Глава 11. Земский собор 1598 г.

чия. Отправившись в Новодевичий монастырь, глава церкви обратился к Александре с упреком, что она удалилась из мира, «царя в свое ме­сто не устроив никого». Во время многократных посещений монастыря патриарх убеждал Бориса вернуться к исполнению обязанностей правите­ля: «...буди нам милосердный госу­дарь и правитель благоприятный всего Российского государства». Со­гласно ранней редакции утвержден­ной грамоты, Годунов заявил патри­арху, что он «с боляры радети и про­мышляти рад не токмо по-прежнему, но и свыше перваго» ⁴⁷.

В грамоте поздней редакции смысл речи правителя был полностью искажен. Борис якобы заявил о ре­шении удалиться от дел и передать управление государством и радение о земских делах патриарху и боярам. Очевидно, Годунов, находясь за пре­делами столицы, не мог осуществлять функции правителя и был вынужден частично переложить их на главу церкви. Отныне «патриарх Иов Мос­ковский и всеа Русии» должен был решать местнические тяжбы и другие мирские дела. Он рассылал «от себя» грамоты с решением местнических

ФЕВРАЛЯ В 17 ДЕНЬ

Патриарх сзывает сыновей своих, митропо­литов, «и весь освященный собор, и царских сигклит, и боляр, и христолюбивое воинство, и всяк возраст бесчисленных родов Россий­скаго государства» 5⁰.

Поздний редактор старался отте­нить тот факт, что Бориса избрал «собор», и с этой целью он заменил неопределенное указание на «всяк возраст бесчисленных родов» точной росписью соборных чинов, включав-

споров в разные города. Однако знат­ные бояре отказывались повиновать­ся распоряжениям главы церкви, не­смотря на то что он ссылался на указы постриженной царицы и бояр­ские приговоры ⁴⁸.

Вмешательство патриарха в поли­тическую борьбу вызвало негодова­ние боярской аристократии. Впослед­ствии Иов не мог без горечи вспоми­нать время, предшествовавшее избра­нию Годунова. В те дни, вспоминал патриарх, я впал «во многие скорби и печали» и на меня «нападе озлоб­ление и клеветы, укоризны, рыдания и слезы, сия убо вся меня смиренаго достигоша» ⁴⁹.

Если Иов и преувеличивал, то са­мую малость.

17 февраля истекло время траура по Федору, и Москва тотчас же при­ступила к выборам царя. Патриарх созвал на своем подворье собор, ко­торый и принял решение об избрании на трон Бориса. Обе редакции ут­вержденной грамоты подчеркивают, что в избрании Годунова участвовали и духовные и светские чины. Но сли­чение вариантов рассказа позволя­ет заметить следы редакционной правки:

ФЕВРАЛЯ В 17 ДЕНЬ

Патриарх «велел у себя быти на соборе сы­новом своим, митрополитом... и всему освя­щенному собору вселенскому, и боляром, и дворяном, и приказным и служилым людям, всему христолюбивому воинству, и гостем, и всем православным крестьяном всех горо­дов Российского государства» ⁵¹.

шей представителей «земли» — сто­личных «гостей».

Майская редакция утвержденной грамоты передает, что инициаторами избирательного собора 17 февраля были некие бояре, выступившие с

132