликты на производстве; виды и типичные причины конфликтов; модель конфликта как процесса; способы управления конфликтами).

Конфликт — сталкновение противоположно-направленных тенденций в сознании индивида в межличностных взаимодействиях индивидов и групп людей, связанная с острыми отрицательными переживаниями.

На настоящий момент пробл. произв. кол-ва: проблема соотношение личности и группы (интересов)

Конфликт — показатель (индикатор) состояния

Функции: способ разрешения накопившихся противоречий.

Конфликт — является причиной группобразующей, построение взаимодействий.

Классификация конфликтов Вольф:

• межиндивидуальный конфликт

Это конфликт который возникает между двумя индивидами претендующими на одни роли

• внутрииндивидуальный

Противоречие между личными чертами человека и формами социальной роли.

(внутриличност. конфликт; конфликт притязаний). Он протикает тяжело.

• межролевой

Между разными ролями которые выполняет один человек

• личностно-ролевой

Когда человек выполняет данную роль, вступает в противоречащие его своей системой ценностей.

• ролиподавяющие

«Роль» подгибает под себя человека. Когда в группе очаровательную девушку принимают такой.

Стадии (фазы) протикания конфликта:

• Стадия конфортации

Каждая сторона противопоставяет свои интересы другой стороне. Часто проявляется инцидент (который запускает конфликтное поведение) он не может связан с конфликтом.

• Стадия компромисса

Стремятся достигнуть своих целей через переговоры.

• Коммуникативная

Стороны достигнуть общего понимания ситуации.

Причины конфликта:

Дж. Ролз: «Причина всех конфликтов нарушение норм социальной справедливости»

Фролов: «Различие потребностей, идиологические, экономические причины»

Альберт Хедоули:

Причины производственных конфликтов:

• существует причина в распределении ресурсов организации (теория справедливости Адамс)

• различие в целях

• различие в представлении о ценностях.

Способы управления конфликтами:

• стратегия предовращения конфликта

а) рассодить (удалить) одних от других конфликтных сторон

б) устранить реальный предмет конфликта

в) привлечь независимое лицо для разрешения конфликта

• стратегия поддавления конфликта

Данная стратегия применяется к деструктивным конфликтам и без предметным конфликтам. В данной стратегии следует разрешить систему норм, которые будут упорядочевать отношения потенциальных конфликтных сторон.

[из лекции]

1. Методы диагностики функциональных состояний в труде. Субъектные и объектные способы оптимизации работоспособности (функциональных состояний) в труде.

Для характиристики влияния на состояние работоспособности неблагоприятных факторов условий труда и трудовой нагрузки в Московском НИИ труда в 70е гг ХХ в. была разработана медико-физиологическая классификация работ по тяжести. На основе классификации создана методика экспертной оценки (количественной) тяжести работ. Тяжесть работы — интегральная оценка неблагоприятного влияния труда на функциональное состояние работника.

Группа методов на выявление факторов стресса в труде:

• «Опросник факторов профессионального стресса» Ч. Спилбергера (1994) в котром респонденту (профессионалу) требуется оценить частоту встречаемости каждого пункта опросника и степень интенсивоности действия каждого фактора.

• Опросник «Инструмент для анализа стресса на работе» Н. Земмер (1998)

Оценка функциональных состояний:

• Поведенческие (хронометраж продуктивности работы, анализ брака в разные часы работы, тестовые задания, моделирующие работу психики в профзадачах, например корректурная проба Бурдона)

• Психометрические (методы диагностики, ориентированные на оценку состояния психических функций, например, задания на проверку эффективности оперативной кратковременной памяти или проба измерения критической частоты слияния мельканий — КЧСМ)

• Физиологические (оценивающие состояние физиологических функций, например, замеры частоты сердечных сокращений, дыхания, артериального давления)

• Методы субъектной оценки и шкалирования ощущений усталости, самочувствия, настроения (методика САН) или сбор количества симптомов утомления и измерение их интенсивности.

[Носкова О.Г. «Психология труда» стр. 252-253]

Рассмотрим некоторые способы оптимизации состояний работоспособности человека—субъекта труда, используя перечень методов.

Режимы труда и отдыха. Значимость проблемы установления длительности работы и отдыха, их чередования во времени была продемонстрирована в опытах Ф.У.Тейлора. Он эмпирически установил, что при одинаковой степени субъективной усталости груз24чик может увеличить объем выполненной работы с 12,5 до 48 тонн в день, если будет соблюдать рекомендованный менеджерами режим работы. Чем больше была масса груза, тем больший процент времени в течение смены рабочий должен был отдыхать. Например, при грузе в 92 фунта в течение 10-часового рабочего дня полагалось 4,3 часа работать (43% времени) и 5,7 часа (57%) отдыхать, при этом работу следовало перемежать периодами от-1 дыха по 10 минут после переноса 10—15 болванок груза (Тейлор Ф.У., 1920).

В настоящее время в физиологии и психофизиологии труда разработаны и эмпирически проверены режимы труда и отдыха для разных вариантов трудовой нагрузки. При 8-часовой рабочей смене рекомендуются часовой обеденный перерыв после четырех часов работы и регламентированные паузы: для видов труда с небольшими физическими усилиями и умеренным нервным напряжением — 5-минутные перерывы через каждые 2 часа работы; при монотонной работе в условиях вынужденного темпа и рабочей позы — рекомендуют 5-минутные перерывы через каждые 1,5 часа работы; при работе, связанной с большими физическими усилиями и нервным напряжением, — 5— 10-минутные паузы через каждый час работы; при работе в неблагоприятных условиях с большим физическим и нервным напряжением рекомендуют 3 —5-минутные паузы через каждые 30 минут работы при организованном пассивном отдыхе в специальном помещении. Введение регламентированных пауз особенно важно, если люди работают в производственных помещениях и не могут произвольно останавливаться во время работы, так как участвуют в общем производственном процессе (например, при работе на конвейере).

Активный отдых. Принцип активного отдыха вместо отдыха пассивного был сформулирован И. М. Сеченовым в его опытах на ручном эргографе. Это был прибор, позволявший записывать траекторию подъема груза и вычислять суммарную работу, проделанную во времени. Сеченов сам был испытуемым и установил, что если, доведя работу до изнеможения (когда приходилось прекращать подъем груза из-за нестерпимой мышечной боли в руке), пассивный отдых заменить активным — работой левой рукой, то процесс восстановления работоспособности цравой руки ускоряется и увеличивается объем работы, выполненный этим органом за время эксперимента. Парадоксальный результат опыта он объяснил потоком афферентации от работающих мышц левой руки в ЦНС, который увеличивал энергетический ресурс ЦНС, ее функциональные возможности. Источником афферентных импульсов, по Сеченову, могли быть не только движения мышц, но и чувственные впечатления от музыки, зрительных ощущений, от влияния интереса испытуемого к выполняемой работе. Таким образом, функциональное состояние ЦНС понималось как определя24ющее потенциал работоспособности человека, и активный отдых рекомендовался вместо пассивного. В последующих экспериментах в школе В.М.Бехтерева было установлено, что принцип активного отдыха имеет ограничения. Так, метод чередования трудовых операций не является универсальным, может привести к ошибкам, снижению качества работы и увеличить утомление, а не компенсировать его. Следует иметь в виду степень развития утомления при выполнении первого вида работы, учитывать уровень владения навыками, требуемыми в чередуемых видах труда, склонность работника к выполнению этих видов занятий, соотношение нагруженных в работе психических и физических функций и длительность процессов их восстановления после прекращения работы. Например, после выполнения работы, требующей физической выносливости, тяжелой мышечной работы, невозможно сразу обеспечить высокую точность мелкой моторики рук, осуществление перцептивных действий при разглядывании мелких объектов, так как процесс восстановления сопряжен с повышенным тремором.

Не будет эффекта активного отдыха и в том случае, если чередуемые трудовые действия связаны с нагрузкой на те же функциональные системы (например, работа по восприятию текстовой информации на слух и затем выполнение вычислительных операций).

Температурные воздействия. В лаборатории К.Х.Кекчеева (1947) было экспериментально установлено, что холод повышает умственную и физическую работоспособность, а тепло вызывает расслабление, успокоение и поэтому снижает работоспособность. Этот факт издавна был хорошо известен невропатологам и психиатрам. Кекчеев экспериментально установил еще в 1932 г., что погружение рук в теплую воду ведет к понижению чувствительности палочкового аппарата глаза, а холод ее повышает. Основа этих феноменов — в адаптационно-трофической роли вегетативной нервной системы.

Фармакотерапия и воздействие на вкусовые рецепторы. Как известно, существуют вещества, стимулирующие работоспособность и, напротив, приводящие к расслаблению, развитию тормозного состояния ЦНС. Широко используется кофеин в качестве стимулирующего средства. В 30-е гг. XX в. К.Х.Кекчеевым было выполнено экспериментальное исследование роли проприоцепции в поддержании работоспособности в труде. Вкусовые ощущения (кисло-сладкая таблетка, которую следовало пососать) применялись в годы Великой Отечественной войны как средство для ускорения темновой адаптации глаз военных летчиков, разведчиков, снайперов (Кекчеев К.Х, 1942). Механизм действия — адаптационно-трофические влияния вегетативной нервной системы и афферентных импульсов от проприорецепторов на ЦНС и состояние зрительного анализатора.

[Носкова О.Г.]

1. Методы изучения несчастных случаев, аварий, происшествий в психологии труда и инженерной психологии.

В изучении несчастных случаев и аварий в психологии используется следующие методы: статистический, моделирования, клинический.

Статистический метод основан на выявлении статистических связей частоты происшествий и длительности работы, по дням рабочей недели, по месяцам в рамках рабочего года, по стажу, возрасту, половой принадлежности персонала. Так к концу недели частота несчастных случаев возрастает на 10-15% по сравнению с понедельником, по времени суток максимальное количество несчастных случаев происходит с 8 до 12 и с 14 до 16 часов.

Метод моделирования предполагает воспроизведение профессиональной задачи в лабораторных условиях, когда психика испытуемого, выполняющего экспериментальное задание, предположительно будет работать в том же режиме и с теми же качественными особенностями что и в реальной исследуемой трудовой ситуации. Пример: Г. Мюнстерберг, деятельность вагоновожатого трамвая.

Исследование профессионального поведения на лабораторных моделях позволяет глубже понять особенности работы психики субъекта труда, обусловленные трудовой задачей, и разработать меры профилактики ошибок трудовых действий.

Клинический метод в изучении производственных аварий и несчастных случаев предполагает всесторонее обследование происшедствия, реконструкцию событий жизни людей, причастных к происшедствию, особенностей их личности, характера, состояния здоровья, уровень квалификации. При обследовании такого характера образуется консилиум, или рабочая группа специалистов предприятия, куда входят специалисты по охране труда, представители администрации, профсоюзной организации, врачи, инструкторы профобучения, психологи. Они обсуждают отдельные происшедствия, результаты наблюдения за отдельными работниками, результаты организационной, педагогической, медицинской помощи работникам.

Исследование С. Шеллоу, трамвайная станция г. Милуоки (США) 1929 г.

В течении 6 месяцев проводилось наблюдение и коррекция поведения 54 работников. Число несчастных случаев за это время в данной группе снизилось на 81,5%. Главными причинами поведения персонала, приводившими к несчастным случаям оказались: личностные недостатки и акцентуации, неспособность к работе, неправильная установка в работе, неопытность, медленная обучаемость и другие.

[Носкова О.Г. «Психология труда» стр 297]

1. Человеческий фактор в происшествиях, производственном травматизме. Теория К. Марбе о подверженности несчастным случаям.

Из лекции:

Главным виновником аварийных ситуаций является сам человек. Как показывают исследования из 100 американских летчиков попавших в аварию, только 8 погибают из-за неисправности самолета, а остальные по собственным ошибкам. Данными оперировает Бодров.

Причины связанные с человеческим фактором, сами по себе не провоцируют аварийных ситуаций, но влияют на поведение работника, при чем таким образом, что он сам создает ситуации.

Например, плохое освещение, противоричивость инструкции, введение новых обозначениц сигналов могут вызвать ошибки в работе человека и спровоцировать аварийную ситуаци.

Также причиной аварийных ситуаций может встать адаптации человека к аварийной ситуации, т. е. Человек привыкает к технике, что забывает о ее опасности.

Психолог Марбе предложил объяснительную теорию, согласно которой, ранее полученные травмы пораждают новые аварийные ситуации.

В этой теории, личность переживает плохие и хорошие периоды. Люди в «плохие» периоды с большей вероятностью попадают, соверщают ошибки и получают травмы.

По закону Марбе это пораждает новые опасные ситуации. Данные личности предрасположены к травмам, данная предрасположенность является природной. Провести обучение и предрасположенность уменьшить.

Существуют некоторые личные свойства.ю которые способствуют «плохим» периодам:

• агрессивность;

• нетерпимость;

• импульсивность.

Марбе говорит о том, что мужчины менее дальновидны и более рискованы, поэтому вероятность травматическоц ситуации выше, но в таких ситуациях они более устойчевы и надежны.

Согласно Марбе, под влиянием критического опыта формируется установка. Следовательно, в деятельности человека могут складываться хорошие и плохие результаты, обусловленные соотвественно положительными и отрицательными установками.

Люди с хорошей переключаемостью установок будут в дальнейшем иметь малую подверженность опасности. То есть согласно Марбе травмы возникают по одной и той же причине: из-за плохой установки к работе и низкой переключаемости установок. Способность к переключению установок врожденно-природное качество человека.

У данной теории очень много критики:

• Не достаток доказательств связи последних случаев с предыдущими

• Недостаток того, что данные качества являются врожденные.

• Так же Марбе считает, что с повышением возраста работника его предрасположенности к несчастным случаям, не увеличивается а даже не много уменьшается.

Однако Анна Анастози доказала, что профессиональный стаж свыше 5 лет обнаруживает второй скачек числа несчастных случаев.

1. Структура профессионала и профессионализма (по Е.А.Климову).

• Уровень деяний — целостный цикл трудовой деятельности, которая включает в себя ряд промежуточных целей подчиненных более или менее перспективной крупной цели.

Деяние определяется иерархией и особенностями, мыслями перспектив.

В этот уровень входят следующие компоненты:

• общие способности

• мировозрение

• жизненные цели

• идеалы

• осознание своего Я

• волевые качества

• мотивы и другие.

• Уровень действия — уровень сознания и исполнения определенных действий направленных на достижение ближайшей осознанной цели.

Компоненты:

• способность представить цель

• произвольная регуляция мотивов

• способность осуществлять определенные регуляции на двигательном, сенсорном, интеллектуальном и социальном уровне.

• Уровнь макроэлементов действия — способность отображения действий на сенсорном, перцептивном и репрезентативном уровне; это способность использовать акты на практическом уровне (способность ускорить темп работы).

• Уровень микроэлементов действия — уровень важных на бессознательных и потому ускользающих от произвольной регуляции особенности познавательной и исполнительской деятельности (измение амплитуды).

Профессионал это системная разноуровневая организация психики.

[из лекции]

1. Профессиограмма и психограмма, модель деятельности специалиста и модель подготовки (профиль подготовки, профессиональная образовательная программа обучения).

Профессиограмма — описательно-технологическая характеристика различный видов профессиональной деятельности, сделанная по определенной схеме и для решения определенных задач.

Психограмма — выделение и описание качеств человека, необходимых для успешного выполнения данной трудовой деятельности (ПВК).

Модель деятельности специалиста: в самом общем плане предполагает выделение:

• профессиограммы

• профессионально-должностных требований

• квалификационного профиля (требования по разрядам, категориям)

Модель подготовки (профиль подготовки, профессиональная образовательная программа обучения)

• Модель реально действующего, «готового» специалиста, куда входят:

а) модель деятельности специалиста (цели, задачи, действия, операции)

б) модель личности специалиста (традиционно личность определяется «личностными профилями», а фактически — системой ПВК).

Примечательно, что Э.Ф. Зеер, рассуждая о «готовности» специалиста, говорит об основных компонентах его профессиональной компетентности: социальной компетентности, специальной и индивидуальной компетентности. А.К. Маркова, соглашаясь с такими рассуждениями Э.Ф. Зеера, дополняет предложенную им систему профессиональной компетентности еще и экстремальной компетентностью в экстремальных ситуациях.

• Модель самой подготовки специалиста. Однако такие модели могут сильно варьироваться в зависимости от опыта обучающегося (или переобучающегося) специалиста, поэтому реальное построение таких моделей сильно осложнено. [Е.Ю. Пряжникова «Психология труда: теория и практика» стр 95]

1. Фазы развития человека как субъекта труда в онтогенезе и их общая характеристика.

Наиболее развернутая классификация стадий развития человека как субъекта трудовой деятельности и его профессионального становления дана в работах Е.А. Климова и Т.В. Кудрявцева.

В обобщенном виде эти стадии можно представить следующим образом:

• Стадия предигры (0-3 года) — в процессе общения со взрослым ребенок развивает функции избирательного восприятия, развивает манипуляторные действия, речь, а такде простейшие правила поведения. Создаются предпоссылки для включения в игровую деятельность. Развитие познавательной процессов.

• Стадия игры (3 — 6-8 лет) - ребенок, овладевает определенными действия в системе игр (планированием действий и поведения, мысленным предвосхищением результата, координацией движений, развитием когнитивных процессов, элементами эмоционально-волевой ргуляции поведения и другие). Овладение определенными действиями.

• Стадия овладения учебной деятельностью (6-8 — 11-12) - начальное ознакомление с содержанием различных сфер жизнедеятельности человека, развитие способностей самоконтроля и самооценки, планирования, проявление первичного интереса к труду.

• Стадия оптации (13-14 — 16-18) — подготовка к сознательному выбору профессионального пути, активный самоанализ отношения к миру взрослых, формирование основ моральной, социальной и профессиональной направленности, попытки самовоспитания и самообразования.

• Стадия профобучения (15-18 или 17-23 года) - целенаправленное освоение системы знаний, умений и навыков в избранной профессиональной деятельности.

• Стадия профадаптации (19-21 или 24-27) — вхождение в профессию и привыкание к ней: освоение новой социальной роли, самосознание правильности выбора профессионального пути, формирование значимых черт личности профессионала, развитие ПВК.

• Стадия интернала (22-25 или 28-30) — приобретение профессионального опыта.

• Стадия профессионального мастерства — квалифицированное выполнение профессиональной деятельности, вершина (акме) профессинального развития.

• Стадия авторитета - сверхквалифицированное выполнение профессиональной деятельности.

• Стадия наставничества — передача профессионалом своего опыта.

Следует отметить, что не каждый человека достигает стадий 9 и 10. Это обусловлено рядом личностных и ситуативных факторов.

При этом, после перечисленных выше стадий, вслед за стадией наставнечества (10) или, минуя ее, возможно наступление стадий спада — снижение профессиональной активности, угасания профессиональных интересов в силу возникновения противоречий между функциональными возможностями личности и намерениями, желаниями, целями. На этой стадии важную роль играет психологический и профессиональный потенциал и личностная ориентация на продуктивную трудовую деятельность.

(Зарубежом — периодизация Дж. Сьюпера (5 стадий)

[Учебное пособие «Психологические основы профориентации и профконсультации деятельности» Часть 1 стра 45-46 М.А. Ковзиридзе]

1. Основные подходы и психологические теории, используемые в профконсультации.

Данный подход профконсультировании сформировался в начале XX в. в работах Фрэнка Парсонса (1908, 1909). Схема работы профконсультанта, по Парсонсу, содержит три компонента:

• исследование клиента, особенностей его личности, способностей, склонностей, здоровья, уровня образования и пр.;

• изучение профессий, их требований к работнику;

• сопоставление этих двух компонентов.

Консультант при таком подходе опирался на данные дифференциальной психологии личности и типологии профессий, поэтому традиционный подход называют дифференциально-типологическим. Опорой данного подхода служила функциональная психология начала XX в., обусловившая как положительные его стороны, так и недостатки. К недостаткам можно отнести следующее: профессии рассматривались как устойчивые образования, как суммы компонентов, каждый из которых для своего выполнения требует от работника определенных психических способностей-функций; личность работника понималась как обладающая набором биологически детерминированных способностей, мало поддающихся развитию. Таким образом, каждый человек изначально оказывался уже предопределенным к отдельным видам профессионального труда. Успех профессионального выбора зависел от возможной «встречи» личностной структуры и структуры профессиональных требований, а задача профконсультации заключалась в составлении прогноза того, какая профессия несет для клиента большую удовлетворенность и успешность.

Название концептуального подхода		Авторы
Традиционный подход Дифференциально-типологические теории				Parsons F., 1908, 1909; Holland J., 1966, 1976; Климов Е.А., 1976, 1984
Структурные концепции и типы карьер, образцы поведения; картины профессиональной продуктивности			Miller C.H, 1964; Lehman H. С, 1953
Мотивационные (психодинамические) теории					Reynolds L. G. 1949; Roe A. , 1956, 1964 и др.
Теории развития Возрастные стадии профессиональной жизни Стадии цикла профессионализации Социально-когнитивные теории (принятия решений) Теории единства профессионального и личностного развития	Ginzberg E. et al., 1951; Super D., 1957; Климов Е. A., 1988, 1998; Tiedeman D. V., O'Hara R. R., 1963; Super D., 1976, 1990; Абульханова-Славская К . A. , 1991; Дружинин В. Н., 2000;.ГоловахаЕ.И., 1988; Климов Е.А., 1996; Пряжников Н.С, 1996; Поварен-ков Ю.П., 1999; Зеер Э.Ф., 2003 и др.

Концепция Дж. Голланда.

Традиционный подход в профконсультировании существует и в настоящее время, но в его реализации используется современное понимание природы личности, индивидуальности, отражается роль эмоционально-личностной регуляции профессиональной деятельности, мотивов, а также социальной среды, в которой протекает трудовая деятельность. Во второй половине XX в. в рамках данной теоретической ориентации американский психолог Джон Голланд разработал типологию личностей, соотнесенную с типологией карьер, соответствующих им форм профессиональной деятельности и профессионального окружения — среды (Holland J.L., 1966, 1976; Воробьев А.Н. и др., 1994). Главная идея Голланда заключается в том, что удовлетворенность человека своей профессиональной жизнью не исчерпывается узкопонимаемым перечнем выполняемых им в труде профессиональных задач и действий, а включает и профессиональное общение с людьми близкого, понятного душевного склада, которые образуют своеобразную духовную среду. В отличие от психологов начала XX в., соотносивших требования профессии и необходимые для успеха формальные психические функции, способности, Дж. Голланд рассматривает соотношение «карьера — личность»; его интересуют не только способности, но и ценности, аффективные регуляторы деятельности, эмоциональные предпочтения к выполнению разных ее видов.

На рис. 12 представлен гексаген Голланда, отображающий соотношение шести типов личности: реалистический-прагматичный (моторный) (Р); исследовательский (интеллектуальный) (И); артистический-художественный (А); социальный (С); предпринимательский-инициативный (с выраженным стремлением к власти) (П); конвенциональный (адаптационный) (К).

Примечание, крестиками (х) обозначены суммарные оценки испытуемого по результатам теста, отражающие его предпочтения к профессиональным занятиям, видам карьер и окружению каждого типа. Максимальная оценка по каждому типу личностных предпочтений равна 33 баллам

Рис. 12. Гексаген Дж. Голланда

В приложении 11 приведены типичные черты личности человека каждого типа, варианты соответствующих карьер и примеры предпочитаемых видов занятий. Заслуженную популярность получила методика Голланда по самоанализу способностей, профессиональных предпочтений к видам деятельности и карьерам. Методика позволяет узнать суммарную оценку выраженности у клиента черт каждого из типов личности, по трем типологическим ориентациям, набравшим максимальные баллы, составляется «код личности» обследуемого.

Например, код «АИС» означает, что у испытуемого преобладают черты личности «артистичной», «исследователя» и представителя «социального» типа. В беседе с клиентом мож21но выяснить особенности профессиональной среды, выполняемые им виды трудовой деятельности, что позволит установить степень соответствия (конгруэнтности) личности клиента и его профессионального окружения. В случае выявленных явных несоответствий могут быть намечены адекватные пути карьерного развития, в том числе возможна и смена профессии.

Модель личности и ее развития в профессиональной жизни, по Дж. Голланду, предполагает существование некоего относительно устойчивого во времени эмоционально-ценностного ядра, связанного с развитием определенных способностей и склонностей личности. В этом отношении теория Голланда близка концепции Е. А. Климова, который (согласно отечественной психологической теории деятельности) разделил профессии на пять типов по предметному содержанию (см. гл. 2) и предположил, что при освоении разных видов деятельности у людей формируются определенные интересы и эмоциональные склонности, соответствующие природным данным, облегчающим вхождение в профессию. Эти предпочитаемые виды деятельности при их выполнении обычно сопровождаются положительными аффективными переживаниями. На этой основе построен широко известный в российской практике профконсультации «Дифференциально-диагностический опросник» (ДДО) (Климов Е. А., 1984). Модель развития личности профессионала в работах Е.А.Климова опирается на концепцию интегральной индивидуальности B.C.Мерлина, и профессиональное развитие может быть сопоставлено с разными уровнями индивидуальности.

Таким образом, дифференциально-типологический подход сохраняет свою актуальность в исследованиях по профориентации и профконсультации и в наше время. Но следует иметь в виду эволюцию в понимании природы личности и деятельности, использование идей развития психики и личности в деятельности; изменение критериев типологии личности и индивидуальности в концепциях современных психологов по сравнению с работами начала XX в.

[Носкова О. Г.. ПСИХОЛОГИЯ ТРУДА, 2004]

1. Проблема переобучения и психологическое обеспечение инноваций в производственных организациях.

Инновация - это процесс внедрения нового в различные сферы организационной и общественной деятельности, производства и промышленности. Этот процесс непосредственно связан с научно-технической революцией, которая предполагает существенные изменения в активно

развивающихся компаниях каждые 4-5 лет. Причины необходимости нововведений определяются проблемной ситуацией, а именно:

-заказом, приказом;

-снижением качества, эффективности труда в организации и на производстве;

-стремлением к самосовершенствованию;

-новыми обстоятельствами, условиями деятельности, эксплуатации.

В связи с психологическими проблемами внедрения нововведений назовем имена таких отечественных исследователей, как Н. И. Лапин, В. Ф. Галыгин, Е. Т. Гребнев, Ю. Вооглайд, А. И. Пригожин, Н. А. Ильина, О. С. Советова, зарубежных - К. Девис, Т. Питере, Р. Уотермен,

Н. Тичи, М. Деванна.

Что же такое «инновация», или «нововведение»? Это процесс качественного изменения чего-либо, а также результат этого изменения — новшество. Это изменение одного или нескольких Элементов социотехнической системы организации, направленное на повышение эффективности ее деятельности и воспринимаемое субъектом усвоения (работником организации, членом трудового коллектива, предприятием в целом) в качестве значимого и нового, например изменение в технологических процессах, кадровой структуре, оплате труда, численности персонала и т. д.

Любое нововведение имеет как технические, так и психологические последствия, и стоит без сомнения согласиться с Р. Л. Кричевским в том, что «традиционно нововведения принято рассматривать как некое безусловно положительное в жизни организации (или общества) событие... А между тем исторический и чисто житейский опыт свидетельствует, что это далеко не так. Отнюдь не все нововведения суть благо для людей, даже если и быть во благо -

их предназначение».

В связи с этим становится понятной чрезвычайно важная роль социально-психологических факторов при внедрении

нововведений. Для психологов это выражается в решении задачи обеспечения «психологического сопровождения» инноваций, которое позволяет с наименьшими потерями преодолеть барьеры нововведений.

Классификаций нововведений по типам довольно много. Нововведения могут быть радикальные и модифицирующие; продуктные, технологические, социальные. Согласно достаточно общей классификации, представленной в работе Н. А. Ильиной [1985], нововведения могут быть:

-предметно-целевыми (направленные на производство и разработку новой продукции). С психологической точки зрения они в наибольшей степени характеризуются ожиданием усложнения работы;

- технико-технологическими (новые средства производства и новые технологии). От такого рода нововведений сотрудники организаций негативного ожидают меньше всего;

- организационно-управленческими (разработка и применение новых организационных структур и методов управления трудовым коллективом);

- социально-экономическими (социальная разработка и применение новых экономических механизмов функционирования предприятия).

Два последних типа нововведений вызывают наибольшее число негативных ожиданий и последствий и чаще всего оканчиваются неудачей, причинами которой могут быть:

1) стремление любой организации к стабильности;

2) неспрогнозированное влияние изменений в одной структуре на изменения в другой;

3) влияние нововведений не только на формальную структуру организации, но и на неформальную, и, как следствие этого, негативный настрой сотрудников по отношению к нововведениям.

Нововведения с выраженным социальным аспектом по сравнению с материально-техническими нововведениями отличаются:

- более тесной связью с конкретными общественными отношениями, деловой культурой. Показано, что одни и те же новшества могут по-разному проявлять себя в различных странах и даже регионах;

- социальные нововведения имеют большую сферу применения, т. к. внедрение новшеств затрагивает и управленческую, экономическую и др. сферы;

—существует сильная зависимость использования новшества от групповых и личных качеств пользователей;

—в социальных нововведениях не столь очевидны и доказательны преимущества, как в случае с техническими нововведениями. Существует сложность с подсчетом их эффективности;

—наличие у социальных нововведений своей цены. Расходы денежных средств могут быть относительно небольшими, но это не означает подлинной дешевизны. «Стрессовые» точки обнаруживаются в социальных нововведениях чаще, чем в технических.

Нововведения любого типа обычно затрагивают значительное количество работников предприятия. В связи с этим выделяются основные ролевые позиции: постановщик проблемы, инноватор, инициатор, разработчик, эксперт, изготовитель, организатор, пользователь. Этот набор ролевых позиций зависит от содержания и масштаба нововведений и полностью встречается очень редко.

Обязательными являются две позиции: организатор и пользователь. Некоторые позиции могут совпадать в одном лице. В то же время инновационная позиция и функциональное место работника могут не совпадать. Как правило, основным реализатором инновационного процесса является руководитель предприятия, и его поведение в таком случае отражает стандарты инновационного поведения -стремление быть первым, а значит, и предприимчивым, давать свободу действий творческим, талантливым сотрудникам и поддерживать энтузиастов.

Поэтому главное в инновационном поведении руководителей - развитие у сотрудников мотивации инноваторов.

http://ecsocman.hse.ru/data/2011/03/05/1214895047/009_%D0%B3%D0%BB%D0%B0%D0%B2%D0%B0%206_%D0%9F%D0%A1%D0%98%D0%A5%D0%9E%D0%9B%D0%9E%D0%93%D0%98%D0%A7%D0%95%D0%A1%D0%9A%D0%9E%D0%95%20%D0%9E%D0%91%D0%95%D0%A1%D0%9F%D0%95%D0%A7%D0%95%D0%9D%D0%98%D0%95%20%D0%92%D0%9D%D0%95%D0%94%D0%A0%D0%95%D0%9D%D0%98%D0%AF%20%D0%98%D0%9D%D0%9D%D0%9E%D0%92%D0%90%D0%A6%D0%98%D0%99_140-154.pdf

Адаптивность системы профессиональной переподготовки должна обеспечиваться на следующих уровнях:

- ориентация на повышение качества работника, совершенствование не только его профессиональных качеств, но и его социальной компетентности, способности к профессиональной и социальной мобильности;

- переход от периодической профессиональной переподготовки к разработке и реализации долгосрочных программ профессионального развития в течение всей трудовой жизни;

- существенное расширение направлений и квалификационных уровней подготовки;

- усиление направленности на закрепление полученных теоретических знаний навыками практической работы;

- психологическое сопровождение профессиональной подготовки и переподготовки;

- повышение уровня профессионализма работников учебных заведений;

- внедрение современных учебных технологий на основе компьютерных и информационных систем.

Опыт в организации профессионального обучения безработных и незанятого населения показывает, что развитие системы профессиональной подготовки и переподготовки безработных и незанятого населения должно предполагать формирование двух подсистем:

1. Подсистемы профориентационного и психологического обеспечения профессиональной подготовки для осуществления:

- оценки профессиональной направленности обучаемого, рационального распределения по направлениям и уровням обучения;

- оценки перспектив занятости по выбранной специальности и при существующем социально-психологическом потенциале;

- профессионального отбора на профессии с высокой стоимостью обучения и профессии, предъявляющие повышенные требования к психологическим качествам;

- специальной психологической поддержки обучаемых, имеющих низкий уровень активности или проявляющих признаки психического дисбаланса и социальной дезориентации;

- организации специальных семинаров и учебных курсов, включаемых в учебный процесс, по формированию оптимальных стратегий поведения на рынке труда, социально-психологических предпосылок социальной и профессиональной активности и мобильности;

2. Подсистемы социологического обеспечения организации и осуществления профессиональной подготовки для проведения:

- исследований конъюнктуры рынка труда и прогнозирования перспектив занятости по профессиям;

- исследований потребности незанятого населения в профессиональной подготовке по профессиям, обеспечивающим возможности осуществления предпринимательской деятельности и самозанятости;

- оценки эффективности профессионального переобучения по критерию трудоустройства.

http://txtb.ru/103/11.html

1. Производственная дисциплина и ответственность профессионала.

Дисциплиной труда называется установленный в данной общественной организации труда порядок поведения в совместном труде и ответственность за его нарушение.

Понятие и значение дисциплины труда и методы ее обеспечения.

При заключении трудового договора работник знает, что он в процессе труда обязан подчиняться единоначальнику на производстве все время действия его трудового договора. Это второй аспект понятия дисциплины труда как необходимый элемент трудового правоотношения работника.

Третий аспект понятия трудовой дисциплины как реализация основною принципа трудового права – обеспечение исполнения обязанности работника добросовестно трудиться в избранной сфере деятельности – соблюдать дисциплину труда.

И, наконец, четвертый аспект дисциплины труда – это соответствующий институт трудового права, т.е. система правовых норм, регулирующих внутренний трудовой распорядок, предусматривающий обязанности работника и работодателя (его администрации), меры поощрения за успехи в труде, порядок их применения, виды и меры ответственности за нарушение дисциплины груда и порядок их применения, что соответствует разделу VIII Трудового кодекса (ст. 189–195).

Дисциплина труда, указывает ст. 189 Кодекса, – это обязательное для всех работников подчинение правилам поведения, определенным в соответствии с Кодексом, иными законами, коллективным договором, соглашениями, трудовым договором, локальными нормативными актами организации. Работодатель же в соответствии с указанным законодательством обязан создавать условия, необходимые для соблюдения работниками дисциплины труда.

Трудовой распорядок организации определяется правилами внутреннего трудового распорядка, регламентирующими в соответствии с трудовым законодательством порядок приема и увольнения работников, основные права, обязанности и ответственность сторон трудового договора, режим работы, время отдыха, меры поощрения работников и взыскания, а также иные вопросы регулирования трудовых отношений в организации (ст. 189 ТК).

Дисциплина труда различается в объективном и субъективном смысле. В объективном смысле – это система норм о дисциплине труда, т.е. институт трудового права и установленный на данном производстве внутренний трудовой распорядок. В субъективном – это элемент трудового правоотношения работника и его обязанность соблюдать правила внутреннего трудового распорядка, дисциплину труда.

Есть еще один аспект – степень соблюдения трудовой дисциплины данным трудовым коллективом производства, его частями (цехами, отделами и т.д.) и конкретным работником. Работник обязан соблюдать также должностные инструкции, функциональные обязанности, предусмотренные квалификационным справочником по его должности, работе, а также противопожарные, санитарные инструкции данного производства. Работодатель (администрация) обязан обеспечить надлежащий уровень дисциплины труда на производстве и реагировать на ее нарушение отдельными работниками.

Дисциплина труда на производстве включает соблюдение технологической и производственной дисциплины. Технологическая дисциплина – это соблюдение технологии изготовления продукта производства, технологического процесса его изготовления. Производственная дисциплина – это часть трудовой дисциплины должностных лиц администрации, обязанных организовать неразрывность технологического процесса, своевременность поставок материалов, инструментов, оборудования, согласованность работы отдельных подразделений производства, чтобы обеспечить ритмичную, четкую работу всего производства.

Значение дисциплины труда заключается в том, что она:

– способствует достижению высокого качества результатов труда каждого работника и всего производства, работе без брака;

– позволяет работнику трудиться с полной отдачей, проявлять инициативу, новаторство в труде;

– повышает эффективность производства и производительность труда каждого работника;

– способствует охране здоровья во время трудовой деятельности, охране труда каждого работника и всего трудового коллектива: при плохой трудовой дисциплине больше аварий и несчастных случаев на производстве;

– способствует рациональному использованию рабочего времени каждого работника и всего трудового коллектива.

Методы обеспечения трудовой дисциплины необходимы для создания организационных и экономических условий для высокопроизводительной работы. Следующие три метода взаимосвязаны: сознательное отношение к труду, методы убеждения, воспитания и поощрение за добросовестный труд, а для нерадивых, недобросовестных работников – применение в необходимых случаях мер дисциплинарного и общественного воздействия.

Создание необходимых организационных и экономических условий для высокопроизводительной работы возложено на работодателя, который обязан обеспечить нормальные для этого условия труда:

– исправное состояние машин, станков и приспособлений;

– своевременное обеспечение технической документацией;

– надлежащее качество материалов и инструментов для работы и их своевременная подача;

– своевременное снабжение производства электроэнергией, газом для выполнения работы и иными источниками энергопитания;

– безопасные и здоровые условия труда (соблюдение правил и норм техники безопасности, необходимое освещение, отопление, вентиляция и другие факторы, отрицательно влияющие на здоровье работников, и т.д.).

Если хотя бы одно из указанный условий работодатель (администрация) не обеспечил для работника, это влияет на выполнение им нормы труда, снижает и дисциплину. Поэтому-то законодатель на первое место в методы обеспечения дисциплины труда включил создание нормальных условий работы для выполнения норм труда. Но все они относятся к воспитанию добросовестного, сознательного отношения к труду, работник должен работать на совесть (не манкировать, не халтурить). В трудовых коллективах создается обстановка нетерпимости к нарушениям трудовой дисциплины, строгой товарищеской требовательности к работникам, недобросовестно выполняющим трудовые обязанности. Они могут обсуждать на собраниях нарушителей трудовой дисциплины.

Основные трудовые обязанности работника и работодателя (администрации)

Основные трудовые обязанности работника и работодателя, его администрации тесно взаимосвязаны, поскольку обязанностям одной стороны трудового договора соответствуют права другой, а вместе эти права и обязанности составляют основное содержание трудовых правоотношений.

