Часть I

Музыкальная культура Европы

ветем и мотивов, которые сменяют друг друга на протяжении симфонии и которые инкрустированы в различные слои орке­стровой фактуры, заметно их интонационное родство. Ряд мо­тивов вырастает на основе широко используемого автором вариантно-вариационного метода.

Программна ли эта симфония? Союз слова и музыки здесь имеет место. И все же она далека от программного сим­фонизма XIX века, от симфонизма Листа и Рихарда Штрауса. Слово в ней - лишь поэтический вектор смысла, но не сюжет­ная основа.

Почти одновременно с Третьей симфонией Шиманов­ский написал Первый концерт для скрипки с оркестром (1916).

Концерт примыкает к Третьей симфонии не только по времени создания. Их многое объединяет в стилистике, фор­ме, характере музыки. Оба произведения решены в импресси­онистско-символистском и одновременно романтическом ключе. Симфония, как уже отмечалось, имеет подзаголовок Песнь ночи. Концерт был навеян стихотворением Т. Мицинь- скогоМайская ночь. Таинственность восточного мира, его фан­тастика находят отражение как в Симфонии, так и в Концерте. Особенно роднят два сочинения вдохновенный лиризм Ши­мановского, высокий эмоциональный накал. Солирующая скрипка в Концерте (напомним, что в Симфонии она также иг­рала роль концертирующего инструмента, которому поручены самые прекрасные мелодии) раскрывает поразительную пол­ноту чувствования, романтический порыв, экстаз. Немногие из композиторов могли себе позволить подобную смелость быть столь открыто эмоциональным в эпоху Игр Дебюсси, Лун­ного Пьеро Шёнберга, Скифской сюиты Прокофьева. Лиризм Шимановского - проявление его национального польского духа, уже ранее явившего миру несравненного лирического гения - Шопена.

Одночастная форма Концерта отмечена полной сво­бодой развития, кажущейся импровизационностью чередова­ния разнохарактерных эпизодов, неожиданной и прихотливой сменой красок, ритмов, движений и эмоций. Характерным для Шимановского становится контраст двух образных пла­нов - экспрессивной, широко распетой лирики и фантастиче­ской «ночной» скерцозности. В этом видится своеобразное развитие традиций ноктюрнов и скерцо Шопена, обогащен­ных столетним опытом эволюции музыки, ее выразительных средств и новых эстетических веяний. За кажущейся импрови­зационностью формы Концерта, как и в Симфонии, скрыта четкая композиция, ярко воплотившая особую структурную