Глава 8. Внешнеполитические успехи

Поход в Финляндию носил харак­тер военной демонстрации. Свои глав­ные силы Россия по-прежнему дер­жала на южных границах. Стремясь усыпить бдительность русских, хан Казы-Гирей прислал в Москву гонцов с предложением о переговорах. Дове­рившись мирным заверениям хана, Боярская дума решила послать в Крым послов для заключения мира и не позаботилась о сосредоточении на Оке сил, достаточных для отра­жения татарского нашествия. Вос­пользовавшись оплошностью русских, крымские царевичи в 20-х числах мая 1592 г. «безвестно» напали на туль­ские, каширские и рязанские земли и произвели там страшные опустоше­ния²⁸. В дальнейшем в связи с уча­стием в австро-турецкой войне Крым прекратил набеги на русские зем­ли. 14 ноября 1593 г. в Ливнах был подписан договор о мире и дружбе с Крымом. Текст договора включал пункт о союзе против «недругов», обращенный острием против Речи По­сполитой ²⁹. Казы-Гирей потребовал уплаты поминок и «запроса» в 30 тыс. руб., но московское правительство вы­слало лишь половину запрошенной суммы. 14 апреля 1594 г. хан рати­фицировал мирный договор с Рос­сией ³⁰.

Лишившись союзника в лице Крыма, Швеция отказалась от актив­ных военных действий против Рос­сии. В 1592 г. после смерти Юхана III шведское правительство предложило начать мирные переговоры. Несмотря на обострение польско-шведских про­тиворечий в Ливонии, личная уния между Швецией и Речью Посполитой сохраняла силу, что создавало потен­циальную угрозу возрождения мощ­ной антирусской коалиции в Прибал-

тике. Подобная перспектива побудила Россию искать пути к мирному уре­гулированию отношений со шведами. В начале мая 1595 г. русские послы подписали в Тявзино договор о «веч­ном мире» со Швецией. Швеция от­казалась от притязаний на русские земли, захваченные ею в конце Ли­вонской войны, и обязалась вернуть город Корелу с уездом. Таким обра­зом, русское государство добилось пересмотра итогов неудачной войны и вернуло все утраченные западные земли. Швеция пошла на весьма важ­ную дипломатическую уступку Рос­сии, обязавшись соблюдать нейтрали­тет в случае русско-польской войны. Со своей стороны Россия отказалась от притязаний на Нарву и другие крепости и порты в Ливонии. Швед­ские представители настояли на вклю­чении в текст договора пункта, под­тверждавшего принцип морской бло­кады Ивангорода. Тем самым Шве­ция сохранила контроль за внешней торговлей России на Балтике. Планы превращения Ивангорода в морские ворота страны потерпели неудачу. Хотя русские располагали естествен­ными выходами в Балтийское море через устье Невы и Наровы, но, пока на Балтике господствовал шведский флот, они не могли основать здесь собственные морские гавани.

Московская дипломатия пошла на уступки Швеции из-за неверной оцен­ки ситуации, сложившейся в Восточ­ной Прибалтике. Уния между Швеци­ей и Речью Посполитой оказалась ме­нее прочной, чем полагали в Москве. Острое соперничество из-за Ливонии практически исключило возможность совместного выступления против Рос­сии. Когда русское правительство убе­дилось в своей ошибке, оно отказа-

92