Основные обязанности работника:

– соблюдение трудовой дисциплины, т.е. внутреннего трудового распорядка;

– честное и добросовестное выполнение трудовых обязанностей, полная отдача в функциональной (по трудовой функции, должности) деятельности;

– бережное отношение к производственному имуществу;

– выполнение установленных норм труда;

– своевременное и точное исполнение распоряжений администрации;

– повышение производительности труда;

– улучшение качества продукции;

– соблюдение технологической дисциплины, инструкций по охране труда, технике безопасности и производственной санитарии, т.е. всех инструкций, правил по указанным вопросам.

Всеобщей нормой труда является рабочее время. И тот, кому другие нормы труда не установлены, также обязан использовать все рабочее время рационально и по прямому назначению. А тот, кому установлены нормы выработки, при их выполнении досрочно обязан их перевыполнять, так как он также обязан рационально использовать рабочее время.

Другие трудовые обязанности работника предусмотрены разными институтами (разделами) Кодекса, законодательными актами, коллективным и трудовым договором.

Основные обязанности работодателя, его администрации как представителя работодателя:

– правильно организовать труд работников: обеспечить правильную расстановку работников и рациональное использование рабочей силы каждого, чтобы каждый работник знал свои функциональные обязанности; предупреждать простои, брак, добиваться сокращения потерь рабочего времени;

– создавать условия для роста производительности труда, поощрять работников при перевыполнении норм, заменять устаревшее оборудование новым;

– обеспечивать трудовую и производственную дисциплину;

– соблюдать законодательство о труде и правила охраны труда по всем его нормам, проводить профилактическую работу с целью избежать несчастных случаев на производстве, коллективных трудовых споров, включая забастовки и т.д.;

– внимательно относиться к нуждам и запросам работников, улучшать условия не только их труда, но и быта (строить, а не сокращать детские дошкольные учреждения, жилой фонд, клубы и т.д.).

Каждое должностное лицо администрации кроме своих функциональных обязанностей обязано соблюдать и все основные указанные обязанности на своем участке работы по отношению к подчиненным, а также обеспечивать соблюдение основных трудовых прав подчиненных непосредственно ему работников. Обязанности работников и администрации более подробно закрепляются в Правилах внутреннего трудового распорядка и функционально-квалификационных справочниках, положениях.

Дисциплинарная ответственность и ее виды

Дисциплинарная ответственность установлена трудовым законодательством за дисциплинарный проступок, которым является противоправное, виновное нарушение работником дисциплины труда. Нарушением трудовой дисциплины является невыполнение или ненадлежащее выполнение работником по его вине своих трудовых обязанностей (распоряжений администрации, правил внутреннего трудового распорядка, должностных инструкций и т.д.). Законодательство не устанавливает перечня нарушений. Это решает администрация. К таким нарушениям в соответствии с п. 24 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 22 декабря 1992 г. №16 относятся, в частности, также:

– отсутствие работника без уважительных причин на своем рабочем месте не более трех часов в течение рабочего дня, а также и более трех (теперь – четырех) часов, если он находится на территории производства;

– отказ работника без уважительных причин от выполнения измененных в установленном порядке норм труда;

– отказ или уклонение без уважительных причин от медицинского освидетельствования работников некоторых профессий и отказ от прохождения в рабочее время специального обучения и сдачи экзаменов по технике безопасности и правилам эксплуатации, если это является обязательным условием допуска к работе.

Трудовое законодательство не дает перечня грубых нарушений, хотя он требуется для применения увольнения по таким основаниям. Эти перечни есть в некоторых специальных актах, например, в Положении о дисциплине работников железнодорожного транспорта предусмотрено дополнительное основание для увольнения – за совершение работником грубого нарушения дисциплины, создавшего угрозу безопасности движения поездов, жизни и здоровью людей или приведшего к нарушению сохранности грузов, багажа и вверенного имущества. Перечень этих грубых нарушений и конкретных ответственных за них утвержден Министерством путей сообщения РФ по согласованию с Центральным комитетом независимого профсоюза железнодорожников и транспортных строителей РФ.

Дисциплинарная ответственность – это обязанность работника претерпеть наложенное на него дисциплинарное взыскание за дисциплинарный проступок. Дисциплинарную ответственность надо отличать от других мер дисциплинарного воздействия, применяемых к нарушителям (устное замечание, обсуждение на собрании, депремирование и т.д.).

По трудовому законодательству существует два вида дисциплинарной ответственности: общая и специальная. Они различаются по категориям работников, на которых распространяются, по актам, регулирующим каждый из этих видов, и по мерам дисциплинарных взысканий.

Общая дисциплинарная ответственность распространяется на всех работников, в том числе и на должностных лиц администрации производства. Ее предусматривают ст. 192–194 ТК и правила внутреннего трудового распорядка данного производства.

Специальная дисциплинарная ответственность установлена специальным законодательством (Законом РФ “О федеральной государственной службе РФ”, уставами и положениями о дисциплине и др.) для некоторых категорий работников, которое предусматривает и иные меры дисциплинарных взысканий.

Порядок применения мер дисциплинарных взысканий по специальной дисциплинарной ответственности в большинстве уставов, положений такой же, как и при общей специальной ответственности. Для государственных служащих, судей, прокуроров законы о них предусматривают свои особенности этого порядка (например, дисциплинарное расследование, которое может длиться до года, и др.).

[9.htm"http://www.ido.rudn.ru/lecturHYPERLINK "http://www.ido.rudn.ru/lectures/212/P9.htm"es/212/P9.htm]

Производственная дисциплина означает порядок на производстве. По своему содержанию она охватывает дисциплину трудовую и выходит за ее пределы. Помимо трудовой, в производственную дисциплину входят обеспечение четкой и ритмичной работы организации, обеспечение работающих сырьем, инструментами, материалами, работой без простоев и т. д. Работники несут ответственность за соблюдение не всей производственной дисциплины, а только ее части, состоящей в выполнении их трудовых обязанностей. Работодатель же несет ответственность за обеспечение производственной дисциплины в полном объеме.

Значение дисциплины труда исключительно велико для высокопроизводительного совместного труда, для порядка на производстве. Конкретно это выражается в том, что дисциплина труда:

1) позволяет каждому работнику трудиться с полной отдачей. Это благотворно действует на проявление инициативы в труде, когда работник уверен в трудовой дисциплине не только своей, но и всего коллектива;

2) обеспечивает высокопроизводительный труд каждого конкретного работника и всего коллектива работников;

3) способствует работе без брака, повышению качества продукции, услуг данного производства;

4) способствует порядку на производстве, выполнению всеми работниками и производственными участками возложенных на них работодателем, администрацией заданий.

Методы обеспечения дисциплины труда закреплены в самостоятельной статье Трудового кодекса. Однако содержание ряда других статей дает основание для выделения следующих методов обеспечения дисциплины труда:

1) создание необходимых организационных и экономических условий для нормальной работы. Работодатель обязан четко выполнять возложенные на него трудовым законодательством обязанности по соблюдению трудовой дисциплины. При таком положении не будет оснований для нарушений трудовой дисциплины. Вместе с тем в связи с кризисом экономики на многих производствах отсутствуют нормальные условия труда из-за нехватки материалов, энергоносителей и др. А в связи с частыми простоями, вынужденными длительными отпусками значительно снижается и уровень дисциплины труда. В то же время угроза массовой безработицы заставляет работника больше дорожить своим рабочим местом, соблюдать трудовую дисциплину. В этих двух противоположных тенденциях обеспечения фактического уровня дисциплины труда, к сожалению, преобладает первая, когда не обеспечиваются нормальные условия труда;

2) метод сознательного отношения к труду. Абсолютное большинство работников понимает необходимость дисциплины совместного труда и добровольно ее соблюдает, зная, что это его обязанность по трудовому договору;

3) метод убеждения, воспитания, поощрения за добросовестный труд, успехи в труде, о чем подробнее будет сказано в § 3 настоящей главы.

Следовательно, создание необходимых условий для высокопроизводительной работы, воспитание, убеждение, поощрение основные в нашем обществе правовые методы укрепления трудовой дисциплины;

4) по отношению к отдельным недобросовестным работникам используется метод принуждения, выражающийся в применении к нарушителям трудовой дисциплины мер дисциплинарного и общественного воздействия.

[http://www.vuzlib.org/beta3/html/1/19387/19490/]

Деятельность регулируется не только общими нормами, но и теми, которые специфичны для данного вида деятельности. В силу своей специфичности они не могут выступать в качестве правовых норм, но могут являться нормами данного профессионального сообщества, например, врачей, адвокатов, ученых, инженеров и, в частности, управленцев. В этом случае, поскольку существует норма, можно также ввести понятие ответственности и назвать ее профессиональной ответственностью.

Таким образом, если юридическая ответственность связывается с наличием правовых норм, то профессиональная ответственность связывается с наличием специфических профессиональных норм, регулирующих поведение субъекта деятельности, которые, как правило, являются нормами профессиональной этики.

http://credonew.ru/content/view/81/23/

1. Место социальной психологии в системе научного знания. Эволюция взглядов на предмет социальной психологии.

Место социальной психологии в системе научного знания

Подход к проблеме

Само сочетание слов «социальная психология» указывает на специфическое место, которое занимает эта дисциплина в системе научного знания. Возникнув на стыке наук – психологии и социологии, социальная психология до сих пор сохраняет свой особый статус. Это приводит к тому, что каждая из «родительских» дисциплин довольно охотно включает ее в себя в качестве составной части. Такая неоднозначность положения научной дисциплины имеет много различных причин. Главной из них является объективное существование такого класса фактов общественной жизни, которые сами по себе могут быть исследованы лишь при помощи объединенных усилий двух наук: психологии и социологии. С одной стороны, любое общественное явление имеет свой «психологический» аспект, поскольку общественные закономерности проявляются не иначе как через деятельность людей, а люди действуют, будучи наделенными сознанием и волей. С другой стороны, в ситуациях совместной деятельности людей возникают совершенно особые типы связей между ними, связей общения и взаимодействия, и анализ их невозможен вне системы психологического знания.

Другой причиной двойственного положения социальной психологии является сама история становления этой дисциплины, которая вызревала в недрах одновременно и психологического, и социологического знания и в полном смысле слова родилась «на перекрестке» этих двух наук. Все это создает немалые трудности как в определении предмета социальной психологии, так и в выявлении круга ее проблем.

Вместе с тем потребности практики общественного развития диктуют необходимость исследования таких пограничных проблем, и вряд ли можно «ожидать» окончательного решения вопроса о предмете социальной психологии для их решения. Запросы на социально-психологические исследования в условиях современного этапа развития общества поступают буквально из всех сфер общественной жизни, особенно в связи с тем, что в каждой из них сегодня происходят радикальные изменения. Такие запросы следуют из области промышленного производства, различных сфер воспитания, системы массовой информации, области демографической политики, борьбы с антиобщественным поведением, спорта, сферы обслуживания и т.д. Можно утверждать, что практические запросы опережают развитие теоретического знания в социальной психологии.

Все это, несомненно, стимулирует интенсивное развитие социальной психологии на современном этапе. Необходимость этого усугубляется еще двумя обстоятельствами. Во-первых, тем, что в истории существования советской социальной психологии как самостоятельной науки был довольно длительный перерыв и новый этап бурного оживления социально-психологических исследований начался лишь в конце 50-х – начале 60-х годов. Во-вторых, тем, что социальная психология по своему существу является наукой, стоящей весьма близко к острым социальным и политическим проблемам, а потому принципиально возможно использование ее результатов различными общественными силами. Социальная психология на Западе имеет весьма солидную историю, которая также убедительно подтверждает эту истину.

Таким образом, для социальной психологии, как, может быть, ни для какой другой науки, актуально одновременное решение двух задач: и выработки практических рекомендаций, полученных в ходе прикладных исследований, столь необходимых практике, и «достраивание» своего собственного здания как целостной системы научного знания с уточнением своего предмета, разработкой специальных теорий и специальной методологии исследований.

Приступая к решению этих задач, естественно, необходимо, пока не прибегая к точным дефинициям, очертить круг проблем социальной психологии, чтобы более строго определить задачи, которые могут быть решены средствами этой дисциплины. Мы исходим при этом из принятия той точки зрения, что, несмотря на пограничный характер, социальная психология является частью психологии (хотя существуют и другие точки зрения, например, отнесение социальной психологии к социологии). Следовательно, определение круга ее проблем будет означать выделение из психологической проблематики тех вопросов, которые относятся к компетенции именно социальной психологии. Поскольку психологическая наука в нашей стране в определении своего предмета исходит из принципа деятельности, можно условно обозначить специфику социальной психологии как изучение закономерностей поведения и деятельности людей, обусловленных включением их в социальные группы, а также психологических характеристик самих этих групп.

К такому пониманию своего предмета социальная психология пришла не сразу, и поэтому для уяснения вопроса полезно проанализировать содержание тех дискуссий, которые имели место в ее истории.

[Андреева Г.М. Социальная психология. – М: Аспект Пресс, 1999 – 375 с.]

Взгляды на предмет социальной психологии в некоторых психологических теориях

Научный этап развития социально-психологической науки характеризуется тем, что она стремилась зарекомендовать себя в научном мире как «законная» естественнонаучная дисциплина. Это выразилось в акцентированном внимании лабораторным экспериментам, очень осторожном отношении к любой теории, не имеющей убедительных опытных подтверждений, в направленности на решение практических задач. В этот период возникли и оформились в самостоятельные течения как минимум четыре подхода к предмету социальной психологии. Каждый из них вторичен по отношению к общепсихологическим направлениям: бихевиоризму, когнитивизму, интеракционизму и неофрейдизму.

Бихевиоризм одним из первых обратился к социально-психологической проблематике, т.к. его идеи наиболее соответствовали идеалу построения строго экспериментальной дисциплины. В рамках бихевиоризма разрабатывался ряд идей, которые и сегодня представляют несомненный интерес и ценность. Это проблемы социальной агрессии и ее возможных детерминант (Н. Миллер, Д. Доллард, А. Бандура), путей и методов социального научения (Э. Толмен, Б. Скиннер, А. Бандура), технологий межличностного взаимодействия и опосредующих его факторов (Г. Келли, Дж. Тибо, Дж. Хоманс). Бихевиоральная социальная психология создала свою практику активного обучения и групповой психотерапии (прежде всего это группы навыков и умений).

Бихевиоризм был ориентирован на модель «человека реагирующего», по образному выражению П. Шихирева. В послевоенные годы явственно обозначается ряд существенных ограничений этой модели, связанный с игнорированием специфики мыслительной деятельности конкретного человека. Этим обусловлено появление когнитивистской модель «человека думающего», хотя социобихевиоризм и сегодня находит в научных кругах немалое количество сторонников.

Когнитивизм - значительное явление в истории развития социальной психологии - возникает на основе гештальтпсихологии, существенно дополненной и развитой в работах К. Левина и Ф. Хайдера. Р. Абельсон сформулировал положение, которое в значительной степени отражает суть социально-психологических воззрений когнитивизма: «Мой вариант каждого человека заставляет рассматривать его в большей степени как Думателя, чем как Делателя». Таким образом, главный акцент сделан на когнитивные процессы, формирующие те или иные социальные реакции человека. В рамках когнитивизма развивались взгляды крупнейшего теоретика социальной психологии середины XX в. К. Левина. К. Левину современная социальная психология обязана очень многим: не просто идеями и конкретными данными, а целыми областями социально-психологического знания. Это учение о групповой динамике и конкретные исследования в области сплочения, развития, взаимодействия личности и группы, лидерства и руководства; это методология активного социально-психологического обучения и принятия эффективных групповых решений; это подходы к пониманию и разрешению внутригрупповых и межгрупповых конфликтов и многое другое. Под воздействием его идей сформировался устойчивый социально-психологический взгляд на природу взаимосвязи человека и группы, личности и общества, взгляд с позиции динамической взаимосвязи и взаимозависимости. В рамках когнитивизма сформированы чрезвычайно распространенные сегодня представления о механизмах социального познания (С. Аш, Д. Креч и Р. Крачфилд), технологиях убеждающей коммуникации и межличностного взаимодействия (Ф. Хайдер, Т. Ньюком, Л. Фестингер).

Еще одним значимым теоретическим направлением, повлиявшим на развитие социально-психологического знания, является неофрейдизм. В его основе лежат ряд социально-психологических идей 3. Фрейда. Психоаналитическая социальная психология нашла свое выражение в различных теориях функционирования и развития группы, причем основной моделью выступала группа психотерапевтическая (Байон, У. Беннис и Г. Шепард), а также в представлениях о ведущих социальных мотивах поведения человека (У. Шутц, Т. Адорно).

Символический интеракционизм - течение научной социально-психологической мысли, берущее свое начало не в индивидуально-психологических, а в социологических представлениях о социальном поведении человека. Интеракционизм опирается на взгляды американского философа, социолога и социального психолога Дж. Мида. Основной интерес сосредоточен именно на осмыслении закономерностей социального процесса, который представляет собой интеракцию, взаимодействие людей в рамках конкретной социальной ситуации. Социальная ситуация не просто контекст, она значимый фактор взаимодействия. Опираясь на данные ему культурой символические средства, прежде всего язык, человек интерпретирует, называет ситуацию. В зависимости от того, как он ее интерпретировал, назвал, разворачивается взаимодействие между людьми. Особая заслуга интеракционизма в том, что он выделил в качестве важнейших чисто человеческие, символические аспекты общения - речь, жест, мимическое выражение чувства и другие. Как квинтэссенция символического поведения человека рассматривается социальная роль - устойчивая внешняя и внутренняя позиция одного человека в отношении другого или социальной системы в целом. В рамках символического интеракционизма сформировались теории, имеющие огромное значение для современной социальной психологии. Прежде всего это теории ролевого поведения (Т. Сарбин, Э. Гофман, Р. Линтон и др.) и референтной группы как источника личных норм и ценностей человека (Т. Ньюком, М. Шериф, Г. Келли).

Научный период развития социальной психологии богат эмпирическими открытиями, методическими находками (разработаны методики, которые позднее вошли во все учебники в качестве классических), реальными практическими результатами. Вместе с тем обозначилась и серьезная проблема: дальнейшее накопление лабораторного материала уже не способствовало формированию общей социально-психологической картины мира, она распадалась на отдельные фрагменты и эпизоды, которые к тому же не всегда имели место в реальной жизни людей. Освобождение от чар экспериментального подхода привело к кризису 1960-1970-х годов, когда было предложено много альтернативных вариантов развития социальной психологии. Главный эффект этого кризиса — либерализация социальной психологии и освобождение ее от искусственности лабораторного эксперимента. В последние годы много больше внимания уделяется изучению социального поведения в естественных условиях, а также изучению социального и культурного контекста с использованием методов наблюдения и современных корреляционных методик.

Эволюция представлений о предмете социальной психологии в России

Поскольку психологическая наука в нашей стране в определении своего предмета исходит из принципа деятельности, Г.М. Андреева обозначает специфику социальной психологии как изучение закономерностей поведения и деятельности людей, обусловленных включением их в социальные группы, а также психологические характеристики самих этих групп. К такому пониманию своего предмета социальная психология пришла не сразу, и поэтому для уяснения вопроса полезно проанализировать содержание тех дискуссий, которые имели место в ее истории.

Традиционным был мнение о том, что истоки отечественной социальной психологии восходят к западной науке. Историко-психологические исследования показали, что социальная психология в нашей стране имеет самобытную историю. Возникновение и развитие западной и отечественной социальной психологии происходило как бы параллельно.

Отечественная социальная психология возникла на рубеже 19 и 20 в.в. Путь ее становления имеет ряд стадий: зарождение социальная психология в общественных и естественных науках, отпочкование от родительских дисциплин (социологии и психологии) и превращение в самостоятельную науку, возникновение и развитие экспериментальной социальной психологии. Таким образом, история социальной психологии в России имеет четыре периода.

Первый период (60-е г.г. 19 в. – начало 20 в.).

Социально-психологические идеи в этот период успешно развивались представителями общественных наук, прежде всего социологами. Для истории социальной психологии большой интерес представляет психологическая школа в социологии (П.Л. Лавров, Н. И. Кареев, М.М. Ковалевский, Н.К. Михайловский). Наиболее разработанная социально-психологическая концепция содержится в трудах Н.К. Михайловского. По его мнению, социально-психологическому фактору принадлежит решающая роль в ходе исторического процесса. Законы, действующие в социальной жизни, надо искать в социальной психологии. Михайловском принадлежит разработка психологии массовых социальных движений, одной из разновидностей которых являются революционные движения.

Действующими силами социального развития являются герои и толпа. Сложные психологические процессы возникают при их взаимодействии. Толпа, в концепции Михайловского, выступает как самостоятельное социально-психологическое явление. Вожак управляет толпой. Его выдвигает конкретная толпа в те или иные моменты исторического развития. Он аккумулирует разрозненные функционирующие в толпе чувства, инстинкты, мысли. Общественные настроения являются фактором. Который должен учитывать герой, чтобы массы шли за ним. Исследуя проблему общения между героем и толпой, м/л общение людей в толпе, он в качестве механизмов общения выделяет внушение, подражание, заражение, противопоставление. Главный из них – подражание людей в толпе. Основой подражания является гипнотизм. В толпе часто возникает автоматическое подражание, «нравственная или психическая зараза».

Особое место в предреволюционной истории развития российской социальной науки занимает В.М. Бехтерев. В специальной социально-психологической работе «Предмет и задачи общественной психологии как объективной науки» (1911) содержится развернутое изложение его взглядов на сущность социально-психологических явлений, на предмет социальной психологии, методы этой отрасли знания. Через 10 лет Бехтерев публикует свой фундаментальный труд «Коллективная рефлексология» (1921), который можно рассматривать как первый в России учебник по социальной психологии. Здесь он дает развернутое определение предмета социальной психологии. Им является изучение психологической деятельности собраний и сборищ, составляемых из массы лиц, проявляющих свою нервно-психическую деятельность как целое. На нынешнем языке – это изучение поведения коллективов, личности в коллективе, условия возникновения социальных объединений, особенности их деятельности, взаимоотношениях их членов.

Бехтерев выделяет системообразующие признаки коллектива: общность интересов и задач, побуждающих коллектив к единству действий. В качестве социально-психологических феноменов В.М. Бехтерев выделяет взаимодействие, взаимоотношения, общение, коллективные наследственные рефлексы, коллективное настроение, коллективное творчество, согласованные коллективные действия. Объединяющими людей в коллективе факторами являются: механизмы взаимовнушения, взаимоподражания, взаимоиндукции. Особый фактор – язык.

В.М. Бехтерев рассматривал вопрос о методах этой новой отрасли науки. В его работе содержится описание большого эмпирического материала, полученного при применении объективного наблюдения, анкет, опросов. Эксперимент, поставленный им совместно с М.В. Ланге, показал, как социально-психологические явления – общение, совместная деятельность – влияют на формирование процессов восприятия, представлений, памяти. Работой этих ученых положено начало в России экспериментальной социальной психологии. Их исследования положили начало особому направлению в психологии – изучению роли общения в формировании психических процессов.

Второй период (20-е годы – первая половина 30-х г.г. 20 в.).

Характерной особенностью развития социальной психологии в этот период был поиск своего пути в развитии мировой социально-психологической мысли мысли. Этот поиск осуществлялся двумя способами:

1) в дискуссиях с основными школами зарубежной социальной психологии;

2) путем освоения марксистских идей и применения их к пониманию сущности социально-психологических явлений.

Освоение марксизма в 20-30 г.г. осуществлялось в социальной и общей психологии совместно. Это было естественно и объяснялось тем, что их представителями обсуждался ряд кардинальных методологических проблем: соотношение социальной психологии и индивидуальной; соотношение социальной психологии и социологии; природа коллектива как основного объекта социальной психологии.

При рассмотрении вопроса о соотношении индивидуальной и социальной психологии существовало 2 точки зрения. Ряд авторов утверждал, что если сущность человека, согласно марксизму, есть совокупность всех общественных отношений, то и вся психология, изучающая людей, есть социальная психология. Никакой социальной психологии наряду с общей якобы не должно быть. Противоположную точку зрения представляли взгляды тех, кто утверждал, что должна существовать только социальная психология. «Существует единая социальная психология, - утверждал В.А. Артемов, - распадающаяся на социальную психологию индивида и социальную психологию коллектива». В ходе дискуссии эти 2 крайние токи зрения преодолевались. Преобладающими становились взгляды, что между социальной пихологией и индивидуальной должно существовать равноправное взаимодействие.

Особое место в дискуссиях по вопросу о перестройке психологии на основе марксизма занимал Г.И. Челпанов. Отстаивая позиции идеалистической психологии, он предложил разделить психологию на 2 части – социальную психологию и индивидуальную. Социальная психология изучает общественно детерминируемые психические явления. Она тесно связана с идеологией. Ее связь с марксизмом естественна. Собственно же психология должна остаться эмпирической наукой, независимой от мировоззрения вообще и от марксизма в частности. Таким образом, он признавал право социальной психологии на существование и ратовал за создание Института социальной психологии. Резко полемизируя с представителями авторитетного психологического направления – рефлексологии, Г.И.Челпанов утверждал, что задачей реформы психологии должно быть не устройство собачников, а организация работ по изучению социальной психологии.

Одним из направлений в социальной психологии 20-30 г.г. было исследование проблемы коллектива. Обсуждался вопрос о природе коллективов. Были высказаны 3 точки зрения.

1) Согласно первой точке зрения коллектив - простая сумма составляющих его индивидов.

2) Представители другой утверждали, что поведение индивида фатально предопределено общими задачами и структурой коллектива.

3) Среднее положение между двумя крайними заняли представители третьей точки зрения, согласно которой индивидуальное поведение в коллективе изменяется, вместе с тем коллективу как целому присущ самостоятельный творческий характер поведения.

В детальной разработке теории коллектива участвовали многие социальные психологи – Б.В. Беляев, А.С. Залужный, М.А. Рейснер, Г.А. Фортунатов и др. Таким образом, вопрос относительно предмета социальной психологии не был решен. С одной стороны, социальная психология отождествлялась с учением о социальной детерминации психических процессов, и сторонники этой точки зрения справедливо утверждали, что вся психология социальная и никакой другой социальной психологии не надо. Те же, кто считал задачей социальной психологии исследование личности в коллективе и самих коллективов, - не смогли предложить адекватное решение проблем, используя в качестве методологических основ марксистскую философию.

В результате борьбы мнений закрепилось понимание социальной психологии как науки о социальной детерминации психики. Так как в этом случае никакого самостоятельного статуса для социальной психологии не предполагалось, попытки построения ее как самостоятельной дисциплины (или хотя бы как части психологической науки) прекратились на довольно длительный срок.

Третий период ( вторая пол. 30-х г.г. – вторая половина 50-х г.г. ХХ века).

Во второй половине 30-х г.г. ситуация резко изменилась. Началась изоляция отечественной науки от западной психологии. Перестали публиковаться переводы трудов западных авторов. Внутри страны возрос идеологический контроль за наукой. Это порождало боязнь исследовать социально острые вопросы. Наступил перерыв в развитии российской социальной психологии.

Кроме общеполитической ситуации, причины этого перерыва заключались в практической невостребованности результатов исследований. Изучение мнений, интересов, настроения людей, психологической атмосферы в обществе были никому не нужны. Более того, тот факт что социальная психология в тоже время продолжала развиваться на Западе в рамках немарксистской традиции, привел некоторых психологов к отождествлению социальной психологии вообще с ее «буржуазным» вариантом, исключив саму возможность существования социальной психологии в нашей стране. Само понятие «социальная психология» стало синонимом реакционной дисциплины.

Но это был перерыв в самостоятельном существовании социальной психологии, что не исключало реального существования отдельных исследований, являющихся по своему предмету социально-психологическими. Эти исследования были продиктованы потребностями педагогической практики. Определяющими облик социальной психологии были работы А.С. Макаренко. В историю социальной психологии он вошел как исследователь коллектива и воспитания личности в коллективе. Стержневая идея социально-психологической концепции А.С. Макаренко – единство коллектива и личности. Это определило его практическое требование: воспитание личности в коллективе, посредством коллектива и для коллектива.

Четвертый период (вторая половина 50-х – первая половина 70-х г.г. ХХ века).

В этот период сложилась особая социальная и интеллектуальная ситуация в стране. «потепление» общей атмосферы, ослабление администрирования в науке, снижение идеологического пресса, демократизация во всех сферах жизни обусловили возрождение творческой активности ученых. Для социальной психологии было важно то, что возрос интерес к человеку. Начался период возрождения социальной психологии. Формально начало возрождения связывают с дискуссией по социальной психологии. Эта дискуссия началась публикацией А.Г. Ковалева «О социальной психологии» в Вестнике ЛГУ, 1959, №12. Дискуссии продолжились на 11 съезде психологов СССР, на страницах журналов «Вопросы психологии» и «Вопросы философии».

Основная полемика касалась двух вопросов:

1) понимания предмета социальной психологии и соответственно круга ее задач;

2) соотношение социальной психологии с психологией, с одной стороны, и с социологией с другой.

Во вопросу о предмете психологии сложилось 3 подхода.

Первый, который получил распространение в основном среди социологов, понимал социальную психологию как науку о массовидных явлениях психики. В рамках этого подхода разные исследователи выделяли разные явления, подходящие под это определение, например, изучение психологии классов, других больших социальных общностей. В других случаях больше внимания уделялось формированию общественного мнения. Предметом изучения социальной психологии многие социологи считали общественную психологию – уровень общественного сознания, характерный для отдельных социальных групп (классов).

Второй подход, главным предметом исследования социальной психологии видит напротив личность. С одной стороны, больший акцент ставился на психологические черты, особенности личности, типологию личностей. Другие ученые выделяли положение личности в группе, межличностные отношения, всю систему общения.

Третий подход к каком-то смысле синтезировал два предыдущих. Социальная психология была рассмотрена как наука, изучающая и массовые психические процессы, и положение личности в группе. В рамках этого подхода предприняты попытки дать перечень основных проблем социальной психологии. По мнению Б.Д. Парыгина социальная психология изучает:

- Социальную психологию личности;

- Социальную психологию общностей и общения;

- Социальные отношения;

- Формы духовной деятельности.

- Согласно В.Н. Мясищева, социальная психология исследует:

1) изменения психической деятельности людей в группе под влиянием взаимодействия;

2) особенности групп;

3) психическую сторону процессов общества.

В 70-х г.г. завершилось организационное становление социальной психологии. Произошла институционализация ее как самостоятельной науки. В 1962 году организована первая в стране лаборатория социальной психологии в ЛГУ; в 1968 г. – первая кафедра социальной психологии в том же университете; в 1972 г. – аналогичная кафедра в МГУ. В институте психологии АН СССР в 1972 г. создан первый в стране сектор социальной психологии.

[http://bibliofond.ru/view.aspx?id=473750]

1. Общая характеристика динамических процессов в группе.

Динамические процессы в группе.

В группах протекают следующие динамические процессы:

♦ давление на членов группы, способствующее их конформизму и внушаемости;

♦ формирование социальных и распределение групповых ролей;

♦ изменение активности членов группы: возможны феномены фасилитации (усиление энергии человека в присутствии других людей) и ингибиции (торможение поведения и деятельности под влиянием других людей, ухудшение самочувствия и результатов деятельности человека в ситуации, когда за ним наблюдают другие люди);

♦ изменение мнений, оценок, норм поведения членов группы: феномен «групповой нормализации» (формирование усредненного группового стандарта-нормы);

♦ групповая поляризация, экстремизация (приближение группового мнения к какому-то полюсу континуума всех групповых мнений, часто «сдвиг к риску», когда групповое решение является более рискованным, чем принимаемое индивидуально);

♦ подчинение авторитету в сочетании с феноменом атрибуции ответственности, когда человек приписывает ответственность за все происходящее другим лицам, лидеру, начальству, а не себе.

Социальная фасилитация проявляется в том, что присутствие других возбуждает, и это усиливает доминирующую реакцию человека, в результате чего он лучше выполняет простые и хорошо знакомые действия в присутствии других людей, например, велогонщики показывают лучшее время, когда соревнуются друг с другом, а не с секундомером. При сложных задачах, где правильный ответ не напрашивается сам собой, присутствие людей и возникшее в связи с этим возбуждение приводит к неправильной реакции, к ухудшению деятельности, к ингибиции.

Н. Кострелл предположил, что обеспокоенность человека тем, как его оценивают другие, вызывает эффекты фасилитации и ингибиции. «Боязнь оценки» помогает также объяснить, почему люди лучше работают, если соратники чуть-чуть опережают их, почему эффект социальной фасилитации проявляется ярче всего, когда наблюдатели нам незнакомы и за ними трудно уследить. Соревнование как разновидность социального взаимодействия — яркий пример фасилитации, улучшения результатов деятельности людей в присутствии и при сравнении друг с другом. Однако такая социальная фасилитация проявляется, когда личные усилия могут быть оценены индивидуально. Если же люди складывают свои усилия для достижения общей цели и при этом каждый не отвечает за совместный результат, результаты работы не оцениваются персонально, то в этом случае люди склонны прилагать меньше усилий, проявляя социальную леность. В итоге работоспособность всей группы не превышает половины от суммы работоспособности каждого из ее членов.

Групповая деятельность уменьшает боязнь оценки, дает возможность «спрятаться за чужие спины», переложить ответственность «на всех», снижает возбуждение и активность членов группы. Выделяется своеобразный тип людей, которых можно назвать зайцами. Это те, кто получает какую-либо выгоду от группы, но мало дает взамен. Когда вознаграждение делится поровну, независимо от личного вклада, каждый из участников получает больше вознаграждения на единицу своих усилий, если он паразитирует, проявляет социальную леность. Люди в группе не ведут себя так, когда ее задача очевидно трудна, притягательна, увлекательна, если члены группы — друзья, а не чужие друг другу, когда возможен учет личного вклада и человек воспринимает его как незаменимый.

Социальная фасилитация показывает, что группа может возбуждать людей, а социальная леность демонстрирует, что в группе ответственность может размываться, а когда возбуждение и размывание ответственности комбинируются, то нормативное сдерживание значительно ослабевает и вместе люди начинают делать то, чего они не стали бы совершать в одиночку (вплоть до преступных действий). В таком случае возникает феномен деиндивидуализации — потери самоосознания и чувства личной ответственности в ситуациях, которые обеспечивают анонимность и не концентрируют внимание на отдельном человеке.

Группа вынуждена добиваться согласия между своими членами, чтобы обеспечить их взаимодействие и свое функционирование. Групповая активность означает, что люди действуют вместе так, что между ними устанавливается некое разделение труда и налицо определенное взаимное приспособление различных линий индивидуального поведения. В группе постепенно складываются общие настроения, мнения, цели, нормы поведения, ритуалы. Эти феномены взаимодействия объединяют людей, как бы уподобляя их друг другу.

В настоящее время существует несколько моделей развития коллектива, каждая из которых фиксирует особые стадии в этом движении.

Наиболее развернутая концепция принадлежит А. В. Петровскому. Он выделяет три слоя. В первом реализуются непосредственные контакты между людьми, основанные на эмоциональной приемлемости или неприемлемости. Во втором эти отношения опосредуются характером совместной деятельности. В третьем же, названном ядром группы, развиваются отношения, основанные на принятии всеми ее членами единых целей деятельности. Это соответствует высшему уровню группового развития, и, следовательно, его наличие позволяет констатировать, что перед нами коллектив.

В настоящее время психологи предпочитают рассматривать уровни групповой структуры в обратном порядке, начиная с характеристики ядерных отношений.

Центральное звено образует сама предметная деятельность группы, причем она обязательно является социально позитивной. Второй слой — фиксация отношения каждого члена группы к общей деятельности, ее целям и задачам. Это описывается как совпадение ценностей, касающихся совместной деятельности, и развитие определенной мотивации членов группы, эмоциональной идентификации с группой. Третий слой фиксирует собственно межличностные отношения, опосредованные деятельностью. Четвертый — поверхностные связи между членами группы — это та часть межличностных отношений, которая построена на непосредственных эмоциональных контактах.

Силу всякого коллектива составляет его сплоченность. Она бывает очень высокой, когда люди тесно связаны друг с другом и вместе отвечают за достижение целей, стоящих перед ними и коллективом в целом, а поэтому делают все для успеха. Бывает и очень низкой, когда коллектив не получает даже четкого организационного оформления, отсутствует общая цель, каждый действует сам по себе, на свой страх и риск, стараясь продемонстрировать индивидуальные результаты даже в ущерб другим.

Во многом сплоченность коллектива зависит от стадии его развития, зрелости. Таких стадий психологи выделяют пять. Первая называется притиркой. Здесь люди еще приглядываются друг к другу, решают, по пути ли им с остальными, стараются показать свое Я. Взаимодействие происходит в привычных формах при отсутствии коллективного творчества. Решающую роль в сплочении группы на этой стадии играет руководитель.

Вторая, конфликтная, характеризуется тем, что открыто образуются кланы и группировки, выражаются разногласия, выходят наружу сильные и слабые стороны отдельных людей, приобретают значение личные взаимоотношения. Начинается силовая борьба за лидерство и поиски компромиссов между враждующими сторонами. На этой стадии возможно возникновение противодействия между руководителем и отдельными подчиненными.

На третьей, стадии экспериментирования, потенциал коллектива возрастает, но сама группа часто работает рывками, поэтому возникают желание и интерес действовать лучше, с помощью других методов и средств.

На четвертой стадии в коллективе появляется опыт успешного решения проблем, к которым подходят, с одной стороны, реалистически, а с другой — творчески. В зависимости от ситуации функции лидера в таком коллективе переходят от одного его члена к другому, каждый из которых гордится своей принадлежностью к группе.

На последней, пятой, стадии внутри коллектива формируются прочные связи, людей принимают и оценивают по достоинству, а личные разногласия между ними быстро устраняются. Отношения складываются в основном неформально, что позволяет демонстрировать высокие результаты работы и стандарты поведения. Далеко не все коллективы выходят на высшие (4, 5) уровни.

Таким образом, настоящий сплоченный коллектив не возникает сразу, а формируется постепенно, проходя ряд этапов. Разберем их на примере учебного коллектива. На первом организационном этапе группа учащихся вуза, учреждений среднего профессионального образования не представляет собой коллектив в полном смысле слова, поскольку она создана из поступающих в вуз, учреждения СПО учащихся с различным жизненным опытом, взглядами, различным отношением к коллективной жизни. Поэтому закономерно происходит притирка людей друг к другу. Организатором жизни и деятельности учебной группы на этом этапе является педагог, он предъявляет требования к поведению и режиму деятельности учащихся. Для педагога важно четко выделить 2-3 наиболее значимых и принципиальных требования к работе и дисциплинированности студентов, не допуская обилия второстепенных указаний, запретов. На этом организационном этапе руководитель должен внимательно изучить каждого члена группы, его характер, особенности личности, выявляя посредством наблюдения и психологического тестирования «индивидуально-психологическую карту» личности учащегося, постепенно выделяя тех, кто более чутко воспринимает интересы коллектива, является активом. В целом первый этап характеризуется социально-психологической адаптацией, т. е. активным приспособлением к учебному процессу и вхождению в новый коллектив, усвоением требований, норм, традиций учебного заведения.

