Цели и задачи

Основная цель данного исследования изучение исторического опыта служб в России и за рубежом.

В соответствии с поставленной целью решаются следующие задачи:

1. Изучить историю зарождения и развития социальных служб помощи в России.

2. Изучить историю зарождения и развития социальных помощи служб за рубежом.

3. Провести сопоставительный анализ исторического опыта России и зарубежья.

Методы исследования

При анализе конкретного научного и исторического материала в работе используется различнаяметодология исследования, в том числе:

• эмпирический метод целенаправленной выборки (при сборе материала);

• метод обработки информации;

• метод теоретического анализа.

В работе использованы следующие приемы исследования: наблюдение, описание, а также сопоставление.

Глава 1. Исторический опыт служб в зарубежных странах

Зарубежный опыт социальной работы многообразен и многолик. В литературе возникновение социальной службыобычно датируют концом XIX - началом XX веков. Именно в этот период в ряде индустриально развитых стран появляютсягруппы специалистов, которые начинают профессионально заниматься социальной работой, создают учебные заведения, обучают социальных работников. Великобритания и США были темистранами, где социальная работа раньше всего оформилась в качестве особого вида деятельности,и где она затем была поставлена на профессиональную основу.

Система государственной помощи нуждающимся, сложившаяся к концу 19 в. в странах Европы и Америки, включала в себя два основных элемента: во-первых, более или менее развитое законодательство, регулировавшее отношения в социальной сфере, а во-вторых, специальные органы, и учреждения, задача которых заключалась в проведении политики государства. Социальное законодательство устанавливало правовые рамки, в которых действовали государственные органы, осуществлявшие управление этой сферой, а также подведомственные им учреждения.

1.1 Прошлые века (19-20 века)

Социальная работа как профессия в западной модели помощи возникает из добровольного общественного движения феминисток и либерально-демократической оппозиции. Аналогичная тенденция наблюдается и в России. Но если в западной модели развитие от добровольной помощи к профессиональной носило непрерывный характер, т.е. для западной модели характерен эволюционный путь развития, то в России развитие профессии носило дискретный, т. е. прерывистый характер. Даже ее современный, профессиональный этап характеризуется тем, что специалисты “рекрутируются” из других профессий и служб, и их становление как профессионалов осуществляется на основе собственного эмпирического опыта и имплицитных профессиональных представлений.4. Понятийное поле в западной модели помощи складывалось на основе медицинских, социологических, конфессиональных, юридических и психологических подходов. Психология явилась методологической базой развития знания социальной работы, а техника групповой и терапевтической работы легла в основу ее методики.Понятийное поле социальной помощи в России складывалось под воздействием иных факторов. Два направления — социальное обеспечение и социальная работа — в России предстают в единстве, включая в себя просвещение, образование, медицину, социальную политику. Оно выступало объединяющей формой, парадигмой, где нашли свое развитие все вышеназванные процессы. Этим и объясняется та разорванность “понятийного сознания”, когда социальную работу идентифицируют с социальной педагогикой, социальным обеспечением, социальной медициной. Отечественная модель помощи развивалась в течение нескольких столетий в тесном контакте с западной моделью помощи. Экстраполяция идей, государственных законов, включенность отечественной науки и демократической общественности в процессы западной цивилизации своеобразным образом отразилось на процессах помощи. Многие идеи и законы, особенно в период Петровских реформ, были декларированы , когда еще не было объективных условий для их реализации. Отсюда западная модель помощи выступала своеобразной “абсолютной идеей”, видение и “осязание” которой позволяло намечать свои перспективы роста и развития. Эти тенденции присутствуют и в современной отечественной модели помощи.

Первая мировая война, начавшаяся в 1914 г., не обострила внутренние проблемы, которые затрагивали экономику, политику и социальную сферу. Обострение этих проблем сопровождалось увеличением числа стран, приступивших к подготовке социальных работников. Если перед первой мировой войной такая подготовка осуществлялась только семью странами, то после её окончания их число стало непрерывно расти. В 1920 г. первые школы социальной работы были открыты в Бельгии и Норвегии, а также – благодаря усилиям Рене Санда – в Чили, которая при поддержке иностранного капитала стала одной из наиболее развитых стран Латинской Америки. В 1928 г. первая школа социальной работы была открыта также в Италии, которая уже десять лет находилась под властью Муссолини, сочетавшего в своей деятельности политику репрессий с попытками реформирования общества [2, с.47].

