Тема 4. Суждение
1. Общая характеристика суждений.
2. Классификация суждений
3. Неопределенные суждения.
1. Как уже отмечалось, основной своей заслугой Аристотель считал разработку теории умозаключения. Но умозаключение (точнее, вывод) делают из одного или нескольких суждений. Поэтому тему суждения мы будем рассматривать в связи с задачей последующего анализа умозаключения (силлогизма).
Определение. Суждение - форма абстрактно-логического мышления, в которой что-либо утверждается или отрицается о существовании предметов, их связях, и свойствах.
Суждения бывают простыми и сложными. Сложные суждения состоят из одного или нескольких простых. Поэтому разумно начать с изучения именно простых суждений. Они выражаются в форме простых повествовательных предложений.
1.1. Виды простых суждений.
Различают три вида: суждения свойства, отношения, существования. Их называют ассерторическими.
А) Суждения свойства. Их часто называют еще атрибутивными (атрибут в переводе значит свойство). В данных суждениях утверждается или отрицается принадлежность к предмету определенных свойств. "У розы приятный запах" - пример атрибутивного суждения. "Ни один лебедь не млекопитающее" - другой пример, в котором отрицается принадлежность лебедя к классу млекопитающих, а тем самым и наличие у него специфических для млекопитающих свойств-атрибутов.
Б) Суждения отношений. По названию нам ясно, что они выявляют. А примером таковых будет - "Эльбрус выше Монблана", "Джон старше Вильяма", ну и т.д.
В) Суждения существования. Их чаще называют экзистенциальными, ибо экзистенция в переводе значит существование. В них утверждается или отрицается существование реальных или идеальных предметов. Примером суждения такого сорта будет суждение "Существует город Москва". "Бог есть" - также экзистенциальное суждение.
1.2 Структура простого атрибутивного суждения.
Аристотель полагал, что науку интересует, прежде всего, атрибутивное суждение. Поэтому займемся его анализом.
Когда пишут о структуре какого-то предмета, то выявляют части (элементы), из которого предмет состоит, а также обсуждают вопрос о том, как эти элементы связаны друг с другом.
Так вот, в простом атрибутивном суждении имеются четыре элемента - субъект, предикат, связка и квантор. Возьмем пример - "Все лебеди - (есть) птицы". Лебеди - субъект, птицы - предикат, все - квантор, "есть" - связка между субъектом и предикатом.
Субъект суждения суть логическое подлежащее, т.е. понятие о предмете суждения (обозначается буквой S), а предикат - логическое сказуемое, т.е. понятие о признаке предмета, рассматриваемом в суждении (обозначается буквой Р). Формула простого атрибутивного суждения S - Р. Связка между субъектом и предикатом может быть выражена одним словом (есть, суть, является) или группой слов, или тире или простым согласованием слов (например, "Идет дождь").
В логически правильных суждениях, т.е. тех, которые мы будем использовать в силлогизмах, перед субъектом ставят кванторное слово, или просто - квантор. Кванторное слово указывает - относится ли суждение ко всему объему понятия, выражающего субъект (квантор - все, ни один), или только к его части (квантор - некоторые, несколько).
2. Классификация суждений
Легко догадаться, что суждения могут быть утвердительными и отрицательными. Это их, так сказать, качественный параметр. Отличаются они по связке. Связка "есть" утверждает, "не есть" - отрицает. Причем нужно помнить, что отрицательная частица "не" должна быть перед связкой, а не перед предикатом. Только в этом случае суждение можно квалифицировать в качестве отрицательного. Например, суждение "Некоторые лебеди не есть белые" - отрицательное. А суждение - "некоторые лебеди - небелые" - определенно утвердительное. Если же нам предлагают следующий вариант: "Некоторые лебеди не белые". То есть связку выражают согласованием, то качество данного суждения зависит от нашей интерпретации. Но подробнее об этом чуть-чуть ниже.
По количественному критерию простые суждения делятся на единичные, частные, и общие. Для общих суждений используют квантор "все", "каждый", "ни один" (это для отрицательных). Для частных классическим квантором будет "некоторые", хотя можно использовать в значении "некоторые" и слово "несколько". Единичные суждения в качестве субъекта используют имя собственное. Например - "Иван Иванович - мастер". Если субъект такового не имеет, то в качестве квантора используют "это". Например: "Это дерево - клен".
Аристотель, имея в виду последующий анализ силлогизма, предложил объединительную классификацию суждений по количественно-качественному критерию. Внимательный читатель может заметить, что данный способ деления нарушает главное правило - единого основания. Да, нарушает, но возникшие в результате трудности несущественны. Зато польза от простой классификации - несомненна.
Аристотель выявил четыре типа суждений, обозначив каждый соответствующей буквой:
Первый тип - А - составляют общеутвердительные суждения, примером которых будет "Все лебеди - птицы".
