Глава 8. Внешнеполитические успехи

Д. И. Хворостинин, назначенный вто­рым воеводой передового полка².

23 января 1590 г. русские войска окружили город Ям. После трехднев­ной осады местный гарнизон капиту­лировал. Сдавшиеся в плен шведы по­лучили разрешение вернуться на ро­дину, но часть солдат перешла на цар­скую службу. 30 января воевода Хво­ростинин с передовыми силами достиг окрестностей Ивангорода. В районе Нарвы и Ивангорода находился 4-ты­сячный шведский корпус. Шведы пы­тались остановить продвижение рус­ских, но Хворостинин умелыми дейст­виями парализовал их усилия. Он атаковал шведов, не дожидаясь подхо­да главных сил. Сражение продолжа­лось с 2 часов дня до вечера и закон­чилось победой русских. Шведы от­ступили за реку Нарову. Крепость Нарва располагала первоклассными укреплениями, и шведское командова­ние отвело конницу и часть пехоты к Раквере. В крепости осталось около 1600 солдат³.

В ночь с 4 на 5 февраля русские завершили установку батарей и при­ступили к методичному обстрелу кре­пости. Превосходство русской артил­лерии было несомненным. После двух­недельной бомбардировки в западной и северной стенах образовались боль­шие проломы. На рассвете 19 февраля русская армия предприняла генераль­ный штурм. Крепостные стены под­верглись атаке разом в семи пунктах. Колонна, устремившаяся в главный пролом, насчитывала, по неполным данным, 5230 человек, в том числе 1850 стрельцов, 1 тыс. казаков и дру­гих ратных людей, 2380 боярских хо­лопов ⁴. Несмотря на громадное чис­ленное превосходство, русский осад­ный корпус после четырех-пяти часов

боя потерял множество людей и был вынужден прекратить штурм⁵. На другой день русская артиллерия во­зобновила бомбардировку крепостной стены в районе Северных ворот. Про­лом был значительно расширен. Вое­воды подвели к крепости свежие си­лы и приготовились к новому штур­му ⁶. Обороняя крепость, шведы по­несли тяжелые потери. Восполнить их они уже не могли. Не надеясь на бла­гоприятный исход борьбы, шведский главнокомандующий К. Горн обратил­ся к царю с предложением мира.

Правитель Борис Годунов сам ру­ководил обстрелом крепости, а затем возглавил мирные переговоры. Одна­ко современники неодобрительно от­неслись к его вмешательству в боевые действия. По словам псковского лето­писца, Годунов направил весь огонь артиллерии на стены крепости, «а по башням и по отводным боем бити не давал»⁷. В итоге огонь с башен нанес тяжелый урон штурмовым колоннам. Современники беспочвенно подозре­вали, будто Борис, «норовя» немцам, помешал воеводам занять Нарву. На самом деле распоряжения Годунова объяснялись не его симпатиями к не­приятелю, а полным отсутствием бое­вого опыта. Правитель не покидал дворца, в то время как его сверстники участвовали в сражениях Ливонской войны.

Шведский наместник в Ливонии К. Горн соглашался возвратить Рос­сии Ивангород, но русские отвергли его предложение. 22 февраля они во­зобновили обстрел. Последующие дни ушли на переговоры. Между тем зи­ма была на исходе. Поверх льда на Нарове появились талые воды. В та­кой ситуации Борис Годунов приказал своим представителям на переговорах

87