Второй этап развития коллектива (этап формирования) наступает, когда выявлен действенный, а не формальный актив группы, т. е. определены организаторы коллективной деятельности, пользующиеся авторитетом у большинства членов коллектива. Теперь требования к нему выдвигает не только педагог, но и сам актив. Но выявление актива и лидеров происходит через стадии конфронтации, распределения групповых ролей, с постепенным переходом на стадию экспериментирования. Руководитель на втором этапе развития коллектива должен объективно изучать, анализировать межличностные взаимоотношения с помощью социометрии, референтометрии, своевременно принимать меры воздействия для коррекции положения членов группы с высоким и низким социометрическим статусом. Воспитание актива группы — важнейшая задача руководителя, направленная на развитие организаторских способностей актива и устранение негативных явлений: зазнайства, тщеславия, «командирского тона».

Знание структуры неформальных взаимоотношений, того, на чем они основываются, облегчает понимание внутригрупповой атмосферы и позволяет находить наиболее рациональные пути воздействия на эффективность работы. В этой связи большое значение приобретают специальные методы исследования, позволяющие выявлять структуру межличностных взаимоотношений в группе, выделять ее лидеров (к ним относятся социометрия, референтометрия, методика изучения сплоченности коллектива и др.).

Положение человека в коллективе определяется не только индивидуальными особенностями характера, личности, но и спецификой группы. В плохо сплоченном коллективе статус личности зависит во многом от уровня ее общительности. В сплоченном, когда выполняется сложная совместная деятельность, он определяется скорее деловыми и моральными качествами человека, чем общительностью. Как бы то ни было, этот статус оказывает сильнейшее влияние на поведение и самосознание личности.

Руководитель должен знать структуру межличностных отношений, чтобы находить индивидуальный подход к каждому члену группы. Организуя любой вид деятельности, полезно иметь в виду те реальные группировки (по 3-5 человек), которые имеются в коллективе, объединять симпатизирующих друг другу людей. Так, достаточно авторитетная группа людей может возглавить подготовку и проведение определенного мероприятия. Это разумно сделать, потому что, опираясь на свой круг общения, люди эффективнее могут выполнять организаторские функции. Учитывая реально существующие межличностные связи, руководитель добивается двоякой цели: включает членов группировок в коллективную жизнь и влияет на жизнь самой группировки.

Вовлечение членов коллектива в разнообразные виды совместной деятельности (труд, учебу, спорт, отдых, путешествия и т. п.), постановка перед коллективом интересных и усложняющихся целей, привлекательных для многий участников, установление дружеских и требовательных отношений, ответственной зависимости между людьми — все это способствует укреплению и развитию коллектива на втором этапе.

Однако даже на этом уровне коллектив еще не является в полном смысле сплоченной группой единомышленников, наблюдается значительная неоднородность взглядов. Свободный обмен мнениями, дискуссии, внимание руководителя к настроению и мнениям членов коллектива, демократический коллегиальный способ принятия решений и управления создают основу для установления сплоченности.

На третьем этапе развития коллектив достигает высокого уровня единства, сознательности, организованности, ответственности, что позволяет ему самостоятельно решать разнообразные задачи, перейти на уровень самоуправления. Отметим, что далеко не каждый коллектив достигает этой стадии развития.

Для высокоразвитого коллектива характерно наличие сплоченности как ценностно-ориентационного единства, близости взглядов, оценок и позиций членов группы по отношению к объектам (лицам, событиям, задачам, идеям), наиболее значимым для группы в целом. Индексом сплоченности служит частота совпадения взглядов членов группы в отношении нравственной и деловой сферы, в подходе к целям и задачам совместной деятельности.

Такому коллективу свойственно наличие положительного психологического климата, доброжелательного фона взаимоотношений, эмоционального сопереживания, сочувствия его членов друг к другу. Наличие или отсутствие этих признаков позволяет разграничить просто группу людей и коллектив. Проводится такой эксперимент на приборе — групповом интеграторе, имеющем шесть ручек, согласованное вращение которых запускает иглу, перемещающуюся по 5-образной прорези. Испытуемые сообща должны как можно быстрее провести иглу от начала до конца прорези, не касаясь ее бортов. Каждое прикасание к борту (ошибка) наказывается ударом тока. В первой серии экспериментов наказывают током всех участников, во второй — только ответственного руководителя. Показателем наличия симпатии, эмоционального сопереживания у членов группы является примерно равная скорость и точность движения иглы в 1-й и 2-й сериях.

Комплексным показателем взаимоотношений в коллективе является его социально-психологический климат. Это — совокупность отношений членов группы к условиям и характеру совместной деятельности, к коллегам, членам коллектива, к руководителю коллектива.

[http://pro-psixology.ru/socialno-psixologicheskie-fenomeny/145-dinamicheskie-processy-v-gruppe.html]

1. Социальная установка и поведение (современные подходы).

Основные этапы исследования установки

Историю исследования социальной установки можно разделить на несколько этапов так, как, например, это делает П. Н. Шихирев вслед за американским исследователем истории установок М. Ягодой (Шихирев П. Н., 1999).

Первый период приходится на 1918-1940-е годы. В это время закладываются теоретические основания в исследовании данного феномена, ведутся дискуссии о содержании самого понятия «социальная установка», ее влиянии на поведение, о взаимосвязи личностных особенностей индивида и его установочной позиции. В 1929 году Льюис Терстоун разработал один из первых методов измерения установок, получивший название метода равных интервалов или шкалы интервалов (подробнее об этой и других техниках выявления и измерения установок речь пойдет ниже). Л. Терстоун же впервые заявил о наличии в структуре установки аффективного (эмоционального) компонента.

Другой автор, В. Парк пришел к выводу о том, что установки невозможно наблюдать непосредственно, т. е. они носят латентный характер, и что установки формируются на основе жизненного опыта.

В 1932 году Ренсис Ликерт предложил свой метод выявления установок – метод суммарных оценок (метод суммарного рейтинга). Применение этого метода основано на использовании, так называемой шкалы Ликерта.

Раньше мы уже упоминали, что в тот же период, в 1935 году, Г. Оллпорт, проанализировав большое количество имеющихся к тому времени понятий установки, сформулировал свое понимание этого концепта, ставшее базовым для американской социальной психологии.

Особенно отметим, что в этот же период, в 1934 году, социологом Ричардом Лапиером было проведено скандально знаменитое исследование, наделавшее в свое время много шума в научных кругах. Результаты его казались настолько ошеломительными, что в работах некоторых российских авторов до сих пор исследование называют не иначе как «парадокс», «казус» или

«загадка Лапиера» (см. напр. Дилигенский Г. Г. 1994; Шихирев П. Н. 1999 и др.). Правда, на Западе давно уже разрешили «загадку Лапиера» и предпочитают говорить об ошибках Лапиера (более подробно об этом мы поговорим чуть ниже). Пока же отметим, что исследование Лапиера оказало заметное влияние на дальнейшие исследования установки, и в частности, заметно снизило к ней интерес ученых.

Именно этим, т. е. снижением интереса к установке, и характеризуется второй этап в истории ее исследования: 1940–1950-е годы. Кроме разочарования, вызванного результатами исследования Р. Лапиера, переключение внимания социальных психологов на другие проблемы произошло, как полагают некоторые авторы, также и под влиянием идей Курта Левина, изучавшего процессы групповых динамик. Тем не менее, именно в это время создается одна из первых когнитивистских теорий установок – теория когнитивного баланса Фрица Хайдера (1946). Как уже говорилось, М. Смитом (1947) было предложено деление установки на три компонента: когнитивный, аффективный, поведенческий.

Д. Кемпбелл (1960) обратил внимание на устойчивый, даже ригидный характер установки,

определив ее как «синдром устойчивости реакции на социальные объекты» (Шихирев П. Н.,

1999, с. 102)

Следующий этап (50–60-е годы) отмечен новой активизацией исследований установки.

Достаточно сказать, что в это время в Йельском университете (США) начинает осуществляться

«Проект исследования коммуникаций», руководил которым Карл Ховланд. Именно в рамках

йельского исследования Музафером Шерифом (1961) была разработана, ставшая христоматийной теория социальных решений, в которой излагаются принципы формирования

и изменения установок.

Вслед за этой теорией последовали другие, сформулированные с иных теоретических позиций. Среди них наибольшую известность и применение получили теория когнитивного диссонанса Лиона Фестингера (1957) и функциональные теории изменения установок М. Смита, Д. Брунера, Р. Уайта (1956) и Д. Каца (1960). Теории изменения и формирования установок разрабатываются также Ж. Сарновым (1960) и У. МакГайром (1968). Некоторые из названных теорий будут подробно анализироваться в Главе 3 данного Раздела. Кроме того в 1957 году К. Осгуд создает новый метод измерения установок, получивший название техники семантических различий. Она известна в отечественной литературе как «шкала семантического дифференциала».

В 50–60-е годы как на Западе, так и в СССР начинают применяться психофизиологические методы измерения установок, от которых, впрочем, если вспомнить о современном понимании установки как прежде всего когнитивного и оценочного образования, проку было немного.

Начиная с 70-х годов и по настоящее время меняются подходы к пониманию сущности

установки. Когнитивное направление и в общей, и в социальной психологии завоевывает все

большую популярность. Поэтому в исследованиях социальной установки начинают преобладать

когнитивистский подход (Солсо, 1997; Солсо, Джонсон и Билл, 2001).

Установка и поведение

Итак, в предыдущей главе мы выяснили, что связь установки и поведения необязательно

отчетливо выражена. Причин тому несколько. Первая – на поведение человека оказывают влияние не только установки, но и ситуация. Вторая – субъективность восприятия и интерпретация поведения. Например, вы можете иметь очень положительную установку в отношении, допустим, бескорыстных, готовых прийти на помощь людей. Но вот вы встречаете человека с хмурым выражением лица, да к тому же еще и отпускающего язвительные замечания. Ваше же представление о доброте и бескорыстии ассоциируется с лучезарными улыбками и ангельским пением, т.е. с чисто кинематографическими и евангелическими образами. В результате хмурый человек, который на самом деле может оказаться бескорыстным бессребреником, будет идентифицирован вами как злобный корыстолюбец, и наоборот, херувимоподобный мошенник будет воспринят как воплощенное бескорыстие.

Связь «установка – поведение» может быть опосредованной и ослабленной и в силу других факторов: конкуренции установок между собой по степени интенсивности, поведенческих привычек, свидетельствующих о незнании индивидом собственных установок (бездумное поведение), влияния самосознания (Я-концепция) и т. п. О некоторых из упомянутых здесь факторов мы и поведем речь ниже, но при этом необходимо твердо помнить, что сколько бы факторов мы не выявили и не проанализировали, наивно было бы полагать, что нам когда-либо удастся учесть и просчитать все переменные так, что человеческое поведение можно будет рассчитать как траекторию движения физического тела, например, планеты или артиллеристского снаряда. И хотя некоторые авторы (например, Зимбардо, Ляйппе, 2000) полагают, что нечто подобное достижимо в эксперименте, в контролируемых условиях, в лаборатории, другие авторы (Росс, Нисбетт, 2000) имеют на этот счет иное мнение. И действительно, даже в условиях лаборатории исследователь не в состоянии учесть влияние всех переменных. Об этом, кстати, совершенно справедливо утверждал еще Г. Лебон (1995 б).

Современные представления о связи установки и поведения

Начнем с того, что современная социальная психология усматривает одну из причин отсутствия отчетливо выраженной связи между установкой и поведением в том, что исследователи часто используют слишком обобщенные критерии как для выявления установки, так и при определении поведения. Так, скажем, если вы обнаружили у человека некую общую человеколюбивую, гуманистическую установку в противоположность мизантропической, а потом выясняете, что он не любит индивидов А, Б, В, а субъекта Г так просто ненавидит, то это вовсе не означает, что у данного человека поведение не соответствует установке. Здесь, конечно, есть проблема, но она, скорее, философского плана. Суть ее в том, что сколько угодно найдется

индивидов (а может быть, их даже и большинство), которые очень положительно относятся к человеку вообще, но в любом конкретном человеке видят угрозу, испытывают к нему зависть, злобу, агрессию, либо рассматривают его как потенциальную жертву для своих манипуляций.

Поэтому для иллюстрации того, как расходятся общие и специфические установки, возьмем другой, более конкретный пример. Допустим, человек может положительно относится к фруктам, но при этом на дух не переносить, скажем, персики.

С поведением дело обстоит точно так же. Человек выбирает для себя наиболее приемлемый способ поведения. У большинства людей, например, негативная установка в отношении преступников и преступности. Но, вероятно, далеко не каждый, увидев, скажем, что в

чужую квартиру забрались воры, бросится их задерживать, вязать по рукам и ногам или, по крайней мере, примется их увещевать, усовествлять, убеждая, что брать чужое – нехорошо, а воровать вообще грешно. Гораздо более вероятно, что многие в такой ситуации предпочтут позвонить в правоохранительные органы, чем самим вступать в схватку с преступниками.

Националистические или расистские установки тоже не обязательно могут вызывать откровенно расистское или националистическое поведение (о чем, кстати, свидетельствовало исследование Лапиера). В этом отношении очень показательны результаты долговременной, широкомасштабной компании по преодолению расовой вражды в США. Единственное, чего добились американцы, так это того, что на смену традиционному, откровенному расизму, пришел расизм современный, замаскированный, утонченный, получивший название символического расизма. Таким образом, американцы добились только одного – быть расистом в США стало неприлично и накладно, поскольку за выражение расистских взглядов могут не только лицемерно осудить на словах, но и присудить крупных штраф. Исчезла ли из-за этого расовая дискриминация? Нет, просто она приняла более изощренные формы. Следовательно, изменилась форма поведения, но не изменились установки. Американское общество как было расистским и националистическим, таким остается и поныне.

Попутно отметим, что, как полагают Ли Росс и Ричард Нисбетт (2000), достижение столь скромных результатов в крупномасштабных акциях, подобных кампании по установлению расовой терпимости в США, вполне закономерно. Ни одна из таких акций, заключают авторы, не приводила к какому-нибудь заметному успеху. Создатели таких проектов с помощью рекламы добивались лишь одного – щедрого финансирования из бюджета правительства и различных фондов.

Впрочем, вернемся к нашей теме. Итак, мы выяснили, что второй причиной, из-за которой создается впечатление, будто связь установка – поведение оказывается разорванной, является то обстоятельство, что исследователи склонны, как правило, ждать от человека какого-то конкретного, к тому же сиюминутного, поведения, детерминированного имеющейся у него установкой. Ведь именно так обстояло дело с конкретизацией поведения в исследовании Лапиера.

На самом же деле, нет никаких оснований полагать, что если у человека негативная установка в отношении, допустим, китайцев, то он непременно должен наброситься с кулаками на первого же встречного китайца, начать оскорблять его или, по крайней мере, плевать в его сторону.

Поведение – сложное явление, оно предопределяется множеством причин, причем, одновременно, поэтому при попытке выявить связь установки и поведения не стоит рассчитывать на проявление какого-то конкретного поведенческого паттерна. Эту связь необходимо искать в примерах более широкого спектра поведенческих актов. К тому же не стоит забывать и о поликаузальности, иначе говоря, о многопричинности любого поведения.

[Семечкин Н.И. «Социальная психология»]

1. Общая характеристика и области применения метода контент-анализа.

Описание метода контент-анализ

• Контент-анализ – метод качественно-количественного анализа содержания документов с целью выявления или измерения различных фактов и тенденций, отраженных в этих документах.

• Контент-анализ – формализованный метод изучения текстовой и графической информации, заключающийся в переводе изучаемой информации в количественные показатели и ее статистической обработке. Характеризуется большой строгостью, систематичностью.

• Контент-анализ не отменяет необходимости обычного (т.е. содержательного) анализа документов. Первый дополняет второй, их сочетание углубляет понимание смысла любого текста. Контент-анализ позволяет обнаружить в документе то, что ускользает от поверхностного взгляда при его традиционном изучении, но что имеет важныйсоциальный смысл.

Принципиальное отличие этих методов анализа заключено в явно выраженной строгости, формализованности, систематизированности контент-анализа. Он нацелен на выработку количественного описания смыслового и символического содержания документа, на фиксацию его объективных признаков и подсчет последних.

По мнению ряда социологов (Маркоффа, Шапиро, Вейтмана и др.), контент-анализ можно было бы назвать «текстуальным кодированием», так как он предполагает получение количественной информации о содержимом документа на основе ее кодирования.

Кроме того, контент-анализ отличается от всех прочих способов изучения документов, тем, что он позволяет «вписать» содержание документа в социальный контекст, осмыслить его одновременно и как проявление, и как оценку социальной жизни. «Вписывание» документа в изучаемую проблему предполагает выявление того, что: а) существовало до него и получило в нем отражение, б) наличествует только в нем, в) будет после него, т.е. явится итогом его восприятия адресатом.

Сущность метода

• фиксация определенных единиц содержания,

• изучает документы в их социальном контексте,

• может использоваться как основной метод исследования (например, контент-анализ текста при исследовании политической направленности газеты), параллельный, т.е. в сочетании с другими методами (напр., в исследовании эффективности функционирования средств массовой информации), вспомогательный или контрольный (напр., при классификации ответов на открытые вопросы анкет).

Объект контент-анализа

• документы, исследуемое содержание которых, позволяет задать однозначное правило для надежного фиксирования нужных характеристик (принцип формализации), а также, интересующие исследователя элементы содержания встречаются с достаточной частотой (принцип статистической значимости).

• чаще всего в качестве объектов исследования контент-анализа выступают сообщения печати, радио, телевидения, протоколы собраний, письма, приказы, распоряжения и т.д., а также данные свободных интервью и открытые вопросы анкет.

Основные направления применения контент-анализа

• выявление того, что существовало до текста и что тем или иным образом получило в нем отражение (текст как индикатор определенных сторон изучаемого объекта – окружающей действительности, автора или адресата);

• определение того, что существует только в тексте как таковом (различные характеристики формы – язык, структура, жанр сообщения, ритм и тон речи);

• выявление того, что будет существовать после текста, т.е. после его восприятия адресатом (оценка различных эффектов воздействия).

Стадии разработки и применения контент-анализа

• формулируются тема, задачи и гипотезы исследования

• определяются категории анализа – наиболее общие, ключевые понятия, соответствующие исследовательским задачам.

Система категорий играет роль вопросов в анкете и указывает, какие ответы должны быть найдены в тексте.

Категории контент-анализа должны быть исчерпывающими (охватывать все части содержания, определяемые задачами данного исследования), взаимоисключающими (одни и те же части не должны принадлежать различным категориям), надежными (между кодировщиками не должно быть разногласий по поводу того, какие части содержания следует относить к той или иной категории) и уместными (соответствовать поставленной задаче и исследуемому содержанию). При выборе категорий для контент-анализа следует избегать крайностей: выбора слишком многочисленных и дробных категорий, почти повторяющих текст, и выбора слишком крупных категорий, т.к. это может привести к упрощенному, поверхностному анализу. Иногда необходимо принимать во внимание и отсутствующие элементы текста, которые могут быть значимыми для контент-анализа.

Таким образом, категории анализа должны быть:

• уместными, т.е. соответствовать решению исследовательских задач;

• исчерпывающими, т.е. достаточно полно отражать смысл основных понятий исследования;

• взаимоисключающими (одно и то же содержание не должно входить в различные категории в одинаковом объеме);

• надежными, т.е. такими, которые не вызывали бы разногласий между исследователями по поводу того, что следует относить к той или иной категории в процессе анализа документа.

Необходимо выбрать соответствующую единицу анализа – лингвистическую единицу речи или элемент содержания, служащие в тексте индикатором интересующих исследователя явления.

За единицу анализа может быть принято:

• слово,

• предложение,

• тема,

• идея,

• автор,

• персонаж,

• социальная ситуация,

• часть текста, объединенная чем-то, что соответствует смыслу категории анализа.

Сложные виды контент-анализа обычно оперируют не одной, а несколькими единицами анализа. Единицы анализа, взятые изолировано, могут быть не всегда правильно истолкованы, поэтому они рассматриваются на фоне более широких лингвистических или содержательных структур, указывающих на характер членения текста, в пределах которого идентифицируется присутствие или отсутствие единиц анализа – контекстуальных единиц. Например, для единицы анализа «слово» контекстуальная единица – «предложение».

Необходимо установить единицу счета – количественную меру взаимосвязи текстовых и внетекстовых явлений. Наиболее употребительны такие единицы счета, как время-пространство (число строк, площадь в квадратных сантиметрах, минуты, время вещания и т.п.), появление признаков в тексте, частота их появления (интенсивность).

Единица счета – количественная мера единицы анализа, позволяющая регистрировать частоту (регулярность) появления признака категории анализа в тексте. Единицами счета могут быть число определенных слов или их сочетаний, количество строк, печатных знаков, страниц, абзацев, авторских листов, площадь текста, выраженная в физических пространственных величинах и многое другое.

Важен выбор необходимых источников, подвергаемых контент-анализу.

Проблема выборки содержит в себе выбор источника, количества сообщений, даты сообщения и исследуемого содержания. Все эти параметры выборки определяются задачами и масштабами исследования.

Чаще всего контент-анализ проводится на годичной выборке: если это изучение протоколов собраний, то достаточно 12 протоколов (по числу месяцев), если изучение сообщений средств массовой информации – 12-16 номеров газеты или теле-, радиодней. Обычно выборка сообщений средств массовой информации составляет 200-600 текстов.

Основные процедуры контент-анализа

Выявление смысловых единиц контент-анализа, которыми могут быть:

• понятия, выраженные в отдельных терминах;

• темы, выраженные в целых смысловых абзацах, частях текстов, статьях, радиопередачах и т.п.;

• имена, фамилии людей;

• события, факты и т.п.;

• смысл апелляций к потенциальному адресату.

Единицы контент-анализа выделяются в зависимости от содержания, целей, задач и гипотез конкретного исследования.

Выделение единиц счета, которые могут совпадать либо не совпадать с единицами анализа. В 1-м случае процедура сводится к подсчету частоты упоминания выделенной смысловой единицы, во 2-м – исследователь на основе анализируемого материала и здравого смысла сам выдвигает единицы счета, которыми могут быть:

• физическая протяженность текстов;

• площадь текста, заполненная смысловыми единицами;

• число строк (абзацев, знаков, колонок текста);

• длительность трансляции по радио или ТВ;

• метраж пленки при аудио- и видеозаписях,

• количество рисунков с определенным содержанием, сюжетом и пр.

Процедура подсчета в общем виде сходна со стандартными приемами классификации по выделенным группировкам. Применяется составление специальных таблиц, применение компьютерных программ, специальных формул (напр., «формула оценки удельного веса смысловых категорий в общем объеме текста»), статистические расчеты понятности и аттрактивности текста.

Проведение контент-анализа требует предварительной разработки ряда исследовательских инструментов. Из них обязательными являются:

• классификатор контент-анализа,

• протокол итогов анализа, который имеет второе обозначение – бланк контент-анализа,

• регистрационная карточка или кодировальная матрица,

• инструкция исследователю, непосредственно занимающемуся регистрацией и кодировкой единиц счета,

• каталог (список) проанализированных документов.

Классификатором контент-анализа называется общая таблица, в которую сведены все категории (и подкатегории) анализа и единицы анализа. Ее основное предназначение – предельно четко зафиксировать то, в каких единицах выражается каждая категория, используемая в исследовании. Классификатор можно уподобить социологической анкете, где категории анализа играют роль вопросов, а единицы анализа – ответов. Он является основным методическим документом контент-анализа, предопределяющим содержание всех прочих инструментов этого метода.

Протокол (бланк) контент-анализа содержит: во-первых, сведения о документе (его авторе, времени издания, объеме и т.п.); во-вторых, итоги его анализа (количество случаев употребления в нем определенных единиц анализа и следующие отсюда выводы относительно категорий анализа). Протоколы заполняются, как правило, в закодированном виде, но не ради сохранения тайны итогов контент-анализа, а исходя из желательности на одном листе бумаги уместить всю информацию о документе, чтобы удобнее было сопоставлять друг с другом итоги анализа разных документов. Если в исследовании осуществляется контент-анализ малого числа документов, то можно обойтись без кодирования и заполнять эти протоколы в открыто-содержательном виде.

Регистрационная карточка представляет собой кодировальную матрицу, в которой отмечается количество единиц счета, характеризующее единицы анализа. Протокол контент-анализа каждого конкретного документа заполняется на основе подсчета данных всех регистрационных карточек, относящихся к этому документу

Таблица контент-анализа

• Необходимым условием является разработка таблицы контент-анализа – основного рабочего документа, с помощью которого проводится исследование.

• Тип таблицы определяется этапом исследования. Например, разрабатывая категориальный аппарат, аналитик составляет таблицу, представляющую собой систему скоординированных и субординированных категорий анализа. Такая таблица внешне напоминает анкету: каждая категория (вопрос) предполагает ряд признаков (ответов), по которым квантифицируется содержание текста.

• Для регистрации единиц анализа составляется другая таблица – кодировальная матрица. Если объем выборки достаточно велик (свыше 100 единиц), то кодировщик, как правило, работает с тетрадью таких матричных листов. Если выборка невелика (до 100 единиц), то можно проводить двумерный или многомерный анализ. В этом случае для каждого текста должна быть своя кодировальная матрица. Эта работа трудоемка и кропотлива, поэтому при больших объемах выборки сопоставление интересующих исследователя признаков осуществляется на компьютере.

[http://psylist.net/praktikum/00331.htm]

1. Социально-психологические проблемы конфликта: типы, структуры, функции, стратегии конфликтного взаимодействия.

Конфликтное взаимодействие

Процесс взаимодействия не всегда происходит в желаемом направлении. Между людьми, которые контактируют, могут возникнуть частичные противоречия, а может проявляться и антагонизм позиций, порождённый наличием в них ценностей, целей и мотивов, что противоречат друг другу. Тогда отношения осложняются до такой степени, что говорят о возникновении межличностного конфликта, под которым принято понимать столкновение противоположных взглядов, интересов и действий отдельных людей и групп.

На психологическом уровне противоречие проявляется в сильных негативных переживаниях участников относительно ситуации, оппонентов и самих себя. То есть в конфликте высокая психологическая цена - многообразие негативных эмоций, стрессов, переживаний, разочарований, потерь, грехов. Конфликт может привести к изменению системы отношений и ценностей. В условиях конфликта люди, словно по-другому начинают воспринимать реальность, прибегать к действиям, которые обычно им не свойственные. Важно подчеркнуть, что в конфликт перерастает не либо какое противоречие, а, как правило, такое, в котором представлены важные потребности, стремления, интересы, цели людей, социальный статус личности, ее престиж.

Если конфликт своевременно не решается, то это может привести к неврозу, болезненному состоянию, стойкому расстройству отношений между индивидами, которые взаимодействуют.

С точки зрения социальной психологии нужно определить собственный аспект анализа в конфликте, поскольку эта проблема является предметом изучения ряда других дисциплин, таких как социология, политология и т.д.

Поэтому социальная психология в первую очередь сосредоточивает внимание на таких аспектах конфликта, как: осознание ситуации конфликта его участниками; выделение социально-психологических составляющих, которые предопределяют внутреннюю характеристику конфликта, т.е. совокупность мотивов, реальных интересов, ценностей, побуждающих человека или группу лиц участвовать в развязывании разногласий; выяснение причин и стадий формирования субъективного образа конфликтной ситуации.

Социальная и индивидуальная важность межличностного конфликта может быть неоднозначной. При одних условиях конфликт может возникнуть как результат различия базовых ценностей, моральных качеств, особенностей мировосприятия отдельных индивидов, в противном случае противоречия, которые возникают, могут базироваться на «мелких» причинах.

Хотя здесь следует отметить, что для самих сторон конфликта повод, который привел к непониманию, не считается «мелочью», поскольку они накладывают на него большое количество дополнительного контекста. Имеет значения и тот факт, что в межличностном конфликте уменьшается способность его участников к саморегуляции, сознательному самоконтролю, часто наблюдаются аффективные действия, снижается устойчивость к стрессам и фрустрации.

Конечно, бывают ситуации, когда именно конфликты помогают решить злободневные проблемы. То есть, с одной стороны, конфликты создают напряженные взаимоотношения между людьми, переключают их внимание с непосредственных забот на «выяснение отношений», тяжело сказываются на нервно-психическом состоянии сторон конфликта, а с другой, межличностные конфликты могут иметь не только деструктивную, разрушительную , но и творческую силу, когда их преодоления способствует улучшению отношений, взаимопонимания между людьми.

Конструктивная, позитивная роль конфликта может также заключаться в росте самосознания участников конфликта, если тот преследует социально значимую цель. Во многих случаях конфликт формирует и утверждает определенные ценности, объединяет единомышленников, играет роль предохранительного клапана для безопасного и даже конструктивного выхода эмоций. Таким образом, до самого факта конфликта нельзя относиться однозначно. Анализируя его, следует учитывать как социальную природу конфликта, так и психологические последствия.

Социальные и индивидуальные причины возникновения конфликта успешно выясняются при наличии адекватной понятийной схемы, характеризующей конфликт. В социальной психологии в основном сложилось представление о конфликте, его структуре, динамике, функции и типологии.

Относительно структуры конфликта, то можно выделить следующие его основные элементы:

• участники конфликта, которые называются оппонентами (от лат. opponens - тот, что отрицает), соперниками, противниками и представляют не менее двух сторон;

• позиция сторон (внутренняя и внешняя);

• конфликтная ситуация;

• инцидент, то есть действие, которое направлено на создание конфликта;

• объект конфликта (реально имеющаяся объективная причина, по которой оппоненты вступают в «борьбу»);

• предмет конфликта (и внутренняя причина, например, личная неприязнь, которую имеет каждый оппонент, который вступает в конфликт);

• развитие и разрешение конфликта.

Поскольку в конфликте участвуют отдельные лица, прежде всего защищающие не собственные интересы, а интересы группы, то оппоненты, которые вступают в конфликт, имеют разный «вес», «силу», которые и определяют возможность победы. Указанную характеристику «силы» в теории и практике конфликта называют рангом оппонента. При этом оппонентом первого ранга становится человек, который действует от своего имени и преследует в конфликте достижения личных целей.

Участником второго ранга является «личность», которая отстаивает в конфликте интересы малой группы. Участником третьего ранга называют структуру (или отдельную личность), состоящую из взаимосвязанных групп (например организация), преследующую в этом конфликте общую цель. Можно выделить и четвертый ранг, при котором оппонент имеет возможность говорить от имени социальной системы, олицетворять собой культуру, нравственность и др.

Также ведут речь и о так называемом нулевом ранге, который воплощает особенности нарушителя определенных социальных норм. В ходе разрешения конфликта сознательно или бессознательно оппоненты пытаются повысить свой ранг и снизить ранг противоположной стороны вплоть до нулевого.

Социально-психологическая сущность конфликта осознается и понимается скорее и эффективнее, если проведена некоторая классификация (типология) конфликтов по их признакам. Хотя единой классификации не создано через разнообразие форм проявления конфликтов, различий в характере их протекания, возможных последствий и т.п., однако обычно для создания классификации выбирается основной отличительный признак и за ним осуществляется группировка.

По непосредственным социально-психологическим причинам, выделяют такие виды межличностных конфликтов:

• конфликты, вызванные недоразумениями в передаче и восприятии информации (отсутствие или недостаток информации; ошибочная информация; различия в понимании важности информации; различия в интерпретации информации; непохожесть в порядке и способах оценки информации);

• конфликты, вызванные особенностями взаимодействия (выразительные эмоции; неправильное толкование и стереотипность мышления;

• отсутствие обратной связи; часто повторяющиеся негативные поступки, различия в критериях оценки идей и поведения и т.д.);

• конфликты, возникшие на уровне служебно-коммуникативного взаимодействия, т.е. «вертикальные» и «горизонтальные» (первые могут быть типа «работник - руководитель» или наоборот, в зависимости от того, кто является инициатором конфликта, а вторые - типа «работник - работник », инициатива может идти от одного из сотрудников или же от обоих одновременно).

По признаку «объективность - субъективность причины» конфликты разделяют на : деловые (в основе делового конфликта лежит вполне конкретная объективная причина, связанная с предметно-деловыми разногласиями) и эмоциональные (источники эмоциональных конфликтов кроются, прежде всего, в личностно-прагматических интересах оппонентов, их психологической несовместимости.

Конфликты между двумя участниками (так называемые диадные конфликты) являются наиболее распространенным типом межличностного делового или эмоционального конфликта, где в роли оппонентов встают два человека, каждый из которых является субъектом - носителем определенных ценностей, интересов и мнений. И именно диадный конфликт отличается эмоциональным запалом и напряженностью , протекает, как правило, в открытой форме.

Этот конфликт обычно возникает на почве личных симпатий - антипатий, но в определенной группе эмоциональные отношения между людьми всегда оказываются тесно переплетенными с деловыми, карьерными и другими интересами.

Относительно конфликтов между личностью и группой, то они оказываются как противоречие между ожиданиями и требованиями отдельной личности и сформированными в группе нормами поведения.

Известны и другие признаки, по которым классифицируют межличностные конфликты:

• по признаку «продолжительность течения» (конфликты разделяют на кратковременные и затяжные);

• по степени их влияния на эмоциональное состояние и деятельность оппонентов (конфликты, которые нарушают эмоциональную и деловую стабильность участников недоразумения, и разрушительные конфликты).

Среди общих причин возникновения конфликтов, связанных с психологическими и социально-психологическими особенностями участников межличностного взаимодействия, можно назвать следующие:

• ценностные факторы (принципы, которые провозглашает человек или отвергает; личностные системы убеждений, верований и т.п.);

• особенности отношений, связанных с чувством удовлетворения от взаимодействия или его отсутствием (учитываются их основа, сущность, баланс силы, значимость для себя и других, продолжительность, совместимость / несовместимость сторон и др.);

• поведенческие факторы (ущемлению интересов, подрыва самооценки, эгоизм, безответственность, несправедливость, скептицизм, сосредоточение внимания на мелочах, грубость, давление и т.д.);

• незнание тех или иных характерных , психологических свойств другого лица;

• неправильное толкование мыслей, поступков (отсутствие неформального общения, в результате чего создается поверхностное представление о собеседнике; психологическая скованность, неумение или боязнь продемонстрировать свои истинные качества; психологическая насыщенность, когда однообразие лиц, условий работы, ритма труда вызывает негативные эмоции); несоблюдение общепринятых моральных норм, переоценка собственных возможностей и недооценка возможностей других.

Динамика протекания конфликта зависит от поведения его оппонентов. Поскольку люди неодинаково ведут себя во время конфликта, то вопрос, который является предметом разногласий, может решаться как в форме совета, просьбы, так и в форме коренной ломки взаимоотношений.

Известны такие формы протекания конфликта:

• открытый конфликт, который характеризуется очевидным, ярко выраженным, эмоционально насыщенным столкновением сторон;

• скрытый конфликт (реальные различия скрываются оппонентами за внешне безупречными формами отношений);

• так называемый «слепой» конфликт (один или оба участника вообще не осознают его наличия);

• «неизвестный» конфликт (реальные противоречия маскируются, а на поверхности отношений остается слабо выраженная неприязнь).

Одновременно каждая форма течения конфликта имеет свой специфический тип поведения и взаимоотношения людей. На стадии, когда состояние напряженности скрыто, чрезвычайно важно почувствовать момент осознания ситуации как конфликтной, то есть момент понимания того, что противоречие, которое возникло, привычным образом не разрешится.

Именно такое осознание и определение ситуации, как конфликтной , становится своеобразным пусковым психологическим механизмом, который отсекает все стратегии и формы поведения, которые не соответствуют состоянию конфликта, и «включает» тот запас стратегий поведения, который помогает достичь цели, решить проблему.

На этой стадии, которая вызывает различные эмоции, неодинаковое отношение к конфликту оппонентов, предлагаются некоторые варианты, формы совместных действий:

• уход от конфликтной ситуации (осознав ситуацию как конфликтную, оценив ее возможные результаты, один из оппонентов может принять решение о выходе из системы отношений, что сложилась);

• переговоры или «торг», поиски компромиссов. В форме открытого конфликта каждая из сторон расценивает собственные ресурсы как значительные и считает, что есть резерв их усиления.

Для того, чтобы достичь максимума желаемого, разрабатываются и предлагаются определенные формы действий:

• демонстрация усиления собственных ресурсов (тактика заключается в том, что одна из сторон дает понять своим оппонентам, что у нее есть реальная возможность увеличить свои ресурсы таким образом, что они значительно перекроют ресурсы другой стороны; безусловно, на такое действие оппонент может реагировать по - разному, а именно: он выходит из конфликтной ситуации, ведь собственные возможности могут показаться меньшими; мобилизует дополнительный потенциал, отыскивает пути усиления собственных ресурсов);

• выжидания, сохранение предыдущего состояния (эта тактика часто применяется, чтобы получить дополнительную информацию от оппонентов, их ресурсы и т.д.);

• риск (сторона, которая использует подобную тактику, применяет серию быстрых, непрерывных, максимально эффективных действий, на которые невозможно не ответить, создавая тем самым своему оппоненту условия неожиданности, дефицита времени, которые в соотношении с дефицитом информации заставляют делать грубые промахи и ошибки) ;

• принуждение (тактика используется сильной стороной и стороной, которая имеет больше возможностей для усиления собственных ресурсов).

Этап решения межличностного конфликта, является самой сложной задачей для его участников, он требует проявления творчества. Именно межличностный уровень в первую очередь требует вникнуть в психологическую сущность разногласий между сторонами, которые конфликтуют, не отдавая предпочтения тому или иному оппоненту. Исходя из этого, предлагается немало практических рекомендаций и по предупреждению конфликтов, и в отношении его профилактики или ослабления.

При этом выбор способов и методов преодоления конфликта зависит как от объективной ситуации, психического состояния оппонентов, так и от направленности конфликта, то есть будет ли он способствовать более глубокому пониманию проблемы, а следовательно и развитию элементов кооперативного взаимодействия внутри конфликта, или, наоборот, приведет к расшатыванию и несогласованности взаимодействия.

[http://psyznaiyka.net/socio-obchenie.html?id=22]

Виды и типы конфликтов

Для правильного понимания и толкования конфликтов, их сущности, особенностей, функций и последствий важное значение имеет типологизация, т.е. выделение основных типов конфликтов на основе выявления сходства и различия, надежных способов идентификации конфликтов с общностью существенных признаков и отличий.

