3. Подрывные действия и организация

Основная ставка на разрушение линий коммуникаций оказывала влияние на организационную структуру партизанских отрядов и приводила к усилению их специализации. Такое развитие отрядов поощрялось руководством партизанского движения в советском тылу, где готовили специалистов‑взрывников, которых доставляли самолетами в тыл противника, и откуда также снабжали партизанские отряды взрывчаткой.

В действиях, направленных на уничтожение системы снабжения немецких войск, принимали участие подразделения следующих типов:

1. Самостоятельные партизанские отряды, чьими основными задачами, как правило, были диверсии и проведение взрывов. Такие действия были особенно характерны для раннего этапа оккупации. Отряды получали инструкции, касавшиеся способов взрыва эшелонов, установки мин и т. д.

2. Специалисты‑взрывники, доставлявшиеся по воздуху самолетами и присоединявшиеся к уже существовавшим партизанским отрядам. Эти специалисты, подготовленные в советском тылу, играли важную роль на более поздних этапах.

3. Диверсионные группы или отдельные диверсанты, которые также доставлялись извне и действовали в контакте с партизанскими отрядами. Диверсанты часто использовали в качестве баз для своих операций лагеря партизан, но выполняли свои задания самостоятельно. В Брянской области подразделение такого типа базировалось к северу от Карачева. Это подразделение, целиком состоявшее из военнослужащих Красной армии, доставленных по воздуху, помимо проведения диверсий занималось сбором разведывательной информации.

4. Методы проведения операций

Немецкие донесения содержат много описаний партизанских операций, направленных на разрушение линий коммуникаций и путей снабжения. Все эти операции можно разделить на четыре основных типа. Для проведения первого типа операций, которые можно назвать «тайными», требовалась небольшая группа партизан или специалистов‑взрывников, которые ночами тайком пробирались к шоссейным или железным дорогам, где устанавливали мины, перерезали телефонные провода и сносили телеграфные столбы. Иллюстрацией этого типа операций может служить приводимое ниже немецкое донесение от июля 1942 года, в котором упоминаются четыре партизанских батальона, действовавших в районе Брянска и Дятькова. Группам партизан из одного батальона были поставлены следующие задачи: «Группы используются для проведения взрывов. Для этой цели в каждой группе имеется 2–3 специалиста‑взрывника, которых доставили самолетами. Мины и взрывчатка также доставляются по воздуху. Для взрывов железнодорожного полотна используются старые ящики для патронов (так называемые «цинки»)… Эти набитые взрывчаткой ящики зарывают под железнодорожное полотно. За счет давления проходящего поезда на рельсы происходит взрыв. Партизаны оставляют двух‑трех разведчиков, которые докладывают о результатах проведенного взрыва. Используются также мины с электрическими детонаторами. В этих случаях несколько групп находятся в засаде по обе стороны железнодорожного полотна и после взрыва открывают огонь из пулеметов. Текущие наблюдения показывают, что партизаны, как правило, закладывают мины в вечерние часы ближе к 23.00».

В большинстве случаев диверсантам, проводившим свои операции из лагерей партизан (расположенных в лесах, на большом расстоянии от мест проведения диверсий), приходилось долго добираться до шоссейных и железных дорог. Для облегчения проведения операций поблизости от линий коммуникаций создавались специальные места стоянок, где диверсанты могли переночевать перед выполнением своего задания. Использовались также тайные убежища партизан в деревнях. Донесение тылового командования немцев от июня 1943 года подробно описывает методы проведения операций. В нем говорится, что отряд взрывников численностью в восемь – десять человек на телегах доставляли в ближайшую к месту проведения диверсии деревню. После ночевки в деревне группа пешком направлялась к железной дороге. Четыре человека, вооруженные автоматами, осуществляли охрану, пока остальные (четверо или шестеро) устанавливали мины.

Устройство мест стоянок было крайне важным для зимнего времени, когда суровые погодные условия создавали дополнительные трудности в использовании людских и материальных ресурсов. В октябре 1942 года немцы уничтожили место стоянки, находившееся в восьми километрах от железнодорожной линии Брянск – Жуковка. Этот временный лагерь мог вместить пятьдесят человек.

Второй тип операций партизан по нанесению ударов по линиям коммуникаций можно назвать «штурмовым»; такие операции неизбежно сопровождались крупномасштабными атаками на немецкие блокпосты, охранявшие железные и шоссейные дороги. Во время таких атак группы взрывников уничтожали линии коммуникаций или разрушали мосты.

Впервые об атаках превосходящих сил партизан на опорные пункты упоминается в немецких донесениях от октября и ноября 1942 года. Эта «новая тактика» все больше использовалась по мере роста мощи и увеличения размеров партизанских отрядов. Вероятно, самым успешным и впечатляющим было упомянутое выше нападение партизан на железнодорожный мост через Десну около Вигоничей. В этой операции, проводившейся партизанским отрядом Ромашина 7 марта, участвовало 600 человек, которые атаковали охранявшие мост силы немцев одновременно с востока и запада. Атака с запада была отбита, но другой группе удалось взорвать мост.

