Картина девятая

(Тусовочная квартира. Несмеяна и ее гости тихо зверели от скуки. Гости это персонажи всего спектакля. Только к здесь они все вместе и как бы другие, а как бы и те же)

НЕСМЕЯНА - Повешусь! Повешу-усь! Не могу больше!

ЛЫСЫЙ - Ну, пусть. А что? Принесите веревку. И стремянку?

ЧЕРТЕНОК – Потом крюк искать?! Я лучше ей по морде дам.

БИБЛИОТЕКАРША - Не надо. Пусть вешается - может, интересно будет.

(Библиотекарша встала и принесла веревку. Принесли стремянку и поставили ее под крюк)

ЛЫСЫЙ - Веревку-то надо намылить.

УРКА - Да, веревку намыливают... Где мыло?

ЭЛЕКТРИК - Хозяйственное...

ЛЫСЫЙ - Ничего?

УРКА - Какая разница! Держи веревку. Не оборвется?

БИБЛИОТЕКАРША - Сколько в тебе, Алка? Сколько весишь?

НЕСМЕЯНА - Восемьдесят.

-33-

УРКА - Выдержит. Намыливай.

(Намылили веревку, сделали петлю, привязали конец к крюку... Слезли со

Стремянки)

БИБЛИОТЕКАРША - Давай, Алка.

( Несмеяна вяло поднялась... зевнула и полезла на стремянку. Влезла)

УРКА - Скажи последнее слово.

ИНТЕЛЛИГЕНТ - Ой, только не надо! Не надо, ничего не говорите, все испортите.

ЛЫСЫЙ - Этого только не хватает!

БИБЛИОТКЕРША - Алка!. Лучше спой.

НЕСМЕЯНА - Ни петь, ни говорить я не собираюсь

-ЛЫСЫЙ - Умница! Давай.

(Несмеяна надела на шею петлю... Постояла)

УРКА - Стремянку ногой толкни. (Но Несмеяна вдруг села на стремянку)

НЕСМЕЯНА - Тоже скучно-о! Не смешно-о!

ИНТЕЛЛИГЕНТ - Действительно...

ЭЛЕКТРИК - Ничего нового: было-перебыло.

ИНТЕЛЛИГЕНТ - К тому же патология.

БИБЛИОТЕКАРША - Натурализм.

(И тут-то вошли Мудрец с Иваном)

МУДРЕЦ - Вот, изволь, дуреют от скуки. Ну-с, молодые люди!.. Разумеется, все средства испробованы, а как избавиться от скуки - такого средства нет. Так ведь? А, Несмеянушка?

НЕСМЕЯНА - Ты прошлый раз обещал что-нибудь придумать!

МУДРЕЦ - А я и придумал! Я обещал, я и придумал. Вы, господа хорошие, в поисках так называемого веселья совсем забыли о народе. А ведь народ не скучал! Народ смеялся!.. Умел смеяться. Бывали в истории моменты, когда…

НЕСМЕЯНА - Что ты придумал? Короче!

МУДРЕЦ - Что я придумал? Я взял и обратился к народу… Что мы споем, Ваня?

ИВАН - Да мне как-то неловко: они нагишом все. Пусть хоть оденутся, что ли.

МУДРЕЦ - Ваня, это... Ну, скажем так: не нашего ума дело. Наше дело - петь и плясать. Верно? Балалайку!

(Принесли балалайку. Иван взял ее. Потренькал, потинькал - подстроил... Вышел за дверь. И вдруг влетел в комнату - чуть не со свистом и с гиканьем - с частушкой):

ИВАН - Эх, милка моя, Шевелилка моя, Сама ходит шевелит...

НЕСМЕЯНА - О-о!

ЛЫСЫЙ - Не надо!

ИНТЕЛЛИГЕНТ - Ну, пожалуйста...

УРКА - Не надо, Ваня.

МУДРЕЦ - Так! На языке офеней это называется - не прохонже. Двинем резерв. Перепляс! Ваня, пли!

ИВАН - Пошел к чертовой матери! Что я тебе, Петрушка? Ты же видишь, им не смешно! И мне тоже не смешно.

МУДРЕЦ - А справка? А? Справка-то... Ее ведь надо заработать.

ИВАН - Как же так, батя?

МУДРЕЦ – Уговор.

ИВАН - Но им, же не смешно! Было бы хоть смешно, ей-богу, но так-то... Ну, стыдно же, ну...