Для выбора адекватного метода воздействия и управления соответствующим конфликтом целесообразно проводить классификацию в зависимости от основных признаков: способу решения; сферы проявления; направленности воздействия; степени выраженности; количества участников; нарушенных потребностей.

На основе классификации определяют виды и разновидности конфликтов . Вид конфликта - вариант конфликтного взаимодействия, выделен по определенному признаку.

Способ разрешения конфликтов предполагает их деление на антагонистичные (насильственные) конфликты и компромиссные (ненасильственные).

Насильственные (антагонистичные) конфликты представляют собой способы разрешения противоречий путем разрушения структур всех конфликтующих сторон или отказа всех сторон, кроме одной, от участия в конфликте. Эта сторона и выигрывает. Например: полное поражение противника в споре ( выборы органов власти и т. д.).

Компромиссные конфликты допускают несколько вариантов их решения за счет взаимного изменения целей участников конфликта, сроков, условий взаимодействия. Например: поставщик не отправляет производителю заказанное сырье в указанный срок. Производитель имеет право требовать выполнения графика поставок, но сроки поставок груза изменились по причине отсутствия средств для транспортировки из-за неплатежей. По взаимной заинтересованности достичь компромисса возможно путем проведения переговоров, изменения графика поставок.

Сферы проявления конфликтов крайне разнообразны: политика, экономика, социальные отношения, взгляды и убеждения людей. Выделяют политические, социальные, экономические, организационные конфликты.

Политические конфликты - столкновение по поводу распределения властных полномочий, формы борьбы за власть.

Социальный конфликт представляет собой противоречия в системе отношений людей (групп), которые характеризуются усилением противоположных интересов, тенденций социальных сообществ и индивидов. Разновидностью социальных конфликтов считаются конфликты трудовые и социально-трудовые, т.е. в сфере трудовой деятельности. Это большая группа конфликтов, который возникают очень часто в виде забастовок, пикетов, выступлений больших групп работников.

Экономические конфликты представляют собой широкий спектр конфликтов, в основе которых лежат противоречия между экономическими интересами отдельных личностей, групп. Это борьба за определенные ресурсы, льготы, сферы экономического влияния, распределение собственности и т.д. Указанные виды конфликтов распространены в разных уровнях управления.

Организационные конфликты являются следствием иерархических отношений, регламентирования деятельности человека, применение распределительных отношений в организации: использование должностных инструкций, функционального закрепления за работником прав и обязанностей; внедрения формальных структур управления; наличия положений по оплате и оценки труда, премирования сотрудников.

По направленности воздействия выделяют вертикальные и горизонтальные конфликты. Характерной чертой их является распределение объема власти, который находится в оппонентов на момент начала конфликтных взаимодействий.

В вертикальных конфликтах объем власти уменьшается по вертикали сверху вниз, что и определяет разные стартовые условия для участников конфликта: начальник - подчиненный, высшая организация - предприятие, основатель - малое предприятие.

В горизонтальных конфликтах происходит взаимодействие равноценных по объему имеющейся власти или иерархическим уровнем субъектов: руководители одного уровня, специалисты между собой, поставщики - потребители.

Степень выраженности конфликтного противостояния предполагает выделение скрытых и открытых конфликтов.

Открытые конфликты характеризуются явно выраженным столкновением оппонентов: ссоры, споры, столкновение. Взаимодействие регулируется нормами, соответствующими ситуации и статусу участников конфликта.

В случае скрытого конфликта отсутствуют внешние агрессивные действия между конфликтующими сторонами , но при этом используются косвенные способы воздействия. Это происходит при условии, что один из участников конфликтного взаимодействия опасается другого, или же у него нет достаточной власти и сил для открытой борьбы.

Количество участников конфликтного взаимодействия позволяет разделять их на внутриличностные, межличностные, межгрупповые .

Внутриличностные конфликты - представляют собой столкновение внутри личности равных по силе, но противоположно направленных мотивов, потребностей, интересов. Особенностью данного вида конфликта есть выбор между желанием и возможностями, между необходимостью выполнять и соблюдением необходимых норм.

На выбор правильного решения в случае внутриличностного конфликта человек может потратить много сил и времени, а следовательно, стремительно растет эмоциональная напряженность, может возникнуть стресс, а перед принятием решения поведение личности может стать неконтролируемым. Примерами являются конфликты «плюс-плюс», «плюс-минус», «минус-минус».

Конфликты «плюс-плюс» предполагают выбор одного из двух благоприятных вариантов. Например, куда поехать отдыхать или что купить (машину какой марки).

Следует отметить: выбор происходит из двух благоприятных вариантов, однако необходимость выбора может быть настолько сложной и мучительной, что будет сопровождаться стрессовыми ситуациями.

Конфликты «плюс-минус» - это конфликты притяжения и отталкивания, принятие решения, когда каждый из вариантов может иметь и позитивные, и негативные последствия, а выбрать надо один, с учетом решения общего задания.

Например: в конфликте руководителя с подчиненным увольнение подчиненного предстает для руководителя как альтернатива: освобождение невыгодного подчиненного (позитивный аспект) и необходимость поиска нового сотрудника, сотрудника для выполнения поставленной задачи (негативный аспект). В данном случае необходимо просчитывать ряд вариантов, необходимые эмоциональные и материальные затраты на реализацию поставленной цели. Если оставить хорошего, но невыгодного работника, заставить его работать над поставленной задачей, то последствия такого решения могут вскоре негативно сказаться на результатах, тогда конфликт с внутриличностного перерастет в конфликт с подчиненным, т.е. в межличностный.

Другим видом внутриличностного конфликта является ролевой конфликт, когда в одной личности возникает необходимость одновременного выполнения различных своих ролей, которые к тому же противоречат друг другу. Встает вопрос выбора, что делать.

Например: мастеру производственного участка передано указание от начальника цеха наращивать выпуск продукции, а руководитель службы качества настаивает на повышении качества продукции путем замедления производственного процесса. Мастером давались противоречивые указания, причем одновременно. Данный конфликт в результате может быть сведен к конфликту «минус-минус», поскольку мастер поставлен перед проблемой выбора: что делать, чье указание выполнять, за счет чего это делать.

Внутриличностный конфликт может также возникнуть в результате того, что производственные требования не совпадают с личными потребностями или ценностями.

Например: женщина-руководитель давно планировала в субботу поехать вместе с мужем и детьми отдохнуть за город, к тому же большое внимание к работе стало плохо сказываться на семейных отношениях. В пятницу вечером в ее непосредственного начальника возникли проблемы относительно выполнения срочного задания, и он настоял, чтобы она взялась решать эти проблемы в выходные дни и даже вышла на работу в субботу. Иначе под угрозой срыва оказался бы крайне выгодный для компании контракт, за выполнение которого отвечает подразделение именно этой женщины .

Сложность решения внутриличностных конфликтов заключается в том, что иногда происходит столкновение трех составляющих, необходимых для достижения поставленной цели: желание ( «хочу»), возможности ( «могу»), необходимости ( «надо»).

Межгрупповые конфликты - конфликты между различными группами, подразделениями, в которых затрагиваются интересы людей, объединенных в период конфликта в единые сплоченные сообщества.

Следует отметить, что эта сплоченность может исчезнуть сразу после прекращения конфликта, но в момент отстаивания общих интересов единство группы может быть достаточно значительным.

Межличностные конфликты представляют собой столкновение индивидов с группой, между собой, борьбу за интересы каждой из сторон. Это один из наиболее распространенных видов конфликтов.

В зависимости от нарушенных потребностей выделяют когнитивные конфликты и конфликты интересов.

Конфликт когнитивный – конфликт взглядов, точек зрения, знаний. В таком конфликте целью каждого субъекта является убедить оппонента, доказать правильность своей точки зрения, своей позиции.

Конфликты интересов можно представить как противовес конфликта когнитивного, что означает противоборство, основанное на столкновении интересов различных оппонентов (групп, индивидов, организаций).

В связи с тем, что распределение конфликтов на виды представляется весьма условным, четкой границы между различными видами не существует, и на практике возникают такие конфликты: организационные вертикальные межличностные; горизонтальные открытые межгрупповые и т. д.

http://psyznaiyka.net/view-conflictHYPERLINK "http://psyznaiyka.net/view-conflictology.html?id=6"ology.html?id=6

Функции конфликтов.

Конфликт выполняет ряд функций в той среде, где он происходит. Функции конфликта не только деструктивны, но и конструктивны. А чтобы суметь справиться с конфликтной ситуацией, да ещё и извлечь из неё выгоду для себя, необходимо эти функции знать. Конструктивные функции. Информационно-познавательная. Любой конфликт сигнализирует о наличии проблемы, требующей решения, позволяет ее познать, поскольку выявляется в совокупности воспринимаемых людьми фактов. Конфликт стимулирует познание интересов, ценностей, позиции, сталкивающихся в противоборстве субъектов; высвечивает сущность социальных изменений, выраженных противоречием, лежащим в основе конфликта. Разногласия, дискуссии как формы конфликтного поведения способствуют поиску истины. В ходе и в результате взаимных столкновений социальные агенты лучше узнают друг друга, усваивают полезный с точки зрения каждой стороны опыт, находя, при желании, возможные точки соприкосновения их взглядов и интересов. В процессе конфликта раскрывается подлинная картина того, что представляет из себя каждая сторона, какие ценности (и ценности ли) она отстаивает. Другая всеобщая функция конфликта — интегративная. Казалось бы, имеет место парадокс: конфликт способствует интеграции, объединению людей, а стало быть, установлению равновесия, стабильности в обществе. Однако такова реальная диалектика социума, где конфликт и интеграция неразрывно взаимосвязаны и постоянно меняются местами. Доминирование одного сменяется доминированием другого. Возникновение, развитие, я главное, разрешение конфликта сплачивает группы, сообщества, способствует гармонизации общественных отношений, стимулирует социализацию групп и индивидов, а тем самым содействует формированию необходимого равновесия в общественном организме. Ещё одна из общих функции конфликта — функция стимулирования адаптации социальной системы или ее отдельных элементов, включая субъектов, к изменяющейся среде. Обществу, социальным группам, индивидам, партиям и другим объединениям, идеологиям, культурным системам приходится постоянно сталкиваться с новыми условиями и новыми порождаемыми происходящими изменениями. Отсюда необходимость адаптации, приспособления к новой ситуации путем преобразования форм и методов деятельности и отношений, переоценки ценностей, критики устаревших образцов поведения и мышления. Понятно, что процесс адаптации не происходит без противоречий и конфликтов между старым и новым, отжившим и нарождающимся. Если общественная система или какие-то подсистемы (экономические, политические и др.) не справляются с возникающими конфликтами в процессе адаптации, они уходят в небытие. Дисфункции. Конструктивные функции конфликта неотделимы от разрушительных последствий, от дисфункций. Любая позитивная функция конфликта имеет негативную сторону. Та и другая проявляются в определенной ситуации, на определенной стадии конфликта, в результате целенаправленных действии противоборствующих субъектов. Объективные последствия конфликта (конструктивные либо деструктивные) зависят от многих переменных и, в значительной степени, от средств борьбы. Насильственные средства ведут к расколу общества, а не к его интеграции. Насильственный конфликт может перерасти в хроническую форму, стать конфликтом антагонистическим, даже если ранее он таковым не был. Последовательная серия насильственных конфликтов дробит общество, дезорганизует и препятствует его духовной и практической консолидации. В итоге общество оказывается в тупике. Так что, говоря о позитивных функциях конфликта, следует иметь ввиду противоречивую возможность ее реализации. Последствия любой революции — тому пример. Позитивные (конструктивные) функции конфликтов не реализуются, если: они не регулируются совместными усилиями противоборствующих агентов; подавляются одной из сторон; загоняются внутрь общественного организма. В результате могут образоваться следующие дисфункциональные последствия: Неудовлетворенность, плохое состояние духа, рост текучести кадров и снижение производительности. Меньшая степень сотрудничества в будущем. Сильная преданность своей группе и больше непродуктивной конкуренции с другими группами организации. Представление о другой стороне как о «враге»; представление о своих целях как о положительных, а о целях другой стороны как об отрицательных. Сворачивание взаимодействия и общения между конфликтующими сторонами. Увеличение враждебности между конфликтующими сторонами по мере уменьшения взаимодействии и общения. Смещение акцента: придание большего значения «победе» в конфликте, чем решению реальной проблемы.

http://www.igidravlika.com/kospekty-lekczij-po-konfliktologii/voprosy-i-otvety-dlya-izucHYPERLINK "http://www.igidravlika.com/kospekty-lekczij-po-konfliktologii/voprosy-i-otvety-dlya-izuchayushhix-konfliktologiyu/204-socialnoe-pole-konflikta-situaciya-konflikta-funkcii.html"hayushhix-konfliktologiyu/204-socialnoe-pole-konflikta-situaciya-konflikta-funkcii.html

Американские психологи Р.Блейк и Дж. Моутон описали модель поведения в условиях конфликта. Согласно этой модели существует два независимых параметра поведения людей в конфликте:

А) ориентация на достижение собственных интересов и целей и

Б) ориентация на интересы другого, на учет его потребностей и желаний.

Комбинация и сила выраженности этих двух показателей дает 5 стратегий поведения в конфликте

Ориентация на свои интересы	MAХ	Соперничество		Сотрудничество
	Средняя		Компромисс
	MIN	Избегание		Уступка
		MIN	средняя	MAX
	Ориентация на интересы другого человека

1. Избегание (уход от решения ситуации)

Стратегия ухода отличается стремлением уйти от конфликта. Такое поведение бывает, если предмет конфликта не имеет существенного значения. Как правило, это взаимная уступка, т.е. обе стороны готовы избежать ситуации спора, чтобы сохранить отношения.

2. Уступка

Человек, придерживающийся данной стратегии, так же как и в предыдущем случае, стремится уйти от конфликта. Но причины «ухода» в этом случае иные. Человек, принимающий стратегию уступки, жертвует личными интересами в пользу интересов соперника.

Это может быть связано с психологическими особенностями человека - неспособностью и нежеланием вступать в конфронтацию.

На уступки можно пойти из-за неадекватной оценки предмета конфликта - занижение его ценности для себя. В этом случае принятая стратегия является самообманом и не ведет к разрешению конфликта.

А иногда уступка может оказаться лишь тактическим шагом на пути достижения главной стратегической цели - отдать малое, чтобы выиграть большее.

При всех выделенных особенностях стратегии уступки важно иметь в виду, что она оправдана в тех случаях, когда условия для разрешения конфликта не созрели. И в этом случае она ведет к временному «перемирию» на пути конструктивного разрешения конфликтной ситуации.

3. Соперничество (принуждение)

Выбор стратегии принуждения в конечном итоге сводится к выбору: либо выигрыш, либо сохранение отношений. Каждый из участников отстаивает только свои интересы, не считаясь с интересами другого. При такой стратегии активно используются власть, сила закона, авторитет, манипуляции и т. д.

Таким способом можно разрешить конфликтую ситуацию, если предмет спора действительно очень важен для одного из участников и ради этого стоит пойти на риск. Однако, в большинстве случаев даже, если вопрос решается, проигравшая сторона все равно пребывает в состоянии скрытого конфликта и это обязательно проявится в другой ситуации.

4. Компромисс

При компромиссе ни одна из конфликтующих сторон не получает удовлетворения сполна - каждый вынужден в чем-то поступиться своими интересами. Зато отношения вроде бы сохранены!

Мнение, что компромисс - лучшее решение конфликта, довольно распространено. Однако в большинстве случаев компромисс, нельзя рассматривать как способ разрешения конфликта. Это лишь этап на пути поиска приемлемого решения проблемы.

5. Cотрудничество

Стратегия сотрудничества характеризуется высоким уровнем ориентации как на собственные интересы, так и на интересы соперника. Этот подход базируется на удовлетворении интересов обеих сторон и сохранении межличностных отношений. Особое место в выборе данной стратегии занимает предмет конфликта. Если предмет конфликта имеет жизненно важное значение для одной или обеих сторон, то о сотрудничестве не может быть и речи.

Сотрудничество - самый сложный, но и самый выгодный путь решения конфликта. Только в этом случае есть полное удовлетворение сторон и уверенность в том, что конфликт действительно решен, а не запрятан до поры до времени в дальний угол.

Так или иначе, каждая из стратегий приносит свои плоды и может решить конфликтную ситуацию. В сложных переговорах могут чередоваться сразу несколько подходов, если конфликт включает в себя целый комплекс проблем и вопросов.

http://vertexglobal.ru/main/articles/5_straHYPERLINK "http://vertexglobal.ru/main/articles/5_strategij_povedeniya_v_konflikte_izbeganie_ustupka_sopernichestvo_kompromiss_i_sotrudnichestvo/"tegij_povedeniya_v_konflikte_izbeganie_ustupka_sopernichestvo_kompromiss_i_sotrudnichestvo/

1. Механизмы, стадии и институты социализации.

Социализация индивида (механизмы, стадии, агенты и институты).

Формирование личность в социологии рассматривается в контексте двух взаимосвязанных процессов — идентификации и социализации.

Социализация – это процесс усвоения индивидом норм и правил поведения, принятых в обществе. Это двухсторонний процесс, включающий в себя с одной стороны усвоение индивидом социального опыта с помощью вхождения в социальную среду, в систему связей и отношений, с другой стороны – процесс активного воспроизводства принципов системы социальных связей с помощью активной деятельности. Основные этапы социализации: дотрудовой (детство, юность), трудовой (зрелый возраст), послетрудовой (пожилой возраст).

Составные части процесса социализации: обучение (приобретение новых знаний), воспитание (воздействие духовной сферы на поведение), взросление и возмужание (процессы психического и физиологического становления организма). Проводники социализации: социальные институты, посредники, культура.

Институты, группы и отдельных людей, которые оказывают значимое влияние на социализацию, называют агентами социализации. На каждом этапе жизненного пути выделяются свои агенты социализации.

1.В младенческий период главными агентами социализации являются родители или люди, постоянно заботящиеся и общающиеся с ребенком.

2.В период от трех до восьми лет количество агентов социализации быстро растет. Кроме родителей ими становятся друзья, воспитатели, другие люди окружающие ребенка. Кроме этого в процесс социализации включаются средства массовой информации. Особую роль среди них играет телевидение. В ряде работ показано, что роль телевидения растет по мере роста ребенка, к 8-12 годам часто вытесняя влияние родителей и сверстников. Телевидение способствует формированию ценностных ориентаций, притязаний, ролевых моделей поведения.

3.Исключительно важным в процессе социализации является период от 13 до 19 лет. В этот период начинает формироваться отношение к противоположному полу, возрастает агрессивность, стремление к риску, независимости и самостоятельности. Важным в этот период является: изменение роли агентов социализации, изменение в ценностных ориентациях, включая существование параллельных систем ценностей, усиление восприимчивости к негативным оценкам окружающих, несовпадением между уровнем социальных притязаний и низким социальным статусом, противоречием между усилением ориентации на самостоятельность и усиливающейся зависимостью от родителей.

Социализация бывает первичная (родители, близкие, родственники, учителя, друзья, сверстники) и вторичная.

Первичная социализация наиболее интенсивно происходит в детстве и юности.

Вторичная охватывает вторую половину жизни.

Десоциализация – отучение от старых ролей, норм, ценностей.

Ресоциализация – обучение новым ролям, нормам взамен утерянных или недостаточно усвоенных.

Социализация детей и взрослых имеют существенные различия. Социализация взрослых отличается тем, что это главным образом изменение внешнего поведения (социализация детей — формирование ценностных ориентаций), взрослые способны оценивать нормы (а дети только усваивать их). Социализация взрослых имеет своей целью помочь человеку овладеть определенными навыками. Еще одна точка зрения на социализацию взрослых заключается в том, что взрослые постепенно отказываются от наивных детских представлений (например о непоколебимости авторитетов, об абсолютной справедливости и т.д.), от представлений, что существует только белое и черное.

Социализация также способствует сохранению самого общества, прививая новым гражданам общепринятые идеалы, ценности, образцы поведения.

http://www.socioledu.ru/otvety-k-ekzamenu-po-sociologii-socializaciya-individa-mexanizmy-stadii-agenty-i-instituty.html

1. Теория деятельностного опосредования внутригрупповой активности и психологическая теория коллектива.

Группа выступает как субъект деятельности. Все процессы в группе являются опосредованными деятельностью. Особое качество группы, связанной общей деятельностью - продукт развития группы. Высший уровень развития - коллектив. Важнейший признак коллектива, по Макаренко, это не любая совместная деятельность, а сознательно-позитивная, отвечающая потребностям общества. Важная черта - направленность (целеустремленность). Природа отношений в коллективе - признание важнейшей роли совместной деятельности, опосредующей отношения в коллективе. Ряд стадий развития коллектива. По Макаренко, для развития коллектива необходимы "перспективные линии развития коллектива, диалектика требований, завтрашние радости". Коллектив включен в систему общественных отношений и необходима потому согласованность целей коллектива и общества в целом. http://rudocs.exdat.com/docs/index-378350.html?page=17

Рассматривается этапность развития малой группы. При этом выделяются следующие модели коллективообразования:

- стратометрическая концепция А. В. Петровского, выдвигает в качестве критериев построения типологии групп во-первых, степень опосредованности межличностных отношений содержанием совместной деятельности и, во-вторых, общественную значимость деятельности. Развитие группы описывается как движение в своеобразном континууме, положительным и отрицательным полюсами которого являются соответственно коллектив (высокие положительные характеристики по обоим критериям) и компания (высокий положительный показатель по первому и высокий нехороший показатель по второму критерию). В центре размещается диффузная (неопределенная) группа, а промежуточные положения занимают просоциальная и асоциальная ассоциации.

- параметрический подход, предложенный Л. И. Уманским, основан на представлении о социально-психологических параметрах группы, являющихся своеобразными критериями - различительными признаками развития группы как коллектива. К числу таковых характеристик относятся: содержание нравственной направленности группы - единство её целей, мотивов, ценностных ориентаций, организационное единство группы, групповая подготовленность в сфере той либо другой деятельности, психологическое единство - интеллектуальная, эмоциональная, волевая коммуникативность, характеризующая процесс межличностного познания и взаимопонимания в группе, межличностные контакты эмоционального характера, стрессоустойчивость и надежность группы в экстремальных ситуациях. В зависимости от каждого из характеристик группа размещается по степени собственного развития в континууме, серединную точку которого занимает группа конгломерат, а полюсами являются коллектив и антиколлектив. Движение группы к положительному полюсу - коллективу, связано с последовательным прохождением ею двух отменно новейших стадий - кооперации и автономизации. Меж группой-конгломератом и группой- кооперацией может быть появление таковых промежуточных уровней, как номинальная группа и группа-ассоциация.

- двуфакторная, либо двумерная модель Б. Такмена обрисовывает динамику группового процесса исходя из учета условий, в которых формируется группа.

Наличие двух сфер групповой активности - деловой (решение групповой задачки) и межличностной (развитие групповой структуры), положение группы в гипотетической последовательности развития, то есть, в соответствующей стадии. В каждой из указанных сфер предполагается прохождение группой четырех последовательно сменяющих дуг друга этапов.

В сфере межличностной активности:

- стадия проверки и зависимости,

- стадия внутреннего конфликта,

- стадия развития групповой сплоченности,

- стадия функционально-ролвой соотнесенности.

В сфере деловой активности:

- стадия ориентировки в задачке,

- стадия эмоционального ответа на требования задачки,

- стадия открытого обмена релевантными интерпретациями,

- стадия принятия решений.

Особо рассматривается развитие группы в экстремальных условиях и частные модели группообразования, где внимание обращается на какой-то один аспект развития малой группы.

http://bigrefs.ru/19/ref.php?id=1232832421

1. Невербальные средства коммуникации: методологические проблемы.

МЕТОДОЛОГИЧЕСКИЕ ПРОБЛЕМЫ ИССЛЕДОВАНИЯ

НЕВЕРБАЛЬНОЙ КОММУНИКАЦИИ

В.И. Екинцев

В последние десятилетия активно развиваются исследования невербальной коммуникации в области экспериментальной, прикладной психологии, этнографии, истории, педагогики, психолингвистики. Невер-бальная коммуникация как средство общения рассматриваются в разных взаимосвязях их содержания и функций. Данные исследования демонстрируют большой интерес к области невербального поведения человека, расширяют понимание невербального общения и поведения человека.

Большинство зарубежных и отечественных исследователей (Р. Бердвистл, А. Пиз, Дж. Фаст, А. Кендон, А.А. Акишина, Х. Тано, М. А. Ро-дионов и др.) подходят к изучению невербального общения с позиции лингвоцентризма, семиотики жеста, с позиции феноменологического подхода. В работах А. Пиза, М. Вудкока, Д. Фрэнсиса, В. Биркенбиль и др. даются практические рекомендации по использованию невербальных средств общения, но эти рекомендации основываются не на результатах экспериментальных исследований, а на интуитивных обобщениях эмпи-рического характера. С другой стороны, существующие «словари жес-тов» созданы не психологами, а лингвистами (А.А. Акишина, Х. Тано, М.А. Родионов, С.А. Григорьева, Н.В. Григорьев, Г.Е. Крейдлин и др.). Практически преобладает лингвоцентрический подход над подходом к изучению невербального общения как выражения смысловой сферы личности, феноменологический подход при изучении невербального обще-ния над экспериментальным подходом.

Это не означает, что психологи не должны делать необходимых заимствований у «лингвоцентристов», но избежать редукционизма психологи могут только за счет четкого очерчивания предмета психологического исследования. Это же касается и психологической оценки исследований жеста, осуществляемых с исторических, этнокультурных, эстетических позиций (М.А. Родионов, Ю.Е. Березкин, Ю.Ю. Чернявичюте и др.). Е.И. Фейгенберг, А.Г. Асмолов отмечали, что главным препятствием затрудняющим создание словаря жестов, анализ природы невербальной коммуникации, является изучение невербальной сферы с позиции лингвоцентризма.

В связи с этим перед психологией возникают проблемы связанные с методологией исследования невербальной коммуникации. Проблема не-вербальной коммуникации относится к фундаментальным проблемам 560

психологии. Исторически невербальное выражение являлось основой общепсихологических концепций и учений (В. Вундт, В.М. Бехтерев, К.Н. Корнилов, К. Бюлер и др.). Такие выдающиеся ученые как Ч. Дар-вин, В. Вундт, В.М. Бехтерев стремились обнаружить сходство или свое-образие выразительных движений у человека и у животных. В работах Ч. Шеррингтон, А.А. Ухтомский, А.Н. Леонтьев, А.В. Запорожец, С.В. Дмитриев отмечалось зависимость двигательных установок от внут-ренних установок личности, смысловых факторов. Связь моторной орга-низации организации человека с вышестоящими уровнями психической деятельности отмечали И.М. Сеченов, В.М. Бехтерев, Г.В. Коренев, А.Н. Леонтьев, А.В. Запорожец, С.В. Дмитриев, А.А. Крылов, А. Kendon.

О.К. Тихомировым (1984) было показано, что невербализованный смысл элемента всегда больше по объему, чем его вербализованный эквивалент. Вербализованный смысл определяет лишь общее направление поиска, а невербализованный смысл этого же вида выделяет конкретную зону установления взаимодействий. Невербальное общение – это непосредственное выражение в поведении человека смысловой сферы личности, поэтому невербальная коммуникация является преимущественно проявлением смысловой сферы личности. Е.И. Фейгенберг, А.Г. Асмолов считают, что «личностные смыслы – вот то, что передается посредством невербальной коммуникации» (Фейгенберг Е.И., Асмолов А.Г. Некото-рые аспекты исследования невербальной коммуникации: за порогом рациональности // Психологический журнал. 1989. Т. 10, № 6. С. 65). В.А. Лабунская, рассматривая невербальное поведение как личностно-динамическое образование доказала, что невербальное поведение личности входит в структуру экспрессивного Я личности, выражающих динамичность и направленность отношений человека к действительности (Лабунская В.А., 1999)).

http://psy.tsu.ru/data/pdf/3_11.pdf

1. Классификация малых групп и основные направления их исследования.

В настоящее время известно около 50 различных оснований классификации малых групп: по времени их существования (долго- и кратковременные), по степени тесноты контакта между членами, по способу вхождения

в них индивида и т. д. Наиболее распространенными являются три классификации:

- первичные» и «вторичные»;

- формальные» и «неформальные»;

- группы членства» и «референтные группы».

Деление малых групп на первичные и вторичные впервые было предложено Ч. Кули, который вначале дал просто описательное определение первичной группы, имея в виду такие группы, как семья, группа друзей, группа ближайших соседей, а также привел их существенную характеристику — непосредственность контактов. Но при выделении такого признака первичные группы стали отождествлять с малыми группами, и тогда классификация утратила смысл. По традиции такое деление сохраняется, причем вторичными в этом случае считаются те, где нет непосредственных контактов, а для общения между членами используются различные «посредники» в виде, например, средств связи, по существу же, исследуются в основном первичные группы, так как только они удовлетворяют критерию малой группы.

Другое деление малых групп — деление их на формальные и неформальные — впервые было предложено Э. Мэйо при проведении им знаменитых Хоторнских экспериментов. Формальная группа отличается тем, что в ней все позиции ее членов предписаны групповыми нормами. В формальной группе также строго распределены и роли всех членов группы в системе подчинения так называемой структуре власти: представление об отношениях по вертикали как отношениях, определенных системой ролей и статусов. Примером формальной группы является любая группа, созданная в условиях какой-то конкретной деятельности: рабочая бригада, школьный класс, спортивная команда и т. д. Внутри формальных групп Мэйо обнаружил еще и неформальные группы, которые возникают стихийно. Неформальная группа может возникнуть, если в группе появятся группировки, состоящие из приятелей, близких друзей, объединенных каким-то общим интересом. Следовательно, внутри формальной группы будут существовать две структуры отношений. Неформальная группа может возникать вне формальной. Группа туристов, отправившихся в поход, дети, объединившиеся для игр во дворе, или более тесная компания друзей, принадлежащих к совершенно различным формальным группам, являются примерами таких неформальных групп. В реальной действительности очень трудно вычленить строго формальные и строго неформальные группы, особенно в тех случаях, когда неформальные группы возникают в рамках формальных.

Поэтому в социальной психологии были введены понятия формальной и неформальной структур группы, а различаться стали не группы, а тип, характер отношений внутри них. Кроме того, появилось более радикальное различие понятий «группа» и «организация», хотя достаточно четкого разделения этих понятий до сих пор не существует.

Обнаружение двух структур в малых группах приобрело большое практическое значение, а именно возникла возможность использования неформальной структуры отношений в интересах организации. Это особенно важно при исследовании вопроса, связанного с управлением и руководством группой.

Третья классификация, разводящая так называемые группы членства и референтные группы, была введена Г. Хайменом. Он установил, что часть членов некоторых малых групп разделяет нормы поведения, принятые не в этой группе, а в какой-то иной, на которую они ориентируются. Такие группы, куда индивиды не включены реально, но которые выдерживают нормы, названы референтными. В настоящее время в литературе встречается двоякое использование термина «референтная группа»: иногда так называют группу, противостоящую группе членства, иногда группу, возникающую внутри группы членства. Во втором случае референтная группа определяется как «значимый круг общения», т. е. как круг лиц, выбранных из состава реальной группы как особо значимых для индивида. При этом может возникнуть ситуация, когда нормы, принятые группой, становятся лично приемлемыми для индивида лишь тогда, когда они приняты «значимым кругом общения».

Источник: Андреева И.В., Социальная психология

Основные направления исследования малых групп в истории социальной психологии

Для того, чтобы перспективы изучения малых групп стали еще более отчетливы, необходимо более или менее систематически рассмотреть, в каких же основных направлениях развивалось их исследование в социальной психологии на Западе, где проблема малых групп стала основной. Но это достаточно емкая и самостоятельная задача, решить которую здесь можно лишь в общих чертах. Целесообразно выделить три основных направления в исследовании малых групп, сложившиеся в руслах различных исследовательских подходов:

• социометрическое,

• социологическое,

• школа «групповой динамики».

Социометрическое направление в изучении малых групп связано с именем Дж. Морено. Дискуссия, которая постоянно возникает в литературе по поводу ограниченностей социометрического метода, требует краткого напоминания сути концепции. Морено исходил из идеи о том, что в обществе можно выделить две структуры отношений: макроструктуру (которая для Морено означала «пространственное» размещение индивидов в различных формах их жизнедеятельности) и микроструктуру, что, иными словами, означает структуру психологических отношений индивида с окружающими его людьми. Согласно Морено, все напряжения, конфликты, в том числе социальные, обусловлены несовпадением микро и макроструктур: система симпатий и антипатий, выражающих психологические отношения индивида, часто не вмещается в рамки макроструктуры, а ближайшим окружением оказывается не обязательно окружение, состоящее из приемлемых в психологическом отношении людей. Следовательно, задача состоит в перестраивании макроструктуры таким образом, чтобы привести ее в соответствие с микроструктурой.

Хотя наивность предложенной схемы очевидна, ее методическое приложение оказалось достаточно популярным. На основании применения этой методики (хотя не обязательно в рамках изложенной теоретической концепции) возникло целое направление исследований малых групп, особенно в прикладных областях. При этом чисто научная перспектива изучения малых групп попадала в довольно ограниченные рамки.

Главным просчетом предложенного подхода явилось своеобразное санкционирование смещения интереса. Фокус исследований малых групп в рамках данного направления сужался до минимума: предполагалось исследование лишь структуры психологических, т.е. межличностных отношений, непосредственных эмоциональных контактов между людьми. Такая программа неправомерна не потому, что эмоциональные контакты не значимы в групповой жизни, а потому, что они абсолютизированы, потеснив все остальные возможные «сечения» отношений в группе. Социометрическая методика практически стала рассматриваться как основной (а зачастую и единственный) метод исследования малых групп. И хотя методика сама себе действительно дает определенные возможности для изучения психологических отношений в малых группах, она не может быть неправомерно широко истолкована, как обеспечивающая полный анализ малых групп. Аспект деятельности малых групп в ней не просто не представлен, но умолчание о нем носит принципиальный характер: рождается представление о достаточности исследования только пласта собственно эмоциональных отношений. Введение «деловых» критериев социометрического выбора мало поправляет дело, так как не обеспечивает включения отношений деятельности в контекст исследования. Поэтому, указывая недостатки социометрической методики, в первую очередь необходимо говорить о недопустимости ее рассмотрения как общего метода изучения малых групп.

Применительно к другой, более конкретной задаче, – изучению эмоциональных отношений в малой группе, – методика, предложенная Морено, как известно, широко используется (Волков, 1970). Это не значит, что и в этой сфере она бесспорна, поскольку до сих пор не совсем ясно, что же, собственно, измеряет социометрический тест в современном его виде? Интуитивно предполагается, что измеряется уровень позитивных и негативных оценок, которые индивид дает членам группы, но это само по себе требует более глубокой интерпретации. Неоднократно отмечалась и другая слабость методики, значимая при исследовании именно эмоциональных контактов: отсутствие ответа на вопрос о мотивах выбора. Таким образом социометрическое направление как направление исследования малых групп оказалось крайне односторонним, чрезвычайно уязвимым по своим теоретическим предпосылкам.

Социологическое направление в изучении малых групп связано с традицией, которая была заложена в уже упоминавшихся экспериментах Э. Мэйо. Суть их состояла в следующем. Компания Вестерн Электрик столкнулась с фактом понижения производительности труда сборщиц реле. Длительные исследования (до приглашения Мэйо) не привели к удовлетворительному объяснению причин. Тогда в 1928 г. был приглашен Мэйо, который и поставил свой эксперимент, первоначально имеющий целью выяснить влияние на производительность труда такого фактора, как освещенность рабочего помещения. Эксперименты в Хоторне в общей сложности длились с 1924 по 1936 г., в них четко обозначены различные этапы, но здесь воспроизведена лишь основная схема эксперимента. В выделенных Мэйо экспериментальной и контрольной группах были введены различные условия труда: в экспериментальной группе освещенность увеличивалась и обозначался рост производительности труда, в контрольной группе при неизменной освещенности производительность труда не росла. На следующем этапе новый прирост освещенности в экспериментальной группе дал новый рост производительности труда; но вдруг и в контрольной группе – при неизменной освещенности – производительность труда также возросла. На третьем этапе в экспериментальной группе были отменены улучшения освещенности, а производительность труда продолжала расти; то же произошло на этом этапе и в контрольной группе.

Эти неожиданные результаты заставили Мэйо модифицировать эксперимент и провести еще несколько добавочных исследований: теперь изменялась уже не только освещенность, но значительно более широкий круг условий труда (помещение шести работниц в отдельную комнату, улучшение системы оплаты труда, введение дополнительных перерывов, двух выходных в неделю и т.д.). При введении всех этих новшеств производительность труда повышалась, но, когда по условиям эксперимента, нововведения были отменены, она, хотя и несколько снизилась, осталась на уровне более высоком, чем первоначальный.

Мэйо предположил, что в эксперименте проявляет себя еще какая-то переменная, и посчитал такой переменной сам факт участия работниц в эксперименте: осознание важности происходящего, своего участия в каком-то мероприятии, внимания к себе привело к большему включению в производственный процесс и росту производительности труда, даже в тех случаях, когда отсутствовали объективные улучшения. Мэйо истолковал это как проявление особого чувства социабильности – потребности ощущать себя «принадлежащим» к какой-то группе. Второй линией интерпретации явилась идея о существовании внутри рабочих бригад особых неформальных отношений, которые как раз и обозначились, как только было проявлено внимание к нуждам работниц, к их личной «судьбе» в ходе производственного процесса. Мэйо сделал вывод не только о наличии наряду с формальной еще и неформальной структуры в бригадах, но и о значении последней, в частности, о возможности использования ее как фактора воздействия на бригаду в интересах компании. Не случайно впоследствии именно на основании рекомендаций, полученных в Хоторнском эксперименте, возникла особая доктрина «человеческих отношений», превратившаяся в официальную программу управления и преподаваемая ныне в качестве учебной дисциплины во всех школах бизнеса.

Что же касается теоретического значения открытий Мэйо, то оно состоит в получении нового факта – существования в малой группе двух типов структур, открывшего широкую перспективу для исследований. После Хоторнских экспериментов возникло целое направление в исследовании малых групп, связанное преимущественно с анализом каждого из двух типов групповых структур, выявления соотносительного значения каждого из них в системе управления группой.

