Глава 1. Наследие Грозного

получили подтверждение старой им­мунитетной грамоты на все свои вотчины. В июне существенных имму­нитетных выгод добились Симонов, Кирилло-Белозерский, Свияжский-Богородицкий, Псково-Печорский и некоторые другие монастыри. Изда­ние Уложения 20 июля 1584 г. значи­тельно сократило число иммунитет­ных пожалований. В последующий период льгот добились ряд мелких пустыней, а также некоторые ведущие монастыри — Соловецкий, Костром­ской Ипатьевский, Иосифо-Волоко­ламский, Троице-Сергиев и, наконец, митрополичий дом77 . Следует заме­тить, что количество вновь пожало­ванных и подтвержденных грамот было невелико по сравнению с общей массой иммунитетных документов. Меры в отношении крупных иммуни-стов контрастировали с декларация­ми насчет служилых людей. Новые правители оправдывали ограничение «тарханов» необходимостью покон­чить с дворянским оскудением. По­литика более равномерного податного обложения, бесспорно, отвечала тре­бованиям и интересам дворянской массы.

В обстановке оживления аристо­кратической реакции финансовые уза­конения неизбежно становились во­просом большой политики. Податные меры положили конец надеждам бояр на возрождение их иммунитетных привилегий и активизировали оппо­зицию. Через полгода после объявле­ния всеобщей амнистии правительство Б. Ф. Годунова осуществило первые ограниченные репрессии против выс­шей знати. Возобновлению репрессий предшествовали перестановки в вер­хах. Триумвират Н. Р. Юрьева, Б. Ф. Годунова и А. Я. Щелкалова

просуществовал несколько месяцев. С конца лета 1584 г. в Польшу стали поступать сведения о том, что из-за болезни Юрьев устранился от дел. В последний раз имя Юрьева упоми­налось в Разряде московской «семи­боярщины» в августе 1585 г. Но это почетное поручение регент уже вы­полнить не мог. Против его имени дьяки пометили в Разряде: «Болен». По словам очевидцев, Н. Р. Юрьев внезапно лишился речи и рассудка. В столице много говорили о том, что его околдовали ⁷⁸. В связи с фактиче­ской отставкой наиболее авторитетно­го из членов триумвирата борьба в думе вспыхнула с новой силой. Влия­ние партии Мстиславского значитель­но усилилось. Вскоре в сферу конф­ликта было втянуто центральное финансовое ведомство — Казенный приказ, находившийся в ведении Го­ловиных.

При Грозном четверо членов этой семьи — Петр, затем его сын Фома, а позже внуки Петр и Владимир — распоряжались государственными фи­нансами. Но особенно преуспели Го­ловины в начале царствования Федо­ра. По традиции казну возглавляли два лица, проверявшие друг друга. При Федоре казначеями стали двою­родные братья. Впервые казна оказа­лась в бесконтрольном ведении одной семьи. Два брата главного казначея — Владимир и Иван Большой Премуд­рый — получили думные чины околь­ничих. Благодаря знатности, богатст­ву и личным качествам И. П. Головин стал одним из подлинных руководи­телей той партии в думе, которую но­минально возглавлял регент Мсти­славский. Он не побоялся бросить вызов Вельскому и добился его от­ставки. Боярское руководство оценило

26