НЕСМЕЯНА - Не мучай человека.

ИВАН - Давай справку. И так проваландались сколько. Я же не успею. Первые петухи -то когда ишо пропели!.. Вот-вот вторые грянут, а до третьих надо успеть.

МУДРЕЦ - Справку? Какую справку?

ИВАН - Здрассте! Я же говорил...

-34-

МУДРЕЦ - Я забыл, повтори.

ИВАН - Что я умный.

МУДРЕЦ – А! Тебе нужна справка, что ты умный, Я вспомнил. Но как, же я могу дать такую справку? А?

ИВАН - У тебя же есть печать...

МУДРЕЦ - Да печать-то есть... Но я же не знаю: умный ты или нет. Я, допустим, дам тебе справку, что ты умный, а ты - дурак дураком. Что это будет? Это будет подлог. Я не могу пойти на это. Ответь мне прежде на три вопроса. Ответишь - дам тебе справку, не ответишь - не обессудь.

ИВАН - Давай. Во всех предисловиях писано, что я вовсе не дурак.

МУДРЕЦ - Предисловия пишут... Знаешь, кто предисловия пишет?

ИВАН - Это что, первый вопрос?

МУДРЕЦ - Нет, нет. Это еще не вопрос. Это так... Вопрос вот какой: что сказал

Адам, когда Бог вынул у него ребро и сотворил Еву? Что сказал при этом Адам?

Ну? Что же сказал Адам?

НЕСМЕЯНА - Не смешно.

ЛЫСЫЙ - Тупо.

ИНТЕЛЛИГЕНТ - Плоско.

МУДРЕЦ - Минуточку... Минуточку... Самое же интересное – что ответит Иван! Ваня, что сказал Адам?

ИВАН - А можно, я тоже задам вопрос?

МУДРЕЦ - Нет, сначала ответь: что сказал...

НЕСМЕЯНА - Нет, пусть он спросит. Спроси, Ваня.

МУДРЕЦ – Да, что он может спросить? Почем куль овса на базаре?

УРКА - Спроси, Ваня.

ЛЫСЫЙ - Спроси, Ваня.

МРАЧНЫЙ - Ваня, спроси.

ИНТЕЛЛИГЕНТ – Спросите, Ваня!

МУДРЕЦ - Ну-у, это уже ребячество. Хорошо, спроси, Ваня.

ИВАН - Ответь мне, почему у тебя одно лишнее ребро?

МУДРЕЦ - То есть?

НЕСМЕЯНА - Нет, нет, не "то есть", а почему? И почему ты это скрывал?

ИНТЕЛЛИГЕНТ - Это уже любопытно.

ЛЫСЫЙ - Лишнее ребро?

УРКА – Чтоб я так жил!

ЭЛЕКТРИК - Это же из ряда вон!..

БИБЛИОТЕКАРША - Ой, как интересно-о! Покажите, пожалуйста. Ну, пожалуйста!

(Молодые люди стали окружать мудреца)

МУДРЕЦ - Ну, ну, ну, зачем же так? Ну что за шутки?

(Мудреца окружали все теснее. Кто-то уже тянулся к его пиджаку, кто-то

дергал за штаны. Мудреца вознамерились раздеть без всяких шуток)

ЛЫСЫЙ - И скрывать действительно такое преимущество... Зачем же?

ЭЛЕКТРИК - Подержите-ка пиджак, пиджак подержите!.. О, тут не очень-то

прощупаешь!

БИБЛИОТЕКАРША – Ох, какой кругленький животик…

МУДРЕЦ - Прекратите! Немедленно прекратите это безобразие! Это не смешно, понимаете? Это не юмор, это же не юмор! Дурак пошутил, а они... Иван, скажи, что ты пошутил!

УРКА - По-моему, я уже нащупал! Рубашка мешает. У него тут еще майка... Нет, теплое белье! Синтетическое. Лечебное. Подержите-ка рубашку…

(С Мудреца сняли пиджак, брюки. Сняли рубашку. Он предстал в нижнем теплом белье)

МУДРЕЦ - Здесь же нет основания для юмора! Смешно, когда намерения, цель и средства - все искажено! Когда налицо отклонение от нормы!

УРКА - А это... разве не отклонение?

- 35 -

(Похлопал по животу. Все остальные также начали щипать и трогать мудреца)

МУДРЕЦ - Руки прочь! Идиоты! Придурки!.. Никакого представления, что такое смешно!.. Кретины! Лежебоки...