Школа «групповой динамики» представляет собой наиболее «психологическое» направление исследований малых групп и связана с именем К. Левина. Американский период деятельности Левина после эмиграции из фашистской Германии начался с создания в Массачусетсском технологическом институте специального Центра изучения групповой динамики (позже был перенесен в Мичиганский университет, где существует до сих пор). Направление исследований в этом центре опиралось на созданную Левиным «теорию поля». Центральная идея теории поля, что законы социального поведения следует искать через познание психологических и социальных сил, его детерминирующих, была развита применительно к науке о группах, к анализу этих сил, их локализации и измерению. Важнейшим методом анализа психологического поля явилось создание в лабораторных условиях групп с заданными характеристиками и последующее изучение функционирования этих групп. Вся совокупность этих исследований получила название «групповой динамики». Основная проблематика сводилась к следующему: какова природа групп, каковы условия их формирования, какова их взаимосвязь с индивидами и с другими группами, каковы условия их успешного функционирования. Большое внимание было также уделено проблемам образования таких характеристик группы, как нормы, сплоченность, соотношение индивидуальных мотивов и групповых целей, наконец, лидерство в группах.

Отвечая на главный вопрос о том, какие потребности двигают социальным поведением людей, «групповая динамика» пристально исследовала проблему внутригрупповых конфликтов, сопоставляла эффективность групповой деятельности в условиях кооперации и конкуренции, способы вынесения групповых решений. Этот перечень можно было бы продолжить, так как практически весь набор проблем малой группы был представлен в работах этого направления.

Как и все психологическое наследие К. Левина, «групповая динамика» оказала большое влияние на последующее развитие социально-психологической мысли. Нет сомнения в том, что в рамках этого направления были высказаны чрезвычайно важные идеи относительно групповых процессов, тщательно исследованы некоторые из них, разработаны весьма оригинальные методики, сохраняющие свое значение до сих пор. С другой стороны, теоретический контекст – конструкции теории поля –— является в значительной мере устаревшим. В большей степени, чем в случае какой-либо другой области социальной психологии, отбрасывание теоретической концепции Левина сочетается с полным или почти полным принятием созданных им методик. Они «работают» и в других теоретических рамках. Однако не решена еще полностью задача выявления степени их допустимого принятия в русле новой теоретической схемы, чего требует уважение к имени Левина и к его заслугам в психологии вообще и в социальной психологии в частности.

Можно подвести некоторые итоги тому, как ставился вопрос о малых группах в истории социальной психологии. Хотя три рассмотренных направления несоизмеримы (трудно сопоставлять значение теоретических посылок Морено и результатов левиновских исследований), каждое из них задало определенную линию в изучении малых групп. Но ни одно из них не предложило решений, которые бы позволили подойти к анализу малых групп с точки зрения специфического содержания групповой деятельности, нигде не была подчеркнута специфика малых групп как элементов общественной структуры (это относится даже к исследованиям Мэйо, в которых в принципе было предложено соотносить результаты процессов, происходящих в группе, с более широким внегрупповым контекстом). В исследованиях малых групп можно обнаружить и совершенно иные теоретические подходы (например, традиция изучения групповых процессов в рамках психоаналитической ориентации или изучение групп с точки зрения интеракционизма), но ни в одном из них также не задан в качестве основополагающего принцип реализации в малой группе определенного вида общественных отношений.

Поэтому, хотя и в разной степени, все перечисленные подходы не дают целостной программы исследования реальных малых групп, функционирующих в определенном типе общества.

http://psylist.net/socpsy/00094.htm

1. Психология межгрупповых отношений; основные концепции и история исследования.

Г.М. Андреева. Социальная психология

ПСИХОЛОГИЯ МЕЖГРУППОВЫХ ОТНОШЕНИЙ

История исследований. Логическим продолжением рассмотрения групп является область психологии межгрупповых отношений, Эта проблематика до недавнего времени оставалась недостаточно исследованной. Одной из причин является, по-видимому, маргинальность проблемы межгрупповых отношений, ее весьма сильная и очевидная включенность в систему социологического знания и других гуманитарных наук, приведшая к тому, что и собственно психологические проблемы области рассматривались в значительной мере вне контекста психологии. Вместе с тем, когда интерес к этим проблемам все же возникал и в сфере социальной психологии, они не отождествлялись здесь с особой предметной областью, но были как бы растворены в других разделах данной науки. Примером могут служить исследования межгрупповой агрессии в концепции Г.Лебона, негативных установок на другую группу в работе Т.Адорно и др., враждебности и страха в психоаналитических теориях и т.д. Второстепенное положение проблематики межгрупповых отношений породило отсутствие разработки вопроса о том, что же специфичного в подходе к данной проблеме привносит именно социальная психология. В значительной степени этому способствовал и гипертрофированный интерес к изучению малых групп, который был характерен для развития социальной психологии в 20 - 30-е гг.: вся исследовательская стратегия строилась таким образом, чтобы сконцентрировать внимание на динамических процессах, происходящих внутри них. Конкретным выражением утраты социального контекста социальной психологией явилась, в частности, недооценка проблематики межгрупповых отношений.

Не случайно поэтому, что ситуация резко изменилась с тех пор, как начала складываться критическая ориентация по отношению к традиционной социальной психологии. Необходимость выделения области межгрупповых отношений, конечно, диктуется прежде всего усложнением самой общественной жизни, где межгрупповые отношения оказываются непосредственной ареной сложных этнических, классовых и других конфликтов. Но наряду с этим и внутренняя логика развития социально-психологического знания, уточнение предмета этой науки требуют всестороннего анализа этой сложнейшей сферы. Прямым следствием критики нео-позитивистской ориентации в социальной психологии явился призыв к детальному изучению психологии межгрупповых отношений; предполагалось, что на этом пути удастся преодолеть дефицит причинного объяснения внутригрупповых процессов, отыскать их подлинные детерминанты.

Переломным моментом можно считать начало 50-х годов, хотя окончательное оформление принципиальная позиция, призывающая к утверждению самостоятельной области межгрупповых отношений в социальной психологии, получила позднее, когда она была сформулирована в работах А.Тэшфела. Большое внимание этой проблеме уделено также в работах В.Дуаза и в концепции "социальных представлений" С.Московиси и др. (Донцов, Емельянова, 1987).

Однако ранее всего экспериментальные исследования в этой области были проведены М.Шерифом (1954) в американском лагере для подростков. Эксперимент состоял из четырех стадий. На первой подросткам, приехавшим в лагерь, была предложена общая деятельность по уборке лагеря, в ходе которой были выявлены стихийно сложившиеся дружеские группы; на второй стадии подростков разделили на две группы так, чтобы разрушить естественно сложившиеся дружеские отношения (одна группа была названа "Орлы", другая "Гремучие змеи"). При этом было замерено отношение одной группы к другой, не содержащее враждебности по отношению друг к другу. На третьей стадии группам была задана различная деятельность на условиях соревнования и в ее ходе был зафиксирован рост межгрупповой враждебности; на четвертой стадии группы были вновь объединены и занялись общей деятельностью (ремонтировали водопровод). Замер отношений "бывших" групп друг к другу на этой стадии показал, что межгрупповая враждебность уменьшилась, но не исчезла полностью.

Важно подчеркнуть тот принципиалный вклад, который был сделан в изучение области межгрупповых отношений. В отличие от "мотивационных" подходов, свойственных фрейдистски ориентированным исследователям, когда центральным звеном оставалась отдельная личность в ее отношениях с представителями других групп, Шериф предложил собственно "групповой" подход к изучению межгрупповых отношений: источники межгрупповой враждебности или сотрудничества отыскиваются здесь не в мотивах отдельной личности, а в ситуациях группового взаимодействия. Это было новым шагом в понимании межгрупповых отношений, но при предложенном понимании взаимодействия были утрачены чисто психологические характеристики - когнитивные и эмоциональные процессы, регулирующие различные аспекты этого взаимодействия. Не случайно поэтому, что впоследствии критика исследований Шерифа велась именно с позиций когнитивистской ориентации.

В рамках этой ориентации и были выполнены эксперименты А. Тэшфела, заложившего основы принципиального пересмотра проблематики межгрупповых отношений в социальной психологии. Изучая межгрупповую дискриминацию (внутригрупповой фаворитизм по отношению к своей группе и внегрупповую враждебность по отношению к чужой группе), Тэшфел полемизировал с Шерифом по вопросу о том, что является причиной этих явлений. Настаивая на значении когнитивных процессов в межгрупповых отношениях, Тэшфел показал, что установление позитивного отношения к своей группе наблюдается и в отсутствие объективной основы конфликта между группами, т.е. выступает как универсальная константа межгрупповых отношений.

В эксперименте студентам показали две картины художников В.Кандинского и П.Клее и предложили посчитать количество точек на каждой картине (поскольку это позволяла манера письма). Затем произвольно разделили участников эксперимента на две группы: в одну попали те, кто зафиксировал больше точек у Кандинского, в другую - те, кто зафиксировал их больше у Клее. Группы были обозначены как "сторонники" Кандинского или Клее, хотя, в действительности, их члены таковыми не являлись. Немедленно возник эффект "своих" и "чужих" и были выявлены приверженность своей группе (внутригрупповой фаворитизм) и враждебность по отношению к чужой группе. Это позволило Тэшфелу заключить, что причина межгрупповой дискриминации не в характере взаимодействия, а в простом факте осознания принадлежности к своей группе и, как следствие, проявление враждебности к чужой группе.

Отсюда был сделан и более широкий вывод о том, что вообще область межгрупповых отношений - это преимущественно когнитивная сфера, включающая в себя четыре основных процесса: социальную категоризацию, социальную идентификацию, социальное сравнение, социальную (межгрупповую) дискриминацию. Анализ этих процессов и должен, по мнению Тэшфела, представлять собой собственно социально-психологический аспект в изучении межгрупповых отношений. По мысли Тэшфела, независимо от объективных отношений, наличия или отсутствия противоречий между группами факт группового членства сам по себе обусловливает развитие этих четырех когнитивных процессов, приводящих в конечном счете к межгрупповой дискриминации. Этим и заканчивается в его концепции процесс объяснения определенного типа отношений между группами. И хотя при таком объяснении выявлен действительно важный факт отношения между группами - их восприятие друг другом, одно важнейшее звено анализа оказывается опущенным. Это вопрос о том, насколько адекватной является фиксация межгрупповых различий, т.е. насколько воспринимаемые различия соответствуют действительному положению дел. Отсутствие ответа на этот вопрос привело к тому, что восстановление в правах когнитивного подхода (учет фактора межгруппового восприятия) вновь обернулось известной односторонностью позиции. Преодоление ее следовало искать на путях нового методологического подхода.

Что же касается несомненной заслуги Тэшфела, поднявшего на щит саму проблематику межгрупповых отношений в социальной психологии, то она должна быть оценена по достоинству. С точки зрения Тэшфела, именно область межгрупповых отношений, будучи включена в социальную психологию, обеспечит ее перестройку в действительно социальную науку. Утрата социального контекста в американской традиции рассматривается как следствие ее ориентации только на "межличностную" психологию. Принимая полностью эти аргументы, остается лишь сожалеть о том, что переоценка чисто когнитивного подхода обернулась препятствием для реализации обрисованной программы: выяснение причинно-следственных зависимостей в области межгрупповых отношений оказалось оторванным от детерминирующей их более широкой системы общественных отношений.

Проблема межгрупповых отношений в рамках принципа деятельности. Чтобы стало ясным содержание этого принципа в данном контексте, необходимо сделать несколько предварительных замечаний относительно общего понимания проблемы межгрупповых отношений в отечественной социальной психологии (Агеев, 1983).

Первое из таких замечаний касается определения предмета собственно социально-психологического исследования проблемы. Как видно из ее анализа, вопрос этот может решаться по-разному, в зависимости от общей теоретической ориентации: для интеракционизма - это область непосредственного взаимодействия, для когнитивизма - когнитивные процессы, сопровождающие взаимодействие. Однако при том и другом подходах два узла проблемы остались не вполне ясными: отношения каких именно групп должна исследовать социальная психология и что именно в отношениях этих групп должно быть подвергнуто изучению. Оба этих узла возникли в связи с промежуточным положением социальной психологии между психологией и социологией.

В самом деле, если вся область больших социальных групп должна быть включена в предмет социологии, то в области межгрупповых отношений объектом социально-психологического анализа должны остаться лишь малые группы. Такой подход был долгое время достаточно типичным. Но критика переоценки малых групп в системе социально-психологическом знания привела к следующему: в ряде работ стал преобладать акцент на то, что в сфере социальной психологии необходимо рассматривать взаимоотношения именно больших групп, так как только в этом случае можно повысить социальную значимость самой дисциплины. Но подобное ограничение области межгрупповых отношений (только анализом отношений больших групп) представляется также неправомерным.

Подобно тому, как проблема группы в социальной психологии включает в себя анализ и малых, и больших групп, область межгрупповых отношений должна предполагать изучение отношений как между большими, так и между малыми группами. Специфика социальной психологии не в том, какие "единицы" анализа имеются в виду, а в том, каков тот угол зрения, который характеризует ее подход.

Отсюда - содержание второго узла: что же именно исследует социальная психология в области межгрупповых отношений? Принципиальное отличие социально-психологического угла зрения на проблему заключается в том, что здесь в центре внимания (в отличие от социологии) стоят не межгрупповые процессы и явления сами по себе или их детерминация общественными отношениями, а внутреннее отражение этих процессов, т.е. когнитивная сфера, связанная с различными аспектами межгруппового взаимодействия (Агеев, 1983). Социально-психологический анализ концентрирует внимание на проблеме отношений, возникающих в ходе взаимодействия между группами, как внутренней, психологической категории. Однако в отличие от когнитивистской ориентации такое понимание предполагает не только самую тесную связь субъективного отражения межгрупповых отношений с реальной деятельностью исследуемых групп, но и детерминацию ею всех когнитивных процессов, сопровождающих эти отношения. Так же, как и при интерпретации самой группы, здесь причинно-следственные зависимости, обусловленность когнитивной сферы параметрами совместной групповой деятельности выступают главным направлением изучения всей области. В данном случае уместно рассуждение по аналогии: группы существуют объективно, и для социальной психологии важно, при каких условиях группа превращается для индивида в психологическую реальность; точно так же межгрупповые отношения существуют объективно (их исследование с этой точки зрения - дело социологии), и для социальной психологии важно, как этот факт отражается в сознании членов групп и предопределяет их восприятие друг другом.

Второе замечание касается самого термина "перцептивные процессы межгрупповых отношений". Выше уже был обсужден вопрос о том, в каком смысле в социальной психологии употребляется термин "социальная перцепция": отмечались его известная метафоричность и значительно более богатое содержание по сравнению с термином "перцепция" в общей психологии. В предложенной нами схеме перцептивных процессов был отмечен и тот наиболее трудный случай, с которым приходится иметь дело в области межгрупповых отношений, а именно: та модель социально- перцептивного процесса, когда и субъектом, и объектом восприятия выступает группа. Понимание группы как целого в качестве субъекта социальной перцепции означает конституирование совершенно нового межгруппового уровня анализа социально-перцептивных процессов, и это заставляет проделать огромную работу по сопоставлению привычного для исследования межличностного восприятия и межгруппового восприятия.

Природа межгруппового восприятия заключается в том, что здесь мы имеем дело с упорядочением индивидуальных когнитивных структур, связыванием их в единое целое; это не простая сумма восприятия чужой группы индивидами, принадлежащими к субъекту восприятия, но именно совершенно новое качество, групповое образование. Оно обладает двумя характеристиками: для группы-субъекта восприятия это "целостность", которая определяется как степень совпадения представлений членов этой группы о другой группе ("все" и так-то или "не все" думают о другой группе так-то). Относительно группы-объекта восприятия это "унифицированность", которая показывает степень распространения представлений о другой группе на отдельных ее членов ("все" в другой группе такие или "не все") (Агеев, 1981). Целостность и унифицированность - специфические структурные характеристики межгруппового восприятия. Динамические его характеристики также отличаются от динамических характеристик межличностного восприятия: межгрупповые социально-перцептивные процессы обладают большей устойчивостью, консервативностью, ригидностью, поскольку их субъектом является не один человек, а группа,и формирование таких процессов не только более длительный, но и более сложный процесс, в который включается как индивидуальный жизненный опыт каждого члена группы, так и опыт "жизни" группы. Диапазон возможных сторон, с точки зрения которых воспринимается другая группа, значительно более узок по сравнению с тем, что имеет место в случае межличностного восприятия: образ другой группы формируется непосредственно в зависимости от ситуаций совместной межгрупповой деятельности (Агеев, 1983. С. 65-66).

Эта совместная межгрупповая деятельность не сводится только к непосредственному взаимодействию (как это было в экспериментах Шерифа). Межгрупповые отношения и, в частности, представления о "других группах", могут возникать и при отсутствии непосредственного взаимодействия между группами, как, например, в случае отношений между большими группами. Здесь в качестве опосредующего фактора выступает более широкая система социальных условий, общественно-историческая деятельность данных групп. Таким образом, межгрупповая деятельность может выступать как в форме непосредственного взаимодействия различных групп, так и в своих крайне опосредованных безличных формах, например, через обмен ценностями культуры, фольклора и т.п. Примеров такого рода отношений можно найти очень много в области международной жизни, когда образ "другого" (другой страны, другого народа) формируется вовсе не обязательно в ходе непосредственного взаимодействия, но на основе впечатлений, почерпнутых из художественной литературы, средств массовой информации и т.п. Как сама природа межгруппового восприятия, так и зависимость его от характера культуры обусловливает особо важную роль стереотипов в этом процессе. Восприятие чужой группы через стереотип - явление широко распространенное. В нем необходимо различать две стороны: стереотип помогает быстро и достаточно надежно категоризировать воспринимаемую группу, т.е. отнести ее к какому-то более широкому классу явлений. В этом качестве стереотип необходим и полезен, поскольку дает относительно быстрое и схематичное знание. Однако, коль скоро стереотип другой группы наполняется негативными характеристиками ("все они такие-то и такие-то"), он начинает способствовать формированию межгрупповой враждебности, так как происходит поляризация оценочных суждений. Как уже отмечалось, особенно жестко эта закономерность проявляется в межэтнических отношениях.

Уместно поставить вопрос о том, какова роль непосредственного межгруппового взаимодействия в формировании и функционировании таких стереотипов? Еще в 50-х гг. Д.Кэмпбеллом была сформулирована "гипотеза контакта", суть которой заключается в следующем: чем больше благоприятных условий для контактов между группами, чем дольше и глубже они взаимодействуют и обмениваются индивидами, тем выше удельный вес реальных черт в содержании стереотипа (Стефаненко, 1987. С. 244). Как видно, развитие исследований в области психологии межгрупповых отношений все в большей степени требует включения в анализ факторов совместной деятельности.

Предлагаемый подход к анализу межгрупповых отношений является дальнейшим развитием принципа деятельности: межгрупповое восприятие, которое было выделено как специфически социально-психологический предмет исследования в области межгрупповых отношений, само по себе интерпретируется с точки зрения конкретного содержания совместной деятельности различных групп. Разработка этой проблемы на экспериментальном уровне позволяет по- новому объяснить многие феномены, полученные в традиционных экспериментах.

Экспериментальные исследования психологии межгрупповых отношений. В серии экспериментов, выполненных в рамках изложенного подхода, проверялось предположение о зависимости межгруппового восприятия, в частности, его адекватности, от характера совместной групповой деятельности.

В первой серии экспериментов, проведенных на студенческих группах одного техникума в период экзаменационной сессии (Агеев, 1983), в качестве конкретных показателей адекватности межгруппового восприятия выступали: 1) прогнозирование групповой победы в ситуации межгруппового соревнования; 2) объяснение причин победы или поражения своей и чужой групп в этом соревновании; 3) представление о потенциальных успехах своей и чужой групп в различных сферах деятельности, не связанных непосредственно с экспериментальной ситуацией. Мерой адекватности служила степень предпочтения по указанным параметрам, которая демонстрируется по отношению к своей группе. Эксперимент заключался в следующем: две группы студентов должны были одновременно сдавать зачет по одному и тому же предмету одному и тому же преподавателю. В двух экспериментальных группах студентам сообщалось, что та группа, которая продемонстрирует в процессе семинарского занятия хорошие знания, получит "автоматический" зачет, члены же другой группы останутся и будут сдавать зачет обычным путем (каждый будет отвечать индивидуально). Им объяснялось также, что общая групповая оценка будет складываться в ходе семинарского занятия из оценок индивидуальных выступлений, каждое из которых получит определенную сумму баллов. Однако в ходе эксперимента сумма баллов оставалась для испытуемых неизвестной; экспериментатор лишь называл лидирующую группу. Причем в первой ситуации экспериментатор умышленно называл лидирующей все время одну и ту же группу, а во второй ситуации - обе группы попеременно. В третьей группе (выступавшей в качестве контрольной) студентам сообщалось, что автоматический зачет получит не та или иная группа в целом, а лишь часть наиболее успешно выступивших на семинаре студентов независимо от их групповой принадлежности.

Результаты этой серии экспериментов в целом подтвердили выдвинутые гипотезы: экспериментальные ситуации по сравнению с контрольной показали, что в условиях межгруппового соревнования наблюдалось: а) значительно большее количество выступлений и реплик в поддержку членов своей группы; б) значительно большее количество попыток регуляции выбора выступающих (стимулирование выступлений тех членов группы, которые увеличивают ее шансы на победу, и, напротив, стимулирование наиболее слабых выступлений представителей другой группы); в) давление на экзаменатора (на его выбор выступающих). Кроме того, в экспериментальных ситуациях, т.е. в условиях межгруппового соревнования, гораздо чаще по сравнению с контрольной ситуацией употреблялись местоимения "мы" и "они", что само по себе является показателем идентификации с группой.

По всем трем параметрам межгруппового восприятия данные двух первых ситуаций значимо отличались от контрольной. Особенно показательно это было при объяснении причин победы или поражения своей и чужой групп: успех своей группы объясняли,как правило, внутригрупповыми факторами, а неудачи - факторами внешними (случайными), успех и неудачи чужой группы объясняли строго противоположным образом. В эксперименте было установлено, что присутствует феномен внутригруппового фаворитизма. Пока из этого можно было сделать вывод о том, что межгрупповое восприятие зависит от характера совместной групповой деятельности; в ситуациях соревнования обе экспериментальные группы выбрали стратегию внутригруппового фаворитизма, т.е. их восприятие другой группы оказалось неадекватным. В определенном смысле результаты подтвердили данные Шерифа.

Теперь нужно было ответить на вопрос о том, при всяких ли условиях межгрупповой деятельности будет избрана такая стратегия во взаимодействии. Ведь в первой серии экспериментов совместная межгрупповая деятельность была организована по принципу "игры с нулевой суммой" (одна группа полностью выигрывала, другая - полностью проигрывала); кроме того, внешние критерии оценки достижений группы носили амбивалентный характер (не были достаточно ясными для участников, поскольку каждому не сообщался балл его успешности и давалась лишь общая неаргументированная оценка деятельности группы).

Во второй серии экспериментов условия межгрупповой совместной деятельности были существенно изменены. В этот раз эксперимент проводился в пионерском лагере, где отрядам два раза задавались ситуации соревнования с различной его организацией: в первом случае в середине лагерной смены дети участвовали в спортивном соревновании, во втором случае в конце лагерной смены совместно трудились, оказывая помощь соседнему совхозу. Параллельно с осуществлением двух этапов эксперимента вожатые отрядов по просьбе экспериментатора проводили определенную повседневную работу с детьми: перед спортивным соревнованием всячески подчеркивали состязательные моменты, а перед работой в совхозе этот акцент был снят. В результате проведенных экспериментов было выявлено, что в условиях спортивного соревнования наблюдался резкий рост внутригруппового фаворитизма, а на этапе совместной деятельности в совхозе, напротив, его резкое уменьшение.

При интерпретации этих результатов было принято во внимание следующее: 1) тип межгруппового соревнования на обоих этапах второй серии отличался от типа межгруппового соревнования в первой серии - здесь не имела места модель "игры с нулевой суммой", поскольку не было однозначной победы или однозначного поражения (отряды просто ранжировались по степени успеха). Кроме того, на каждом этапе критерии оценки были очевидными и наглядными; 2) два этапа второй серии также различались между собой: на втором этапе межгрупповая деятельность (труд в совхозе) приобрела самостоятельную и социально-значимую ценность, не ограничивающуюся узкогрупповыми целями в межгрупповом соревновании. Отсюда можно заключить, что важнейшим фактором, который привел к снижению уровня внутригруппового фаворитизма и тем самым неадекватности межгруппового восприятия, явилась не сама по себе ситуация межгруппового взаимодействия, но принципиально новая по своей значимости деятельность, с отчетливо выраженным содержанием и стоящая над узкогрупповыми целями.

При сравнении данных второй серии с данными первой серии можно заключить, что негативная роль такой формы межгруппового взаимодействия, которое организовано по принципу "игры с нулевой суммой" (что приводит к неадекватности межгруппового восприятия), может быть компенсирована иным характером совместной межгрупповой деятельности. Средством такой компенсации являются более общие ("надгрупповые") цели, ценности совместной социально значимой деятельности. При этом имеет значение и такой факт, как накапливаемый группами опыт совместной жизнедеятельности. Понятным становится расхождение полученных данных с данными А. Тэшфела, ибо в его экспериментах фигурировали искусственно созданные лабораторные группы, не знакомые ранее друг с другом, между тем феномен внутригруппового фаворитизма был представлен как "универсальный".

На основе предложенного подхода принципиальная схема генезиса межгрупповых процессов может выглядеть следующим образом:

• Объективные условия совместной межгрупповой деятельности

• Характер непосредственного межгруппового взаимодействия

• Параметры процессов межгруппового восприятия

Наличие трех звеньев в этой схеме позволяет по-новому объяснить соотношение внутригруппового фаворитизма как стратегии межгруппового взаимодействия и как характеристики межгруппового восприятия. Межгрупповое восприятие оказывается неадекватным (феномен внутригруппового фаворитизма) в таком межгрупповом взаимодействии, которое оторвано от социально значимой совместной деятельности групп. Стабилизация неадекватных представлений о других группах может, следовательно, быть преодолена, если группы включить в деятельность с общими для них целями и ценностями.

Методологическое и практическое значение проблематики межгрупповых отношений. Все сказанное позволяет обсудить в более широком плане вопрос о соотношении когнитивных и социальных аспектов межгруппового взаимодействия. Как мы видели, вывод об универсальности внутригруппового фаворитизма, полученный Тэшфелом, в значительной мере обусловлен тем, что эти два аспекта не были достаточно четко разведены. Это хорошо осознают сторонники концепции социальных представлений во французской социальной психологии. Так, в примыкающих к этому направлению работах В. Дуаза, хотя и подчеркивается влияние субъективного фактора на процессы межгрупповых отношений, признается социальное содержание когнитивных категорий. Пытается выйти за узкие рамки когнитивизма и М.Кодол, который рассматривает не просто когнитивные структуры, возникающие в процессе межгрупповых отношений, но влияние этих структур на изменение самих отношений. Особенности формирования представлений о другой группе в условиях объективно существующего конфликта изучал М.Плон. Обобщая эксперименты этих исследователей, С.Московиси близко подходит к выводу о том, что межгрупповая дискриминация не имеет абсолютного характера и не является атрибутом любых межгрупповых отношений (Донцов, Емельянова, 1987).

Разработка проблемы межгрупповых отношений на основе принципа деятельности вносит существенный вклад в развитие этих идей: теперь можно констатировать не просто тот факт, что социальные отношения могут способствовать развитию межгрупповой дискриминации лишь при определенных условиях, но и назвать средство, при помощи которого она вообще может быть снята. Таким средством выступает совместная деятельность групп. При ее наличии межгрупповая дифференциация, проявляющая себя на когнитивном уровне как констатация различий между "моей" и "чужой" группами, совсем не обязательно в реальном взаимодействии приводит к внегрупповой враждебности. Этими принципами необходимо руководствоваться, решая практические проблемы межгрупповых отношений. Так, на уровне малых групп может быть усовершенствован поиск оптимальных форм сотрудничества, на уровне больших групп - сняты некоторые вопросы межэтнических отношений, отношений между народами разных государств. Может быть вычленен и своеобразный "средний" уровень рассмотрения проблемы - взаимоотношение профессий, различных ведомств между собой и др.

В чисто научном плане введение проблематики межгрупповых отношений в социальную психологию имеет большое значение для обогащения наших знаний о самих группах. Совершенно очевидно, что характер межгруппового взаимодействия влияет и на внутригрупповые процессы: предпринята серия исследований о влиянии межгруппового взаимодействия на такие внутригрупповые процессы, как удовлетворенность от принадлежности к группе, характер межличностных отношений в группе, точность их восприятия членами группы, групповые решения и др. Проводились эксперименты, выявлявшие сравнительные характеристики групповых процессов в зависимости от места, занимаемого группой в межгрупповом соревновании, и от восприятия группой этого места (т.е. от субъективной оценки меры собственного успеха). Соответственно были получены данные, касающиеся и неуспешных групп. В частности, удалось установить, что в случае стабильной неудачи группы в ней значительно ухудшается качество межличностных отношений: уменьшается число связей по типу взаимной симпатии, увеличивается число негативных выборов, наблюдается сдвиг в сторону повышения числа конфликтов. В качестве косвенного результата было обнаружено, что сам интерес к проблемам межличностных отношений более интенсивно выражен в "неуспешных" группах. Это является показателем того, что недостаточная интегрированность группы совместной деятельностью снижает показатели ее эффективности: внимание членов группы концентрируется не столько на отношениях деятельностной зависимости, сколько на отношениях межличностных. Констатация подобного сдвига может служить диагностическим средством для определения уровня группового развития (Агеев, 1983).

В более широком, методологическом плане эти данные важны для понимания того, что малая группа не может ни при каких обстоятельствах рассматриваться как изолированная система: для объяснения любого внутригруппового процесса необходимо выйти за рамки малой группы. Тезис о детерминированности всех процессов малой группы более широкой системой общественных отношений получает свое раскрытие и конкретизацию: ближайшей сферой таких отношений являются отношения между группами. Возникает своеобразный "межгрупповой контекст", который есть разновидность социального контекста. Перспектива исследований психологии межгрупповых отношений должна включить в себя два сечения: отношения между группами "по горизонтали", т.е. между группами, не связанными отношениями подчинения, а существующими как бы "рядом" (школьный класс со школьным классом, бригада с бригадой, если речь идет о малых группах, или нация с нацией, демографическая группа с демографической группой, если речь идет о больших группах, и т.д.). Вариант этого сечения - взаимоотношения разных, но не соподчиненных групп: семья, школа, спортивная секция и т.д. Второе сечение - отношения между группами "по вертикали", т.е. в системе некоторой их иерархии: бригада, цех, завод, объединение и т.п. Этот второй случай логично позволит включить в проблематику межгрупповых отношений также относительно новый раздел социальной психологии - психологию организации.

Реализация такой перспективы будет важным фактором "достраивания" социальной психологии, поскольку расширит в значительной мере сферу ее практического применения, включит ее в более широкий круг социальных проблем. В условиях современного этапа развития нашего общества это - важная социальная функция науки, способствующая стабилизации общественных отношений.

Литература

Агеев B.C. Перцептивные процессы межгруппового взаимодействия. - Межличностное восприятие в группе. 1981.

Агеев B.C. Психология межгрупповых отношений. М., 1983.

Агеев B.C. Межгрупповое взаимодействие. Социально-психологические проблемы. М., 1990.

Донцов А.И., Емельянова Т.П. Концепция социальных представлений в современной французской психологии. М., 1987.

Стефаненко Т.Г. Социальные стереотипы и межэтнические отношения // Общение и оптимизация совместной деятельности. М., 1987.

1. Методологические проблемы изучения психологии больших социальных групп.

Методология исследования психологии больших социальных групп

Все содержательные элементы общественной психологик возникают на основе исторического опыта прежде всего больших групп, опыта, обобщенного культурными и идеологическими системами.

В широком смысле структура общественной психологии включает в себя различные психические свойства, психические процессы и психические состояния, подобно тому, как этими же элементами обладает психика отдельного человека.

Можно выделить две части общественной психологии:

— динамические ее элементы. Это эмоциональная сфера: в нее входят потребности, интересы, настроения — все то, что обычно и называют «настроением умов и чувств»;

— более устойчи вые образования. Это психический склад: к нему можно отнести социальными национальный характер, нравы, натшки, привычки, обычаи, традиции, вкусы и т.п.

Социально-психологический анализ больших групп может рассматриваться как подход к познанию психики индивида.

Есть ряд принципиальных методологических вопросов, касающихся анализа больших социальных общностей. К ним можно отнести следующие:

— какие группы обладают признаком «большие»;

— какова структура психологии больших групп;

— каково соотношение психики отдельных индивидов, входящих в группу, с элементами этой групповой психологии;

— какими методами можно пользоваться при изучении психологии больших групп.

Наиболее сложный вопрос — вопрос о количественном определении понятия «большая группа». Чисто количественного определения этого понятия не существует, есть только эмпирическое представление о больших группах:

— большая группа — это случайно, стихийно возникшая, достаточно кратковременно существующая общность (толпа, публика, ауди

тория);

— социальная группа, сложившаяся в шде исторического развития общества, занимающая определенное место в системе общественных отношений конкретного типа общества, устойчивая в своем долговременном существовании (класс, нация, народность, демографи ческая группа);

— большая группа — это количгственно не ограниченная условная общность людей, выделяемая на основе определенных социальных

признаков, таких как классовая принадлежность, пол, возраст, национальность и др.;

— большая группа — это значительная по количеству, сложноорганизованная общность людей, вовлеченных в некоторую общественную деятельность (например, коллектив предприятия или учреждения).

Для больших социальных групп характерны некоторые общие признаки, значимые с точки зрения социально-психологического анализа и этличсчющие их от малых групп.

В больших группах существуют специфические регуляторы социального поведения, которых нет в малых группах. Это — нравы, обычаи и традиции. Впрочем, подобное утверждение достаточно спорно — семья, этот типичный представитель малой группы, сколько угодно может быть вместилищем и нравов, и обычаев, и традиций. Чего стоит, например, наше семейное: «Нас так воспитывали!» в поддержку где культурных, а где и диких традиций и обычаев воспитания.

Единство особенностей жизненной позиции той или иной большой группы со специфическими моделями поведения образуют образ жизни такой группы.

В социально-психологическом плане образ жизни больших-социальных групп представляет собой особые формы общения, особый тип социальных контактов между членами такой общности. В рамках определенного образа жизни приобретают особое значение интересы, ценности и потребности, наличие специфического языка (в том числе его превращенной формы в виде жаргона), свойственного профессиональной либо какой-то иной группе.

Общие черты, свойственные большим группам, нельзя абсолютизировать. Каждый тип этих групп обладает своеобразием. Сходные условия существования определенной группы влияют на сознание ее представителей двумя путями:

— через личный жизненный опыт каждого члена группы, определяемый социально-экономическими условиями жизни всей группы;

— через общение, большая часть которого происходит в определенной социальной сфере с четко выраженными чертами данной группы.

Каким образом психологические характеристики большой группы соотносятся с сознанием каждой отдельной личности, в большую группу входящей? В самом общем виде ответ на этот вопрос выглядит так: психологические характеристики группы представляют собой то типичное, что характерно всем индивидам. Понятно, что эти характеристики отнюдь не представляют собой сумму черт, свойственных каждой личности

Психология группы есть то общее, что присуще в определенной мере всем представителям данной группы, т.е. типичное для них, порожденное общими условиями существования. Это типичное не есть «одинаковое») для всех, но именно общее.

Социальный тип личности обычно мыслится как тип лнчносги представителя определенной социально-психологической группы-класса, например, или профессии, или социально-демографической группы. Фиксация этого типического — весьма сложная задача. Тем не менее, наличие общих черт в психологии представителей определенной социальной группы отрицать невозможно. Это общее существует объективно и проявляется в реальном поведении и деятельности групп.

Богатство методик изучения различных социально-психологических процессов в малых группах отчетливо контрастирует с отсутствием подобных методик для исследования групп больших. Это порождает предположение о том, что психология больших групп не поддается научному анализу. Даже отсутствие традиции в подобного рода исследованиях как оы подтверждает справедливость такого предположения.

У социальных психологов нет и тени сомнения в том, что без психологии больших групп сама наука остается неполной, чго социально-психологический анализ больших социальных трупп -«ключ» к псзнанию психики индивида. Тем не менее, реальность такова, что психология больших групп — наименее разработанная тема как на общетеоретическом, так и на операциональном уровнях исследования. http://docpsy.ru/lektsii/sotsialnaya-psikhologiya/1525-metodologija-issledovanija-psihologii-bolshih-sotsialnyh-grupp.HYPERLINK "http://docpsy.ru/lektsii/sotsialnaya-psikhologiya/1525-metodologija-issledovanija-psihologii-bolshih-sotsialnyh-grupp.html"html

1. Современные взгляды на антропологическую дифференциацию населения Земли. Расовая нетерпимость, ее корни и возможные последствия.

ДИФФЕРЕНЦИАЦИЯ АНТРОПОЛОГИЧЕСКОГО ЗНАНИЯ

Рассмотрим теперь, как дифференцировалось антропологическое знание, какие из него разнообразные антропологии вычленялись.

Начнем с философской антропологии. Известно, что философия извечно ставила перед собой вопросы, относящиеся к человеку: что такое человек, в чем смысл и цель его жизни и т. д. И извечно пыталась найти ответы на них. При этом со времен Людвига Фейербаха (1804—1872) основным объяснительным принципом философии признавался антропологический. Этот принцип требует от философа следующего: что бы ни изучал философ (природу, общество, религию, мышление, язык, рабочие инструменты, идеи, нравственность, совесть, науку и т. д.), все он должен объяснять, исходя из сущностных особенностей человека. Такое требование объясняется тем, что для Л. Фейербаха человек был универсальным и высшим предметом философии.

Таким образом, философия всегда была ориентирована на человека.

Но термин «философская антропология» возник лишь в конце XIX в. Его ввел в научный оборот для обозначения отдельной философской дисциплины — философии человека — О. Касман. В начале XX в. у этого термина появился и другой смысл — так стал называть свою философскую концепцию Макс Шелер. Он и сторонники его научной школы вслед за Кантом пытались охватить реальное человеческое бытие во всей его полноте, определить место человека в мире и отношение человека к миру.

Современная философская антропология — это один из разделов философии, это — философия человека. Она изучает видовые, родовые и индивидуальные формы бытия человека, синтезирует теоретическое и ценностное видение его. Внутри философской антропологии существуют и сосуществуют различные течения, школы: экзистенциализм, персонализм, космизм, антропологизм, философское человековедение и пр. Между ними имеются определенные, иногда очевидные, а порой и не очень ярко выраженные различия. Условно их принято делить на материалистические (например, Фейербаха, К. Маркса и др.), дуалистические (к ним принадлежала, например, философская система И. Канта) и идеалистические (например, гегелевская) концепции. Но все они пытаются постичь природу человека, считают основополагающими особенностями его способность диалектически соединять в себе природное и социальное, объективный и субъективный миры, рассматривают человека в единстве с миром.