Подготовка специалистов по социальной работе включала в себя не только организационный, но и методический аспект. Учебные заведения, приступившие в конце 19 – начале 20 в. к её осуществлению, не имели ещё ни квалифицированных преподавателей, ни методической литературы. Что касается учебных пособий по социальной работе, то их тоже практически не было: в Соединённых Штатах Америки ими служили две книги, написанные Амосом Уорнером («Американская благотворительность») и Мери Ричмонд («Дружеское пребывание среди бедных»). Среди первых преподавателей социальной работы было много членов благотворительных организаций, обладавших большим опытом в деле помощи нуждающимся, но не имевших педагогического образования. Понадобилось несколько лет, чтобы в учебных заведениях были разработаны программы по социальной работе. В 1905 г. такие программы появились в Нью-Йорке, а также других американских городах. Дифференциация деятельности социальных работников требовала развития учебных заведений, занимавшихся подготовкой узких специалистов. К подготовке психиатрических социальных работников, потребность в которых резко возросла в связи с окончанием первой мировой войны, приступил в 1918 г. Колледж Смита, находившийся в Нортгемптоне (Массачусетс). Через пять лет Клара Кайзер начала читать курс лекций по социальной работе с группами: её слушателями были студенты Западного резервного университета, расположенного в Кливленде. Развитие сотрудничества между странами Запада ставило на повестку дня унификацию требований, которые предъявлялись в них к образовательному уровню социальных работников. Первый шаг на пути к такой унификации был сделан в 1919 г., когда возникла Ассоциация учебных заведений для профессиональной социальной работы. Эта ассоциация объединяла 17 школ социальной работы, существовавших в Соединённых Штатах Америки и Канаде. В 1937 г., когда она уже называлась Американской ассоциацией школ социальной работы, ею было сформулировано требование для аккредитации учебных заведений, которые входили в её состав. Это требование сводилось к наличию двухгодичной программы, обеспечивающей подготовку магистров социальной работы. Иными словами, критерием профессионализма для социального работника стали считать обладание им степенью магистра [2, 49].

Становление социальной службы в начале 20 в. отражало общественную потребность в людях, способных оказывать квалифицированную помощь нуждающимся. С другой стороны, специфическую форму, в которой оно происходило в той или иной стране, ему придавала деятельность отдельных лиц, а также целых организаций, связанных с социальной сферой. В Соединённых Штатах Америки такой организацией была Национальная конференция по социальному благосостоянию: созданная ещё в 1879 г., она трижды переименовывалась, прежде чем получила своё последнее название. Будучи координационным органом, она объединяла усилия государственных, церковных и общественных организаций, а также частных лиц, озабоченных положением в социальной сфере.

В 30-е годы продолжилось широкое использование в социальной службе психологических методов, начавшееся в предыдущие десятилетия: вслед за психоанализом в неё проник бихевиоризм, идеи которого пользовались наибольшим влиянием среди американских учёных. С другой стороны, всё более широкое распространение получали в социальной работе социологические методы, привнесённые в неё представителями Чикагской школы. Последующее развитие социальной работы показало, что для неё вообще характерно использование различных методов.

На фоне социальных потрясений, вызванных в странах Европы первой мировой войной, а также революциями в Германии и Венгрии, которые в значительной степени были инспирированы Советской Россией, Соединённые Штаты Америки являли собой пример относительной стабильности. Ещё в 1910 г. в некоторых американских штатах были приняты законы о компенсации рабочим, получившим телесные повреждения или пострадавшим от безработицы. Через десять лет такие законы существовали в большинстве государственно-территориальных единиц, входивших в состав Соединённых Штатов Америки. В 1911 г. в Англии был принят Акт о национальном страховании, согласно которому финансирование медицинских и компенсационных программ осуществлялось за счёт взносов не только рабочих, но и их нанимателей, а также общественности. Распространение наркотиков, которые оказывали губительное влияние, как на физическое, так и на психическое здоровье людей, вынуждало страны Запада принимать законодательные меры, направленные на противодействие ему. Так, в 1914 г. в Соединённых Штатах Америки приобрёл силу закона Акт Харрисона о наркотиках, предусматривавший уголовную ответственность за сбыт и употребление некоторых наркотических веществ. Кроме того, он санкционировал создание правительственной организации, получившей название Бюро наркотиков [2, с.53].

Усиление внимания общества к проблемам женщин, ставшее результатом деятельности представителей феминизма, нашло своё отражение в законодательстве стран Запада. Прежде всего, в этом законодательстве было закреплено право голоса, предоставленное женщинам в большинстве стран Европы под давлением суфражисток, которые составляли одно из течений феминизма. В Соединённых Штатах Америки предоставление его женщинам потребовало специальной поправки к конституции, принятие которой произошло в 1920 г. Получив право голоса, женщины, однако, оставались социально незащищённой группой, которая нуждалась в поддержке со стороны государства. Больше всего в этой поддержке нуждались, конечно, те из них, кто принадлежали к малообеспеченным слоям общества и имели детей. Именно на них была рассчитана программа помощи, которая предусматривалась Актом Шеппарда-Таунера, вступившим в силу в 1921 г.

В 1933 г. президент США Франклин Рузвельт обнародовал систему мер, направленных на ликвидацию последствий депрессии, которая продолжалась четыре года. Эти меры, названные им «новым курсом», включали в себя четыре программы, которые предназначались для борьбы с бедностью и безработицей. На сбережение естественных ресурсов, а также создание рабочих мест для молодёжи была направлена программа, получившая название Корпуса гражданского сохранения.

Управление социальной сферой с помощью специальных органов, которые составляют один из элементов системы государственной помощи нуждающимся, проиллюстрируем фактами, взятыми из истории Соединённых Штатов Америки. Вообще мы полагаем, что социальная служба как явление, возникшее в рамках западной культуры, развивалась в соответствии с общими закономерностями, которые накладывались на особенности исторического развития отдельных стран. Поэтому американский опыт организации социальной службы – подобно английскому, немецкому или любому другому – несёт в себе не только особенные, но и общие черты. То, что в своих рассуждениях, касающихся стран Запада, мы ссылаемся преимущественно на него, объясняется довольно просто: американские социальные работники больше других преуспели в изучении конфликтологии, благотворительности, социальной работе. Само собою, разумеется, что для современной России, делающей лишь первые шаги по организации работы социальных служб, важен опыт не только Соединённых Штатов Америки, но и других стран Запада.