(Мудреца начали щекотать, он громко захохотал и хотел вырваться из окружения, но молодые бычки и телки стояли весьма плотно)

ЛЫСЫЙ - Почему вы скрывали о наличии лишнего ребра?

МУДРЕЦ - Да какое ребро? Ой, ха-ха-ха!.. Да где? Ха-ха-ха!.. Ой, не могу!..

Это же... Ха-ха-ха!.. Это же... Ха-ха-ха!.

(И тут мудрец – пукнул. Так это - по-старчески, негромко дал, и сам очень испугался, весь встрепенулся и съежился. А с молодыми началась истерика, Теперь хохотали они, но как! - взахлеб, легли. Несмеяна опасно качалась на стремянке, хотела слезть, но не могла двинуться от смеха. Иван нашел брюки старика, порылся в кармане... И нашел печать, и взял ее).

ИВАН - Вы тут пока развлекайтесь, а мне пора отправляться.

МУДРЕЦ - Зачем же ты всю-то... печать-то? Давай, я тебе справку выдам.

ИВАН – А, я сам теперь буду выдавать справки. Кому хочу, тому и выдам! Прощайте.

МУДРЕЦ – Я ведь наложу резолюцию…

НЕСМЕЯНА - Возлюбленный мой! Наложи! Колыхни атмосферу!

МУДРЕЦ - Решение! Данный юмор данного коллектива дураков объявляется тупым! Точка. И в связи с этим, Мой, так называемый, нежданчик считать недействительным.

КАРТИНА ДЕСЯТАЯ

(Когда Иван пришел к монастырю, была глубокая ночь; На воротах стоял теперь стражник - черт. Монахи же облепили забор и смотрели, что делается в монастыре. А там шел развеселый, бесовский ход: черти шли процессией и пели с приплясом. На дверях была надпись : «Монахам вход воспрещен». Ивану стало жалко монахов. Но когда он подошел ближе, он увидел: монахи стоят и подергивают плечами в такт чертовой музыке. И ногами тихонько пристукивают. И тут вдруг вылез из канавы стражник-монах и пошел с пьяных глаз на свое былое место)

СТРАЖНИК - Ну-ка, брысь! Ты как здесь?

ЧЕРТЕНОК - Иди, иди, дядя, иди, проспись. Отойди!

СТРАЖНИК - Эт-то што такое?! По какому такому праву? Как ты здесь оказался?

ЧЕРТЕНОК - Иди, проспись, потом я тебе объясню твое право. П-шел!

(Стражник полез было на черта, но тот довольно чувствительно ткнул его пикой)

ЧЕРТЕНОК – П-шел, говорят! Нальют глаза-то и лезут... Не положено подходить! Вон

инструкция висит: подходить к воротам не ближе десяти метров.

СТРАЖНИК - Ах ты, харя! Ах ты, аборт козлиный!.. Ну, ладно, ладно... Дай, я в себя приду, я тебе покажу инструкцию. Я тебя самого повешу заместо инструкции!

ЧЕРТЕНОК - И выражаться не положено. А то я тебя быстро определю - там будешь выражаться, сколько влезет. Обзываться он будет! Я те пообзываюсь! Иди отсюда, пока я те... Иди отсюда! Бочка пивная. Иди отсюда!

ТОЛСТЫЙ МОНАХ - Агафангел! Отойди... А то наживешь беды. Отойди от греха.

ЧЕРТЕНОК - Агафангел. И назовут же! Уж скорей -"Агавинус". Или просто -"Вермут".

ИВАН - Што же это, братцы, случилось-то с вами?

ТОЛСТЫЙ МОНАХ - Выгнали. Да как выгнали! Пиночьями, вот как выгнали! Взашей попросили.

ХУДОЙ МОНАХ - Беда, беда. Вот уж беда так беда: небывалая. Отродясь такой не видывали.

ТОЛСТЫЙ МОНАХ - Надо терпеть. Укрепиться и терпеть.

-36-

ИВАН - Да что же терпеть-то?! Что терпеть-то?! Надо же что-то делать! Сколько еще терпеть – то?

ХУДОЙ МОНАХ - Молодой ты. Потому и шумишь. Будешь постарше - не будешь шуметь. Што делать? Што тут сделаешь - вишь, сила, какая! Это нам за грехи наши. За грехи, за грехи... Надо терпеть. Будем терпеть.