Второй тип - I - объединяет частноутвердительные суждения, например, "Некоторые лебеди - белые.
Тип Е суть сумма общеотрицательных суждений - "Ни один лебедь не есть млекопитающее.
И, наконец, тип О. В него входят частноотрицательные суждения: "Некоторые лебеди не - белые".
Естествен вопрос - а куда относятся единичные суждения? У нас нет оснований предпочесть для них классы А и Е классам I и О. Когда мы говорим - "Иван Иванович - мастер", то, конечно, подразумеваем, что "весь он мастер". Но, с другой стороны, наш Иван Иванович лишь часть класса мастеров. Аристотель предлагает нам единичные суждения классифицировать также как и общие. Давайте последуем его совету. А тому, кто не последует, пожелаем, чтобы он оставался принципиальным до конца. Ибо ошибкой будет, если, вдруг, учащийся в одном случае единичные суждения будет вводить в класс в А, а в другом - в I.
(Прошу прощение за некоторое занудство, но как скоро увидит читатель, данное пояснение сделать было необходимо).
Завершая параграф остановимся еще на проблеме, которую логики обозначают как "распределенность терминов в простом категорическом суждении".
Всего, как мы уже знаем в данном суждении терминов два. Термин считается распределенным, если его объем полностью включен в объем другого термина или полностью исключен из него. Термин считается нераспределенным, если он лишь частично включается в объем другого термина, а, значит, частично исключается из него.
В суждения общеутвердительных ("А") субъект всегда распределен в предикате, но предикат не всегда в субъекте.
Например, в суждениях 1) "Все лебеди птицы" и 2)"Все москвичи - жители Москвы" отношение терминов выражается так:
1) 2)
В общеотрицательных суждениях (Е) - субъект и предикат всегда полностью распределены, например "Ни один лебедь не млекопитающее".
В суждениях I (частноутвердительных) два варианта распределения терминов: пример 1)"Некоторые писатели - драматурги", второго - "Некоторые спортсмены - студенты".
1
)
2)
Частноотрицательные суждения (тип О), имеющие структуру "Некоторые S - Р". Пример: "Некоторые учащиеся спортсмены". В нем субъект (учащиеся) не распределен в предикате, так как мыслится лишь часть учащихся, а предикат распределен, ибо в нем мыслятся все спортсмены, ни один из которых не включен в ту часть учащихся, которая мыслится в субъекте.
И последнее. Еще раз подчеркну, что практическая значимость знания вопроса о распределенности терминов будет раскрыта в главе, посвященной непосредственному умозаключению.
3. Неопределенные суждения
Обозначение количества (степени общности) предложений в высшей степени существенно в формулах силлогизма (умозаключения). Всеобщность, как мы помним, выражается словами: все или ни один, никто и т.п. В обыденной речи всеобщность обозначается и другими способами - как конкретно, так и абстрактно, как прямо, так и описательно. Приведем примеры:
- Не легко тому, кто носит корону.
- Какая кошка не любит рыбки?
- Может ли леопард переменить свои пятна?
- И самая длинная дорого когда-нибудь должна окончиться.
- Подозрительность всегда овладевает тем, в ком совесть не чиста.
- Нерешительность - всегдашний признак слабости.
- предательство никогда не приносит счастья.
Предложения, в которых количество не выражено, Аристотель называл неопределенными. Но все вышеприведенные предложения очевидно относятся к общим - либо к утвердительным, либо к отрицательным (приводятся к формулам А и Е - Все S - Р, Ни один S не - Р). Данные формулы полезно, в целях силлогизма, перевести в искусственную, логическую форму. Так, например, обычное предложение -"Нелегко тому, кто носит корону" - преобразуется в логическое - "Всякое монархическое правление - нелегкое дело" и т. д.
Столь же очевидно, что следующие предложения относятся к частным и приводятся к формулами I и О. В них, как и в предыдущих определенно указывается количество, хотя выражено в обычных, а не в искусственных формах:
Горе часто бывает полезно.
Не всякий совет хорош.
Не все то золото, что блестит.
Люди вообще злы (тут заметим, что в обычной речи слово "вообще" значит "по большей части").
Часто, однако, из формы выражения действительно нельзя узнать, как понимать данное предложение: как общее или как частное, - количество его вовсе не бывает выражено. Особенно это бывает в пословицах и популярных рассуждениях. Например:
1. Поспешишь - людей насмешишь.
2. Знание - сила.
3. Легко пришло, легко и ушло.
4. Старые солдаты - самые стойкие в сражении.