Традиционно философская антропология почти не интересовалась воспитанием. Но в 60-е гг. XX в. в Германии возникло новое ее течение, ставшее довольно быстро популярным и продуктивным, которое называет себя педагогической антропологией. Оно возникло на фоне глубокого кризиса тоталитарного, антигуманного общественного устройства гитлеровской Германии, обнажившегося в связи с ее поражением во Второй мировой войне. Были разрушены не только экономика и государство, но пошатнулись и традиционные ценности, и уверенность в превосходстве всего немецкого, в том числе и системы воспитания. В то же время резко вырос интерес к проблемам человека вообще и современного в частности. Возникла потребность переосмыслить классические представления о сущности человека, о взаимозависимости человека и культуры, человека и воспитания, о сущности, целях и возможностях воспитания. Этим стали заниматься представители «новой философии». Один из ее лидеров Отто Больное (род. в 1903 г.) назвал свою собственную философскую концепцию педагогической антропологией.

Педагогическая антропология О. Больнова претендует на создание новой философской модели человека и новой модели воспитания. В основе первой модели лежит убеждение, что основополагающая особенность человека состоит в способности и потребности воспитывать и быть воспитанником, воспитываться и быть воспитанным. В силу этого человек занимает в мире интегрированную позицию воспитателя и воспитанника. В основе второй модели — убеждение, что воспитание есть фундаментальный способ бытия человека.

Мы видим, таким образом, что педагогическая антропология в этом случае — это педагогически ориентированная философская теория.

Своеобразно рассматривается человек, его сущность, предназначение, смысл бытия и пр. в религиозной антропологии. Внутри нее сегодня существуют различные направления: христианская {см. работы Н.А.Бердяева, В.С.Соловьева, А.Меня и др.) и православная (см. работы П. Флоренского, С.Н.Булгакова, А. Кураева и др.) антропология, антропософия (см. работы О. Блаватской и Р. Штайнера), хасидизм (см. работы М. Бубера и др.) и пр. Общими для них являются следующие положения.

Высшее творческое начало, нематериальные, «формообразующие» силы создали Космос, «тварный мир», человека. Бог — высшая ценность, нематериальные силы более значимы в развитии человека, чем природные и социокультурные предпосылки (тео-центризм).

Человек — наиболее драгоценное создание Бога, поскольку' он богообразен и является посредником между Богом и миром. Человек — существо, принадлежащее не только к видимому, физическому миру, Земле, но и к невидимому, сверхчувственному, сверхъестественному миру, Космосу. Человек — существо не только материальное, но и духовное, он способен понять и охватить микрокосм, который внутри него, макрокосм и признать наличие нематериального мира (дуализм). Цель жизни человека — совершенствование себя в направлении высших сил; только реализуя эту цель, человек может изменить мир к лучшему.

Человек — динамичное существо, находящееся на пути приближения к Истине. Одно из условий совершенствования человека, уподобления Богу — образование (светское и религиозное) и религиозное воспитание.

В силу этого религиозная антропология, ее конкретные течения являются теоретическим фундаментом определенных педагогических систем. Одна из популярных нетрадиционных педагогических систем сегодня так называемая вальдорфская педагогика. Она реализует, воплощает антропософские взгляды Рудольфа Штайнера, который в 1907 г. ввел в научный оборот термин «антропософия» (мудрость, знание, рассуждение о человеке).

Педагогическая система Р. Штайнера призвана помочь ребёнку осуществить свое призвание, пройти путь от «физического тела» до обретения Я, развить способности своих души и духа, чтобы ясно и осознанно заглянуть в сверхчувственный мир. Вальдорфская педагогика отличается оригинальным содержанием, тщательно разработанной методикой и организацией учебно-воспитательного процесса, основанного на любви и уважении к ребенку, на убеждении, что никто не может быть учителем для другого. Поэтому можно сказать, что антропософия — это своеобразная педагогическая антропология, имеющая и теоретическую, и практическую направленность.

Современная культурная антропология объединяет социальную и структурную антропологии, антропологическую школу в культурологии и другие научные направления. Все они отличаются соционентризмом, т. е. признают приоритет культуры, общественных форм жизни над природными предпосылками человеческого бытия. Человек для них — слепок формирующих его культурных условий, поэтому для понимания человека изучаются различные явления культуры, а также те или иные структуры культуры, общества: этноса, семьи, малой группы и т. п. В культурной антропологии принято считать, что целое важнее частного, т. е. для развития человека важнее те связи, которые устанавливаются у него с отдельными аспектами его жизни (труд, отдых, семейные обязанности и пр.), с другими членами того или иного объединения, чем состояние каждого из этих аспектов и характеристики конкретных окружающих. Поэтому большое внимание уделяется изучению структуры межличностных отношений, способов организации непосредственных контактов между людьми и взаимодействия разных групп друг с другом и т. д. Очевидно, культурная антропология тесно связана с целым рядом наук. По образному выражению К. Леви-Стросс, эта наука «опирается на естественные науки, прислоняется к гуманитарным, обращает свой взор к социальным».

Глубокая взаимосвязь с различными науками позволяет культурной антропологии обоснованно утверждать: природа всех людей едина и не меняется на протяжении веков, несмотря на агрессивные воздействия войн, и революций, алкоголя и наркотиков, атома и химии. Научное обоснование единства человеческой природы создает базу для гуманистических концепций, в том числе и педагогических, и соответствующих им технологий. В связи с этим культурная антропология представляет для педагогики значительный интерес.

Совершенно особое значение имеет для педагогики психологическая антропология. Сейчас все большее распространение получает тенденция называть психологической антропологией психологию человека (в отличие от зоопсихологии). Видимо, в этом сказывается влияние философии. Однако более традиционным является другой подход к психологической антропологии — как к отдельной психологической дисциплине. Она изучает человека как индивида, как биосоциальное существо. Выявляет динамические и энергетические особенности его психических процессов (сила, слабость, лабильность, консервативность). Ее интересуют также генетические основы поведения и психики человека, закономерности изменчивости и наследуемости индивидных свойств, влияние этих закономерностей на половозрастные проявления, на состояние органических потребностей и пр. Будучи сугубо теоретическими, исследования, приводящиеся в русле психологической антропологии, имеют и практическое значение. Примером этого является цикл работ по изучению темперамента, проведенных В.С.Мерлиным и его сотрудниками. Их тонкие и сложные исследования дают возможность определить индивидуальный стиль деятельности любого человека и дают практические рекомендации по оптимальной организации производства, образования, спортивных тренировок.

В.И.МАКСАКОВА Педагогическая антропология

ЭТНИЧЕСКАЯ И РАСОВАЯ НЕТЕРПИМОСТЬ И ДИСКРИМИНАЦИЯ*

Едва ли в мире найдется государство, полностью свободное от этнической ксенофобии и дискриминации. Россия - не исключение. На первый взгляд, российские проблемы мало отличаются от общеевропейских. В России, как и во многих странах, есть правоэкстремистские группировки, совершаются нападения на иностранцев, случаются погромы еврейских кладбищ, притеснениям подвергаются иммигранты и беженцы, болезненными проблемами являются полицейские злоупотребления и расистские публикации в прессе, в самых неожиданных местах вылезают на поверхность разные фобии, в том числе неприязнь к евреям, цыганам и народам, исповедующим ислам. Однако у России имеются и существенные различия с Европой. Они - в исторических корнях, масштабе, остроте, формах проявления, реакции государства и общества.

Столетиями жизнь страны - Российской империи и СССР - была связана с территориальной экспансией, захватами и подавлением покоренных земель и народов. Возникает соблазн использовать привычные стереотипы, но объяснению современных проблем они помогают мало.

Происхождение расизма в Западной Европе и Северной Америке в огромной степени связано с колониализмом и работорговлей. Экспансионистская политика Российской империи отчасти напоминает классический колониализм, например, в России тоже был спрос на идеи "цивилизаторской миссии" и "освоения ничейных земель". Однако, представления о "высших" и "низших" расах развития не получили и не сыграли большой роли. Территория страны представляла собой единый массив, без четкого географического и юридического деления на "метрополию" и "колонии". Жители центра и окраин были (за небольшими исключениями) подданными Российской империи и (уже без исключений) гражданами СССР. Тем не менее, покорение, удержание и освоение "окраин" свой вклад в развитие ксенофобии и расизма, безусловно, внесли.

Ксенофобию и дискриминацию в Центральной и Восточной Европе логично выводить из национализма и попыток построения "национальных" (в этническом смысле) государств, подавлявших и дискриминировавших этнические меньшинства. В России же попытки осмысливать собственную государственность в национальных и этнических категориях относятся только к концу 19 века. Инициативы властей на рубеже 19 и 20 веков, направленные на то, чтобы переделать построенную на сословных и конфессиональных началах российскую монархию в государство, осуществляющее власть от имени и во имя этнических русских, были непоследовательными и просто не успели далеко зайти.

Советское руководство изначально выстраивало государство как "многонациональное". Непременными компонентами официальной идеологии всегда были "социалистический», или «пролетарский» интернационализм" и "дружба народов". Социалистический интернационализм содержал изрядную долю лицемерия. Он вполне успешно сочетался с депортациями в 30-50-е годы целых народов (чеченцев, немцев, крымских татар), со скрытой, но систематической дискриминацией евреев и репрессированных этнических групп, с негласными ограничениями и предпочтениями по этническому признаку. Однако власть по крайней мере не допускала, за отдельными исключениями, открыто ксенофобских заявлений и старалась подавлять любую несанкционированную активность, связанную с проявлениями этнических «чувств».

Идея "национальной государственности" нашла применение, но на уровне составных частей СССР, а не страны в целом. Юридически союзные республики и автономии не были объявлены "владением" тех этнических групп, которые им дали название (Узбекистан - узбеков, Татарская автономная республика - татар), но такого рода представления присутствовали и в официальном, и в обыденном языке. Публика прочно усвоила, что этнические группы должны иметь свои "собственные" территории. Также весьма широко были распространены представления о том, что этническая принадлежность – это значимая характеристика человека, не частное дело, а предмет публичного интереса. Национализм, таким образом, был вмонтирован в советскую систему власти и идеологии, а это опосредованно питало ксенофобию и провоцировало дискриминацию. Обобщенно говоря, советское руководство рассматривало и воспринимало общество как сумму этнических групп и стремилось "управлять" этническим многообразием. Истоки многих проявлений расизма и дискриминации следует искать не в "колониализме" или "национализме", а, скорее, в такого рода социальной инженерии.

Последствия этой политики были достаточно противоречивы. Люди приучились переосмысливать социальные проблемы, реальное или мнимое социальное неравенство, исторические процессы и символы в этнических категориях. Не удивительно, что во время общей либерализации конца 80-х общественная и политическая активность в значительной степени проявилась в этнических формах. В союзных республиках возникли политические движения, боровшиеся за независимость от СССР, власти автономий стали требовать повышения статуса своих территорий. В конце концов, и те, и другие своего добились. "Парад суверенитетов" повлек за собой всплеск негативных эмоций по отношению к России, к русским вообще и к местным этническим меньшинствам. В России же стали распространяться представления о том, что СССР существовал только благодаря тому, что русских "эксплуатировали" другие народы и союзные республики. Развернулась открытая антисемитская пропаганда: нашлось немало желающих обвинить евреев и "сионизм" в бедах страны.

Борьба за суверенитет во многих случаях привела к территориальным спорам, к локальным войнам и этническим чисткам: стоит назвать конфликты вокруг Нагорного Карабаха (Азербайджан), в Абхазии и Южной Осетии (Грузия), Приднестровье (Молдова). Уже с конца 80-х годов в разных частях СССР началось обсуждение миграции как «угрозы для коренных наций»; в 90-е годы переживания по поводу "иноэтничной" миграции захлестнули и Россию, отодвинув на второй план даже темы национализма, сепаратизма и вооруженных конфликтов.

Таким в России 10-15 лет назад был фон для восприятия этнических проблем, и за последующее десятилетие он изменился незначительно. Правильнее будет говорить именно об общем идеологическом фоне, а не о причинах дискриминации, поскольку та, как оказалось, в основном вызывается иными обстоятельствами. В основном - но не исключительно; многие люди стали жертвами дискриминации вследствие и "парада суверенитетов", и территориальных споров. В большинстве союзных республик после получения ими независимости стремительно сократилось число русских и других меньшинств в органах власти, в бизнесе, в других престижных и доходных областях занятости. Причины различны, и не всегда случившееся можно объяснить целенаправленной политикой или попустительством со стороны правительства. Однако в некоторых местах такого рода стратегия "ненасильственного выдавливания" определенно имела место. Похожие процессы характерны и для некоторых республик в составе РФ: их элита преимущественно состоит их так называемых "титульных" этнических групп, то есть народов, давших этим республикам название.

Наиболее трагично сложилась судьба русских и других меньшинств в Чечне. Радикально-националистические силы, свергнувшие там российскую власть в 1991 году, не сумели обеспечить хоть какое-то подобие правопорядка. По нечеченскому населению ударила волна криминального насилия, в то время как чеченцы оказались отчасти защищенными традиционными институтами кровной мести и родственной взаимопомощи. После вооруженных столкновений октября-ноября 1992 году между осетинами и ингушами из-за территории Пригородного района (Республика Северная Осетия, Северный Кавказ), ингушское население было оттуда изгнано. Ингуши, оставшиеся в Северной Осетии или пытающиеся в нее вернуться, подвергаются разным формам дискриминации: их не берут на работу, ограничивают их право на выбор места жительства, не принимают в высшие учебные заведения.

Оказалось, однако, что в подавляющем большинстве проблемы дискриминации - продукт так называемой паспортной системы. Паспортная система предусматривает обязанность всех граждан иметь внутренние паспорта и обязательную регистрацию по месту жительства и пребывания. Система включает в себя жесткий полицейский контроль над регистрацией и ставит пользование практически всеми правами в зависимость от наличия паспорта и регистрации. Система репрессивна и ограничительна, а ее жертвами в первую очередь становятся люди, отличающиеся от большинства физическим обликом или этническим происхождением. Федеральные и региональные правила регистрации составлены так, что дают исполнителям значительную свободу действий. Зачастую возможность действовать по усмотрению используется для отказа в регистрации этническим меньшинствам, в основном выходцам с Кавказа, из Средней Азии и цыганам. Гражданин России, живущий в каком-либо регионе без местной регистрации, оказывается в положении нелегального иммигранта, лишенного почти всех прав. В отдельных ситуациях отказы становятся главным средством давления на определенные этнические группы и даже основой целенаправленных преследований. Наиболее яркие примеры - кампания против месхетинских турок в Краснодарском крае и преследование чеченцев по всей стране после начала второй войны в Чечне осенью 1999 года.

Полицейский контроль над соблюдением режима регистрации нередко носит избирательный по этническому признаку характер. Проверяют и задерживают прежде всего тех, в ком можно заподозрить приезжих, и кто выглядит не как большинство. При этом проверки часто проводятся в унизительной форме и плавно переходят в вымогательство денег и избиения. Предубеждения и враждебность по отношению к "мигрантам", выходцам с Кавказа и из Средней Азии не только не осуждается, но и прямо поощряется многими региональными властями и средствами массовой информации. Возникает цепная реакция - люди начинают избегать тех, кто может стать объектом полицейских проверок: их стараются не брать на работу, отказывают им в жилье, с ними стараются не заключать сделок и пр.

Этим проявления расизма, дискриминации и ксенофобии, разумеется, не исчерпываются. Достаточно регулярно в разных формах - от расистских публикаций в газетах до разгрома еврейских кладбищ - дает о себе знать традиционный для России антисемитизм. Администрация на местах нередко демонстрирует готовность опираться на радикальных националистов, призывающих к дискриминации и изгнанию евреев из России. В стране почти открыто действуют сотни экстремистских военизированных организаций пронацистского толка. Члены некоторых из них (скинхедских группировок, Русского Национального Единства) участвовали в вооруженных нападениях на мигрантов и иностранцев и даже в убийствах. Часть военизированных и радикально-националистических по своей идеологии организаций - казачество - имеет особый статус и находится под покровительством государства. Не такая уж большая редкость и откровенные расистские высказывания и призывы со стороны официальных должностных лиц. В России публикуется множество печатных материалов, открыто призывающих к дискриминации и насилию на этнической почве, в том числе в изданиях, претендующих на солидность. Публичная власть, как правило, относится к этому весьма терпимо и нейтрально. Множество проявлений нетерпимости и расизма можно встретить в обыденной жизни.

Как выглядит дискриминация в России на практике?

А., армянин по происхождению, около 20 лет живет и работает в Москве. По нескольку раз в день его останавливает и проверяет милиция. Если у него при этом не оказывается с собой документов (например, если он идет из дома в соседний магазин за продуктами), его доставляют в отделение милиции, и жене, чтобы освободить его, приходится приходить туда с его паспортом и доказывать, что А. действительно имеет постоянную регистрацию в городе.

Б., диктор одного из национальных телевизионных каналов, чеченка по происхождению, более 10 лет живущая в Москве, признается в интервью, что к ней домой регулярно приходит милиция, задерживает ее и доставляет в ближайший участок "для установления личности".

В., курд, живущий в Краснодарском крае, приезжает на попутной машине в гости к родственникам в поселок, находящийся в 45 км от его дома. Краевое законодательство требует, чтобы все, в том числе жители края, приехавшие в какую-либо местность на срок более 3 дней, регистрировались в милиции. В., вышедшего на улицу за сигаретами, останавливает милицейский патруль. В. не может доказать, что находится в поселке менее 3 дней, но отказывается заплатить штраф за якобы нарушение правил. Его сажают в камеру в отделении милиции, откуда родственникам спустя сутки приходится его выкупать за взятку.

Г., чеченца, живущего в Москве с женой и детьми, милиция вызывает в участок якобы для "установления личности". У него берут паспорт, и в обложке якобы находят пакетик с героином. В. берут под стражу, а через несколько месяцев суд, игнорируя все противоречия в показаниях сотрудников милиции, приговаривает его к лишению свободы на тот срок, который он уже провел в предварительном заключении.

Д., турок-месхетинец, живет в Краснодарском крае с 1990 года. Местные власти все это время отказывают ему и членам его семьи, как и всем другим туркам, в регистрации по месту жительства, ссылаясь на то, что для турок установлен "особый порядок" проживания в крае. В результате Д. не может работать, его не признают гражданином РФ, он формально не считается собственником своего дома, не имеет права на социальное обеспечение и на медицинскую помощь. Русской жене Д., чтобы получить регистрацию, местные чиновники советуют развестись с мужем.

Е., чеченец, устраивается на работу в транспортную фирму в Московской области. Как только администрация случайно узнает, что Е. чеченец (у Е. нетипичная для чеченца фамилия), его немедленно увольняют.

Ж., таджик, гражданин Таджикистана, работает грузчиком на одном из московских рынков. Находится на положении раба: его паспорт находится у бригадира, и Ж. в любое время могут выгнать с работы или сдать милиции и депортировать. Ж., как и другие таджики, регулярно платит взятки милиции. Это не всегда спасает - милиция проводит облавы, отбирает задержанных деньги и избивает их, в том числе и Ж.

Нова ли дискриминация как тема для бывшего советского и, в частности, российского общества? И да, и нет. Еще в начале 20 века левые партии, в том числе большевики, выдвигали среди программных требований лозунг "национального равноправия". Положения о "равенстве наций" и недопустимости нарушения "равноправия граждан" присутствовали во всех учредительных декларациях Советского государства. Конституция СССР 1977 года содержала весьма сильные даже по нынешним мерках формулировки относительно запрета и наказуемости "какого бы то ни было прямого или косвенного ограничения прав, установления прямых или косвенных преимуществ граждан по расовым и национальным признакам, равно как и всякой проповеди расовой или национальной исключительности, вражды или пренебрежения". Естественно, "нарушение равноправия" было наказуемым по всем советским уголовным кодексам.

Можно было ожидать, что из-за всплеска национализма и ксенофобии в конце 80-х годов проблемы дискриминации окажутся в фокусе общественного внимания. Произошло же нечто иное. Когда в СССР началось относительно свободное обсуждение этнических проблем, слова "дискриминация" и "равноправие" стали использоваться довольно часто, но исключительно в политических целях. С одной стороны, спрос на эти слова возникал тогда, когда центральной власти и ее сторонникам требовалось сказать о проблемах русских в государствах СНГ и российских автономиях. С другой стороны, разные "освободительные" и сепаратистские движения бывшего СССР охотно обозначали терминами "дискриминация" и "нарушение равноправия" все, что им не нравилось. Целью было поставить под сомнение легитимность существующего государства и оправдать собственные претензии на власть. Они же отрицали саму необходимость защиты русских и других этнических меньшинств от дискриминации, объявляя такую постановку вопроса "происками проимперских сил". С этим в большинстве своем были вполне солидарны антикоммунистические и либеральные силы в самой России.

Иными словами, оказалось, что общество совершенно не готово обсуждать (не)равенство и (не)дискриминацию как проблему соблюдения и защиты прав и интересов конкретных людей. Выяснилось, что даже политики и эксперты не желают видеть разницы между спонтанными процессами, ведущими к социальному неравенству, и осознанными деяниями, означающими дискриминационное обращение. Многие явления, важные для западных стран, просто не существуют для общественного мнения в России, не замечаются и не исследуются. Например, почти никого не интересует дискриминация в трудовых и жилищных отношениях, в системе социального обеспечения - и особенно вне государственного сектора.

Люди, принимающие политические решения, и "просто" граждане представляют этничность как неотъемлемую сущностную характеристику человека, определяющую мышление и поведение. Этническая группа видится как коллективная личность со своими "правами" и "интересами". Это питает представления о том, что вражда и конфликты – объективный, неизбежный продукт этнических отношений. Отсюда закономерно следуют представления о праве и обязанности государства ими "управлять", соответственно, относиться к людям разной этнической принадлежности по-разному исходя из соображений административной целесообразности. Иными словами, многие ограничения и предпочтения по расовому и этническому признаку начинают восприниматься как вполне справедливые и законные.

Как следствие, общественное сознание не ощущает потребности искать средства предотвращения и ликвидации дискриминации. Теоретически в стране есть судебные и административные механизмы, которые могут выполнить эту функцию. Практически же - они не работают, поскольку ни у кого не возникает нужды использовать их в этих целях. Мало кто задумывается над тем, что для предотвращения дискриминации недостаточно формально провозгласить равноправие, а необходима активная деятельность государства и общества, направленная как минимум на отмену реально существующих дискриминационных практик. Обсуждаются в лучшем случае перспективы борьбы с разжиганием этнической вражды, но большинство предложений не идет дальше усиления уголовной ответственности за "неправильные" идеи и усиления административных запретов.

Тем не менее, вопросы предотвращения и ликвидации дискриминации в конце 90-х годов стали предметом публичного обсуждения, и главная роль в этом принадлежит неправительственным организациям. К сожалению, осмысление проблем расизма и дискриминации ускорили трагические события, а именно открытые преследования месхетинских турок в Краснодарском крае. Примерно 13 тысяч турок прибыли в этот регион еще до распада СССР, но из-за произвола краевых властей не получили регистрации по месту жительства. Позднее, также произвольно, они не были признаны гражданами РФ. Местные власти приняли специальные нормативные акты, которые ввели для турок как отдельной этнической группы особый режим проживания и ограничили их во всех основных правах. Подобное давление и кампания запугивания направлены на то, чтобы вынудить турок уехать из региона, и эта политика получила полную поддержку федеральных властей.

Вторая война в Чечне подтвердила, что ситуация с месхетинцами - не случайность. Преследования чеченцев развернулись практически по всей стране и вылились в насильственные выселения, произвольные обыски, задержания, угрозы, запреты свободно перемещаться и выбирать себе место жительства, отказы в регистрации, предоставлении статуса вынужденного переселенца (дающего права на некоторую социальную помощь лицам), в приеме на работу, отказы брать детей в школу. Наиболее жестокое проявление античеченской кампании - фабрикации уголовных дел по сфальсифицированным обвинениям в хранении боеприпасов и наркотиков.

Нарушения приняли такой размах и приобрели такую остроту, что уже мало кто берется отрицать их реальность. Однако, и власть, и эксперты предпочитают говорить не о дискриминации, а о "межэтнических отношениях" и "межэтнических конфликтах". Тем самым разговор переводится в совершенно иную плоскость: с повестки дня исчезает вопрос о защите граждан от дискриминации и обязанности государства ее обеспечить. Напротив, многие проявления расизма и дискриминации или описываются как конфликт (например, преследования турок в Краснодарском крае), или оправдываются как меры, направленные на предотвращение "конфликта" (ограничение права на выбор места жительства для меньшинств). Таким образом, налицо уже не случайная путаница понятий, а сознательная стратегия отрицания и оправдания расизма, чем последовательно занимается государство.

В последние годы рождаются новые суррогаты: тема расизма замещается разговорами о борьбе с "экстремизмом" (и тем самым сужается до рамок политизированной антигосударственной деятельности) или о "толерантности" (сводится к вопросам морали и межличностной коммуникации). Таким образом, перед теми, кто стремится противодействовать дискриминации, встает в первую очередь задача научить общество изъясняться на адекватном языке.

Внешне ситуация выглядит так, будто неправительственные организации повернулись лицом к проблемам расизма и дискриминации только в 2000-2001 годах, во время подготовки к Всемирной Конференции против расизма (ВКАР). Это не совсем верно, хотя ВКАР стала действительно важным рубежом в развитии отечественного "третьего сектора". На самом деле, к постановке этих задач приближались долго, не спеша и с разных сторон. Пожалуй, первыми, еще в начале 90-х годов о проблемах расизма в стране заговорили антифашистские и независимые исследовательские организации (например, Исследовательско-аналитический центр "Панорама"). Здесь особо стоит отметить санкт-петербургский Центр независимых социологических исследований, который в последние годы инициировал дискуссию о роли академической науки и языка науки в воспроизводстве расизма. В первой половине 90-х "обычные" правозащитные организации, занимаясь ситуацией в зонах конфликтов, обратили внимание на этническую дискриминацию как таковую. Пионером здесь был Правозащитный Центр "Мемориал", изучавший с 1993 года положение ингушей в Северной Осетии, и с 1994 года - турок в Краснодарском крае. Еще позднее забили тревогу переселенческие организации и организации, защищавшие права мигрантов (например, московский Комитет "Гражданское содействие"), поскольку именно мигранты в первую очередь попали в число жертв дискриминации. Наконец, этнические общественные организации, представляющие наиболее уязвимые меньшинства - цыган, таджиков, турок, африканцев, - тоже начинают выступать против расизма и дискриминации.

Значение ВКАР и подготовки к ней в том, что все эти весьма разные группы сумели найти общие интересы и создать в декабре 2001 года коалицию - Сеть российских неправительственных организаций против расизма и дискриминации. Чем занимается Сеть и входящие в нее НПО? Мониторингом, исследованиями, просветительской деятельностью, лоббированием перед федеральными и местными властями. Правозащитные, мигрантские и этнические организации оказывают жертвам дискриминации правовую помощь - представляют их интересы в судах и перед административными органами, добиваются судебной отмены нормативных актов, которые влекут к дискриминации (так, в частности, удалось отменить несколько постановлений правительства Москвы).

Однако в суде обжалуют нарушение конкретного права, а не дискриминационное обращение. Борьбе с дискриминацией как таковой в судебном порядке мешают разные обстоятельства - недостатки законодательства, отсутствие практики, недостаточная квалификация юристов, и НПО предстоит много сделать, чтобы совладать с этими трудностями. Последним на сегодняшний день значимым делом Сети можно считать представление в декабре 2002 года в Комитет ООН по ликвидации расовой дискриминации альтернативного доклада НПО о соблюдении Россией Международной Конвенции о ликвидации всех форм расовой дискриминации. Этот доклад сыграл большую роль в дебатах на сессии Комитета и в подготовке его заключительных замечаний.

Тем не менее, пока еще сложно говорить о достижениях российского антирасистского движения. Причины различны. Во-первых, к худшему меняется общая ситуация в стране. В 2002 году принято новое законодательство о правовом положении иностранцев, и большинство бывших советских граждан (лиц без гражданства и граждан СНГ), которые законно приехали в Россию до и после распада СССР, объективно не соответствуют его требованиям и не по своей вине оказываются в положении нелегальных иммигрантов. По опыту прошлых лет можно уверенно утверждать, что полицейский контроль и репрессии будут избирательными по этническому признаку, а кампания против "нелегальной миграции" вызовет волну ксенофобии. В некоторых регионах раздуваемые прессой эмоции по поводу миграции и терроризма перерастают в массовый психоз и прямо ударяют по меньшинствам. Во-вторых, общество и правительство пока не обнаруживают желания обсуждать проблемы в терминах предотвращения и ликвидации дискриминации. В-третьих, ресурсы, которыми располагают НПО, особенно возможности оказания правовой помощи, весьма ограничены.

* Осипов А.Г. Этническая и расовая нетерпимость и дискриминация // Правозащитное движение в России. Коллективный портрет. М.: ОГИ, 2004, С.81-91

1. Связь типов конституции (телосложения) с особенностями психики. Учение Кречмера о строении тела и характере. Взгляды Шелдона.

Конституциональные свойства индивида (Б.Г. Ананьев)

В структуру индивидно-типических свойств входят конституциональные и нейродинамические.

Выделяют общую и частную конституции человека.

Под общей конституцией понимают совокупность наиболее существенных индивидуальных особенностей и свойств, закрепленных в наследственности и определяющих специфику всех реакций организма на воздействие среды. Иными словами общая конституция – это общая характеристика организма. Можно предположить, что в основе общей конституции лежит генотип человека. О существовании общей конституции свидетельствуют многочисленные связи между различными системами организма, например, центральной нервной системы с эндокринной, вегетативной, сердечно-сосудистой, дыхательной и пищеварительной.

В структуре частных конституций выделяют два основных класса: класс морфологических конституций и функциональных. Морфологические конституции представлены хромосомной и телесной, а функциональные – биохимической, физиологической и нейродинамической.

Поскольку телосложение в сравнении с другими видами конституций – это легко наблюдаемая характеристика организма, характеризующая его как целое, именно оно занимает центральное, а иногда и единственное место в понятии «конституция человека». Поэтому, строго говоря, описывая конституциональные особенности индивида необходимо иметь в виду весь спектр конституциональных особенностей человека.

Под конституцией понимается сумма всех индивидных свойств, которые покоятся на наследственности, т. е. заложены генотипически. Понятие о конституции относится как к телесному, так и психическому.

Подчеркивая связь общей конституции с генотипом, исследователи тем самым подчеркивают, что значительная часть конституциональных свойств обусловлены генотипическими факторами. В этой связи следует привести данные Б. А. Никитюка, где было показано, что морфологические, физиологические и психодинамические качества человека в значительной степени определяются генотипическими влияниями, причем морфологические признаки – в большей степени, чем психофизиологические. Им же было установлено, что у мужчин наблюдается большая наследственная обусловленность признаков, чем у женщин. Например, коэффициент наследуемости у мальчиков колеблется в пределах 0,36-0,94, а у девочек – 0,26-0,69. Эти данные хорошо согласуются с гипотезой Б. А. Геодакяна, согласно которой женский пол выступает в качестве «хранителя» признаков вида, в то время как мужской осуществляет функцию «пробных вариантов» модификаций для новых признаков.

Связь между конституциональными особенностями и психикой человека была подмечена давно. Еще Гиппократ примерно в 430 г. до н. э. описал два резко отличающихся типа людей: habitus apoplectikus и habitus phitisicus. Первый – это плотный, мускульный, сильный человек, а второй – тонкий, изящный, слабый.

Сегодня насчитывается более 20 классификаций типов телосложения. Причина такого многообразия заключается в том, что разные исследователи клали в основу классификации разные признаки, подчеркивая только одну сторону телесной организации человека. Однако при внимательном их рассмотрении между ними можно найти много общего, что находит свое выражение, как правило, в 3-4-членной классификации. Наибольшую известность получили конституциональные теории Эрнста Кречмера и Уильяма Шелдона.

Э. Кречмер, обобщив свои собственные наблюдения, а также наблюдения других психиатров и антропологов, выдвинул предположение о наличии тесной связи между конституцией человека и свойствами темперамента. Э. Кречмер описал 4 типа телосложения и соответствующие им типы темперамента:

Астенический (лептосомный); Атлетический; Пикнический; Диспластический

Типы темперамента: Шизотимный, Иксотимный, Циклотимный

Астенический тип – это люди, как правило, высокого роста (могут быть и среднего роста) с хрупким телосложением, плоской грудной клеткой, вытянутым лицом, длинным и тонким носом. Плечи узкие, нижние конечности длинные и худые. Э. Кречмер так описывал их внешность: «язвительно-грубая или ворчливо-тупая, или желчно-ироническая, или моллюскоподобное-робкая, бесшумно скрывающаяся».

Астеники имеют шизотимный темперамент. К наиболее распространенным его характеристикам следует отнести необщительность, замкнутость, сдержанность, серьезность (отсутствие чувства юмора). Следующую группу качеств составляют застенчивость, боязливость, сентиментальность, высокая чувствительность, возбудимость, нервность. Любят книги и природу. Третья группа свойств темперамента объединяет внушаемость, добродушие, честность, равнодушие, тупость и глупость.

Очевидно, что вторая и третья группа черт темперамента как бы противостоят друг другу. Если представители второй группы обнаруживают высокую психическую чувствительность, то представители третьей наоборот – признаки психической нечувствительности, вплоть до эмоциональной тупости. Поэтому Э. Кречмер среди шизотимиков выделял «тонко чувствующих джентльменов, идеалистов-мечтателей, холодные властные натуры, эгоисты и сухари безвольные». Для большинства из них в жизни у них главное – они сами, т. е. ярко выражена направленность на себя, свое «Я». Эта характеристика свидетельствует о том, что шизотимный темперамент находится между полюсами раздражительности и эмоциональной тупости. Поэтому большинство шизотимиков отличаются не только чрезмерной чувствительностью или холодностью, а и тем и другим одновременно, в разных комбинациях.

В этой связи уместно напомнить самохарактеристику А. Ю. Стриндберга: «Я тверд, как железо, и все-таки полон чувств до сентиментальности».

Шизотимный темперамент проявляет себя некоторыми особенностями интеллектуальной деятельности. У них хорошо развиты внимание, в том числе распределение внимания, долговременная память и вербальный интеллект. Отсюда и склонность к абстрактным размышлениям. Хуже развиты кратковременная память, невербальный интеллект и скорость образования зрительно-моторных связей. Для динамики умственного труда характерна постепенная раскачка. Оптимум умственной работоспособности достигается к середине или концу рабочего дня, но при этом могут работать долго, без признаков нарастающего утомления, без перерывов. Характерны редкие, но удлиненные паузы в ходе работы.

Атлетический тип характеризуется хорошо развитым скелетом и мускулатурой. Это люди среднего или высокого роста, с широкими плечами, статной грудной клеткой, узкими бедрами, выпуклыми лицевыми костями.

Атлетическому типу телосложения соответствует иксотимический темперамент. Это самостоятельные, энергичные, уверенные в себе и мало впечатлительные люди, со сдержанными жестами и мимикой, в общении могут быть смелыми и бесцеремонными, любят подчинять себе других. У них высокий жизненный тонус, любят приключения и риск. В жизни для них главное – дело.

Пикнический тип телосложения имеют люди малого или среднего роста, с плотной фигурой, склонной к ожирению, мягкой мускулатурой, большим животом, круглой головой на короткой и массивной шее, мягким широким лицом.

Людям пикнического телосложения соответствует циклотимный темперамент. Это прямые и несложные натуры, чувства которых лежат на поверхности и легко понятны окружающим. Наиболее типичными чертами темперамента являются общительность, добросердечие, душевность. Настроение циклотимиков колеблется между веселостью и печалью. Поэтому одни из них это веселые, остроумные, живые и горячие люди, а другие – тихие, спокойные, впечатлительные и мягкие.

Циклотимики не являются людьми строгой последовательности и продуманной системы. У них отсутствует твердая и непреклонная решимость в отстаивании чего-либо. Поэтому у них отсутствует желание перестраивать мир, равно как нет и трагически заостренного конфликта с этим миром.

Для циклотимиков характерны некоторые особенности интеллектуальной деятельности, отличающие их от шизотимиков. У них лучше развиты кратковременная память, скорость образования зрительно-моторных связей и невербальный интеллект, т.е. образные компоненты мыслительной деятельности. Они быстро включаются в работу, довольно быстро могут переключаться с одного вида деятельности на другой, но при этом и быстро утомляются.

Человек с диспластическим телосложением имеет плохо сформированное, неправильное телосложение. Поэтому Э. Кречмеру не удалось выделить соответствующий тип темперамента.

У. Г. Шелдон своими работами в 40-х годах нашего столетия продолжил исследование связей между строением тела и характера, начатые Э. Кречмером. Его подход отличают следующие два нововведения.

Первое из них состоит в том, что в отличие от Э. Кречмера исходным для него понятием является не тип как совокупность физических и психологических черт, а компонента телосложения. На основании скрупулезного анализа фотографий 4000 тысяч студентов, снятых спереди, сбоку и сзади, Шелдон выделил три первичных компоненты телосложения. Их он назвал по имени зародышевых листков – эндоморфный или внутренний зародышевый листок, мезоморфный – средний зародышевый листок и эктоморфный – внешний зародышевый листок.

Из первого развиваются кости, мышцы, сердце, кровеносные сосуды. Люди, отнесенные Шелдоном к этому типу, характеризуются общей сферической формой, наличием большого живота, большого количества жира на плечах и бедрах, крупными внутренними органами, круглой головой, вялыми руками и ногами, неразвитыми руками и ногами.

Из мезоморфного листка развиваются внутренние органы. Для лиц этого типа

характерны широкие плечи и грудная клетка, мускулистые руки и ноги, массивная голова, незначительное количество подкожного жира.

Из эктодермы развиваются нервная система и мозг, рецепторный аппарат. Поэтому для людей этого типа характерны тонкие и длинные руки и ноги, узкая грудная клетка, неразвитая мускулатура, отсутствие подкожного жирового слоя, вытянутое лицо с высоким лбом, хорошо развитая нервная система.

Уже при первом сопоставлении типологии У. Шелдона с типологией Э. Кречмера очевидны совпадения между эндоморфами и пикниками, атлетами и мезоморфами, эктоморфами и астениками.

Другое нововведение Шелдона состояло в количественной оценке каждого компонента в каждом конкретном человеке. В свое время необходимость этого осознавал и Кречмер, когда в рамках каждого типа темперамента он выделял три подтипа. Шелдон довел эту идею до логического конца, предложив процедуру субъективного шкалирования по семибалльной шкале, где 1 представляла абсолютный минимум выраженности данного компонента, а 7 – абсолютный максимум. Например, индивид, соматотип которого оценивался как 4-6-1, имеет примерно среднюю степень эндоморфии, высокую степень мезоморфии и полное отсутствие эктоморфии.

