Глава 5. Гонения на бояр

и Муромском уездах. Старший сын известного воеводы М. И. Воротын­ского князь Иван успешно служил в последние годы жизни Грозного и мог надеяться на возвращение родо­вых земель и думных титулов. Но при Федоре он не получил ни того ни другого. В 1585 г. князь И. М. Воро­тынский был отослан из столицы на воеводство в Нижний Новгород, где и пробыл не менее двух-трех лет⁴⁷. В начале 1588 г. его послали «в плав­ную» в Астрахань. Вскоре над голо­вой Воротынских разразилась гроза. В дворовом списке 1588—1589 гг. против имени братьев Ивана и Дмит­рия Воротынских имеется помета: «В деревне оба, государя доложить» ⁴⁸. Доклад царю не имел последствий, и высокородные князья на много лет остались не у дел.

Правительство Годунова подверг­ло преследованиям тверского великого князя Симеона Бекбулатовича. Вплоть до конца 1586 г. Симеон числил­ся номинальным главнокомандующим дворянским ополчением, а прочие бояре формально подчинялись ему ⁴⁹. Поздние летописцы XVII в. утверж­дали, будто Симеон лишился удела в начале 90-х годов ⁵⁰. На самом деле Годунов ликвидировал Тверской удел раньше. При Симеоне управление его «княжеством» осуществляла удельная дума, которую еще в июне 1585 г. возглавлял боярин князь Борис Пет­рович Хованский ⁵¹. В дворовом спи­ске 1588—1589 гг. бывший удельный боярин уже записан как царский дворянин ⁵². Следовательно, удельная дума была распущена ранее 1588— 1589 гг. Тогда же Симеону пришлось расстаться с обширными земельными владениями и с пышным титулом. Из Твери его свели в село Кушалино ⁵³.

При нем оставили немногих людей его «двора», которые жили в скудости⁵⁴. Можно предположить, что Симеона удалили под предлогом служебной негодности, после того как он стал подслеповат. После смерти Годунова служилый «царь» стал обвинять его во всех своих бедах. По словам Си­меона, он ослеп от выпитого вина, которое прислал ему в подарок пра­витель ⁵⁵.

Со времени опричнины высокое положение в официальной чиновной иерархии занимали князья Шейдяко-вы, происходившие из династии ханов Ногайской орды. В 1-586 г. А. Шей­дяков возглавлял в армии царя Си­меона полк левой руки⁵⁶. В 1588— 1589 гг. ногайский мурза числился в списке служилых князей, но против его имени было помечено: «У приста­ва». После ареста Шейдяков выбыл из числа главных воевод и стал слу­жить головой в царском стане, а за­тем и вовсе был отставлен от службы ⁵⁷.

Среди знати литовского происхож­дения гонениям подверглись Кураки­ны и их «братия» Голицыны. Послед­ние сохраняли свои позиции в Бояр­ской думе вплоть до смерти Грозного. С первых дней царствования Федора они энергично выступали против по­литики «двора». Годуновы не без основания считали Голицыных и Ку­ракиных людьми «наиболее опасными для себя и способными противиться их намерениям». Влиятельный член думы В. Ю. Голицын получил отстав­ку и провел последние дни своей жиз­ни в провинции. А. П. Куракин не только не получил место в Боярской думе, но и был удален от «двора» ⁵⁸. В 1585—1587 гг. он служил воеводой в Арске и Свияжске, а затем его имя

62