Следует упомянуть еще о нескольких лобовых ударах по линиям коммуникаций. Так, например, 13 марта 1943 года отряд Ромашина предпринял неудачную попытку атаковать находившиеся в Синезерках силы немцев с целью уничтожения железнодорожного моста через реку Ревну (на участке железной дороги Брянск – Локоть). 1 марта 1943 года 500 партизан отряда Данченкова попытались атаковать мост через реку Ветму (в трех километрах к северо‑западу от Жуковки). Их атака была отбита охранявшими мост немецкими подразделениями. 14 марта 1943 года партизаны того же отряда предприняли еще одну попытку атаковать. На этот раз удар наносился по поселку Акуличи (в четырех километрах к северо‑востоку от Клетни) и железнодорожному мосту на линии Жуковка – Клетня. Партизанам удалось взорвать мост и нанести урон батальону, охранявшему мост (девять убитых, пятнадцать раненых и пять пропавших без вести).

Еще одним методом, используемым для ударов по железным дорогам, было проведение так называемых цепных взрывов. Попытки взрывов предпринимались одновременно с проведением крупномасштабных лобовых атак и без них. Тыловое командование немцев впервые обратило внимание на эту «совершенно новую тактику» в феврале 1943 года. В донесении об этом отмечалось, что 18 февраля 1943 года отряд численностью до 150 человек скрытно выдвинулся к линии железной дороги Унеча – Клетня и установил 72 взрывных устройства под железнодорожным полотном. В донесении утверждалось, что во время этой операции одновременно действовали 70 групп подрывников. На протяжении следующего месяца это же подразделение осуществляло цепные взрывы, которые сопровождались атаками на немецкую охрану железной дороги и уничтожением телефонных линий.

В тылу 2‑й танковой армии немцев проведение цепных взрывов, сопровождавшихся лобовыми атаками охранявших железные дороги войск, было отмечено уже в октябре 1942 года. Атака на железнодорожную линию Брянск – Льгов в районе Дерюгина 13 октября 1942 года стала темой специального донесения, где говорилось, что, пока отряд общей численностью в 350 человек атаковал силы охраны, диверсанты‑подрывники, действовавшие на участке протяженностью в 2,4 километра, успели взорвать железнодорожное полотно в 178 местах. Допросы захваченных в плен партизан позволили выяснить, что специалисты‑подрывники прошли трехмесячную подготовку в Туле и были доставлены семью транспортными самолетами. В донесении подчеркивалось, что предыдущие разрушения железной дороги в результате взрывов мин, приводимых в действие непосредственно перед проходившими поездами или заложенных заранее, удавалось устранить за сравнительно короткое время. Высказывалось опасение, что, при столь массовых разрушениях, имеющихся запасных рельсов для замены поврежденных не хватит. Судя по немногим упоминаниям цепных взрывов в последующих донесениях, можно предположить, что они не играли важной роли в обшей массе попыток партизан нарушить систему снабжения немецких войск.

В ряде немецких документов упоминаются различные ухищрения партизан, к которым они прибегали с тем, чтобы отвлечь внимание охранявших железные дороги немецких подразделений. В сентябре 1942 года, например, партизаны устроили ложные взрывы на расстоянии от 150 до 1500 метров к северу от железнодорожной линии Сельцо – Ржаница, хотя их истинной целью было разрушение железной дороги. В другом случае партизаны связались по телефону с опорным пунктом немцев и сообщили, что являются якобы попавшим в окружение подразделением местной вспомогательной полиции, и попросили помощи, пытаясь тем самым заставить немцев покинуть опорный пункт.

Третьим способом срыва поставок по немецким линиям коммуникаций являлись рейды партизанских отрядов на населенные пункты, расположенные на основных транспортных магистралях. Например, 24 сентября 1942 года около 600 партизан (часть которых была одета в немецкую форму и использовала тяжелую артиллерию) атаковали и сожгли деревню Рябчичи (в 24 километрах к северо‑востоку от Клетни) на шоссе Брянск – Рославль. Жители деревни и отряд вспомогательной полиции были уничтожены. Через несколько дней после этого, 2 октября 1942 года, более мощный отряд (по словам военнопленных, его численность составляла 1000 человек) атаковал поселок Пеклина на шоссе Брянск – Рославль. Было сожжено четыре пятых всех домов и убиты тридцать мирных жителей. В ходе нападения было взорвано около пятидесяти телеграфных столбов. В немецких донесениях об этих нападениях предполагалось, что партизаны, скорее всего, проводили их с целью создания запасов на зиму⁶⁴.

Четвертый способ партизанских действий представлял собой нападения на немецкие транспортные средства и эшелоны. Хотя главная цель таких нападений в большей степени относится к сфере партизанской психологической войны, частые нападения на немецкий транспорт играли немаловажную роль в военном и экономическом отношениях. В таких условиях передвижение по железным и шоссейным дорогам становилось крайне опасным.

Нападения на автомашины и поезда, осуществляемые главным образом из засад, можно отнести к самым ранним способам ведения партизанской войны. Еще в октябре 1941 года в районе Клетни партизаны за три недели четырнадцать раз нападали на грузовые и легковые машины немцев. В последующие месяцы количество нападений из засад увеличилось. 9 марта 1942 года, например, около 500 партизан устроили нападение на ремонтный поезд неподалеку от Журиничей (в двадцати километрах восточнее Брянска) после того, как состав подорвался на мине: жертвами этой атаки стали 224 немецких солдата и 3 офицера. Нападения на автотранспорт и эшелоны не прекращались в течение всего периода оккупации. Сведений об общем количестве погибших в результате таких атак немецких солдат и офицеров не обнаружено. Существование опасности на шоссейных и железных дорогах для всех транспортных средств, кроме крупных колонн под усиленной охраной, создавало дополнительное препятствие для четкого функционирования системы снабжения.