§ 3. Защита прав обвиняемого и потерпевшего в уголовном суде

Уголовный процесс как особый вид деятельности специ­альных государственных органов существует и необходим лишь постольку, поскольку продолжает сохраняться преступность —

Надо иметь в виду, что далеко не все поступившие в Конституционный Суд жалобы были разрешены по существу. Значительная часть из-за их пеподвсдомственности была направлена в компетентные государственные органы или организации.

В свете сказанного невозможно согласиться с М.С.Шакарян, будто конституционный Суд "правосудия по конкретным делам не осуществляет" ^Шакорян М.С. Указ. соч. С. 234). А в чем же тогда сто функции? И что это •м суд, который занимается чем угодно, но только не правосудием? К сожалению, шкаких доводов в обоснование своей позиции М.С. Шакарян не приводит.

332 Глава XI. Судебная защита прав и свобод

негативное социальное явление, прямым следствием которого являются тяжкие нарушения прав и свобод граждан, посяга­тельства на интересы общества и государства. При расследова­нии и судебном разбирательстве конкретного дела в сферу уго­ловного процесса вовлекается, как правило, множество граж­дан, принимающих участие в этом деле в разных процессуаль­ных ипостасях — подозреваемые, обвиняемые (подсудимые), потерпевшие, свидетели, эксперты, специалисты, переводчики, понятые и др. Все они в различных формах взаимодействуют с органами дознания, предварительного следствия, прокуратурой и судом, а также друг с другом как участники процесса, т. е. конкретных уголовно-процессуальных отношений, урегулиро­ванных нормами закона.

Как и во всяком правоотношении, они обладают опреде­ленными правами и несут соответствующие обязанности, что составляет предмет процессуальных отношений. Нет такого участника, который несет только одни обязанности, но беспра­вен по отношению к своему процессуальному контрагенту, будь то орган государства, должностное лицо или гражданин. И если права участника уголовного процесса ущемлены, ограничены или иным образом умалены, то прямой путь добиться их вос­становления — обратиться за защитой к суду. Суд — основ­ной, решающий, ключевой орган (dominus litis) во всем уго­ловном судопроизводстве, и его правоохранительная функция распространяется на всех без исключения лиц, участвующих в уголовном деле. Даже если дело не дошло до стадии судебно­го разбирательства, если оно было по каким-то причинам пре­кращено на более ранних процессуальных стадиях следовате­лем или прокурором, все равно каждый участник процессуаль­ных отношений прямо или косвенно находится под защитой суда.

Отсюда вывод: если попытаться изложить все основания и способы обращения к суду, предоставленные законом каждо­му участнику уголовного процесса, а также акты судебного ре­агирования на такие обращения, то это непременно поставит перед необходимостью решить по сути неразрешимую задачу:

описать в одном небольшом разделе учебника весь российский уголовный процесс со множеством его участников и сложным разнообразием возникающих между ними правоотношений. Целесообразно, на наш взгляд, поступить иначе: выделить из

8 3 Защита прав обвиняемого и потерпевшего с уголовном суде 333

всех граждан — участников уголовного процесса тех, чьи пра­ва и законные интересы служат основным, главным предметом исследования в суде, чьи судьбы в буквальном смысле решают­ся в результате рассмотрения дела и вынесения приговора. Та­кими лицами, несомненно, являются, с одной стороны, обвиняе­мый, т. е. тот, кто может быть признан виновным, преступни­ком со всеми вытекающими из этого последствиями, а с дру­гой — потерпевший, т. е. лицо, которому преступлением при­чинен моральный, физический или имущественный вред и кото­рое добивается от суда наказания виновного и возмещения вреда. Вот об этих процессуальных фигурах и пойдет в первую оче­редь речь, когда возникает вопрос об обеспечении прав граж­дан в уголовном процессе.

Итак, обвиняемый и потерпевший. Эти процессуальные фигуры — разнополюсные, их позиции, как правило, диамет­рально противоположны, их усилия в процессе направлены на доказывание своей правоты и тем самым безосновательности доводов процессуального оппонента. У каждого из них есть совокупность конкретных прав, каждый из них может исполь­зовать их так, как посчитает необходимым в соответствующем случае. И в этом им должны помочь органы расследования, про­курор, суд. Есть ли в этой линии защиты прав, в обеспечении правового статуса обвиняемого и потерпевшего какие-либо при­оритеты, если исходить из задач, целей уголовного судопроиз­водства?

На первый взгляд уголовный процесс есть прежде всего гарантия защиты общества от преступности, из чего легко сделать вывод, что главная задача процесса — защитить права потер­певшего. Но уголовный процесс одновременно и в той же мере есть и гарантия от незаконного привлечения гражданина к уго­ловной ответственности, гарантия от незаслуженного наказа­ния. В органичном сочетании двух этих видов гарантий и зак­лючены ядро, смысл всего уголовного судопроизводства. При­чем защита общества от преступности может быть успешной только при условии, что его охраняют от действительных, а не мнимых преступников. Гарантия точного, безусловного уста­новления виновности — первооснова всех процессуальных га­рантий, фундамент правосудия. Именно поэтому действующий У ПК начинает перечень участников процесса с обвиняемого, его прав и гарантий их осуществления (глава третья Кодекса).

334 Глава XI. Судебная защита прав и свобод

Но есть и противоположный взгляд. Сторонники его счи­тают, что стремление точно выяснить виновность, наделение обвиняемого широким спектром прав на защиту, усиление га­рантий этих прав — все это односторонний подход, неоправ­данный либерализм, который в конечном счете сводится к пота-канию преступнику и оставляет без защиты жертвы преступле­ний. На первый план, считают они, должен быть поставлен по­терпевший, его права и их реализация. Эта точка зрения осо­бенно отчетливо проявилась в проекте У ПК РФ, составленном и опубликованном в 1994 г. НИИ проблем укрепления закон­ности и правопорядка при Генеральной прокуратуре РФ. В нем потерпевший рассматривается как основная фигура процесса, открывающая перечень участников уголовного судопроизвод­ства (гл. IV, ст. 31). Высказана такая позиция и в некоторых других работах.

Все это, к сожалению, не отражает действительности. Мы сталкиваемся здесь с очередной попыткой в условиях роста преступности изобразить в чисто конъюнктурных целях такой подход как повышенную заботу о защите прав граждан. Отнюдь не умаляя важности задачи обеспечить каждому человеку без­опасность, оградить от посягательств его жизнь, здоровье и иму­щество, обеспечить ему возмещение причиненного преступле­нием ущерба, нужно решительно признать, что ни одно из всех этих благих пожеланий выполнить не удастся, если в каждом конкретном уголовном деле не будет достоверно решен глав­ный вопрос: было ли преступление вообще, а если было, то кто его совершил. Поэтому процессуальные гарантии должны дей­ствовать прежде всего в отношении того, кто предстал перед следствием и судом. Иначе уголовный процесс утратит свое социальное назначение. Из средства борьбы с преступностью он станет орудием расправы. А если вина обвиняемого доказа­на и ему назначено справедливое наказание, то тем самым со­блюдены и права потерпевшего. Ведь пока не будет достоверно установлена и подтверждена судебным приговором вина обви­няемого, потерпевший не может претендовать на возмещение обвиняемым имущественного вреда. Не получит он удовлетво­рения и от того, что будет наказан не действительный, а лишь вероятный преступник. Поэтому как в действующем У ПК, так и в подготовленном официальном проекте нового кодекса об­виняемый, его права и их гарантии, решение вопроса о виновно-