Глава 9

КАБАЛА И БАРЩИНА

Значительную часть населения в новгородском поместье составляли помещичьи «люди», обрабатывавшие барскую пашню и служившие при бар­ском дворе. Их связывали с феода­лами различные формы зависимости. Личные архивы новгородских поме­щиков XVI в. не сохранились до на­ших дней, но их следы можно обнару­жить в записных и кабальных книгах по Новгороду за 90-е годы XVI в. В связи с обязательной регистрацией «крепостей» на холопов и кабальных людей, проведенной властями в кон­це XVI в., новгородские помещики представили в съезжую избу все имев­шиеся в их распоряжении документы, удостоверявшие их право на «людей», включая духовные, деловые и холопьи грамоты, служилые кабалы. Помещи­ки, чьи предки водворились на новго­родских землях при Иване III, заре­гистрировали все свои «крепости», на­копившиеся в их личных архивах в течение века. Тщательное сопоставле­ние документов помещичьих архивов, отразившихся в поздних записных книгах, с последовательными описа­ниями земельных владений тех же по­мещиков в писцовых книгах позволя­ет реконструировать историю «двора» ряда новгородских феодалов с боль­шой степенью точности и полноты.

Дворяне Новокрещеновы владели новгородским поместьем с конца XV до начала XVII в. Ранние документы из их «архива» восходят к 70—80-м годам XV в., поздние — к 90-м годам XVI в. Сохранились описания их по­местий в писцовых и «отдельных» книгах. Все это позволяет проследить состав помещичьего «двора» на про­тяжении века. В 1472—1473 гг. Фе­дор Новокрещенов составил духовную грамоту, на основании которой его наследники поделили дворню: «По приказу и по духовной мужа своего,

101

Глава 9. Кабала и барщина

Федора Новокшенаго, Огрофена Фе­дорова, жена Новокшенова, да Федо­ровы дети Новокшенова по приказу отца своего, Федора, Олексей, да Иван, да Яков, да Григорий, да Бо­рис поделили со своей матерью, с Огрофеною, людьми отца своего Фе­доровыми холопи и робами». Старший сын Федора, Иван Новокрещенов, по­лучил поместье в Водской пятине и в 80—90-х годах XV в. осел на зем­ле: выстроил себе «большой двор» в сельце Холуи и завел барскую паш­ню — около 48 десятин в трех полях. Старая дворня — несколько унасле­дованных от отца холопов и «роб» — не удовлетворяла помещика, и он на­брал себе новую. В 1501 г. ему про­дался Д. Якушев: «...а взял на собе у него 2 рубля, а за те деньги дался в селцо Холуи на ключ, а по ключу в холопи». На протяжении трех де­сятилетий помещик сделал следую­щие приобретения: за 3 руб. ку­пил «в полницу» Ф. Савелова, за 5 руб.— И. Андреева с женой, за 2 руб.— К. Бугарова, за 2 руб.— И. Савелова, за 2½ руб.— «робу» Арину с дочерью, за 3 руб.— А. Ма­нуйлова, за 1½ руб.— «робу» Мавру, за 1 руб.— двух детей новгородца, Федотку и Обросимка, за 3 руб.— К. Лутьянова, за 2 руб.— второго ключника и, наконец, за 2 руб.— Б. Васюкова ¹. На протяжении 1488—1511 гг. помещик истратил на покупку холопов 16,5 новгородских рублей.

Сын и наследник помещика, А. И. Новокрещенов, продолжил де­ло отца. В 1554 г. он купил «в полни­цу» двух братьев, дав за них 3 руб., в 1567 г. приобрел себе в сельцо Холуи нового ключника Давидко, который «по докладной в холопи...

продался и 2 рубли на себе денег взял» ².

Сын Афанасия Воин Новокреще­нов не получил от отца сельцо Холуи и вынужден был самостоятельно устраивать свою судьбу. После раз­рухи 70-х годов помещичья семья растеряла почти всю старую дворню. По старинным полным грамотам, у В. А. Новокрещенова жило всего че­тыре человека: один холоп и три «жонки-робы». Новая дворня, набран­ная помещиком в 80—90-х годах, со­стояла исключительно из кабальных людей. Вот перечень приобретений В. Новокрещенова: в 1585 г.— 1 ка­бальный (7 руб.); в 1588 г.— 1 ка­бальный с женой (?); в 1589г.— 1 ка­бальный с сыном (5 руб.), 1 кабаль­ный (5 руб.), 1 кабальный с женой (5 руб.); в 1591 г.— 1 кабальный с женой (5 руб.), 1 кабальный (5 руб.); в 1593 г.— 1 кабальный с детьми (15 руб.), 1 кабальный с женой (6 руб.), 1 кабальный с женой (7 руб.), 1 кабальный с женой (6 руб.), 1 кабальный с семьей (8 руб.), 1 кабальный (5 руб.)³.

В течение восьми лет В. Новокре­щенов затратил на кабальных номи­нально более 79 руб., т. е. сумму весь­ма значительную по тем временам. Приобретение «людей» было обу­словлено потребностями как хозяйст­ва, так и службы.

Анализ своего рода «каталогов» феодальных документов обнаружива­ет любопытный факт: помещичьи ар­хивы сравнительно хорошо сохранили холопьи грамоты конца XV — 30-х го­дов XVI в. Казалось бы, по мере приближения к концу XVI в., т. е. ко времени составления записных книг, число «полных» грамот должно возрасти. На самом деле помещичьи