Изучив особенности темперамента и личности лиц, отнесенных к тому или иному соматотипу, Шелдон установил значимые связи между теми или иными компонентами телосложения и «первичными компонентами темперамента».

Соотношение соматотипа и темперамента по У. Шелдону

Соматотип	Эндоморфия		Мезоморфия			Эктоморфия
Тип темперамента		Висцеротония		Соматотония	Церебротония

Каждый тип темперамента характеризовался 20 чертами. При этом каждая черта оценивалась по 7-ми балльной шкале, что, в конечном счете, позволяло оценить темперамент с помощью количественного индекса (по аналогии с индексом соматотипа). Так индекс крайнего висцеротоника составил 7-1-1, крайнего соматотоника – 1-7-1, а крайнего церебротоника – 1-1-7.

Шкала темперамента по У. Г. Шелдону

Висцеротония

Соматотония

Церебротония

Расслабленность в осанке и движениях

Уверенность в осанке и движениях

Сдержанность манер и движений

Любовь к комфорту

Любовь к физическим нагрузкам и приключениям

Чрезмерная физиологическая реактивность

Замедленные реакции

Энергичность

Повышенная скорость реакции

Любовь к пище

Потребность в движениях и удовольствие от них

Склонность к уединению

Социализация пищевой потребности

Потребность в доминировании

Склонность к рассуждениям, повышенный уровень внимания

Удовольствие от пищеварения

Склонность к риску

Скрытность чувств, эмоциональная сдержанность

Любовь к компаниям, дружеским излияниям

Решительные манеры

Беспокойные движения глаз и лица. Самоконтроль мимики

Социофилия (склонность к общественной жизни)

Храбрость

Социофобия (страх перед общественными контактами)

Приветливость со всеми

Агрессивность

Затруднения в установлении социальных контактов

Жажда похвалы и одобрения

Эмоциональная черствость, психологическая нечувствительность

Трудность приобретения новых привычек, избегание нестандартных действий

Ориентация на других людей

Клаустрофобия (боязнь замкнутых помещений)

Агорафобия (боязнь открытого пространства)

Эмоциональная стабильность

Отсутствие жалости и такта

Непредсказуемость поведения

Терпимость

Громкий голос

Тихий голос, боязнь вызвать шум

Безмятежная удовлетворенность

Спартанское безразличие к боли

Чрезмерная чувствительность к боли

Глубокий сон

Шумное поведение

Плохой сон, хроническая усталость

Отсутствие взрывных эмоций и поступков

Внешний вид соответствует более пожилому возрасту

Юношеская живость манер и внешнего облика

Легкость в общении и выражении чувств

Объективное мышление, направленное вовне. Скрытность в чувствах и эмоциях

Концентрированное, скрытное и субъективное мышление

Общительность и мягкость в состоянии опьянения

Агрессивность и настойчивость в состоянии опьянения

Устойчивость к действию алкоголя и других депрессантов

Потребность в людях в тяжелую минуту

Потребность в действиях в тяжелую минуту

Потребность в уединении в тяжелую минуту

Ориентация на детей и семью

Ориентация на юношеские цели и занятия

Ориентация на поздние периоды жизни

Завершая краткую характеристику конституциональных свойств, отметим еще одно важное следствие. Показано, что есть определенная связь между соматотипом и предрасположенностью человека к некоторым заболеваниям. Например, установлено, что некоторые конституциональные различия предшествуют возникновению туберкулеза легких. Как правило, эта болезнь характерна для людей с небольшим весом по отношению к росту (астенический или эктоморфный тип).

Инфаркт миокарда чаще встречается у людей с большим весом по отношению к росту (пикнический или эндоморфный тип). Но особенно ярко проявляется связь между типом телосложения и психическими заболеваниями, о чем говорилось выше.

Конституциональный подход, активно заявивший о себе в 20-40-е годы нашего столетия, тем не менее, не позволил вскрыть глубинные основания и связи, объясняющие взаимосвязь психических и соматических (телесных) свойств и тот или иной вид темперамента. Поэтому, не отвергая достижения этого подхода, следует рассмотреть и другие генотипические основания психических свойств. Таковым следует назвать нейродинамику человека.

Источник: Аверин В.А. Психология личности

Конституциональные и нейродинамические свойства индивида.

Конституция и психические особенности. Связь между конституциональными особенностями и психикой человека была подмечена еще Гиппократом, который описал два резко отличающихся типа людей: habitus apoplecticus - плотный, мускульный, сильный и habitus phitisicus - тонкий, изящный, слабый. В настоящее время насчитывается более 20 классификаций типов телосложения. Понятие конституции шире, чем тип телосложения. Под общей конституцией понимают совокупность наиболее существенных индивидуальных особенностей и свойств, закрепленных наследственно и определяющих специфику реакций организма на воздействие среды. Помимо общей конституции выделяют два класса частных: морфологические и функциональные. Морфологические конституции представлены хромосомной и телесной; функциональные - биохимической, физиологической, нейродинамической. Наиболее изучены в психологии соотношения между телесной, физиологической, нейродинамической структурами и психическими особенностями человека.

В современных исследованиях конституциональная структура телосложения рассматривается как соединение гуморально-эндокринных и метаболических характеристик с более точным комплексным определением параметров морфологической структуры человеческого тела. При этом важен учет места телесной конституции в целостной индивидной организации, что позволяет избежать упрощенных представлений о взаимосвязи телосложения с психическими особенностями развития человека, в первую очередь с темпераментом. К числу наиболее известных классификаций типов телосложений относятся описанные Кречмером и Шелдоном. Кречмера, как психиатра и психолога, интересовала проблема предрасположенности людей к различного типа психозам. Сопоставляя особенности телосложения и вид психического расстройства своих пациентов, Кречмер выделил 3 типа конституции, каждому из которых соответствуют определенные черты темперамента и предрасположенность к конкретным видам психических расстройств (табл. 5).

Таблица 5. Соотношение типов телосложения и темперамента по Кречмеру

Тип телосложения	Тип темперамента				При расстройствах психики предрасположенность к:
Лептосоматический (астенический): хрупкое телосложение, высокий рост, плоская грудная клетка, вытянутое лицо				Шизотимический: замкнутость, упрямство, ригидность установок, сложность в приспособлении к среде, склонность к абстракции			Шизофрении
Пикнический: тучность, значительные жировые отложения, малый или средний рост, большой живот, округлая голова на короткой шее		Циклотимический: общительный, добродушный, подвержен колебаниям эмоций от радости и веселья до печали				Маниакально-депрессивному психозу
Атлетический: крепкое тело, хорошо развитая мускулатура, высокий или средний рост, широкие плечи, выпуклые лицевые кости			Иксотимический: спокойный, сдержанный в мимике и жестах, маловпечатлительный, ригидное мышление, трудно приспосабливается к перемене обстановки					Эпилепсии

Кречмером был выделен еще один тип телосложения - диспластический, но для него не удалось выявить соответствующего темперамента.

Связь между телосложением и темпераментом Кречмер объяснял особенностями химического состава крови и гормональных систем. Его учение оказало сильное влияние на развитие дифференциальной психиатрии и психологии

К числу наиболее известных сегодня конституциональных типологий относится типология Шелдона. Разрабатывая типологию, он шел не от клиники, а от нормы. В основе его типологии лежат не дискретные признаки, а непрерывно распределенные компоненты телосложения. Шелдон выделил 3 компоненты телосложения, назвав их по имени зародышевых листков, из которых они развивались: эндоморфный (из него развиваются кости, мышцы, сердце, кровеносные сосуды); мезоморфный (из него развиваются внутренние органы); эктоморфный (из него развиваются нервная система, мозг, рецепторный аппарат). Представителей каждого типа характеризуют определенные особенности телосложения. Эндоморф внешне похож на пикника, его характеризует округлость тела, наличие отложений жира на бедрах и плечах, вялость и неразвитость конечностей. Мезоморф, также как и атлет, характеризуется широкими плечами и грудной клеткой, хорошим развитием мускулатуры, незначительным количеством жира. Наконец, эктоморф похож на астеника, для него характерны длинные руки и ноги, неразвитая мускулатура, вытянутое лицо с высоким лбом, хорошо развитая нервная система.

Шелдон ввел количественную оценку (7-балльную) каждого компонента телосложения, что позволило объективировать и точно оценить тип телосложения. Он провел сопоставление типов телосложения и способов действия, которые выбирают индивиды, получив при этом высокую корреляцию (порядка 0,80) между компонентами соматотипа и темперамента (табл. 6). Некоторые из выводов Шелдона нашли свое подтверждение в более поздних исследованиях.

Таблица 6. Соотношение соматотипа и темперамента по Шелдону

Соматотип	Тип темперамента				Описание типа темперамента
Эндоморфия				Висцеротония				Преобладание дружелюбия, жажда похвалы, любовь к комфорту, приветливость, расслабленность в осанке и движениях, легкость в выражении чувств, тяга к людям в трудную минуту, мягкость при опьянении
Мезоморфия		Соматотония				Уверенность в осанке и движениях, любовь к приключениям, скрытность в чувствах и эмоциях, тяга к действиям в тяжелую минуту, агрессивность и настойчивость при опьянении
Эктоморфия			Церебротония				Скованность в осанке, необщительность, социальная заторможенность, скрытность, тяга к одиночеству в трудную минуту, ориентация к поздним периодам жизни, устойчивость к действию алкоголя

Однако конституциональный подход был подвергнут справедливой критике за то, что в нем игнорируются социальные условия формирования психических свойств человека, за необоснованное соотнесение личностных черт с признаками темперамента, обусловленными конституцией. Например, попытка объяснения некоторых мировоззренческих черт, отношения к людям как наследственных, обусловленных типом телосложения. Указывается также на необоснованность утверждения о том, что здоровые люди носят в себе зародыш психического заболевания.

Конституциональный подход, активно заявивший о себе в 20-е-40-е гг. XX в., установивший взаимосвязи психических свойств и телесной организации человека, не смог, тем не менее, объяснить механизмы этих связей. Для этого, по-видимому, необходимо привлечь свойства других уровней и другие генотипические обоснования, в частности, нейродинамические.

Нейродинамические свойства человека. Нейродинамические свойства включаются в структуру индивидных характеристик человека, их основу составляют основные свойства нервной системы.

Свойствами нервной системы называются природные врожденные особенности нервной системы, влияющие на формирование индивидуальных особенностей поведения и некоторых индивидуальных различий способностей и характера человека (Теплов). В данном случае речь идет о степени выраженности, особенностях протекания процессов возбуждения и торможения, то есть о типологических особенностях нервной системы.

Типологические особенности нервной системы характеризуются устойчивостью проявления в состоянии покоя, а это означает, что они характеризуют человека на протяжении длительных периодов, а иногда и всей жизни. Постоянство проявления типологических особенностей объясняется их генетической обусловленностью. Доказательства этому были получены благодаря использованию близнецового метода. Сопоставление степени сходства проявления свойств нервной системы у моно- и дизиготных пар методом корреляционного анализа показало по многим свойствам большую тесноту связей у монозиготных пар (коэффициенты корреляции по некоторым признакам достигали 0,90 и более). Исходя из этого Равич-Щербо сделала вывод о том, что в проявлении свойств нервной системы генотипические факторы играют решающую роль. Вопрос о влиянии условий жизни, воспитания и тренировки на проявление свойств нервной системы остается открытым до сих пор.

Вопрос о существовании индивидуально-типологических свойств нервной системы впервые в физиологии был поставлен Павловым. Наблюдая поведение собак, переживших затопление во время наводнения, он обнаружил, что у одних животных сохранились выработанные ранее условные рефлексы, у других после перенесенного стресса разрушились, и у них появились признаки невроза. Животных, благополучно перенесших стресс, он определил как обладающих сильной нервной системой, других считал обладателями слабой нервной системы. Для слабого типа, как писал Павлов, "прямо невыносима как индивидуальная, так и социальная жизнь с ее наиболее резкими кризисами". Им были открыты также такие свойства нервной системы, как подвижность нервных процессов и их уравновешенность, то есть баланс возбуждения и торможения. В последующие годы было открыто существование и других свойств нервной системы и предпринята попытка определения структуры их соотношения. Так, Небылицын исходил из того, что имеются 4 первичных свойства нервной системы: сила, подвижность, динамичность и лабильность. Эти свойства характеризуют как возбуждение, так и торможение. Соотношение возбуждения и торможения этих основных свойств дает возможность говорить о четырех вторичных свойствах: балансу по силе, балансу по подвижности, балансу по динамичности, балансу по лабильности. Согласно этой точке зрения, существует 8 первичных свойств (учитывая проявления каждого из них по возбуждению и торможению) и 4 вторичных - всего 12 свойств нервной системы. Однако эта схема не является достаточно доказанной и работающей, ее применение на практике встречает целый ряд трудностей. Дискуссионными остаются вопросы о наличии силы нервной системы по отношению к торможению, вызывает вопрос рассмотрение лабильности отдельно по отношению к возбуждению и торможению, так как вероятнее всего она является сочетанием протекания того и другого. Не находит достаточного подтверждения существование динамичности, как скорости и легкости генерации возбуждения и торможения при формировании временных связей.

Конкретные механизмы проявления типологических особенностей нервной системы до сих пор остаются не до конца понятными. В последние годы получены экспериментальные данные, указывающие на роль гормональной регуляции в проявлении основных свойств нервной системы, в частности адреналина, АКТГ, кортизона (Ильин). В настоящее время наиболее изученными являются: сила нервной системы, ее подвижность и лабильность.

Сила нервной системы определялась Павловым как способность переносить сверхсильные раздражители и понималась как выносливость нервной системы. Впоследствии была установлена обратная связь силы нервной системы и чувствительности, то есть индивиды, обладающие сильной нервной системой, характеризуются низким уровнем чувствительности анализаторов, и, наоборот, для слабой нервной системы характерной является высокая чувствительность. Сила нервной системы стала определяться по уровню активации ЭЭГ и рассматриваться как активированность нервной системы, чувствительность при этом является вторичной характеристикой, зависящей от уровня активации нервной системы в покое. Как влияет сила нервной системы на поведение, деятельность человека? Представители сильного и слабого типов нервной системы различаются по показателям выносливости и чувствительности. Для человека с сильной нервной системой характерным является высокая работоспособность, малая подверженность утомлению, способность в течение длительного промежутка времени помнить и заботиться о выполнении нескольких видов заданий одновременно, то есть хорошо распределять свое внимание. В ситуациях напряженной деятельности, повышенной ответственности наблюдается улучшение эффективности деятельности. Более того, в условиях обычной, повседневной деятельности у них развивается состояние монотонии, скуки, что снижает эффективность работы, поэтому лучших своих результатов они добиваются, как правило, в условиях повышенной мотивации. Совсем по-другому характеризуется поведение человека со слабой нервной системой. Для него характерна быстрая утомляемость, необходимость в дополнительных перерывах для отдыха, резкое снижение продуктивности работы на фоне отвлекающих факторов и помех, неспособность распределить внимание между несколькими делами одновременно. В ситуациях напряженной деятельности снижается эффективность работы, возникает тревога, неуверенность. Особенно ярко это проявляется в ситуациях публичного общения. Для слабой нервной системы характерна высокая устойчивость к монотонии, поэтому представители слабого типа добиваются лучших результатов в условиях повседневной, привычной деятельности.

Подвижность нервной системы - это свойство впервые было выделено Павловым в 1932 г. В дальнейшем оно оказалось очень многозначным и было разделено на два самостоятельных свойства: подвижность и лабильность нервной системы (Теплов). Подвижность нервной системы понимается как легкость переделки сигнального значения раздражителей (положительного на отрицательный и наоборот). Основой этого является наличие следовых процессов и их длительность. В эксперименте при определении подвижности испытуемому предъявляют чередующиеся в случайном порядке стимулы положительные (требующие ответной реакции), отрицательные (тормозные, требующие затормозить ответную реакцию) и нейтральные. Скорость реагирования зависит от того, насколько долго следы от предшествующей реакции сохраняются и оказывают влияние на последующие реакции. Таким образом, чем больше стимулов сможет безошибочно обработать человек в этих условиях, тем выше подвижность его нервной системы. Жизненными проявлениями подвижности нервной системы является легкость включения в работу после перерыва или в начале деятельности (врабатываемость), легкость переделки стереотипов, такой человек легко переходит от одного способа выполнения деятельности к другому, разнообразит приемы и способы работы, причем это касается как двигательной, так и интеллектуальной деятельности, отмечается легкость в установлении контактов с разными людьми. Инертные характеризуются противоположными проявлениями.

Лабильность нервной системы - быстрота возникновения и исчезновения нервного процесса. В основе этой скоростной характеристики деятельности нервной системы лежит усвоение ритма приходящих к тканям импульсов. Чем большую частоту способна воспроизвести та или иная система в своем реагировании, тем выше ее лабильность (Введенский). Показателями лабильности являются КЧСМ (критическая частота слияния мельканий), а также ЭЭГ-показатели (латентный период и длительность депрессии L-ритма после предъявления раздражителя). Одним из важнейших жизненных проявлений является скорость переработки информации, лабильность эмоциональной сферы. Лабильность положительно влияет на учебную успешность и успешность интеллектуальной деятельности.

Можно ли рассматривать одни типологические особенности как "хорошие", облегчающие адаптацию, а другие как "плохие", затрудняющие ее, как это делал в свое время Павлов? Современные данные, полученные психофизиологами, психологами и клиницистами, свидетельствуют о том, что каждое из свойств нервной системы имеет как отрицательные, так и положительные стороны. Так, например, положительной стороной слабой нервной системы является ее высокая чувствительность, высокая устойчивость к монотонии, более высокое проявление скоростных качеств. Положительной стороной инертности нервных процессов является установление более прочных условно-рефлекторных связей, лучшая произвольная память, большая глубина проникновения в изучаемый материал, большая терпеливость к испытываемым затруднениям. Таким образом, типологические особенности определяют не столько степепь приспособления человека к среде, сколько различные способы адаптации. Особенно ярко это проявляется в формировании индивидуального стиля деятельности. Стиль деятельности - это система приемов выполнения деятельности. Проявление стиля деятельности многообразно - это и приемы организации психической деятельности, и практические способы действий, и особенности реакций и психических процессов. "... под индивидуальным стилем следовало бы понимать всю систему отличительных признаков деятельности данного человека, обусловленных особенностями его личности" (Климов). Индивидуальный стиль вырабатывается в течение жизни и выполняет компенсаторную приспособительную функцию. Так, представители слабого типа нервной системы быструю утомляемость компенсируют частыми перерывами для отдыха, предварительным планированием и регулярностью деятельности, отвлекаемость внимания - усиленным контролем и проверкой работ после их выполнения. Предварительная тщательная подготовка дает возможность уменьшить нервно-психическое напряжение, возникающее в ответственные моменты деятельности.

Типологические свойства нервной системы являются основой формирования темперамента, способностей человека, влияют на развитие ряда личностных черт (например, волевых), их необходимо учитывать в профессиональном отборе и профориентации. В исследованиях, проведенных на операторах энергосистем, было показано, что психические качества, позволяющие справляться с работой в аварийной ситуации, больше выражены у лиц с сильной нервной системой. В связи с этим было введено понятие "оперативной надежности человека", базирующееся на типологических особенностях свойств нервной системы. [http://bookap.info/genpsy/clinpsy/gl12.shtm. Карвасарский Б.Д. Клиническая психология. Часть 1 Основы общей психологии]

1. Психология народов и масс в концепции Вундта.

Психология народов появляется в Германии, в основе ее лежит теория Гегеля – «народный дух». Это так называемая сверхиндивидуальная душа, кот. подчиняется сверхиндивидуальной целостности – народу. Создателями психологии народов является философ Лацарус и языковед Штейнталь. Они в 1859 г. публикуют совместную статью, которая называется «Вводное рассуждение о психологии народов». В этой статье они утверждают, что движущейся силой истории – это дух целого. При этом индивидуальное сознание - это продукт духа народа. Индивидуальное сознание вторично, необходимо изначально дух целого, который проявляет себя в культуре народа: в искусстве, в языке, в мифах, религии. В дальнейшем психологической разработкой Лацаруса и Штейнталя принадлежит Вильгельму Вундту.

Итогом его размышления, что психология должна состоять из 2-х разделов: 1.Физиологическая психология – направлена на изучение индивидуального сознания. Основным методом должен стать эксперимент.

2.Психология народов.

3.Вундт определил задачи психологии: 1. Изучение языка народа, потому что в языке находятся основные понятия, которые используют представители этого народа в мышлении. Поэтому, изучая язык, мы получаем базу для изучения мышления.

4.Изучение мифов народа, мы получаем возможность выявить эмоциональное отношение, в мифах мы можем обнаружить первоначально ее содержание некоторых понятий.

5.Изучение традиций и обычаев, которые есть у народов. Мы получаем возможность изучить поступки, которые совершают народы. Основным методом психологии народов должен стать анализ продуктов культуры. Психология народов является чисто описательной наукой, не претендует на открытие каких-либо законов. Эксперимент не возможен. Вундт определял место психологии народов среди общественных наук ведущее положение. Общественные науки обслуживают психологию народов. В системе подготовки специально сначала овладевают психологией народа, потом исследованием индивидуальных особенностей. Психология народов становится предшественницей этнопсихологии, которая является разделов СП. Следующая концепция – психология масс, которая создана во Франции. В основе ее лежит теория подражания Тарда.

В психологию масс приходят 2 тезиса:

• Социальное поведение можно объяснить подражанием.

• В социальном поведении очень важную роль играют иррациональные компоненты.

Делаются вслед за Тардом выводы: аффекты; неосознаваемые, являются иррациональными компонентами. Сигеле, юрист. Его заинтересовала ответственность за действие толпы. В результате анализа уголовных дел, что действие толпы обусловлены состоянием аффекта, более разрушительным, чем действие индивидов. При этом аффекты в толпе происходят в результате эмоционального заражения. Он изложил в работе «Преступная толпа». Лебон, французский социолог. Он разработал проблему противопоставления элиты и масс в обществе. Стоят перед ним задачи, что есть масса? Это: Масса – это всякое скопление людей, которые состоят из индивидов. Индивид как часть массы – это обезличивание, попадая в массу человек утрачивает то, что его отличает от других, действия человека начинают подчиняться инстинктам. Индивид в массе – это утрата интеллекта. Человек в массе не подчиняется логике, подчиняется чувствам. Для человека в массе - ощущает собственную силу и мощь, происходит за счет идентификации с другими людьми, которые входят в эту массу. Утрата личной ответственности за происходящее, человек, попадающий в массу становится полностью анонимным. Характеристика массы: Масса в своих проявлениях импульсивна. Жестока. Абсолютно не логична, склонна к крайностям. Испытывает чувства простые и в то же время преувеличены. Очень подвластна силе. Проявляет склонность к иллюзии, а не к реальности, истине. Близка к психологической характеристике ребенка и психологической характеристике примитива, находящемся на более низшей ступени развития. Масса ищет вождя, без него хаотична и нерегулируема.

Качество вождя масс:

• Обладать силой воли

• Глубокая вера в какую-либо идею, содержание ее не важно.

• Престиж. Это своего рода ореол успеха, который окружает человека. Этот ореол обусловлен его личными успехами, принадлежит какой-то семье, имени. Если вождь находится, то масса стабилизируется, продолжает свое существование, если нет – масса прекращает свое существование.

В обществе элита выполняет роль вождя по отношению к массе, поэтому существование элиты должно быть. «Психология народов и масс» в 1895 г. опубликовал работу Лебон. После этого выхода начинается дискуссия. Не устраивала трактовка масс. Любая группа подпадает под это определение. Существуют организованные группы, которые отличаются от описания Лебона. Описание Лебона относятся к массам, которые переживают сильное эмоциональное напряжение, которые находятся в состоянии паники. Лебон притязает на распространение этого определения масс любой группы. [http://shpori-vsem.ru/psyhology/125-psyhoshpori2.html?start=17]

В дальнейшем идеи психологии народов получили развитие во взглядах В. Вундта (1832-1920). Впервые свои идеи по этому поводу Вундт сформулировал в 1863 г. в «Лекциях о душе человека и животных». Основное же развитие идея получила в 1900 г. в первом томе десятитомной «Психологии народов». Уже в «Лекциях» на основании курса, прочитанного в Гейдельберге, Вундт изложил мысль о том, что психология должна состоять из двух частей: физиологической психологии и психологии народов.

Соответственно каждой части Вундтом были написаны фундаментальные работы, и вот именно вторая часть была изложена в «Психологии народов». С точки зрения Вундта, физиологическая психология является экспериментальной дисциплиной, но эксперимент не пригоден для исследования высших психических процессов – речи и мышления. Поэтому именно с этого «пункта» и начинается психология народов. В ней должны применяться иные методы, а именно анализ продуктов культуры: языка, мифов, обычаев, искусства.

Вундт отказался от неопределенного понятия «духа целого» и придал психологии народов несколько более реалистический вид, что позволило ему даже предложить программу эмпирических исследований для изучения языка, мифов и обычаев. Психология народов в его варианте закреплялась как описательная дисциплина, которая не претендует на открытие законов. В России идеи психологии народов развивались в учении известного лингвиста А.А. Потебни. Несмотря на различия в подходах Лацаруса, Штейнталя, Вундта и Потебни, основная идея концепции является общей: психология сталкивается с феноменами, коренящимися не в индивидуальном сознании, а в сознании народа, и поэтому должен быть как минимум специальный раздел этой науки, который и будет заниматься названными проблемами, применяя особые, отличные от обычной психологии, методы. Несмотря на известные упрощения, эта концепция поставила принципиальный вопрос о том, что существует нечто кроме индивидуального сознания, характеризующее психологию группы, и индивидуальное сознание в определенной степени задается ею.

Психология масс представляет собой другую форму первых социально-психологических теорий, ибо она, по предложенному выше критерию, дает решение вопроса о взаимоотношении личности и общества с «индивидуалистических» позиций. Эта теория родилась во Франции во второй половине XIX в. Истоки ее были заложены в концепции подражания Г. Тарда. С точки зрения Тарда, социальное поведение не имеет другого объяснения, кроме как при помощи идеи подражания. Официальная же, интеллектуалистически ориентированная академическая психология пытается объяснить его, пренебрегая аффективными элементами, и потому терпит неуспех. Идея же подражания учитывает иррациональные моменты в социальном поведении, поэтому и оказывается более продуктивной. Именно эти две идеи Тарда – роль иррациональных моментов в социальном поведении и роль подражания – были усвоены непосредственными создателями психологии масс. Это были итальянский юрист С. Сигеле (1868-1913) и французский социолог Г. Лебон (1841-1931). Сигеле в основном опирался на изучение уголовных дел, в которых его привлекала роль аффективных моментов. Лебон, будучи социологом, преимущественное внимание уделял проблеме противопоставления масс и элит общества. В 1895 г. появилась его основная работа «Психология народов и масс», в которой и изложена суть концепции.

С точки зрения Лебона, всякое скопление людей представляет собой «массу», главной чертой которой является утрата способности к наблюдению. Типичными чертами поведения человека в массе являются: обезличивание (что приводит к господству импульсивных, инстинктивных реакций), резкое преобладание роли чувств над интеллектом (что приводит к подверженности различным влияниям), вообще утрата интеллекта (что приводит к отказу от логики), утрата личной ответственности (что приводит к отсутствию контроля над страстями) (Лебон, 1896). Вывод, который следует из описания этой картины поведения человека в массе, состоит в том, что масса всегда по своей природе неупорядочена, хаотична, поэтому ей нужен «вождь», роль которого может выполнять «элита». Выводы эти

были сделаны на основании рассмотрения единичных случаев проявления массы, а именно проявления ее в ситуации паники. Никаких других эмпирических подтверждений не приводилось, вследствие чего паника оказалась единственной формой действий массы, хотя в дальнейшем наблюдения над этой единственной формой были экстраполированы на любые другие массовые действия.

В психологии масс ярко проявляется определенная социальная окраска. Конец XIX в., ознаменованный многочисленными массовыми выступлениями, заставлял официальную идеологию искать средства обоснования различных акций, направленных против этих массовых выступлений. Большое распространение получает утверждение о том, что конец XIX – начало XX в. – это «эра толпы», когда человек теряет свою индивидуальность, подчиняется импульсам, примитивным инстинктам, поэтому легко поддается различным иррациональным действиям. Психология масс оказалась в русле этих идей, что позволило Лебону выступить против революционного движения, интерпретируя и его как иррациональное движение масс.

Что же касается чисто теоретического значения психологии масс, то оно оказалось двойственным: с одной стороны, здесь был поставлен вопрос о взаимоотношении личности и общества, но, с другой стороны, решение его было никак не обосновано. Формально в данном случае признавался известный примат индивида над обществом, но само общество произвольно сводилось к толпе, и даже на этом «материале» выглядело весьма односторонне, поскольку сама «толпа», или «масса», была описана лишь в одной-единственной ситуации ее поведения, ситуации паники. Хотя серьезного значения для дальнейших судеб социальной психологии психология масс не имела, тем не менее проблематика, разработанная в рамках этой концепции, имеет большой интерес, в том числе и для настоящего времени. [http://psylist.net/socpsy/00058.htm]

1. Особенности поведения индивида в толпе в концепции Лебона.

[Кондратьев М. Ю., Ильин В. А. Азбука социального психолога-практика. — М.: ПЕР СЭ, 2007. — 464 с. http://vocabulary.ru/dictionary/894/word/tolpa ]

Толпа — во многом лишенная структуры большая группа людей, объединенная между собой эмоциональным настроем или предметом внимания, но при этом, как правило, не объединенных четко осознаваемыми общими намерениями и планами, а тем более единой целью и отчетливыми представлениями, каким образом она может быть достигнута. В современной психологии больших групп существует следующая, по сути дела, общепринятая классификация — типология различных видов толпы как специфического сообщества людей: окказиональная, конвенциональная, экспрессивная, действующая. Если говорить об окказиональной толпе, то решающим фактором формирования подобного типа сообщества оказывается некая «оказия», случай, в связи с которым люди собираются вместе в логике сторонних наблюдателей, объединенных неожиданно возникшим поводом к любопытству, интересом и желанием узнать о каком-то социальном явлении больше, чем знают те, которые находятся за чертой очевидцев происходящих событий. Что касается конвенциональной толпы, то подобный тип сообщества зарождается в связи с некоей информацией о каком-то предстоящем массовом мероприятии (например, ключевой футбольный матч, заранее анонсированный концерт и т. п.). По сути дела, эта общность недолгое время своего существования реализует свою жизнедеятельность по схеме достаточно не устоявшейся конвенции по поводу столь же жестко не определенных норм поведения, обусловленных самими общими представлениями о тех правилах, согласно которым принято себя вести людям, оказавшихся участниками мероприятий, имеющих конкретную социальную специфику. Под экспрессивной толпой традиционно представляют себе такую большую группу, которая характеризуется тем, что проявляет общее, по сути дела, единое отношение к какому-то событию, явлению и на пике выражения этого отношения превращается в толпу экстатическую, то есть толпу, находящуюся в состоянии массового экстаза (подобное состояние нередко возникает в условиях ритмически поддерживаемого возбуждения — концерты, например, ансамблей «тяжелого рока», массовые религиозные ритуалы, массовые сеансы якобы целебного гипноза и т. д.). Наконец, действующая толпа, отличительным свойством которой выступает какое-либо совместное действие, своего рода деятельный и при этом необузданный порыв, отчетливо проявляемая ее членами общая активность. При этом те исследователи, которые предпринимали попытку дать содержательно исчерпывающую типологию различных типов толпы, подчеркивали, что «действующая толпа ... в свою очередь, включает следующие подвиды — а) агрессивная толпа, объединенная слепой ненавистью к некоторому объекту (суд Линча, избиение религиозных, политических противников и т. д.); б) паническая толпа, стихийно спасающаяся от реального или воображаемого источника опасности; в) стяжательная толпа, вступающая в неупорядоченный непосредственный конфликт за обладание какими-либо ценностями (деньгами, местами в отходящем транспорте и т. д.); г) повстанческая толпа, в которой людей связывает общее справедливое возмущение действиями властей, она нередко составляет атрибут революционных потрясений, и своевременное внесение в нее организующего начала способно возвысить стихийное массовое выступление до сознательного акта политической борьбы» (А. П. Назаретян, Ю. А. Ширковин). Помимо того, что, по сути дела, бесструктурность такой разновидности сообщества, как толпа, и, как правило, достаточная размытость изначальных целей подобного объединения людей, приводят к легкой смене типов толпы, нельзя не заметить и того, что выше изложенная и при этом практически общепринятая классификация видов толпы очевидно несовершенна. Прежде всего, подобный вывод базируется на том, что здесь не прослеживается единое классификационное основание и потому, например, конвенциональная и действующая толпа могут быть одновременно и толпой экспрессивной, а, скажем, окказиальная толпа одновременно может являться и толпой панической (одна из разновидностей толпы действующей) и т. д.

Французский исследователь Г. Лебон выделил ряд закономерностей, характерных практически для любой толпы и обусловливающих поведение ее членов.

Прежде всего, в толпе отчетливо наблюдается эффект деперсонификации и ослабление контроля эго: «...каковы бы ни были индивиды, составляющие ее, каков бы ни был их образ жизни, занятия, их характер или ум, одного их превращения в толпу достаточно для того, чтобы у них образовался род коллективной души, заставляющей их чувствовать, думать и действовать совершенно иначе, чем думал бы, действовал и чувствовал каждый из них в отдельности. ...

Нетрудно заметить, насколько изолированный индивид отличается от индивида в толпе, но гораздо труднее определить причины этой разницы. Для того, чтобы хоть несколько разъяснить себе эти причины, мы должны вспомнить одно из положений современной психологии, а именно то, что явления бессознательного играют выдающуюся роль не только в органической жизни, но и в отправлениях ума. Наши сознательные поступки вытекают из субстрата бессознательного, создаваемого в особенности влияниями наследственности. В этом субстрате заключаются бесчисленные наследственные остатки, составляющие собственно души расы. ...

Эти общие качества характера, управляемые бессознательным и существующие почти в одинаковой степени у большинства нормальных индивидов расы, соединяются вместе в толпе. В коллективной душе интеллектуальные способности индивидов и, следовательно, их индивидуальность исчезают; ... и берут верх бессознательные качества.

Такое именно соединение заурядных качеств в толпе и объясняет нам, почему толпа никогда не может выполнить действия, требующие возвышенного ума. Решения, касающиеся общих интересов, принятые собранием даже знаменитых людей в области разных специальностей, мало все-таки отличается от решений, принятых собранием глупцов, так как в том и в другом случае соединяются не какие-нибудь выдающиеся качества, а только заурядные, встречающиеся у всех. В толпе может происходить накопление только глупости, а не ума».

При том, что Г. Лебон весьма упрощенно трактует проблему индивидуального и коллективного бессознательного и его взгляды подвержены сильному влиянию биологического детерминизма, в целом его выводы как о практически неизбежной деперсонификации и деперсонализации личности в толпе, так и о деструктивности толпы в целом совершенно справедливы. Более того, как показывает, в частности, практика организационной психологии, даже высокоструктурированные большие группы профессионалов, строго говоря, не являющихся толпой, часто оказываются совершенно неэффективны при решении задач, требующих творческого и новаторского подхода. Не случайно техники практической социально-психологической работы с такого рода сообществами, как правило, строятся на их дефрагментации по тому или иному принципу с последующим поиском решения в сформированных таким образом малых группах.

Г. Лебон также отчетливо выделил ряд социально-психологических механизмов, опосредствующих поведение индивида в толпе: «Появление этих новых специальных черт, характерных для толпы и притом не встречающихся у отдельных индивидов, входящих в ее состав, обусловливается различными причинами. Первая из них заключается в том, что индивид в толпе приобретает, благодаря только численности, сознание непреодолимой силы, и это сознание дозволяет ему поддаваться таким инстинктам, которым он никогда не дает волю, когда бывает один. В толпе же он менее склонен обуздывать эти инстинкты, потому что толпа анонимна и не несет на себе ответственности»2. По сути дела, речь идет о деиндивидуализации, под которой в современной социальной психологии понимается, как правило, потеря испуга перед внешней оценкой и, как минимум, снижение уровня самосознания. Как показали многочисленные исследования, степень деиндивидуализации отчетливо коррелирует с анонимностью, обусловленной, в частности, размерами толпы. Так, например, «проведя анализ 21 случая, когда кто-то в присутствии толпы угрожал спрыгнуть с небоскреба или с моста, Леон Манн обнаружил, что когда толпа была маленькой и

освещалась дневным светом, то, как правило, попыток спровоцировать самоубийство не делалось. Но когда размер толпы или ночной мрак обеспечивали анонимность, люди обычно подначивали самоубийцу, всячески издеваясь над ним. Брайан Маллен сообщает о подобных эффектах в шайках линчивателей: чем больше шайка, тем больше ее члены утрачивают чувство самоосознования и тем с большей готовностью соглашаются пойти на зверства, такие как сожжение, растерзание или расчленение жертвы. Для каждого из приведенных примеров ... характерно то, что боязнь оценки резко падает. Поскольку «так делали все», то и свое поведение они объясняют сложившейся ситуацией, а не собственным свободным выбором».

Вторая причина, на которую указывает Г. Лебон, — «заразительность или зараза — также способствует образованию в толпе специальных свойств и определяет их направление... В толпе всякое чувство, всякое действие заразительно, и притом в такой степени, что индивид очень легко приносит в жертву свои личные интересы интересу коллективному»2. В современной социальной психологии под социальным заражением понимается «...процесс передачи эмоционального состояния от одного индивида к другому на психофизиологическом уровне контакта, помимо собственно смыслового взаимодействия или дополнительно к нему». При этом нередко «...заражение приводит к распаду формальных и неформальных нормативно-ролевых структур и вырождению организованно взаимодействующей группы в ту или иную разновидность толпы»3. Классическим примером подобного рода может служить превращение в толпу под воздействием паники такой жестко организованной группы, как воинское подразделение. Механизм заражения активно используется в рамках так называемых «грязных политтехнологий» во время массовых мероприятий, когда группы подставных провокаторов сознательно толкают толпу на те или иные действия от скандирования определенных лозунгов до массовых погромов.

Третья, самая главная, с точки зрения Г. Лебона, причина, «...обусловливающая появление у индивидов в толпе таких специальных свойств, которые могут не встречаться у них в изолированном положении, — это восприимчивость к внушению. ... Он уже не осознает своих поступков, и у него, как у загипнотизированного, одни способности исчезают, другие же доходят до крайней степени напряжения. Под влиянием внушения такой субъект будет совершать известные действия с неудержимой стремительностью; в толпе же эта неудержимая стремительность проявляется с еще большей силой, так как влияние внушения, одинаковое для всех, увеличивается путем взаимности»4. Данный эффект «в чистом виде» часто наблюдается и целенаправленно используется в практике религиозных сект, всевозможных «целителей», «чудотворцев», «экстрасенсов» и т. п.