( Тут вышел из ворот Главный черт и обратился ко всем)

ГЛАВНЫЙ ЧЕРТ - Мужички, есть халтура! Кто хочет заработать?

ТОЛСТЫЙ МОНАХ - Ну? А чего такое? Чего надо-то?

ГЛАВНЫЙ ЧЕРТ - У вас там портреты висят... в несколько рядов...

ТОЛСТЫЙ МОНАХ - Иконы.

ГЛАВНЫЙ ЧЕРТ - А?

ХУДОЙ МОНАХ - Святые наши, какие портреты?

ГЛАВНЫЙ ЧЕРТ - Их надо переписать: они устарели. Заодно ремонт сделаете, сигнализацию установите.

ХУДОЙ МОНАХ - И кого же заместо святых-то писать?

ГЛАВНЫЙ ЧЕРТ - Нас.

(Все смолкли. И долго молчали)

ХУДОЙ МОНАХ - Гром небесный. Вот она, кара-то.

ГЛАВНЫЙ ЧЕРТ - Ну? Заплатим прилично... Все равно ведь без дела сидите.

ИВАН - Бей их!

(Но все кинулись не на черта, а на Ивана и связали его)

ГЛАВНЫЙ ЧЕРТ - Какие вы все же... грубые, Невоспитанные. Воспитывать да воспитывать вас... Дикари. Пошехонь. Ничего, мы за вас теперь возьмемся.

ТОЛСТЫЙ МОНАХ – Да, ты не серчай на него, хозяин. Молодой еще… Не притерпелся… Согласны мы… Братья! Все одно без дела сидим. Заплатят прилично, а ?

СТРАЖНИК – Ты иди, Ваня! Не до тебя тут. Ничего не сделаешь. У них сила теперь и золото наше в монастыре…

(И монахи поплелись в монастырь, на ходу снимая с себя облаченье и надевая, спецодежду и строительные каски)

КАРТИНА ДЕСЯТАЯ

(Шел Иван по лесу. Шел Иван и плакал - так горько было на душе, так мерзко. Сел он на ту же поваленную лесину, на какой сидел прошлый раз. Сел и задумался. Сзади подошел Медведь и тоже присел.

МЕДВЕДЬ - Ну, сходил?

ИВАН - Сходил. Лучше бы не ходил...

МЕДВЕДЬ - Что? Не дали справку?

(Иван только рукой махнул, не стал говорить - больно было говорить. Медведь все понял без слов)

МЕДВЕДЬ - Слушай, ты там ближе к городу... Какие условия в цирке?

ИВАН - Вроде ничего... Я, правда, не шибко знаю, но так, слышно, ничего.

МЕДВЕДЬ - Как насчет питания, интересно... Сколькиразовое?

ИВАН - Шут его знает. Хочешь в цирк?

МЕДВЕДЬ - Ну, а что делать-то? Хочешь, не хочешь - пойдешь. Куда больше?

ИВАН - Да. Дела.

(Медведь закурил. Закашлялся)

МЕДВЕДЬ - Еще откажут вот... в цирке-то - собрался. Забракуют. Легкие как тряпки стали. Бывало, пробку вышибал - с оглоблю, а давеча за коровой погнался... кхо, кхо, кхох... с версту пробежал и язык высунул. А там, небось, тяжести надо подымать.

ИВАН - Там надо на задних лапах ходить.

МЕДВЕДЬ - Зачем?

ИВАН - Да что же ты, не знаешь, что ли? Тех и кормят, кто на задних лапах умеет. Любая собака знает...

МЕДВЕДЬ – Да, какой интерес-то?

-37-

ИВАН - Это уж я не знаю.

( Медведь задумался. Долго молчал)

МЕДВЕДЬ - Ну и ну. Ты не пьешь?

ИВАН - Нет.

МЕДВЕДЬ - Зря. Легче становится. Хошь, научу?

ИВАН – Нет. Я пробовал - она горькая.

МЕДВЕДЬ - Кто?

ИВАН - Водка-то.

(Медведь оглушительно захохотал... И хлопнул Ивана по плечу)

МЕДВЕДЬ - Эх, дите ты, дите!.. Чистое дите, ей-богу. А то научу?

ИВАН - Нет. Пойду: время осталось с гулькин нос. Прощай.

МЕДВЕДЬ - Прощай.

(И они разошлись в разные стороны)