Глава 11. Земский собор 1598 г.

ними великое разногласие и озлобле­ние» ⁴³. Очень скоро дело дошло до формального раскола избирательного собора. Из-за открытых нападок Ро­мановых правитель перестал ездить в думу и укрылся на своем дворе, куда стали съезжаться «на совет» его при­верженцы. Шуйские пытались взять на себя роль миротворцев. Свояк пра­вителя Д. И. Шуйский выступил перед боярами с призывом не изби­рать царя в отсутствие Годунова и его сторонников. Но посредничество Шуйских не достигло цели. Правите­лю пришлось покинуть свое кремлев­ское подворье и искать убежища в хорошо укрепленном Новодевичьем монастыре.

Вопреки официальным легендам отъезд правителя был вынужденным шагом. Годунов потерпел поражение на избирательном Земском соборе. Кроме того, агитация его противни­ков резко осложнила положение в столице. По всему городу толковали, будто правитель отравил благочести­вого царя Федора, чтобы завладеть короной. Трудно было придумать об­винение более тяжкое, чем цареубий­ство, и найти лучшее средство, чтобы поднять против Годунова посадские низы. Непосредственный участник избирательной борьбы дьяк Иван Ти­мофеев со всей определенностью пи­сал о причинах, побудивших прави­теля покинуть столицу в критический момент. Годунов, по его словам, опа­сался в сердце своем, не поднимется ли против него вдруг восстание и не поспешит ли народ отомстить за смерть царя, подняв руку на его убийцу ⁴⁴.

Отъезд Годунова из Кремля мог привести к его немедленной отставке с поста правителя, если бы Земский

собор продолжил свою работу. Одна­ко на помощь правителю пришло ру­ководство церкви. Патриарх Иов до­бился отсрочки выборов под предло­гом, во-первых, 40-дневного траура по усопшему царю, а во-вторых, необ­ходимости дождаться, пока в Москву съедутся духовные чины и «всяких чинов, великих государств, многих городов служивые и всякие люди» ⁴⁵.

Отъезд Годунова в Новодевичий монастырь знаменовал крутой пово­рот в его избирательной кампа­нии. Сторонники правителя задались целью вновь опереться на авторитет постриженной царицы.

Официозные легенды гласили, что после пострижения вдова Федора приняла в монастыре «тихое и без­молвное иноческое житие». В жизни все было иначе. Еще до своего по­стрижения царица издала 8 января Указ о всеобщей и полной амнистии. Она приказала без всякого про­медления выпустить из тюрем всех опальных изменников, татей, «разбой­ников» и прочих сидельцев. Указ царицы был исполнен — темницы и узилища «отверзты», но не во всех городах. Будучи в Новодевичьем монастыре, старица обратилась в Яренск и Вымские волости с облечен­ным в форму именного указа распо­ряжением о неукоснительном прове­дении амнистии. Библиотекарь А. По­пов, скопировавший грамоту, утверж­дал, что подлинник был скреплен собственноручной подписью старицы, именовавшей себя «государыня цари­ца и великая княгиня Александра Федоровна всеа Русии» ⁴⁶.

Патриарх взялся убедить столицу в том, что Годунова, несмотря на по­стрижение, сохранила царский титул и все вытекающие из него полномо-

131