Сновидения

Хотя толкование собственных сновидений изобилует трудностями, риск впасть в догадки, пойти по неправильному пути, неправильный отбор важных моментов, ошибочные интерпретации и т. д.), все же сны остаются немаловажным источником информации.

Ошибочно было бы сосредоточиться лишь на их анализе, не учитывая все остальные наблюдения. Не следует забывать, что сны уходят корнями в наши желания. Но эти желания выражаются в скрытой, замаскированной форме, затемняю­щей глубинный смысл сновидения, иначе говоря, его латен­тное содержание.

Таким образом, сон нельзя воспринимать в буквальном смысле. Это не «фотография» реальности. Не следует доверять его внешним проявлениям, то есть тому сценарию, что разворачивается перед нами на широком экране ночи, иначе говоря, очевидному содержанию сна.

Никаких «блицкригов»

• Не следует сразу резко набрасываться на проблему, то есть на те бессознательные силы, которые мешают субъекту развиваться. Слишком быстрая или слишком поспешная борь­ба обычно оказывается неэффективной:

«Блицкриг никогда не бывает хорошим методом разрешения психологических проблем».

Главный девиз: регулярность

• Как и во всякой работе, очень многое в самоанализе зна­чит регулярность. Она позволяет

«сохранить непрерывность и бороться с сопротивлениями».

Но эту регулярность труднее всего соблюдать при занятиях в одиночку. В самом деле, ведь

«для любого человека куда легче прийти вовремя к психоана­литику, чем к самому себе».

Зато самоанализ не требует жесткого расписания. Важное его достоинство — спонтанность:

«самый драгоценный и самый необходимый элемент»,

поскольку пациент приступает к анализу, когда чувствует в этом потребность, когда к этому готово его сознание.

Ведение записей

Пациент записывает свои свободные ассоциации, свои мысли. Записи позволяют закрепить материал, время от времени его просматривать и отмечать развитие собствен­ной мысли.

В каком настроении следует проводить самоанализ? В начале анализа надо вести себя пассивно. Записывается все, что приходит в голову,— например, при свободных ассоциациях. Затем следует переход к активной фазе, к размышлению о смысле этих ассоциаций или же сновидений. В любом случае необходимо остерегаться исследовать только размышления, поскольку такой анализ будет бесплодным и выродится

«в обычное интеллектуальное упражнение».

Другая крайность состоит в том, чтобы заниматься только собственными эмоциями. Излишний упор на этот метод

«также не представляется идеальным, поскольку при этом не учитываются многие существенные пути подхода, до сих пор пока неясные».

И, наконец, не забудем о том, что «важна не буква правил, а их дух».

Трудности при самоанализе

Первая серьезная трудность, с которой человек сталкива­ется при самоанализе, заключается в эмоциональных факторах, поскольку

«они ослепляют нас перед лицом бессознательных сил». Кстати, именно по этой причине

«психоаналитик, анализирующий сам себя, не имеет такого большого преимущества перед несведущим, какое можно было бы предположить».

Вторую трудность представляют сопротивления. Речь идет о бессознательных силах, которые противодействуют освобождению индивида и в каком-то смысле мешают его продвиже­нию вперед. В самом деле, субъект желает освободиться от невроза, но в то же время

«некоторые аспекты невроза имеют для него огромную субъ­ективную ценность и служат, в его глазах, гарантами безопасности и будущего вознаграждения».

Как следует бороться с сопротивлениями?

Если эти сопротивления проявляются в форме провалов в памяти, следует, во что бы то ни стало, продолжать самоана­лиз, потому что

«часто провалы в памяти исчезают при упорной работе».

Если речь идет об упадке духа, следует рассматривать его просто как реакцию на анализ. Когда происходит торможение,

«субъект должен отложить аналитическое исследова­ние, которым он занимался, и бросить все силы на борьбу с сопротивлением, рассматривая его как самую неотложную проблему».

И наконец, когда возникает сопротивление, необходимо

«попытаться провести ассоциацию идей, отталкиваясь от самого этого сопротивления».

В существовании сопротивлений во время анализа нет ничего постыдного для субъекта — он должен рассматривать их как часть себя самого; и если он обращается с ними

«так, как мы указали, то есть хорошая возможность, что субъект их поймет и преодолеет, при условии, что эти сопротивления не сильнее, чем его конструктивная воля».

Третьей трудностью, которую должен преодолеть человек, занимающийся самоанализом, являются некоторые ограниче­ния. Среди них можно назвать чувство смирения, делающее субъекта пассивным. Кроме этого чувства, можно столкнуть­ся и со слишком сильным утверждением невротической тен­денции, или с утверждением «победившим». В перечне огра­ничений для самоанализа следует также упомянуть и «пре­обладание деструктивных тенденций», выражающихся иногда в форме враждебности и презрения, а иногда в форме негати­визма. Нельзя забывать и о «психическом центре», на который нацелена аналитическая работа и который находится в серд­цевине динамического взаимодействия между

«тем, что Я на самом деле чувствую, тем, что Я на самом деле хочу, тем, что Я на самом деле думаю, и тем, что Я на Самом деле решаю».

И наконец, одним из ограничений самоанализа бывает слишком сильное развитие вторичных механизмов защиты

Это означает, что

«если весь невроз в целом сохраняется из-за твердого убеждения в том, что все хорошо, правильно и неизменно, то по чти нельзя рассчитывать на побуждение, направленное т изменение чего бы то ни было».

Несмотря на это, попытки самоанализа, по мнению Карен Хорни, обычно бывают конструктивными для индивида -ведь благодаря этой работе он находит возможность самореализоваться, развить свои дарования, возделывать сад — иногда слишком тайный — собственных потенциальных способностей, подернутых дымкой невроза. Самоанализ помогает индивиду реализовать ту сущность, что скрывается во всей своей мощи в глубинах его сознания.