236 Глава IX. Права человека, политика, мораль

роиства, выступающей в виде демократии, тирании, аристокра­тии. Каждая из этих форм государства выдвигала свое идео­логическое обоснование законности власти, свою систему по­литических норм, которая становилась опорой существующего режима.

В этих условиях право оказывается как бы отодвинутым (особенно в условиях деспотических режимов); власть выхо­дит за пределы права, на передний план выступает государ­ственное насилие, которому даже чисто внешне не пытаются давать правовое обоснование. Политика становится доминан­той по отношению к праву (исключение составляют древние политик (Афины, Абдеры), где были сильны идеи права и за­кона.

Политическое насилие нередко подменяло и нивелировало действие законов и обычаев феодального общества. В докапи­талистических обществах политические нормы, утверждавшие господство определенных классов, становились доминирующи­ми, оказывали решающее воздействие на формы законодатель­ного регулирования, закреплявшие свободу экономически гос­подствующих классов, произвол и насилие по отношению к классам, лишенным собственности.

В процессе исторического развития по мере культурного прогресса общества, расширения сферы демократии и свободы происходит высвобождение различных видов социальных норм из-под пресса политических установлений.

Соотношение между правовыми и политическими норма­ми меняется в период буржуазно-демократических революций, выдвинувших идеи права, равенства, прав человека, правового государства. Принцип приоритета прав человека по отноше­нию к государству, ограничения всевластия государства права­ми человека — величайшая общечеловеческая ценность, сфор­мированная в процессе борьбы за свободу и характерная для всех цивилизованных государств. ,

Данный принцип приобретает особое значение в связи с возрастанием роли политических партий, которые борются за политическую власть, формулируют свои программы, принци­пы деятельности. Право призвано сдерживать экстремистские действия партий, стремящихся к захвату власти путем револю­ций, разрушения существующей системы, попрания прав чело­века. Опыт России показывает гибельность внеправовых, на-

§ 1. Приоритет прав человека по отношению к политике 237

сильственных переворотов, неизбежно влекущих за собой мас­совые нарушения прав человека, отказ от правовых начал, без которых в обществе воцаряются хаос и произвол (доминирую­щая роль политики в обществе, в частности по отношению к праву, утвердилась в марксистско-ленинской доктрине как ак­сиома).

Приоритет права над политикой, политической властью — непреложный принцип современной культуры. "Существова­ние нормы права, возвышающейся над правителями и управ­ляемыми и обязательной для них, — писал Л. Дюги, — есть необходимый постулат. Подобно тому как вся геометрия по­коится на эвклидовом постулате, точно так же и вся жизнь современных народов покоится на этом постулате нормы пра­ва. Право не есть политика силы, как учил Иеринг, оно не есть дело государства, оно предшествует ему и возвышается над ним: оно является границей государственной силы и госу­дарство есть не что иное, как сила, отданная на служение пра­ву'".

Исторический опыт показывает, что приоритет права и прав человека по отношению к политике существует только в условиях демократических режимов, когда правовые нормы основаны на универсальном принципе формального равенства. Однако у прав человека есть еще одно важнейшее качество — их тесное взаимодействие с моралью, которое дает возможность не только правовой, но и правственной оценки политики и госу­дарственной власти, ориентирующей их на осуществление "об­щего блага".

Первенство же политических норм перед правовыми создает почву тоталитарным режимам. Тоталитаризм неизбежно возникает там, где политика, политические нормы не имеют пра­вовой опоры, где права человека не являются ограничителем политической власти, не выступают в качестве средства контро­ля за ее осуществлением.

Поэтому проблема соотношения прав человека и полити­ки — это вопрос о характере политического режима, сущность которого определяется тем, признает или не признает он гос­подство в обществе правовых начал, прав человека.

Дют Л. Социальное право, индивидуальное право и преобразование государства Предисловие. С. V.