Г. Лебон особо подчеркивал свойственную толпе склонность к нетерпимости и авторитаризму. С его точки зрения, «толпе знакомы только простые и крайние чувства; всякое мнение, идею или верование, внушенные ей, толпа принимает или отвергает целиком и относится к ним или как к абсолютным истинам, или же как к столь же абсолютным заблуждениям. ... Толпа выражает такую же авторитарность в своих суждениях, как и нетерпимость. Индивид может перенести противоречие и оспаривание, толпа же никогда их не переносит. В публичных собраниях малейшее прекословие со стороны какого-нибудь оратора немедленно вызывает яростные крики и бурные ругательства в толпе, за которыми следуют действия и изгнание оратора, если он будет настаивать на своем»1. Хотя Г. Лебон употребляет слово «авторитетность», совершенно очевидно, что в психологическом плане речь идет именно об авторитарности.

К этому следует добавить, что при всей свойственной ей непредсказуемости толпа, в силу всех перечисленных особенностей, склонна почти исключительно к деструктивным и разрушительным действиям. Как известно, поводом к массовым беспорядкам и погромам, имевшим место в центре Москвы летом 2002 года, послужил проигрыш сборной России в матче со сборной Японии на чемпионате мира по футболу. Однако трудно себе представить, что при благоприятном для российской сборной исходе этого матча, пьяная толпа бритоголовых «патриотов» устроила бы на радостях веселый карнавал, по завершении которого мирно разъехалась бы по домам. Почти наверняка можно утверждать, что массовые беспорядки все равно имели бы место, правда, быть может, не в столь воинствующей форме. История самых разных эпох и обществ убедительно свидетельствует: любые попытки заигрывания с толпой и ее использование для достижения политических, идеологических и иных целей практически неизбежно приводят к трагическим и часто необратимым последствиям. Доведение этой идеи до сознания субъектов социального управления всех уровней является прямой профессиональной обязанностью практического социального психолога.

Вместе с тем, поскольку толпа того или иного типа является объективным фактором жизни современного общества, проблемы взаимодействия с ней и воздействия на нее никоим образом не могут игнорироваться в социально-психологической практике.

Практический социальный психолог, профессионально ориентированный на работу с толпой, во-первых, должен психологически грамотно определять тип толпы, ее направленность, степень активности, потенциальных или уже выдвинутых лидеров, а во-вторых, должен владеть и уметь реализовывать наиболее эффективные технологии конструктивного манипулирования при работе со стихийно складывающимися большими сообществами людей.

1. Теория пассионарности Гумилева.

[С. Боброва. История России с древнейших времен до 1917 года: глоссарий.

http://interpretive.ru/dictionary/375/word/pasionarnosti-teorija]

Пассионарности теория – Лев Николаевич Гумилев рассматривает исторический процесс как динамику жизни и взаимодействия этносов. Этнос – это группа имеющая внутреннюю структуру, противопоставляющая себя другим таким же коллективам и обладающая едиными стереотипами поведения. Л.Н. Гумилев считал, что этносы цементируются в целое этническими полями, имеющими энергетическую природу и определенный тип колебаний. Именно совпадения или несовпадение колебаний вибраций разных этносов делает их враждебными или дружественными. Появление этноса на свет происходит за счет космического энергетического толчка, порождающего пассионарность.

Пассионарность (от passion – страсть) – это высокая целеустремленность отдельных личностей, способных на пути к реальной или иллюзорной цели жертвовать своей жизнью для достижения цели и вести за собой других людей, заражая их своим энтузиазмом. Кроме них в этносе существуют гармоничные личности и субпассионарии (пассивная масса).

Каждый этнос проходит фазу возникновения (внезапное увеличение пассионариев), высшую ступень развития (акме), фазу надлома, инерционную фазу, фазу обскурации (замены пассионариев субпассионариями) и фазу гибели этноса. Когда ведущий этнос гибнет, периферийный перехватывает у него эстафету. Так движется история.

[http://konservatizm.org/konservatizm/sociology/050212153341.xhtml]

Выдающийся русский историк и географ Л.Н.Гумилёв (1912 - 1992) внёс ряд совершенно новых моментов в развитие этнологии. Открыв явление пассионарности и феномен комплиментарности, Л.Н.Гумилёв разработал пассионарную теорию этногенеза. Он был продолжателем идей евразийства, влияние на его работы оказали В.И.Вернадский (1863 - 1945) и его идея энергии живого вещества биосферы и С.М.Широкогоров (1887 - 1939) у которого он заимствовал основные подходы к этносу.

Понятие этноса, его признаки и свойства занимает первостепенное место в работах Л.Н.Гумилёва. Единственного чёткого определения этноса автор не даёт, он скорее говорит о его природе. Он говорит о том, что этнос – это не общество и это не социальное явление. Этнос никогда не развивался по спирали и не связан с развитием способов производства. Столкнувшись с проблемой пояснения своей точки зрения, Гумилёв приводит в пример электрическое освещение – феномен, казалось бы, социально-технический. Проводку сделали на заводе, провёл её монтёр – член профсоюза, обслуживает она работников университета. Но никакого освещения не было бы не будь физического явления – электрического тока. Электричество никак невозможно отнести к явлениям социальным. Это природное явление, обусловленное искусственно созданными условиями. Также и с этносами. Человек ощущает разницу между немцами и поляками так же, как между светом и тьмой.

Далее он говорит, что этнос – это не раса. Этнос - это форма существование вида Homo Sapiens и его особей, которая отличается как от социальных образований, о чём было упомянуто выше, так и от чисто биологических, какими являются расы. Каждый этнос всегда состоит из двух и более расовых типов.

Также как не совпадает этнос с расой, не совпадает он и с другим биологическим образованием – популяцией. Популяция – это простая сумма особей, живущая в одном ареале, и беспорядочно между собой скрещивающаяся. В отличие от этого в этносе всегда есть брачные ограничения и довольно часто между этносами возникает борьба, чего не бывает у популяций.

Подводя итог своим рассуждениям, Гумилёв предлагает считать этнос – явлением географическим, всегда связанным с ландшафтом, который кормит адаптированный этнос. А поскольку ландшафты Земли разнообразны, разнообразны и этносы. Они возникают, развиваются и исчезают, проходя в своем развитии закономерные фазы этногенеза.

В своих работах Гумилёв говорит также об этнической структуре, которая в иерархической соподчинённости выглядит как: консорция, конвиксия, субэтнос, этнос, суперэтнос. Под консорцией автор понимает группу людей, объединённых одной исторической судьбой. В пример можно привести разнообразные группировки – мафия, секты, артели, старообрядцы. Чаще всего они распадаются, но иногда уцелевают на срок в несколько поколений и тогда они становятся конвиксиями. Конвиксия – группа людей объединённых однохарактерным бытом и семейными связями, например, купечество, боярство, кварталы и предместья. Уцелевшие конвиксии вырастают в субэтносы – подсистемы этноса, противопоставляющие себя как целостность этносу, внутри которого они возникают. Если субэтносу удается навязать свой стереотип поведения другим субэтносам, он превращается в этнос и даже суперэтнос, если ему удается установить системные отношения с соседними этносами из общей этноландшафтной зоны.

Ставя проблему первичного возникновения этнической целостности из особей (людей) смешанного происхождения закономерно возникает вопрос: что заставляет их объединяться, что влечёт их друг к другу? Ответом на этот вопрос служит разработанный Л.Н.Гумилёвым принцип комплиментарности. Комплиментарностью Гумилёв называет неосознанную симпатию к одним людям и антипатию к другим, то есть возможна положительная и отрицательная комплиментарность. Так рождению любого социального института предшествует объединение некоторого числа людей, симпатичных друг другу. Также на уровне этноса фигурирует принцип комплиментарности, который автор именует патриотизмом. При этом принцип комплиментарности не относится к числу социальных явлений – он также наблюдается у животных.

Коротая часы в тюрьмах, (Гумилёв провёл в заключении более десяти лет) где было время для раздумий, он задаётся вопросом: почему Александр Македонский пошёл на Персию, потом на Индию и Среднюю Азию, почему Эрнан Кортес отправился в Америку с риском для жизни, почему Наполеон стремился к неограниченной власти? Гумилёву приходит в голову идея о том, что все эти большие войны совершались не потому, что они были кому-то нужны, а потому, что существует такая вещь, которую Гумилёв назвал пассионарностью – от латинского «страсть».

На людей как особей вида Homo sapiens влияют различные физические силы. Гумилёва интересует только биохимическая энергия живого вещества биосферы (по В.И.Вернадскому) которая хотя и проявляется в поведении отдельных людей, но только эмпирическое обобщение широкого круга наблюдений позволяет дать дефиницию, необходимую для понимания процессов этногенеза, а также связи этнических феноменов с биосферными.

Пассионарность – это непреодолимое внутреннее стремление (осознанное или, чаще, неосознанное) к деятельности, направленной на осуществление какой – либо цели (часто иллюзорной). Цель эта представляется пассионарной особи ценнее даже собственной жизни, а тем более жизни и счастья современников и соплеменников.

Каждый человек обладает пассионарностью, но уровни ее у разных людей различны. Согласно этому, Гумилёв подразделяют людей на три типа. Первый - пассионарии – люди с повышенной пассионарностью, их внутренняя энергия превышает тот уровень энергии, который нужен для ведения обычного образа жизни. От количества пассионариев в обществе зависит стадия этногенеза.

Второй - гармоничные личности – особи, пребывающие в равновесии с окружающей средой. Они обладают пассионарностью, но в ограниченном объеме. Когда в обществе преобладает гармоничный тип личности, оно находится в равновесии.

Третий тип личности - субпассионарии – обладают пониженной пассионарностью. Их отличает склонность к лени, пассивность, паразитизм. Число субпассионариев увеличивается в периоды упадка и разложения этноса.

Очень важной, с точки зрения этнологии, является теория о циклах этногенеза. Гумилёв, в зависимости от величины пассионарного напряжения выделяет следующие фазы этногенеза. Гомеостаз – полный баланс этноса с окружающей средой. Далее происходит толчок, вызванный энергетическими вспышками, воздействующими на биосферу. Толчок провоцирует резкое увеличение числа пассионариев, которые задают всему этносу героический импульс, подталкивая к военным завоеваниям, миграциям, интенсивному и активному образу жизни – это фаза подъёма. В следующей - акматической фазе - биохимическая энергия достигает таких значений, что паccионариев в популяции становится «слишком много» (в этой фазе их – максимум), и они начинают воевать друг с другом. Акматичеcкая фаза – это пик этногенеза, когда этнос достигает вершины своих исторических деяний. В какой-то момент наступает перегрев. При паccионарном перегреве гибнут одна за другой пассионарные особи. Результатом является определенное угасание паccионарности. Возрастает роль гармоничных особей. Происходит переход к фазе надлома и начинается спад. Некоторое время этнос ещё сохраняет жизнеспособность, которая реализуется в более мирных сферах искусства, культуры, технического развития. Это инерционная фаза – период интенсивного накопления материальных и культурных ценностей. Гумилев назвал эту фазу «золотой осенью» этноса. В этот период в обществе начинают преобладать субпассионарии, активно разлагающие этническую систему.

Завершает паccионарный цикл фаза обcкурации: распад этноса и его возврат к гомеостазу. После этого память о выдающихся достижениях этноса остается только на уровне культуры – это мемориальная фаза.

Фундаментальным вкладом Гумилева в этнологию является историческая реконструкция многих забытых и слабо изученных эпизодов из истории этносов Евразии. Он изменил образ Евразии, вернув человечеству огромный и практически неизвестный фрагмент этнической истории.

Теория Гумилёва не является общепризнанной, она не вcтретила понимания и поддержки ни у советской и наследовавшей ее современной российской исторической науки, ни у международного научного сообщества, ряд авторов подвергает её жёсткой критике. Основная претензия – это несоответствие критериям научности эмпирической теории. Но, тем не менее паccионарная теория описывает типичные процессы этногенеза и взаимодействия этносов, преподнося все в доступном (научно-популярном) изложении. Автор сам говорит о том, что для него главное – читатели, чтобы они уяснили содержание его работ. Вклад Гумилева в этнологию и изучение этногенеза велик, и его нельзя недооценивать.

Литература:

• Гумилёв Л.Н, Конец и вновь начало: Популярные лекции по народоведению, М.: Издательство АСТ, 2004. – 415 с.

• Гумилев Л.Н., Этногенез и биосфера земли, Л.: Гидрометеоиздат, 1990 – 528 с.

• Дугин А.Г., Этносоциология, М.: Академический Проект; Фонд «Мир», 2011. – 639 с.

1. Массовые настроения в доперестроечные и послеперестроечные периоды в концепции Ольшанского и Грушина.

Общей особенностью для большинства исследований западных авторов в исследовании массовых явлений вплоть до середины XIX века была экстраполяция эмпирически наблюдаемых характеристик толпы на более широкие и внутренне сложные явления и общности (народные массы, большие группы - классы), низкая оценка деятельности народных низов, отрицание их творческой, конструктивной роли в историческом процессе определение этой роли как пассивной, второстепенной или же стихийно-разрушительной).

В рамках или под воздействием отдельных элементов описанной выше тенденции осмысления массовых явлений сформировался и ряд направлений западной социальной науки Х1Х-ХХ веков, так или иначе акцентирующих внимание на проблеме «массы»: во-первых, различные варианты теории элитизма, ориентирующиеся на изучение правящей элиты и определение в этой связи роли масс (В. Парето, Г. Моска, Р. Михельс; элементы теории меритократии у К. Манхейма, Дж. Гелбрейта; ряд идей Д. Белла, Ч. Миллса); во-вторых, ницшеанское направление, акцентирующее взгляд на массу, как нетворческое, эстетически и этически несовершенное большинство; в-третьих, так называемые теории «массового общества» эпохи развитых индустриально- капиталистических отношений XX века, опирающиеся на многие из перечисленных выше положений.

Следующим этапом в разработке указанных проблем стало формирование марксистско-ленинской традиции рассмотрения массовых явлений. Ее родоначальники заявили о творчески-созидательном характере деятельности широких народных масс как производителей основных материальных благ. В центре внимания марксистской школы, включая ее многие более поздние варианты, оказалась не столько масса, как явление социально-психологическое или социокультурное, сколько деятельность больших социальных групп, классов (прежде всего пролетариата), рассматриваемых в качестве субъекта политической борьбы и объекта пропаганды, носителя революционного сознания и коммунистических убеждений.

И все же, как нам представляется, начало исследования феноменов массы и массового сознания было связано с иными направлениями обществоведческой мысли и совпало по времени со становлением социальной психологии как научной дисциплины в последней трети XIX века. Почти одновременно в России и во Франции Н.К. Михайловским и Г. Тардом (а затем и Г. Лебоном) были установлены основные закономерности поведения индивида, перемены в его психике при включении в состав толпы. В дальнейшем, различные аспекты этого подхода разрабатывались представителями психоаналитической школы (3. Фрейд, Э. Фромм). С. Московичи вслед за Г. Лебоном, З.Фрейдом и Э. Фроммом направляет свой исследовательский интерес в область массового сознания, реконструируя и модифицируя подходы данных авторов. Его заслугой принято считать введение в научный оборот понятий «виртуальная толпа», «виртуальная деревня».

Особенный интерес для нашего исследования представляют работы Хосе Ортега-и-Гассета. Вслед за А. Грамши его постановка вопроса о проблеме массового сознания в индустриальную эпоху выводит во главу угла элиту и творческую интеллигенцию в противопоставлении с «человеком массы» или так называемым «специалистом».

Оригинальную трактовку действующей массы предложил видный мыслитель, нобелевский лауреат Э. Канетти. В отечественной научной литературе этот подход или отдельные его элементы нашли отражение в работах Б.А. Грушина, Д.В. Ольшанского, П.В. Разина, в ряде публикаций Г.Г. Дилигенского.

Своеобразные положения для понимания специфики современной социальной массы, соотношения массы и индивида выдвинули М. Шелер, Г. Маркузе, Г. Шишков, О. Тоффлер, К. Ясперс.

В отечественном обществознании советского периода проблемы «массы» и «массового сознания» долгое время развивались как альтернативные, периферийные. Понятие «масса» рассматривалось как теоретический и идеологический антипод понятия «класс», в работах ряда авторов ставилось под сомнение само его право на существование в языке науки (Г.Гибш, М.Ферверг).

Наряду с объективными трудностями в изучении указанных'предметов (новизна, сложная структура), в советской науке имели место и проблемы, порожденные идеологическим давлением. Дезориентирующее влияние на исследователей оказали существующие в марксистско-ленинской социальной науке традиции анализа деятельности народных масс, массовых движений, взаимоотношений «массы - класса - партий - лидеров». Внешнее сходство терминов «масса» и «массы», «массовое сознание» и «сознание (трудящихся) масс», при значительном расхождении в их содержании, объективно явилось серьезной помехой для выхода марксистской социологии на новую проблематику. Позитивная традиция употребления данной терминологии берет начало лишь с 60-х годов и связана, прежде всего, с именами Б.А. Грушина и А.К. Уледова.

Первоначально активный интерес исследователей к разработке понятия «массовое сознание» сочетался с достаточно смутными и противоречивыми представлениями о субъекте этого сознания - «массе». В одних случаях субъектами-носителями массового сознания объявлялись большие социальные группы, классы (Г.Г. Дилигенский), в другом - народные массы, наконец, - «вся масса членов общества» (И.В. Люминарский). Одни авторы видели сущность массового сознания в его практическом характере, другие отождествляли с обыденным сознанием, третьи анализировали его функционирование на уровне общественного мнения. Большое число работ было посвящено изучению субъектов массового сознания в развитых капиталистических и развивающихся странах мира, проблемам идеологичеи V/ ского воздействия и идеиного манипулирования массовым сознанием.

Исследования Б.А. Грушина, полные новых для отечественной науки идей, дали мощный толчок дальнейшим разработкам в области массового сознания. Однако в качестве субъекта массового сознания он выделяет разного рода социальные общности (а не индивидов), крайне разнообразный и неустойчивый характер которых затрудняет и конкретные исследования, и прогноз, и выявление общего. Общим для всех видов масс оказываются лишь сходные формы проявления - массовое поведение, реакции.

В 90-е годы к вопросам, вплотную связанным с массовым сознанием, обращается значительное число авторов. Некоторые из них рассматривают отдельные аспекты и характеристики, конкретно-исторические формы массы и массового сознания, пограничные проблемы (A.A. Кара-Мурза). Другие же претендуют на целостное рассмотрение объекта исследования, разработку методологических проблем (Г.Ю. Юсифова).

http://www.dissercat.com/content/massovoe-soznanie-i-massovaya-kultura-na-primere-rossiiHYPERLINK "http://www.dissercat.com/content/massovoe-soznanie-i-massovaya-kultura-na-primere-rossiiskogo-obshchestva"skogo-obshchestva Диссертация Ларин Е.И.

В отечественной науке сложилось иное, хотя и во многом аналогичное положение. Структурирование общества по социально-классовому признаку привело к абсолютизации роли классовой психологии. Она подменила собой и массовое, и индивидуальное сознание. Соответственно, и здесь массовая психология как таковая исчезла из поля зрения исследователей. Во второй половине 60-х гг. XX столетия понятие «массовое сознание» пережило своеобразное второе рождение в отечественном обществознании, хотя это был кратковременный период. Лишь начиная со второй половины 80-х гг. можно отметить новый прилив исследовательского интереса к данному феномену. Но до сих пор недостаточное внимание к нему объясняется, как минимум, двумя причинами. Во-первых, объективные трудности изучения массового сознания. Они связаны с самой его природой и свойствами, плохо поддающимися фиксации и описанию, что делает их трудноуловимыми с точки зрения строгих операциональных определений. Во-вторых, трудности субъективного характера, прежде всего в отечественной науке, все еще связанные с доминированием догматизированных социально-классовых представлений, а также недостаточной разработанностью терминологического аппарата, что продолжает сказываться до сих пор. В итоге, как в зарубежной, так и отечественной научной литературе, посвященной различным сторонам явления массовизации психики и массовой психологии в целом, до сих пор нет крупных работ, в которых специально рассматривалась бы психология массового сознания. Бытующие ныне в науке взгляды можно объединить в два основных варианта. С одной стороны, массовое сознание — это форма общественного сознания, заметно проявляющаяся лишь в бурные, динамичные периоды развития общества. В такие периоды у общества обычно нет интереса к научным исследованиям. В обычные же, стабильные периоды развития массовое сознание функционирует на малозаметном, обыденном уровне. При этом существенно, что оно может одновременно включать в себя отдельные компоненты разных типов сознания. Например, сознание классических групп социально-профессионального характера, составляющих собой социальную структуру общества (что обычно имеет приоритетный характер, и в первую очередь фиксируется теоретиками). Оно может включать и некоторые иные типы сознания, присущие специфическим множествам индивидов, объединяющим представителей различных групп, но в то же время не имеющим отчетливо группового характера. Обычно это обыденное сознание, не имеющее четкой социальной специфики, например «сознание» очереди за дефицитным товаром в условиях «развитого социалистического общества». Согласно данной точке зрения, проявления массового сознания носят в значительной мере случайный, побочный характер и выступают в качестве признаков временного, несущественного стихийного варианта развития.

С другой стороны, массовое сознание рассматривается как достаточно самостоятельный феномен. Тогда это сознание вполне определенного социального носителя («массы»). Оно сосуществует в обществе наряду с сознанием классических групп. Возникает оно как отражение, переживание и осознание действующих в значительных социальных масштабах обстоятельств, в том или ином отношении общих для членов разных социальных групп, оказывающихся тем самым в сходных жизненных условиях и уравнивающих их в том или ином плане. Согласно данной логике, массовое сознание оказывается более глубинным образованием, отражением действительности «первичного порядка», которое лишь потом обретает необходимые психологические признаки социальной определенности.

О тотальном, в рамках всего общества, массовом сознании можно говорить, лишь подразумевая какое-то конкретное явление, всеобъемлюще захватывающее практически всех членов общества и приводящее их в том или ином измерении сознания к некоему «общему знаменателю». Пример такого рода демонстрирует проведенный в свое время К. Марксом анализ массовизации производительных сил, а вместе с этим и производственных отношений, и всей психики людей в ходе промышленной революции Аналогичные реакции и последствия вызывают подчас глобальные катастрофы, прямо или косвенно вовлекающие подавляющее большинство членов общества. Специфическими примерами формирования массового сознания является также действие средств массовой коммуникации и пропаганды. Совершенно особое явление подобного рода — массовая мода, могущая за предельно короткое время захватывать огромные массы людей. Пример из иной сферы, однако также демонстрирующий специфические механизмы массовизации психики, — психология религии. В целом, в ситуациях названного типа доминирующим содержанием сознания значительных масс людей становятся мысли, чувства и переживания, связанные с тем, что составляет содержание массового сознания на данный момент.

При возникновении ряда физических (стихийные бедствия), социальных (общественные катакликзмы) или политических (войны, перевороты) обстоятельств «особого рода», связанных с уменьшением, по каким-либо причинам, влияния принадлежности людей к классическим группам, массовое сознание приобретает ведущую роль. Специфические признаки массового сознания можно выделить, рассматривая его с точки зрения особенностей его субъекта. Ведь массовое сознание — это сознание определенного носителя («массы»), возникающее вследствие отражения общих обстоятельств, действующих в значительных масштабах и в чем-то уравнивающих людей. Массы как носители массового сознания, по определению Б. А. Грушина, — это «ситуативно возникающие (существующие) социальные общности, вероятностные по своей природе, гетерогенные по составу и статистические по формам выражения (функционирования)» (Грушин, 1987). При некоторой психологической неполноте данное определение позволяет четко разграничить массу и группы. Кроме того, оно дает возможность подойти к пониманию некоторых важных качеств массового сознания. Основные виды масс выделяются по ряду ведущих признаков. Соответственно, массы делятся на: 1) большие и малые; 2) устойчивые (постоянно функционирующие) и неустойчивые (импульсные); 3) сгруппированные и несгруппированные, упорядоченные или неупорядоченные в пространстве; 4) контактные и неконтактные (дисперсные); 5) спонтанные, стихийно возникающие, и специально организуемые; 6) социально однородные и неоднородные. Однако это — всего лишь теоретическое разделение.

В практике социально-политической борьбы за власть в кризисные периоды, особые виды и разновидности масс выделял В. И. Ленин, исходя из реалий России в начале XX века. Во-первых, он различал: прогрессивные, или революционные, массы в противоположность консервативным, реакционным, или антиреволюционным, а также нейтральные, не определившиеся массы. Во-вторых, в его работах присутствуют массы активные, действующие, борющиеся и пассивные, бездеятельные, «сонные», выжидающие. В-третьих, выделялись сплоченные массы, дисциплинированные, самостоятельные и распыленные, неорганизованные, анархичные. Наконец, в-четвертых, были описаны массы решительные и нерешительные; экстремистские и робкие. При всей образности таких характеристик они были достаточны для принятия политических решений и осуществления эффективных на определенных этапах политических действий1. Массовые настроения и «перестройка» в СССР

Перестройка как особый случай модификации политической системы, как попытка эволюционного развития революционных по содержанию преобразований раскрыла некоторые специфические особенности динамики массовых настроений в процессах такого рода. Если в политическом отношении перестройка по своим намерениям означала процесс постепенного перехода от тоталитарной однопартийной надгосудар-ственной системы, от особого рода диктатуры к правовому демократическому государству, базирующемуся на гражданском обществе, то в психологическом измерении это значило резкое, значительное усиление роли человеческого фактора. Перестройка в социально-психологическом отношении продемонстрировала критический момент в развитии противоречия между политической системой и «человеческим фактором», связанный с динамикой осознания этого противоречия массами. Процесс осознания, как показали первые годы перестройки, начинается именно на на-строенческом уровне, и еще до выработки рационального понимания противоречия соответствующие настроения начали проявляться в массовом сознании. Рассмотрим вначале некоторые проблемы перестройки, а затем перейдем к конкретному анализу социально-психологических моментов, связанных с массовыми настроениями в этот период. "

http://www.gumer.info/bibliotek_Buks/Psihol/olshansk/01.php Ольшанский Психология масс

Оттолкнувшись от всего уже сказанного, рассмотрим теперь непосредственно политико-психологическую концепцию массовых политических настроении и их функционирования в политических процессах: природу этих настроений, их субъект, истоки возникновения, этапы и закономерности развития, основные виды и типы, функции настроений, способы воздействия на массовые политические настроения и возможности прогнозирования их развития в политике.

В политико-психологическом измерении массовые политические настроения - это однородная для достаточно большого множества людей субъективная, сложная аффективно-когнитивная сигнальная реакция, особые переживания комфорта или дискомфорта, отражающие удовлетворенность или неудовлетворенность общими социально-политическими условиями жизни; субъективную оценку возможности реализации социально-политических притязаний при данных условиях; а также стремление к изменению условий ради осуществления притязаний. Это особые психические состояния, охватывающие значительные общности людей - состояния, переходные от непосредственных эмоций к более или менее осознанным мнениям, вырастающие из повседневных эмоций, но носящие более обобщенный в политическом отношении характер, рационализированные условиями политической жизни, ее нормами и устоями.

Массовые политические настроения представляют собой особый политико-психологический феномен, не сводимый к традиционно фигурирующему "общественному настроению". Они включают социально-нормативные (собственно "общественные"}, но и иные составлявшие, возникающие в результате переживания соответствия общественных нормативов реальной жизни. Подчас массовые настроения могут носить отчетливо антиобщественный характер: так, настроения недовольства, охватившие широкие массы населения России к 1917 г., отличались откровенно оппозиционной, деструктивной по отношении к господствовавшей общественно-политической системе направленностью. Если система, в меру своих возможностей, внедряла в общество выгодные для себя нормативные настроения, то снизу, в качестве реакции на них, вырастали противоположные реальные массовые настроения.

Природа настроений определяется тем, что они становятся заметными при расхождении двух факторов: притязаний (ожиданий) людей, связанных с общими для значительного множества, массовыми потребностями и интересами, с одной стороны, и реальных условий жизни - с другой. Активные настроения, своеобразная готовность к политическим действиям возникают тогда, когда притязания и ожидания людей вступают в конфликт с возможностями их удовлетворения, и это противоречие актуально переживается людьми. Это специфическое состояние сознания, предшествующая действиям психологическая реакция значительных общностей на рассогласование желаемого и действительного. Такая реакция в виде переживаний может принимать различные формы - от ненависти к политическим силам, допустившим отставание жизненного уровня от потребностей масс, до восторга по отношению к тем силам, которые, напротив, обеспечивают рост возможностей осуществления массовых притязаний.

Особая форма - "пассивные настроения" типа безразличия и апатии, когда массы не верят в возможность преодоления разрыва между притязаниями и возможностями их достижения. Например, в свое время поражение русской революции 1905 г. на несколько лет создало ситуацию своеобразного паралича массовых притязаний и стремлений, лишенных опор в реальной жизни, утраты веры в себя, спада мотивации и активных политических действий" В целом же массовые политические настроения - это широкая субъективная оценка социально-политической действительности, как бы пропущенной сквозь призму интересов, потребностей, притязаний и ожиданий того или иного множества людей, массы.

http://society.polbu.ru/olshansky_psychology/ch72_i.html Д.В. Ольшанский. Основы политической психологии. Политическая психология массовых настроений

1. Революционность взглядов Морено в изучении малых групп и его отличие от фрейдизма.

ВЗГЛЯДЫ МОРЕНО

В исследованиях обозначились специфические углы зрения на малую группу для социологии, социальной психологии и общей психологии. Эти три различные «перспективы» изучения малых групп схематично изображаются следующим образом: 1) когда группа исследуется как своеобразный медиум, внутри которого осуществляется поведение индивида («поведение индивида в обстановке группы»); это является содержанием общепсихологического подхода; 2) когда специально исследуются свойства групп и различные проявления этих свойств; это является преимущественным содержанием социологического подхода; 3) когда исследуется взаимодействие между группой как особой функциональной сущностью и индивидами как ее членами; это является преимущественно выражением социально-психологического подхода.

С точки зрения теоретических оснований в социальной психологии второй половины ХХ века можно выделить три основных направления в исследовании малых групп, сложившиеся в руслах трех различных исследовательских подходов: 1) социометрическое, 2) социологическое, 3) школа «групповой динамики».

Социометрическое направление в изучении малых групп связано с именем Дж. Морено. Как известно, Морено исходил из идеи о том, что в обществе можно выделить две структуры отношений: макроструктуру (которая для Морено означала своеобразное «пространственное» размещение индивидов в различных формах их жизнедеятельности) и микроструктуру, что иными словами означает — структуру психологических отношений индивида с окружающими его людьми.

Согласно Морено, все напряжения, конфликты, в том числе социальные, обусловлены несовпадением микро- и макроструктуры. Для него это несовпадение означает, что система симпатий и антипатий, выражающих психологические отношения индивида к людям, часто не макроструктуры: ближайшим окружением оказывается не обязательно окружение, состоящее из приемлемых в психологическом отношении людей.

Следовательно, задача состоит в перестраивании микроструктуры таким образом, чтобы привести ее в соответствие с макроструктурой. Этой цели и служит социометрическая методика, выявляющая симпатии и антипатии, с тем чтобы узнать, какие же перемещения необходимо произвести. На основании применения этой методики (хотя и не обязательно в рамках изложенной теоретической концепции) возникло целое направление исследований малых групп. Это направление стало довольно популярным, особенно в прикладных областях, но при этом чисто научная перспектива изучения малых групп попадала в довольно ограниченные рамки.

Весь блок исследований малых групп в рамках социометрического направления страдает существенной ограниченностью, выражающейся в том, что аспект деятельности малых групп в нем не просто не представлен, но умолчание о нем носит принципиальный характер. Так рождается представление о достаточности исследования в малых группах только пласта собственно эмоциональных отношений.

ПСИХОАНАЛИТИЧЕСКАЯ ИНТЕРПРЕТАЦИЯ

В области психоанализа проблематика больших групп получила освещение в поздних работах Фрейда, прежде всего в книге «Психология масс и анализ человеческого Я».

В описании группового поведения и межгрупповой агрессии Фрейд много заимствовал у Лебона и Мак-Дугалла. Свободно допуская собственные пробелы в эмпирическом исследовании проблемы, Фрейд охотно воспринял основные идеи обоих авторов относительно агрессивных аспектов поведения толпы, но дал им законченную психологическую, точнее психоаналитическую интерпретацию.

В работе Лебона Фрейду особенно импонировала «блестяще выполненная картина» того, как под влиянием толпы индивиды обнаруживают свою базовую инстинктивную природу, как в толпе проявляются подавленные до поры бессознательные влечения, как разрывается тонкий слой цивилизованного поведения и индивиды демонстрируют свое истинное, варварское и примитивное начало.

Вместе с тем у Фрейда исходным пунктом (а затем и принципиальным выводом) анализа межличностных отношений и психологии масс стало положение о том, что при исследовании различных явлений культуры и психологии групп не обнаруживаются закономерности, отличные от тех, которые выявляются при изучении индивида.

Обратившись к исследованию различных социальных общностей, Фрейд специально выделил два их опорных типа: толпу (неорганизованный конгломерат, сборище людей) и массу (особым образом организованную толпу, в которой есть некоторая общность индивидов друг с другом, выражающаяся в их общем интересе к некоторому объекту, однородных чувствах и способности оказывать влияние друг на друга).

Существенным отличительным признаком массы Фрейд считал наличие в сообществе либидозной привязанности к вождю (лидеру) и такой же привязанности между составляющими его индивидами. При этом предполагалось, что именно такое сообщество являет собой «психологическую массу». Отдавая себе отчет в существовании различных масс и даже выделив их два основных типа — естественные массы (самоорганизующиеся) и массы искусственные (образующиеся и существующие при некотором внешнем насилии), Фрейд в то же время отметил сходство между массой и первобытной ордой и предложил понимание массы как продолжения и в известном смысле воссоздания первобытной орды.

Исследуя различия и тождество массы и орды, он пришел к выводу, что в них подавляется сознательная индивидуальность, мысли и чувства людей обретают определенную однородность и ориентируются в одинаковых направлениях, а в целом в них осуществляется господство коллективных побуждений, обладающих высокой степенью бессознательности, импульсивности и аффективности. Настаивая на существовании либидозной структуры и конституции массы, Фрейд особенно отмечал роль привязанности к вождю, с исчезновением которой масса распадается.

В психоаналитической психологии групп, основы которой были заложены самим З. Фрейдом, определенное внимание уделяется роли различных негативных чувств и факторов в социальных отношениях людей. В частности, Фрейд пришел к выводу, что, например, ненависть по отношению к какому-то объекту может так же объединять индивидов, как и положительные чувства, а зависть — выступать в роли источника идей равенства и других псевдогуманистических идеалов.

http://psy.1september.ru/article.php?ID=200003208

1. Основные диагностические задачи психолога в организации. Этические принципы диагностической работы психолога в организации.

Главная задача психологической диагностики сводится к выбору и непосредственному применению диагностических средств для выявления индивидуального своеобразия конкретного человека при установлении различий в психической организации разных групп людей.

Инструментальная роль психодиагностики приобретает важное значение в деятельности практического психолога, которая является полипроблемной и предполагает одновременную проверку большого количества диагностических гипотез. Однако сведение психологической диагностики только к методам и средствам, выявления психических феноменов значительно ограничивает ее возможности как научной дисциплины, суживает диагностическое мышление психолога до решения преимущественно прагматического вопроса, какую методику использовать.

К инструментальному направлению довольно тесно примыкает так называемое конструирующее, назначение которого – разработка методов выявления и изучения индивидуальных психологических и психофизиологических особенностей человека. С позиций этого подхода наиболее важные задачи психодиагностики заключаются в конструировании новых психодиагностических средств и модификации уже имеющихся; в разработке методов прогнозирования психического развития и поведения в зависимости от разных природных и социальных факторов и условий существования, в разработке психодиагностических технологий. Однако психодиагностика не может сводиться только к разработке или модификации и адаптации инструментария.

Признание за психодиагностикой способности распознания психической реальности лежит в основе подхода, который условно можно назвать гностическим. Его особенность заключается в том, что акцент делается на раскрытии индивидуального своеобразия и неповторимости внутреннего мира каждого человека. Применение методик или их комплексов перестает быть самоцелью, внимание психолога-диагноста обращено на уникальность психического облика человека.

Основными задачами гностического подхода к психодиагностике являются: определение общих закономерностей становления и развития психических образований; подготовка к свадьбе; установление связи между единичными проявлениями психического феномена и знанием его сущности; распознание индивидуальных особенностей в общих проявлениях психики человека; соотнесение индивидуальной картины поведения или состояния конкретного человека с известными типами и установленными ранее среднестатистическими нормами.

Помогающий подход рассматривает психодиагностику в качестве одного из видов психологической помощи. Многие психодиагностические процедуры содержат в себе терапевтический потенциал. Использование рисуночных методик, заполнение опросников, требующее от человека концентрации внимания на своих переживаниях, часто сопровождается успокаивающим эффектом.

Помогающая функция психодиагностики особенно возрастает на заключительном этапе. В то же время психодиагностическое обследование может вызвать негативную реакцию у испытуемого, поэтому помогающее действие психодиагностики имеет определенные ограничения.

Возникновение практикоориентированного подхода к пониманию сущности диагностики объясняется интенсивным проникновением практической психологии в решение личных и профессиональных проблем человека. Это позволяет рассматривать психодиагностику как особую область практики, направленную па выявление разнообразных качеств, психических и психофизиологических особенностей, черт личности, помогающую решению жизненных проблем.

Интегральный подход связывает воедино теоретическую и практическую психологию. По отношению к методам психологического исследования выступает в качестве общей основы, объединяющей все области их практической реализации. В этом плане психологическая диагностика представляет собой специфическое научное направление, базирующееся на собственных методологических и методических принципах и занимающееся теоретическими и практическими проблемами постановки психологического диагноза. Основу интегрального направления составляет идея целостности феноменов переживания, поведения и деятельности личности.

Таким образом, в настоящее время в психологической науке отсутствует единая точка зрения на сущность психологической диагностики. Разнообразие мнений объясняется как многоаспектностью содержания и направлений профессиональной деятельности психолога, в которой могут реализоваться разные грани психологической диагностики, так и большими, но недостаточно полно раскрытыми теоретическими и практическими возможностями этой дисциплины.

[http://www.psyworld.info/osnovnye-podxody-k-psixodiagnostike]