Такие выражения в обыкновенной речи принимаются по большей части за общие утверждения. Решение вопроса о том, насколько это справедливо, может быть очень полезным упражнением ума. В каждом отдельном случае вопрос может быть решен только после рассмотрения тех конкретных фактов, о которых говорится в предложении. Лучше всего это сделать так: нужно отыскать то конкретное подлежащее (субъект суждения), которое подразумевается в данном неопределенном предложении. Так, в суждении №1 таковым будет "необдуманные действия", а в суждении № 2 "- "люди, владеющие знанием", в № 3 - "вещи легко приобретенные". Потом следует определить, какое именно качество (или количества) приписываются в сказуемом (предикате). Теперь остается сделать обзор отдельных предметов, входящих в класс подлежащего, и решить, можно ли предписать это качество (или количества) каждому из них или нет (в первом случае суждение будет общим, а во втором - частным).
Данный анализ будет очень полезным упражнением для развития точности мышления, поэтому изучающему логику необходимо овладеть его методикой. Для ясности картины приведем конкретные примеры (взяты из книги В. Минто "Дедуктивная и индуктивная логика).
Пример № 1. Знание - сила. Попытаемся определить внутренний смысл данного неопределенного суждения. Можно ли о всяком знании сказать, что оно - сила? Пристальное изучение вопроса приведет к тому, что мы наряду с примерами, подтверждающими это положение, найдем и случаи противоположные ему. Если знание того, что канат от смачивания делается короче, позволяет каменщикам ставить камни куда потребуется, если знание французских дорог помогло немцам при нашествии на Францию, то, с другой стороны, есть много случаев, когда знание всех трудностей дела без знания средств, как их преодолеть, совершенно отнимает возможность и силу действовать. Самюэль Даниель правильно говорит: "Пока скромное знание робко останавливается в размышлении, дерзкое невежество уже сделало дело".
Таким образом, изучив все случаи, в которых положение "знание есть сила" оправдывается, а также и те, где оно оказывается ложным, мы приходим к выводу, что это утверждение приложимо не ко всем видам знания, а только к одному из них. Точный смысл его таков: "знание того, как поступать при всяких данных обстоятельствах, знание правильных способов действия есть сила". Последнее суждение общее.
Если мы вернемся к первоначальному суждению "знание - сила", и в данном виде поставим его в логическую форму, то, как было показано выше, оно является частным, т.е. касается не всякого знания.
Пример № 2.
Возьмем суждение "привычка притупляет чувствительность". Переведем его на язык фактов и посмотрим, какое сказуемое (предикат - Р) можно приложить к уточненному подлежащему "людям, привыкшим к чему-нибудь". Можно легко найти такие примеры, из которых будет ясно, что люди становятся равнодушными к тому, к чему они привыкли. Так, привыкший к богатству, почти не чувствует выгод своего положения; обитателя людной улицы перестает развлекать его шум; часовщик не слышит тиканья многочисленных часов в своей мастерской… Но с другой стороны, мы видим, что, например, дегустаторы качества вин приобретают практикой необыкновенную тонкость вкуса; глаз, привыкший к темноте, начинает различать предметы, которые прежде не виде; пианист, проводящий большую часть жизни за роялем, с годами совершенствует свой слух, и будучи уже немощным стариком, не способным играть на инструменте, может быть превосходным педагогом-экспертом, подмечающим малейшие неточности в игре другого, и т.п.
В каком же смысле нужно брать слова - "привычка" и "чувствительность", - чтобы примирить эти, по-видимому, противоречивые примеры? Если бы мы стали обсуждать этот вопрос, то, вероятно, нашли бы, что под "чувствительностью" понимается эмоциональная возбудимость, а вовсе не способность умственного различения, и что под "привычкой" понимается настолько близкое знакомство с впечатлениями, что их смена уже не привлекает к себе нашего внимания, и мы испытываем как бы одно безразличное духовное состояние. И таким образом переосмысленное суждение можно трактовать в качестве общего по формуле "Все S - Р". Вот!
Если мы станем таким способом проверять смысл ходячих выражений (суждений), то мы и очутимся на том пути, который заставил греческих философов афинской школы (Сократа, Платона и Аристотеля) почувствовать всю важность и необходимость точных определений. Подобные упражнения, во-первых, полезны учащемуся, а, во-вторых, вполне естественно и необходимо вызываются употреблением логических формул (Все S - Р и проч.). Именно такие упражнения предшествовали исторически логике Аристотеля - если бы не было в них действительной надобности, то сами формулы Аристотеля только бы стесняли мышление.
И последнее. Все ли суждения могут быть сведены к логическим формам? Вероятно, что все. Но это уже чисто научный вопрос, не важный для практической логики. Практическая логика занимается, главным образом, теми формами суждений, которые препятствуют ясности и точности мысли. Там, где нет двусмысленности или других ошибок, там нет и пользы от искусственных логических формул.