8. Феноменология духовной автономии человека

Вопросы темы

1. Понятие духовной автономии человека, его бытия и сознания.

2. Социальный уровень проявления духовной автономии человека.

3. Специфика автономности и релевантности индивидуального сознания.

4. Автономность сознания как предпосылка педагогического творчества.

Основные понятия темы

Автономия, самостоятельность, духовность, независимость, релевантность.

Возможные конфигурации содержания:

1. Понятие духовной автономии человека, его бытия и сознания:

а) автономия человека и ее выражение в духовной сфере;

б) относительная самостоятельность сознания и автономность сознания.

2. Социальный уровень проявления духовной автономии человека:

а) эстетическая форма духовной автономии человека;

б) религиозная форма духовной автономии человека;

в) философская форма духовной автономии человека;

г) научная форма духовной автономии человека.

3. Специфика автономности и релевантности индивидуального сознания:

а) понятие личностной автономии;

б) личностная автономия как психодиагностический критерий здорового и больного общества.

4. Автономность сознания как предпосылка педагогического творчества:

а) автономия как интегральный закон свободы, творчества и ответственности;

б) самозаконность личностного поведения и пути ее формирования.

1. Понятие духовной автономии человека, его бытия и сознания

Духовная автономия – это относительная самостоятельность общественно-индивидуального сознания по отношению к бытию человека, которая доходит, но не превращается в самостоятельность абсолютную (т.е. не становится отчуждением). Смысл духовной автономии – самозаконность, действие собственных внутренних закономерностей сознания и его активное обратное воздействие на бытие. Парадокс: в духовной автономии абсолютное и относительное не существуют обособленно. В ней они диалектически сочетаются.

Природа относительной самостоятельности общественного сознания - это его опосредованность внутренними условиями духовной жизни, собственными внутренними предпосылками в виде накопленной в ходе истории и опредмеченной в тех или иных формах социальной информации. Внешние причины действуют (в достаточно сложных системах) только через внутренние условия и предпосылки (С. Л. Рубинштейн). Таков принцип диалектического детерминизма. Сознание - многогранный процесс (путь) осознания объективной реальности, т. е. и целостность, и рефлексия, и внутренняя конструкция, и отражение внешнего мира одновременно.

Второй парадокс: духовная автономия снимает жесткое разделение явлений на материальные и идеальные («первичное-вторичное»).

В этом процессе происходит взаимная трансформация объективной и субъективной реальности. При таком подходе сознание отражает бытие не поэлементно, а системно. В то же время внутренние закономерности не могут действовать без внутренних условий общественного сознания и действуют именно благодаря им. Усложнение внутренних закономерностей общественного сознания вызвано усложнением его внутренних условий и предпосылок (общесоциологических, культурно-исторических и семиотических).

В философских концепциях автономии акцент делается на внутреннюю, положительную свободу, при этом различая автономию как способность, как действительное состояние, как идеальный характер и автономию как право на наивысшее влияние.

Согласно первому значению автономия — это способность к самоуправлению, самоконтролю и саморегуляции, что зависит от умения делать рациональный выбор. Эта способность понимается как действительное состояние самоуправления. Автономия как идеальная особенность состоит из определенного сочетания достоинств, которые определяют действительное состояние автономии. По мнению Фейнберга, «идеал автономных людей — это подлинная индивидуальность, чье самоопределение совершенно в соответствии с его потребностями и, конечно, принадлежность к обществу» [1, с. 45].

Литература об автономии упоминает множество причин важности автономии. Долгое время к автономии относились как к праву на независимость, но она также трактовалась как моральный идеал. Первая прикладная причина ценности автономии, которая первична как доказательство ценности права самоуправления, включала утверждение, что сами люди обладают наилучшими знаниями о собственном благополучии, и, следовательно, в их интересах сделать выбор для самих себя. Вторая прикладная причина ценности автономии (в смысле права невмешательства и в смысле действительного состояния) связанна с первой причиной. Это утверждение о том, что собственный выбор способствует благу человека, даже если у него не всегда есть достоверные знания о собственном благополучии [2]. Даже если человек делает выбор не в своих непосредственных интересах, тот факт, что он делает этот выбор самостоятельно, в любом случае дает ему ощущение свободы. Даже если он совершает ошибку — это его ошибка. С точки зрения этой субъективной теории блага, автономия ценна только в том случае, если человек действительно ценит свой выбор.

В субъективной теории блага автономия ценна тогда, когда больше позитивных, чем негативных последствий саморефлексии. Согласно объективной теории блага, выбор хорош сам по себе, независимо от последствий. Если подходить с таких позиций, причина ценности автономии вряд ли будет материальной, здесь вступают в игру представления о внутренних ценностях автономии.

Свобода может быть отождествлена с автономией в широком смысле и поэтому она совершенно необходима для подлинно человеческой жизни. Ценность автономии иногда доказывается при помощи апелляции к прикладным ценностям, это чисто прагматический подход и он, наоборот, принижает ценность автономии. Дело в том, что автономия самоценна. Ценность автономии как способности и состояния объяснялась ссылкой на внутренние ценности. Это показывает, как тесно автономия связана с другими понятиями, такими как «честь», «достоинство», «гордость». Это также важно потому, что способствует самоуважению и является основой для взаимного уважения.

Ценности, которые можно ассоциировать с автономией как со способностью и состоянием, тесно связаны с нашим идеальным представлением о том, что значит быть личностью, и нашими взглядами на смысл жизни. Автономия — это уникальное качество человека, одна из способностей, которая отличает человека от животного. Прикладной смысл автономии, несомненно, существует, и применительно личности он лучше всего раскрывается там, где речь идет о сопряженных ценностях: о здоровье и жизни человека. Так, в этике автономия вообще понимается как право пациента на самоопределение в том, что касается медицинских и исследовательских методов. В юридическом смысле — это право на самоопределение является, прежде всего, отрицательным правом на невмешательство: право принимать решения относительно собственной жизни, исключая контроль других [3]. Принцип уважения автономии, таким образом, функционирует как нравственное правило, которое защищает пациентов от нежелательного вмешательства врачей и других профессионалов здравоохранения, и стало принципом, который руководит взаимодействием между пациентами и теми, кто заботится о здоровье. Принимая это определение, медицинская, юридическая и этическая литература обсуждает различные аспекты и проблемы, связанные с автономией пациента [4]. Как мы можем удостовериться, что уважаются права пациентов? Может ли что-нибудь оправдать вмешательство в эти права, и если да, то что? Что составляет свободный или автономный выбор? Когда человек неспособен к принятию такого решения, и как могут уважаться его права, когда он не способен их осуществить?

Вывод. Философские и прикладные представления об автономии носят противоречивый характер. Однако в этом и состоит интерес для творческого поиска новых возможностей человека, в частности для его самосохранения, самоутверждения и самореализации. Обнаруживается качественное различие в философской трактовке автономии и в ее прикладных значениях. Механизм редукции здесь еще явно не отработан, а без этого трудно решить многие проблемы, связанные с защитой прав человека.